Господин Чхве всё еще тут?

Прокушенная шея саднит, но Юнхо тратит время на то что бы вымыть себя и всё ещё злящегося непонятно на что младшего. Хозяин старается привыкнуть ко всем его выходкам и нападкам, ведь этот человек, морщащий нос от шелковистого полотенца у его лица, вынашивает ему ребёнка, но от чего-то супруг никак не прекращает пахнуть сливками, словно час, проведенный в ванной комнате, ничего не значил. Младший вертится и всячески мешает вывести себя из нагретого помещения и что-то в голове Чона щёлкает, сопоставляя факты. - Не двигайся. Голос старшего металический, а нос слишком быстро касается метки, тяжко втягивая воздух и ароможелезы. Он пахнет примесью, а это значит, что невинный и чистый омега повстречал своего истинного, сменившего его первичный аромат на новый, связанный с ним. Чертовы сливки и гранат - это то, как должна пахнуть истинная пара, которую Юнхо разрушил и что-то в его сердце готово разломаться и разрыдаться, осознавая абсурдность всей ситуации, а что-то готово вырвать Чхве его ноги за то, что тот приперся в его особняк без приглашения. - Так он твой истинный. Так тихо и спокойно, словно он принял условия, которые им выкинула жизнь, однако Минги старается отказываться от этой информации, разворачиваясь в чужих руках так скоро, что они почти падают, цепляясь за чужие конечности и стену. - Но я повязан на тебе и ношу тебе ребёнка! Твёрдо и по весомым фактам, пока перед расстроенными глазами не появляется еще и рука с обручальным кольцом. - У тебя тоже есть истинный! Я же его к тебе не ревную! Ну-ка прекращай так чадить, Чон Минги! Ты изначально знал, что у тебя есть другой человек, предназначенный тебе судьбой и это не я, а значит у меня есть кто-то другой. Это неоспоримо, но альфа только тяжко свистит носом, приобнимая взорвавшееся в гневе тело младшего, привякая к появлению сливочного оттенка в нём. - Мне стоит Вас познакомить? Хочешь посмотреть на того, кого тебе судьба подготовила? Однако Омега отстраняется и твёрдо смотрит в чужие глаза, отрицательно мотая головой, да чеканя слова, словно отрезая им все возможные пути к отступлению. - Мы связаны брачными узами. Я люблю именно тебя и я ношу тебе ребёнка. Тут наш дом и я не хочу видеть тут того, кого рядом не было, когда я болел и нуждался в поддержке. Я не хочу видеть того, кто "должен подходить" мне, а хочу видеть того, кто идеально подстроился и раскрыл передо мной душу. Я тебя очень люблю и мне совершенно плевать на то, что мне на подушечке преподносит судьба. Я свою судьбу строю сам, разве не так? Ныне Чон удивленно только наблюдает за тем, как глаза старшего слезятся, а после тот и вовсе хнычет, прижимая к себе столь серьёзного супруга, успокаивающего душу, да наполняющую ту розовой жидкостью, называемой нежным улюлюканьем. Почему же этот восемнадцатилетний парнишка так просто поставил всё по местам, когда у Юнхо на это не хватило мозгов в свои то двадцать пять? - Ну хватит тут слёзы горючие лить. Ты лучше скажи когда мы сможем попасть к врачу на обследование? Юнхо почти выдавливает удивлённое "мы", но вовремя замолкает. не страшно, если его вновь прогонят по стандартным процедурам и он увидит знакомые глазу результаты. Ничего в нём не менялось до появления Минги, а теперь и ритм его гона не имеет какой-то стабильности, поэтому в ближайшую неделю они поедут в соседний город успокаивать собственные души. - Кажется Чангюн договорился на следующую пятницу, но я уточню этот момент, поэтому не беспокойся. Я не забыл об этом. И, раз уж господин Чхве уже заявлялся ко мне, испортив нам всё настроение, то я, пожалуй, не вернусь к работе сегодня, поэтому чем бы ты хотел заняться? Хочешь провести со мной свидание? Глазки-полумесяцы мгновенно загораются и он выдавливает ожидаемое "да", но после тут же задает весьма странный вопрос - А свидание за пределами особняка? Чон кивает головой, но всё же не задает уточняющих вопросов, ждёт пока шестеренки в голове Минги прокрутят свои обороты и прийдут к понятному только ему выводу. -А я не встречусь с Он молчит и не договаривает предложение, однако Альфа понимает его без слов, видит это непонятное "господин Чхве" по чужой опущенной голове, однако собирается по осколкам и твёрдо притоптывает ногой, развеивая непонятные взаимоотношения между ними. - Не знаю хочешь ли ты знать об этом, но я тебе скажу. Я не буду утаивать от тебя твоего истинного и его от тебя тоже. Он - это Чхве Сан, ныне хозяин одной Он кашляет, почёсывая подбородок, раздумывая как бы попроще и пояснее рассказать всё омеге, вовсе не вовлечённому в его бизнес. - У него есть участок земли, где находится лесопилка, построенная его отцом. Но ему не нравится то, что деревья рубятся и продаются мне ради постройки судов. Нет, ему не нравлюсь не только я, но и сам факт вырубки лесов. Его не волнует, что мы лично сажаем саженцы, ведь пока те станут деревьями пройдём уйма времени, но сейчас не об этом. Сану, если не ошибаюсь, 23 или 24 года. В целом помладше меня и постарше тебя, как ты и любишь. Он пониже меня, да и тебя тоже, примерно вот такой. Рука Юнхо опускается, очерчивая предполагаемый рос, а после скользит, показывая чужие плечи. - Но, должен признать, что на нем еле сходится костюм. Он увлекается спортом и это сказывается на его мускулистой фигуре. Что я ещё могу сказать? Глаза у него кошачьи, да и помолвлен он на парнишке, что, как ты понимаешь, не его истинный. Альфа закатывает глаза и жмурится, пытаясь вспомнить услышанное где-то имя, а после щёлкает пальцами, выдавая осколок своей памяти - На Чон Уене. Тому от силы лет 19-20, но родители его также продавали, выставив на аукцион всем желающим, где Сан и ошивался, подбирая себе всех побитых и нуждающихся. Омега впервые вздрагивает всем телом, осознавая всю проблему ситуации. Аукцион? На этого парня смотрела далеко не одна семья, его продавали на крупных торгах, где, чаще всего, порочили честь и достоинство и как же погано сейчас звучит это осознание, но Юнхо даже не вздрагивает, продолжая свой рассказ. - Ты верно всё понял, да, Минги, в наше время тоже существуют торги телами, торги омегами. Его выдали на сватовство в 15, если я не ошибаюсь. Он единственная омега в семье с альфами и его хотели сплавить как можно быстрее, как никак семья многодетная, но вот не нравился он никому. Мама мне его предлагала, да вот шумный до безумия, маленький, юркий, везде сунет свой нос и мне он не нравился даже в детстве. Опустим, твой истинный забрал его с торгов и почти сразу объявил о помолвке. Так что сейчас у них всё хорошо и даже если я познакомлю Вас - он не разорвёт своих обещаний перед другим, как и я перед тобой. Младший тяжко вздыхает и неуверенно выглядывает в коридор, словно проверяя не окутает ли его ледяным воздухом или новым запахом, но в коридоре тепло и не витает незнакомых и чуждых дому запахов, поэтому младший просовывается весь, да тянет за собой старшего, утаскивая тело по лестнице вверх. Он открывает дверь и юркает в общую спальню, закрывается и почти придавливает старшего к стене, заговорчески хихикая сам с собой, словно придумал что-то сногсшибательное. - Ты хочешь заняться плоскими утехами? Нет? Чон непонимающе наблюдает за омегой, но тот отмахивается от него и нагло ускальзывает в комнату альфы, что раньше была у него под запретом. - Я конечно всё понимаю, но ради приличия ты мог спросить разрешения. Ты чего там ищешь? И стоит Юнхо оторвать спину от стены, как Минги шипит и заставляет его вернуться обратно, тая непонятную интригу, пока он не тащит из шкафа старшего тёплый свитер, да штаны с носками, скидывая то на кровать, а после почти убегая к себе, сталкиваясь с непонимающим Сону. - Мне очень жаль, но именно ты мне и нужен! Бета приподнимает брови, но за омегой уходит, помогая тому перерыть весь шкаф в поисках "того самого" свитера из описаний. - Одевайся! Голос из другой комнаты требовательный и Чон слушается, облачаясь в теплые вещи, пока Минги делает тоже самое и вновь ведет вниз, хватая за руку мертвой хваткой. Прямо на выходе младший вяжет ему на шею шарф, да цепляет шапку, пока сам неуклюже обувается, а по окончанию сборов выбегает на улицу, обжигающую нутро ледяным воздухом. - Какая красота! А я ведь приехал сюда в самом конце осени, а сейчас погляди-ка! Снега то по самые колени навалило! Юю смотри как блестит всё! Тело кружится, а после подскальзывается и падает в сугроб с заливистым хохотом. Юнхо в последний раз наблюдал за таким детским восторгом у Гонхо, когда тому было лет десять, а сейчас сердце обливается теплым обожанием. У них определённо всё будет хорошо и они вдвоем прекрасно игнорируют все пожелания судьбы в их адрес. - Задницу себе отморозишь, давай вставай. И если бы сейчас в снегу валялся его младший брат, то он бы и не подумал подавать ему рук, но к Минги тянутся сразу две, поднимая беременное создание, что с таким детским восторгом встает, отряхивает теплые штаны и бежит в другое место, но стопорится, разворачиваясь на все стовосемьдесят - А где тут конюшня? У тебя же она есть, да? Я, кажется, ржание иногда слышу. Чон кивает и только смеётся, ведь содержание лошадей тут производится исключительно ради Гонхо у которого в родительстком поместье не один десяток столь грациозных животинок. - Пойдём. И ведь они действительно проводят вот так весь день, рука об руку, ухаживая за животными, что с радостью топчут чистый двор, окруженный забором. Минги не замечает и того, что на них спускаются темные сумерки, только с искренним криком тыча пальцем в небо - Большая медведица! Юнхо! Большая медведица! Альфа кивает, прижимая к себе замерзающее из-за промокшего костюма тело, а после подхватывает на руки и несет в дом, нежно целуя при первом же возмущении. - Но я ещё не устал и не хочу окончания свидания! Супруг болтает ногами в воздухе, но уже не так импульсивно как утром и Чон наконец-то замечает, что младший подустал, поэтому он с благодарностью смотрит на бет, тут же подлетевших, лишь бы стянуть с юного господина ботинки, да верхнюю одежду, умудряясь сделать это на хозяйских руках. беты семенят следом до самой общей спальни, а после уводят муженька в ванную, лишь бы тот не простыл, только вот омега застывает в дверях собственной спальни и говорит ещё раз, не скрывая плещущейся в глазах любви. - Плевать на всё, что мне предуготовлено. Я люблю тебя, Чон Юнхо, поэтому иди купайся и грей нашу постель. Хватит задумываться о том, как это могло бы провернуться в иной ситуации. Это уже произошло и я ни капли не сожалею, что мы связаны браком. не посмею заикаться о ребёнке, но ты должен понимать, что я ни на секунду не позволил себе думать о том, что Но Альфа перебивает его, успокаивая - Я не сожалею, что мы ждём его и не подпущу к себе мыслей о том, что ты можешь носить чадо истинному. Ты мой. Мы дома. Разве мне нужно что-то еще?