Жизнь продолжается

            Тимми пришел в себя необычайно быстро, едва не попав в страшную аварию, виновником котором был он сам.       — Успокойся. Не бойся, все обошлось! — светловолосый привлекательный незнакомец наконец отпустил его, удостоверившись в том, что перепуганному парню ничего больше не угрожает.       — Твою ж мать! Ты совсем не видишь, куда идешь? Ты понимаешь, что не успей я затормозить, ты угодил бы под машину? — ругался незнакомец, активно жестикулируя.       Тимоти тихонько всхлипнув, бросил на парня растерянный взгляд покрасневших от слез глаз, прежде чем виновато пробурчал «Простите». Да, незнакомец совершенно прав: куда только он смотрел и о чем думал? Неужели не заметил автомобиля, чудом успевшего затормозить в такой опасной от мальчика близости. По правде говоря, будучи в растоптанном и расстроенном состоянии, Тимоти меньше всего в тот момент мог что-то сообразить. А ведь и правда, могло произойти непоправимое несчастье. Он уцелел каким-то неведомым чудом. Иначе бы сейчас был не на дороге среди перепуганной за него толпы, а на больничной койке в окружении врачей. Закрыв глаза, мальчик сделал глубокий вдох.       — Нужно вызвать скорую. — не унималась остановившаяся в метре от них женщина, испуганно осматривающая бледного Тимоти. — Я сам это сделаю. — заверил ее светловолосый незнакомец, кинув мимолетный взгляд на парня, прикладывая к уху телефон.       К счастью ждать скорую долго не пришлось. Через несколько минут Тимми в окружении двух врачей был осмотрен на предмет полученных травм. Как и думал, он отделался легким испугом. Конечно не таким легким, как хотелось бы, однако он не пострадал, а это было самое главное.       — Как ты? Голова болит? — ненавязчиво поинтересовалась симпатичная молодая девушка в медицинском халате.       — Нет. Я в порядке. Просто испугался. — ответил Тимоти, пока та все еще осматривала его.       — Тебе очень повезло! — добавила девушка, улыбнувшись мальчику. — Ты доберешься домой сам? Где ты живешь? Или отвезти тебя домой?       — Бликер-стрит, сто сорок четыре. — тихо ответил Тим, обратив внимание, что светловолосый незнакомец все еще не уехал.       Он продолжал кому-то звонить, то и дело оглядываясь на проезжую часть, где все еще стояла толпа ненужных зрителей.       — Я сам отвезу его домой. — вмешался вдруг в разговор мальчика и врача «спаситель» Тима, вызвав у парня немой вопрос «Зачем вам это нужно?»       Будто бы считав его с бледного лица Тимоти, мужчина ответил.       — Хочу убедиться, что с ним все в порядке. В конце концов он едва не пострадал из-за меня.       Врачи не стали возражать.       Как только толпа ненужных свидетелей разъехалась по своим делам, Тимоти был настойчиво приглашен занять соседнее с водительским креслом сидение в машине светловолосого красавчика. Только-только придя в себя, он наконец заметил, что затормозивший перед ним водитель белого «911- турбо» был и правда красавчиком. Высокий, широкоплечий, со светло-русыми короткими волосами и пронзительными глубокими, как лед в Антарктиде глазами. Глазами, которые сверлили испуганного Тимоти на протяжении уже добрых полчаса холодным прожигающим взглядом за то, что мальчик сам того не желая, едва не помог своему спасителю отправиться в тюрьму, а не домой.       — Вы вовсе не должны мне помогать! — заметил Тимоти, однако тут же замолк, едва прекрасный незнакомец взглянул на него.       Мальчик вздрогнул от этого взгляда. Столь пронизывающего, холодного и заставляющего кожу покрыться мурашками одновременно.       — Садись пожалуйста в машину. Я отвезу тебя домой. — тон голоса парня явно давал понять, что выбора у Тимоти нет и ему лучше подчиниться, если он не хочет остаться ночевать на улице посреди злополучной дороги.       Он послушался, занимая соседнее с водителем сидение.       Прекрасный незнакомец занял водительское кресло.       Тимоти как бы невзначай взглянул на парня. На нем были черные джинсы, местами потертые от частой носки, такого же цвета обтягивающая футболка, подчеркивающая мускулистый торс, и кожаная куртка, сидевшая на нем просто идеально. Идеальный мужчина, одетый во все черное. Со стороны это выглядело именно так и не иначе. Его образ оттеняли только его светло-русые волосы, немного растрепавшиеся и колышущиеся от легкого ветра. Лицо его было серьезным и даже немного суровым, глаза сердитыми. Тимоти почувствовал легкое раздражение со стороны своего соседа, понимая, что причиной этого раздражения является он сам. Точнее, ситуация которую чудом удалось миновать.       — Говори адрес, куда тебя вести. — требовательным и не терпящим неповиновения тоном произнес незнакомец.       Тима как ледяной водой окатило. Он знает этот голос! Это его он слышит ежедневно на волнах «Нью-Йорк. Сити. ФМ». Ну конечно же! Совпадений быть не должно.       Он испуганно посмотрел на Арми, все еще удивленный тем, кто находится с ним рядом.       — Чего ты на меня так вылупился? — раздраженно спросил мужчина. — Я что тебе музейный экспонат?       По спине парня пробежал тонкий холодок. Это немыслимо: этот тембр, этот голос, притягивающие внимание и обволакивающие своим волшебством. Услышав этот голос единожды уже было невозможно не впечатлиться, а если слушать его ежедневно, как делает это Тимоти, так вообще можно полностью утонуть в нем. Ничего подобного мальчик не испытывал ранее. Невероятный кайф для ушей!       Только вот одно в его голове не укладывалось: как такое возможно, чтобы человек с таким чарующим голосом и привлекательной внешностью оказался таким раздражительным и невыносимым? Он всегда такой, или только Тиму так повезло попасть под его горячую руку?       — Ты скажешь мне свой адрес наконец или нет? Ау! Прием! — рявкнул Хаммер, не сводя ледяных глаз с ошарашенного мальчишки.       — А… Бликер-стрит, сто сорок четыре. — невнятно пролепетал Тимоти, переведя взгляд на собственные пальцы, сцепленные в замок.       Послышался шум заводившегося мотора, и белый «911- турбо» умчался прочь подальше от этого злополучного места.       Тим чувствовал себя немного не в своей тарелке, находясь в абсолютной тишине с главным ведущим его любимой радиостанции, однако начать разговор не решался. Он боялся произнести хоть слово. Конечно, ему стоило поблагодарить Арми, за то, что тот успел остановиться, а не задавить мальчика, однако наблюдая сердитость и неприступность Хаммера, он молчал.       — Ну так зачем ты это сделал? — наконец нарушил давящую на уши тишину Арми.       — Что сделал? — не понял Тимоти, переводя взгляд с окна на собеседника.       — Вышел на проезжую часть. Совсем делать нечего?       Прежде чем ответить, мальчик задумался: стоит ли ему откровенничать с незнакомым человеком, который совершенно ничего о нем не знает? Он не был уверен, сможет ли рассказать о случившемся собственным родителям (те бы просто с ума сошли от таких новостей), а тут незнакомец, которого он видит в первый раз в своей жизни. С другой стороны, он заочно уже знал Арми Хаммера, однако только как ведущего на радио. Как человек этот мужчина был совершеннейшей загадкой для юного Тимоти. И все-таки он решился ответить.       — Меня парень бросил.       Арми обернулся на него, смерив многозначительным взглядом, и также быстро отвернулся, продолжая смотреть на дорогу.       — И что? — по тону его голоса было совершенно не понятно, упрекает ли он мальчика либо насмехается над ним. Тимоти так и не понял.       — Это не повод кидаться под первый встречный автомобиль! Ты мог погибнуть. Ты это понимаешь?       Разумеется, Тимоти это понимал. Однако в тот момент его разум был совершенно затуманен. Он практически не соображал, что делает. Теперь, придя в себя, он был сам от себя в шоке: так такое могло прийти ему в голову? Как он вообще мог позволить себе подумать о таком?       — Люди иногда расстаются, если это для тебя новость. — холодно добавил Арми. — Однако мир от этого не рухнет. Жизнь продолжается.       Чувствуя, как к горлу медленно поднимается тяжелый ком, Тимоти с трудом вымолвил:       — Мой рухнул… — эти слова были не оправданием его поступку, однако вполне могли объяснить его мотивы. По крайней мере, Тимми на это надеялся.       Реакция Арми была вполне в его стиле.       — Как это по-детски. Не неси чушь! — его красивые полные губы исказила неприятная ухмылка.       Тимоти аж задохнулся от возмущения. Да какое право имеет этот напыщенный индюк так насмехаться над незнакомым человеком? Он совершенно не знает Тима, видит его в первый раз в жизни и скорее всего в последний. Как можно быть таким холодным и жестоким к чужому горю? В конце концов, это именно он виноват, что Тим вообще в данную минуту находится рядом с ним.       Это чудо, что он успел затормозить вовремя, иначе я бы сейчас сидел в его машине, а лежал с переломами и ушибами на больничной койке…       Тем не менее, такой наглости мальчик не ожидал. Да, он поступил не опрометчиво и ужасно глупо, однако никто не имеет право насмехаться над ним и его чувствами. Тем более, такой холодный и бесчувственный ублюдок, как Арми Хаммер.       Тиму захотелось незамедлительно покинуть машину. Настолько сильно, что он был готов выпрыгнуть из нее на ходу, от чего требовательно потянул за ручку.       — Ты в своем уме? — выругавшись, Арми успел резко нажать педаль тормоза.       Звук резкого торможения двигателя неприятно проскользил по ушам. Тима неплохо так встряхнуло, прежде чем они остановились.       — Слушай, парень! — рявкнул на него Хаммер, шумно выдыхая, — В самом деле, если так хочешь попасть на тот свет, будь добр, меня в это не втягивай! Успокойся в самом деле. Возьми себя наконец в руки!       Бледное лицо Тимоти залило краской. Ему стало стыдно за свое поведение. Он и правда должен успокоиться, и взять себя в руки.       — Простите меня. — извинился он, опуская глаза в пол, пряча их за пушистыми ресницами. — Я не нарочно, правда. Просто… Просто мне очень плохо. — немного поддавшись вперед, он закрыл лицо руками и шумно выдохнул.       Несколько минут Арми смотрел на него молча, прежде чем сделав глубокий вдох, добавил:       — И ты меня извини. Я просто перенервничал. Испугался за тебя. Еще никто не пытался броситься под мою машину, знаешь ли?       Откинувшись на спинку кресла, он еще раз взглянул на кудрявого мальчика, который к тому моменту успел успокоиться и молча смотрел в окно.       Красивое лицо паренька сделалось необычайно печальным. «Что же такого произошло с ним, что заставило его пойти на такой ужасный шаг?» — пронеслось в голове Арми. Мальчик к слову показался ему довольно симпатичным и даже хорошеньким. Ох уж эта молодежь! Настолько ранимая, что порой остаётся только развести руками в недоумении от их поступков. Кто знает, что происходит в голове этого парня?       Тимоти взглянул на часы: ровно одиннадцать. Родители должно быть уже спят, да и Полин тоже. Он проверил телефон на наличие пропущенных звонков — ничего. Вероятно, они даже не заметили отсутствие Тимоти дома и уверены, что он до сих пор в своей комнате.       — Скоро доедем. — нарушил тишину Арми. — Совсем немного осталось.       Он высадил Тимоти у самого дома. Свет в окнах не горел, как мальчик и ожидал. — Будь осторожнее впредь. — попросил Арми, кинув в сторону Тима мимолетный взгляд. — Всего хорошего!       С пару минут Тимоти смотрел вслед удаляющемуся автомобилю. Сегодняшний день выдался необычайно сложным для него. Но самое главное, что он успел усвоить за этот день было следующее: как бы тяжело ему не было после расставания с Джереми, жизнь и правда продолжается.

***

      Время шло быстро, и Тимоти и заметить не успел, а сентябрь сменился октябрем. С такими же холодными вечерами и не менее холодными ночами. Осень в том году в Нью-Йорке выдалась не на шутку прохладной и ранней. По ночам парень спал откровенно плохо. Он часто не мог уснуть, голова кипела от множества различных в ней мыслей. Джереми оправился после их разрыва значительно быстрее Тима. Не прошло и двух недель, а кудрявый мальчик обратил внимание, что его бывший купается в лучах славы и всеобщей любви со стороны своих преданных поклонников. Те к слову в лицо Тимоти сочувственно качали головами, соболезнуя их с Джереми разрыву, а за спиной брошенного парня ехидно этому радовались. Тимоти нашел в себе силы не обращать внимания на их демонстративные вздохи, стоило Джереми пройти по университетскому коридору в компании своего нового дружка. К слову, довольно смазливого и очень приторного.       — Эх, везет же ему! — долетел до Тимоти показательно расстроенный голос одной из одногруппниц во время лекций по основам синтеза звука однажды утром.       Он только молча закрыл глаза, сделал глубокий вдох и еще раз мысленно поблагодарил небеса за то, что они уберегли его в ту роковую ночь. Ночь, когда он познакомился с самим Арми Хаммером.       Видеть бывшего в стенах Школы в компании его новой пассии было невероятно больно, однако Тимоти держался изо всех сил. Он старался как можно спокойнее реагировать на их появление на общих лекциях, при столкновении в столовой либо на занятиях по физкультуре. В конце концов, он может просто порадоваться за Джереми, как бы обидно и тоскливо ему не было.       Иногда он ловил себя на мысли, что он скучает по бывшему парню. Джереми был не только его первой любовью. Он был также и его первым лучшим другом. Первое время после исчезновения Джереми из жизни Тима, мальчику было особенно не по себе, однако он старался как можно меньше времени проводить в одиночестве, стремясь проводить свой досуг в компании одногруппников на практических занятиях, где преподаватели по-прежнему хвалили его, и отдыхать в компании немногочисленных друзей, число которых можно было пересчитать по пальцам одной руки.       Полин, видя его печальное лицо, пыталась всячески подбодрить брата, толкуя ему регулярно, что ему необходимо чаще бывать на свежем воздухе и на людях. Глядишь, он так с кем-нибудь познакомится и забудет Джереми.       В первой половине октября студентов курса журналистики Колумбийского университета, где училась Полин Шаламе, порадовали приятнейшим известием. Совсем скоро должен был состояться конкурс на звание лучшего студента-журналиста среди учащихся третьих-четвертых курсов. Победителю доставался главный приз — возможность прохождения стажировки в «Нью-Йорк Таймс», а также почетное звание лучшего студента года, а кроме того, статью победителя, подготовленную специально для конкурса, обещали напечатать в ноябрьском выпуске «Нью-Йорк Таймс» на первой же полосе газеты. Какая чудесная возможность для будущего журналиста заявить о себе!       Разумеется, упустить такую возможность сестра Тима не могла, заручившись поддержкой семьи и бойфренда. Она целыми днями и вечерами проводила в своей комнате, готовя грандиозный материал для будущей работы. Даже ее парень Бен не мог заставить девушку оторваться от этого увлекательного занятия.       — Я там всех сделаю! — заверила его девушка как-то вечером, когда они вернулись из кино. Вытащить зараженную идеей во что бы то ни стало выиграть конкурс, Полин в кино оказалось довольно трудной задачей, однако с подачи матери она сдалась.       — Вот увидишь, я выиграю этот чертов конкурс! Моя статья будет лучшей! — твердила она своему парню всю дорогу.       Тимоти и Полин родились в семье целеустремлённых людей. Возможно именно эта целеустремленность была у девушки в крови, а потому она все свои силы направила на достижение своей мечты. Тимоти не мог не нарадоваться за сестру. Она всегда была оптимисткой и свято верила, что никакие трудности не способны одержать вверх над человеком, пока он сам не даст себе слабину. Упорство и рвение к победе сделали свое дело: Полин и еще пятеро студентов вышли в финал конкурса, обогнав остальных конкурентов.       Девушка была безумно счастлива. Однако, главное событие было впереди и расслабляться было некогда. В финале ей предстояло доказать, почему именно она достойна быть победительницей, рассказав о себе огромной толпе зрителей.       Итоги конкурса должны были быть подведены в актовом зале Колумбийского университета, куда Тимоти и семьёй прибыли за пол часа до начала мероприятия.       Осматриваясь по сторонам, впечатленный от размера зала и масштаба всего мероприятия, парень был откровенно удивлен, увидев среди гостей высокую фигуру Арми Хаммера собственной персоной. Заметив светловолосого парня, Тимоти безмолвно ахнул — тот выглядел великолепно.       Бархатный костюм глубокого синего цвета идеально подчеркивал его статную фигуру и подходил голубым как лед глазам. Белоснежная накрахмаленная рубашка красиво оттеняла его загорелую кожу, подчеркивая рельефность мышц. Даже сидевший на его плечах пиджак не мог это скрыть — Арми был в великолепной физической форме.       Тимоти поймал себя на мысли, что в этом костюме Арми невероятно хорош и чертовски сексуален. И совершенно не уступает в привлекательности ни одному из приглашенных на сие мероприятие мужчин. Какой там Джереми со своими приталенными костюмами, купленными на родительские деньги! Кто выглядел сейчас настоящим Аполлоном в глазах покрасневшего от смущения Тимоти, так это Хаммер — ведущий одной из популярных программ на любимой радиостанции Тимоти.       «Ох, ну и ну!» — пронеслось в голове кудрявого мальчика, — «Что он здесь делает? Его тоже пригласили на конкурс? Хм, интересно?»       — Тимоти! Иди сюда, скорее! — звонкий голос Полин вывел задумчивого парня из раздумий.       Девушка улыбалась и махала брату рукой, призывая его подойти ближе. Тимоти не сразу заметил, но его сестра вместе с Беном уже успели подойти к Хаммеру, и теперь звали в их маленькую компанию Тимоти.       — Привет! — немного растерянно протянул мальчик, приблизившись к зовущей его компании. Он старался взять себя в руки и выглядеть менее растерянно. В конце концов, мало ли кого пригласили на этот конкурс! Вон в противоположном конце зала сверкает своей голливудской улыбкой главный редактор газеты «Нью-Йорк Таймс» Дин Бэккет. Совсем скоро ему предстоит лично поздравлять счастливчика с победой на конкурсе на лучшую статью.       — Тимоти! Познакомься, это Арми Хаммер. — представила брату светловолосого красавца Полин. — Арми, познакомься, это — Тимоти — мой брат. — она весело улыбнулась, перехватывая немного растерянный взгляд Тима.       — Приятно познакомиться с тобой, Тимоти. — холодные, как лед голубые глаза Хаммера на секунду улыбнулись, смерив мальчика оценивающим взглядом. Практически невесомым. Тимоти почувствовал, как к щекам прилила кровь. Он покраснел, немного смутившись, от чего робко улыбнулся.       Кинув мельком взгляд на сестру, а затем и на стоящего рядом с ней Бена, Тим ощутил внутри легкий укол смущения. В отличие от него и сестра и ее парень оделись более элегантно. Полин была необычайно хороша в своем изящном голубом платье, которое мама привезла ей из Парижа. Бен же был облачен в черный классический костюм. Робко подняв на Хаммера взгляд своих глубоких зеленых глаз, Тимоти был готов поклясться: в холодных колких глазах Хаммера он будто бы увидел свое собственное отражение. Его кудрявые волосы немного растрепались, щеки залило чуть заметным румянцем, а в глазах читался едва заметный испуг. Было видно, что ему немного не по себе на данном вечере. Одет он был как обычно: черные брюки, которые он частенько надевал на пары в Музыкальную Школу и простенькая белая рубашка. Они были совершенно точно из числа самых дешевых, какие только мог позволить себе студент-второкурсник, категорически сопротивляющийся настоятельным советам матери выбросить половину своего гардероба, заменив его более приличными вещами.       — Арми — давний знакомый Бена. — пояснила Полин, считав с лица брата немой вопрос, каким боком на этом мероприятии затесался Хаммер. — Они учились вместе на одном курсе.       Вот уж неожиданность. Тимоти безмолвно ахнул, удивляясь, насколько тесен может быть мир. Он и не думал, что у Хаммера журналистское образование. Хотя, что он вообще о нем знал кроме того, где тот работает? Ничего. Он и до недавнего времени понятия не имел, как тот выглядит.       — Мне очень приятно познакомиться с вами. — признался мальчик сквозь улыбку. — Я очень люблю ваше шоу на «Нью-Йорк. Сити. ФМ».       Он осекся, едва не ляпнув, что слушает программу Арми ежедневно. Это уже было лишней информацией. Некоторое время ему не давал покоя вопрос: как ему следовало обращаться к Арми? Просто называть его по имени, либо обращаться более уважительно и официально «мистер Хаммер»?       Между тем в голубых глазах Хаммера мелькнул теплый огонек. Он по-доброму улыбнулся Тиму, промолвив:       — Приятно, что такой молодой парень слушает мою программу. Я немного удивлен, потому что моя целевая аудитория несколько старше.       Тимоти задумался: сколько же Арми лет? Если он учился вместе с Беном, значит, он одного с ним возраста, а это означает, что Хаммеру не больше двадцати пяти. К слову, выглядит он великолепно и весьма привлекательно. Держался он уверенно и в то же время расслабленно.       — На кого ты учишься Тимоти? — не отрывая взгляда от парня поинтересовался Хаммер.       — На аранжировщика. — тихо ответил мальчик. — В Музыкальной школе Тиш на втором курсе.       — Такой молодой… — многозначительно улыбнулся Арми, высоко поднимая голову. В его голубых глазах заплясали довольные огоньки. — Не знал, что у Полин есть младший брат.       Тимоти забеспокоился: не придет ли Арми в голову рассказать Полин и Бену, что они с Тимоти уже знакомы. Если быть точнее, при каких обстоятельствах они познакомились. Хотя, он ведь не назвал тогда мужчине своего имени, да собственно, Арми и не спрашивал. Просто подвез до дома мальчика, решившего свести счеты с жизнью под колёсами его автомобиля. Весьма нетипичная история знакомств.       Тем временем, в зале все закопошились. Церемония награждения победителя вот-вот должна была начаться.       Полин кивнула брату и остальным, жестом приглашая занять отведённые им в зале места, прежде чем на сцену вышла ведущая.       Тимоти откинулся на спинку кресла, почувствовав, как теплая рука сестры бережно накрыла его собственную.       — Ну как тебе Арми? — шепнула Полин ему на ухо.       — Что? — не понял Тимоти. Уж не пришло ли его сестре в голову свести их с лучшим ведущим Нью-Йорка?       Девушка довольно хихикнула, наклоняясь поближе к Тимоти. Бен о чем-то увлечённо беседовал с Хаммером, не обращая внимания на шептания Полин с братом, поэтому оба Шаламе могли расслабиться, что кто-то услышит их болтовню. Тем не менее, Тиму не хотелось бы, чтобы их разговор долетел до чужих ушей.       — Я не совсем понимаю. — начал было он.       Полин крепче сжала его руку.       — Ты ему приглянулся, я уверена. Я заметила, как он на тебя смотрел!       Худое лицо Тимоти вытянулось в немом удивлении еще сильнее. Это что шутка такая? Зачем он сдался такому успешному парню, как Арми Хаммер?       — С чего ты взяла? — прошептал он, мельком поглядывая на сцену.       Переведя взгляд на сцену и обратно, Полин продолжила.       — Бен говорил, что Арми и по девочкам и по мальчикам. И нашим и вашим. Но в твоих силах помочь ему определиться с выбором! — она весело подмигнула брату, чем вызвала на его лице еще большую порцию недоумения.       Тимоти совсем растерялся. О какой помощи говорит его сестра? Хаммеру двадцать пять. Он — взрослый парень, а значит наверняка давным-давно определился в вопросах, касающихся его личной жизни. И вообще, это беспардонно и некультурно — раздавать подобные советы Тимоти.       — К черту этого тупого Джереми, когда такие парни рядом! — воодушевленно шепнула Полин, тихонько ущипнув Тима за бок. — Он еще локти свои будет кусать, что обидел моего братишку!       Сидевшие позади них гости многозначительно закашлялись. Тимоти понял, что пора прекращать эту бессмысленную беседу. Обсудить перспективы его личной жизни они еще успеют, тем более, что свет в зале погас, и ведущая давно толкала свою речь.       — Прежде всего, я бы хотела пригласить на эту сцену человека, чье мастерство и талант грамотного журналиста был раскрыт в стенах нашего университета! — звонко говорила стоящая на сцене девушка. — Человека, которого мы все слышим ежедневно на волнах любимой радиостанции «Нью-Йорк. Сити. ФМ.». Человека, который как никто другой знает, какого это — получить важный толчок в начале своего карьерного пути! Я с удовольствием приглашаю на эту сцену Арманда Хаммера!       Зал взорвался аплодисментами. Тимоти украдкой наблюдал за Арми, поднимающегося на сцену, широко расправив плечи и улыбающегося своей белоснежной улыбкой, словно был голливудской звездой.       «Они так его встречают», — подумал мальчик, — «Интересно, они знают, какой отвратительный у него характер?»       Сказать по правде, об отвратительности характера Арми Тим мог догадываться исключительно по одной их встрече в злополучную ночь на дороге. Но если так подумать, было в общем-то неудивительно, что Арми тогда так раздражительно разговаривал с Тимоти, учитывая стрессовую ситуацию, в которую они попали. Тут любой, даже самый спокойный в мире человек, испугался бы, случись с ним такое!       Все-таки как хорош этот парень! Как потрясающе выглядит в этом костюме. Да и тогда в простой черной футболке и джинсах он выглядел чертовски хорошо. Хотя, чему я удивляюсь. Публичный человек должен выглядеть хорошо. Разве не так?       Когда Арми начал свою речь, зал завороженно слушал его. Тимоти покосился на сестру — она с воодушевлением не сводила глаз со стоящего на сцене парня. Он говорил о долгом пути, предстоящему пройти каждому журналисту, желающему добиться успеха в этой области. О трудностях, которые несомненно будут встречаться на пути, об изменениях в жизни, достичь которых можно и нужно, непременно приложив к этому массу усилий. Но самое главное — он говорил о том, что в первую очередь необходимо верить в свой успех. Если веришь в него, поверят и другие. Необходимо наметить цель и четко следовать на пути к ней. И только приложив массу усилий и поверив в себя, можно добиться желаемого.       После выступления Арми, ведущая наконец должна была объявить победителя конкурса. Но сперва она пригласила на сцену всех попавших в финал. Тимоти одобряюще улыбнулся сестре, провожая ее взглядом на сцену. Все-таки как она талантлива! Она заслужила эту победу. Она так старалась достичь этой высоты, и непременно должна получить желаемую награду. Почувствовав на себе едва уловимый взгляд холодных ледяных глаз Хаммера, он мельком взглянул в его сторону. Тот с улыбкой на лице смотрел на Полин. Тимоти на мгновение опустил глаза в пол. Неужели ему показалось, и Хаммер совершенно не смотрел в его сторону? Хотя с какой, хотелось бы спросить, радости он должен это делать? Если у Тимоти симпатичная мордашка, это не значит, что каждый встретившийся на его жизненном пути мужчина должен обращать на него свое особое внимание. Тем более, они сидят в переполненном зале на глазах огромной толпы любопытных зевак.       «Все-таки он молодец, что пришел поддержать мою сестру», — подумал Тимоти. — «Ей очень важна поддержка друзей и родных. Без нее она бы не справилась». Задумавшись, Тимоти едва не пропустил главное событие сегодняшнего вечера. Он поднял удивленные глаза на сцену. Его взору предстала сверкающая от счастья его старшая сестра. Она улыбалась залу, выкрикивая благодарственные комментарии и едва сдерживала подступившие к уголкам глаз слезы.       — Спасибо! Огромное спасибо! — выкрикивала девушка, приложив руки к лицу, все еще не веря в произошедшее.       «Она выиграла конкурс!» — пронеслось в голове Тимоти, который будто только-только понял причину такого восторга со стороны Полин и всего зала. Девушке аплодировали. Тимоти не мог отвести восторженных глаз от улыбающейся сестры, когда главный редактор газеты «Нью-Йорк Таймс» пожал ей руку, сообщая, что именно ее статья будет опубликована в их газете в ноябрьском выпуске. Полин ликовала. Поблагодарив всех присутствующих, счастливая и окрыленная победой, она спустилась на свое место, упав в объятия Бена.       — Я победила! — слетало с ее губ. — Я знала! Я сделала это!       — Умница! Ты — молодец! — хвалил ее парень. — Я нисколько в тебе не сомневался.       Тимоти не мог не порадоваться за девушку. Переведя взгляд с улыбающейся Полин на сидевшего неподалеку Арми, он заметил, как тот внимательно смотрит на мальчика, не сводя с него глаз.       Да, возможно Полин была права и Хаммер и правда обратил свое внимание на миловидного кудрявого мальчика? С мыслью об этом Тимоти почувствовал, как его бледные щеки в который раз залило румянцем.