Déjà vu

Уэнсдей заметила его случайно, но, увидев, более не могла оторвать от незнакомца взгляда, в красках представляя, как в эту же ночь склонит его к своим ногам. Ксавьер, поймав взгляд девушки, подумал, что она казалась ему знакомой. Дежавю накрывало Ксавьера ещё не раз. Особенно в те моменты, когда Уэнсдей окровавленными губами целовала раны, которыми сама же испещрила его жаждущее боли тело.