Часть 1

Весна. Сакура. Утро. Тёплый ветерок. Второй год старшей школы. И вдребезги разбитое сердце. Что может быть лучше? Тачихара Мичидзу горько вздохнул. Ну вот, теперь он уже совсем взрослый, и, по-хорошему, ему бы следовало оставить позади всё то, что было ему дорого в прошлой школе. Друзья и просто хорошие знакомые... девушка, которую он любил и которая не любила его. Всё-то судьба у него забрала и кинула в пучину новой жизни, новых знакомств, друзей и совсем уж другой любви. Ну, с последним как повезёт. Ибо опять же горькая судьба-судьбинушка отправила его учиться в школу, где учатся только мальчики. И как, скажите на милость, искать тогда девушку? Тачихара снова вздохнул и поглядел в открытое окно автомобиля, через которое дул свежий ветер, пропитавшийся ароматом цветущей вишни и теплотой после холодной зимы. Ничего интересного. Вид ровно тот же, что был и пятнадцать минут назад. — Мичидзу, скоро приедем. Не вздыхай, как на похоронах, – говорил тем временем его отец, сидящий за рулём. – Ты же знаешь, у нас с твоей мамой не было выбора. Из-за нового места работы, мы... — Да-да, помню, – устало пробормотал он, подпирая ладонью голову. — Так будет лучше, поверь. Мы бы всё равно не смогли постоянно быть рядом с тобой. Тут хотя бы предусмотрены общежития. Здесь тебе будет лучше, чем дома, – Тачихара старший не просто так это повторял. Он будто бы пытался заверить самого себя, что так действительно будет лучше. — Па, я знаю. Мы обсуждали, – строго оборвал Мичидзу и уже до конца поездки не говорил ни слова. Отец не соврал: минут через десять автомобиль всё же остановился у школьных ворот. Оба вышли из машины. — Ну-ка, держи, – сказал Тачихара старший и быстро, даже как-то нервически быстро, подал сыну набитый вещами чемодан и объёмную тканевую сумку. — Па, да всё нормально, – произнёс Мичидзу, заметив настроение отца. – Я правда понимаю, что это необходимо. Мне просто немного грустно уезжать далеко. Вероятнее всего, через несколько дней я и не вспомню прошлую жизнь и прошлую школу. Всё правда нормально, не беспокойся обо мне. Старший Тачихара закрыл багажник и с умилением посмотрел на сына, уже такого серьёзного и взрослого. — Да, что же я... – говорил отец. – Ты у меня молодец. И вырос ты как. Вон, скоро выше меня вырастешь, – и он несильно потрепал Мичидзу по выкрашенной в оттенок рыжего голове. Они вошли на территорию школы. — Ну я же просил не трепать мои волосы! – воскликнул тот, но совсем не злобно, больше шутя. – Так очень сильно портится причёска. — Ну, ладно-ладно, – посмеиваясь, проговорил Тачихара старший, добавляя: – Мне нужно зайти к администрации, занести некоторые документы. Можешь пойти со мной, если не хочешь ждать меня на территории. — Нет, я могу и тут побыть, – заверил он, уже находя взглядом скамейку, где можно расположиться и посидеть до прихода отца. — Замечательно! Ну, я пошёл, – и Тачихара старший уверенной походкой направился вперёд по мощëной камнем дорожке. Мичидзу, проводив его взглядом янтарно-медовых глаз, уселся на скамейку и огляделся. Не зря эту школу называют одной из лучших: даже не взойдя на порог, всë уже выглядит дорого да богато. Тут есть даже сад! Сад, в котором полно всевозможных кустарников и деревьев. И сакура! Боже мой, ну что за красота! Откуда-то из глубин территории послышались молодые весёлые голоса и смех каких-то ребят. — А хочешь, поспорим? – говорил первый пацан другому. — Что? Да не буду я с тобой спорить! Ты и так проиграешь, – заржал тот. — А если не проиграю? – не унывал первый. — А я думаю, что вам не надо спорить, – присоединился третий, женский, голос. Стоп, женский? Откуда здесь девушка, если это школа для мальчиков, а ближайший населённый пункт находится очень и очень далеко? – Да, вам не надо спорить. Это глупо с обеих сторон. — Но почему? – недоуменно спросил второй парень. — Потому что с твоей стороны, любимый, это будет прямое насмехательство! – сказала она. «Любимый»? Да что здесь происходит?», – думал Мичидзу. — Ну не волнуйся. Мы всё равно, если и поспорим, то по-дружески. Тем более, предмет спора весьма актуальная вещь для него, милая, – отвечал тот же второй пацан, которого ранее назвали любимым. «Милая?», – ещё больше удивился Тачихара. Он не мог видеть говоривших, но мог их хорошо слышать. И сейчас они почему-то затихли. — Да блин! Вот это уже действительно насмехательство! – воскликнул первый. – Имейте совесть, а? Не целуйтесь перед общим другом, у которого нет девушки. — Ладно, прости, – сказал второй голос и продолжил: – Я считаю, что тебе не нужно спорить со мной на эту тему. Да и вообще, от того, что мы поспорили, девушка у тебя всё равно не появится. Так что вот тебе совет: не ограничивай себя никакими спорами и просто постарайся найти себе девушку. — Я верю, что у тебя всё получится! – весело пожелала девушка первому. — Ну, ребят, спасибо... – смущённо проговорил тот, которому удача встретить свою девушку пока ещë не улыбнулась. Вся компания наконец вышла из сада, и Мичидзу наконец представилась возможность их увидеть. На двух парнях была та же форма, что сейчас лежит у него самого в сумке, аккуратно сложенная и ещё не ношенная. Форма, состоящая из бордовых пиджаков, белых рубашек, синих галстуков и зелёных штанов в клеточку. На девушке тоже была школьная форма, но из совпадающих элементов были только пиджак и рубашка тех же цветов. Галстук-бант розового цвета, а клетчатая юбка коричневого. «Из какой же она школы?» — Милая, тебя проводить? – спросил её парень. — Да тут же недалеко! – продолжая веселиться воскликнула она. – А вообще, я не хочу, чтобы ты со мной ходил. Если тебя увидят другие девочки, то точно отберут тебя у меня! — О! Вот ты где, Мичидзу, – раздался голос Тачихары старшего. Мичидзу отвернулся от созерцания ребят на подошедшего к нему отца. – Я всё уладил с документами. Можешь заселяться в общежитие. — Да, спасибо, – рассеянно пробормотал он и вдруг спросил: – Па, а здесь рядом нигде нет школы для девочек? Тачихара старший удивлённо уставился на сына, мол, ты разве не в курсе? — Значит, есть, – констатировал Мичидзу, поднимаясь со скамейки и беря в руки чемодан и сумку. — Ну да. В двух километрах отсюда. Итак, шансы найти девушку в школе для мальчиков значительно повышаются. — Ладно, я пойду. Уже времени много, ехать надо, – сказал Тачихара старший и на прощание похлопал сына по плечу. – Ну, бывай. Найди здесь хороших друзей. Даже разрешаю найти любовь всей жизни, – подмигнул он и направился к выходу из школы. *** — Да почему меня поселили с этим идиотом? Я не буду жить с ним в одной комнате! Хоть режьте, а не буду, – разорялся парень с белыми волосами, выкрашенными на концах в красный. Из примечательного в его внешности были закрытые слепые глаза и серëжка в ухе. – Это, в конце концов, просто не справедливо! — Так других мест нет, и переселить вас уже нельзя, – устало говорил глава общежития, которому, по всей видимости, в край надоела сия комедия. — Вы же прекрасно знаете, как я его ненавижу. Тогда что вам вообще мешало поселить меня с кем-то другим? — Я же говорю. Менять вас уже никто не будет. А то, что вы друг друга ненавидите... Ну, в этом совместное житье поможет разобраться либо в очень положительную сторону, либо очень отрицательную. Так или иначе, вы разрешите все неясные конфликты. Беловолосый парень пробормотал что-то очень злое и ругательское. Настроение его всегда было готово выйти из-под контроля, когда речь заходила о единственном человеке, которого он и правда ненавидел всем сердцем. В холле было светло. Весеннее солнце весело заглядывало в настежь открытые окна, впуская в помещение чуть колышащий шторы ветерок и лепестки цветущей вишни. Казалось бы, умиротворение да и только. Но именно сегодня, в этот прекрасный день некий Дзëно Сайгику узнал, что его поселили с его самым ненавистным человеком на всей земле, и нисколько не медля направился прямиком к главе общежития разбираться с подобным перформансом. Однако вот уже как минут двадцать однотипный диалог не двигался с места и не собирался принимать хоть чью-нибудь сторону и правоту. Тэттë Суэхиро, виновник сего торжества и новый сосед по комнате Сайгику, уселся в вольтеровом кресле с идеально прямой спиной и с крайним пофигизмом пил сок, купленный в автомате, аки он не при делах. — Да, и если вы вдруг захотите друг друга убить, то без свидетелей это не получится, ибо к вам уже сегодня должен заселиться новый ученик. Тоже со второго года. Как его зовут не помню... — Здравствуйте, меня зовут Тачихара Мичидзу. Куда можно заселиться? — Вспомнишь лучик, – безразлично проконстатировал Тэттë, выкидывая пустую пачку от сока в мусорку у кресла. Тачихара, только что вошедший в холл и не слышавший пререканий, немного даже удивился. — О, замечательно! – неожиданно для всех присутствующих сказал Дзëно, подходя к новичку и за плечо уводя его за собой по коридору. – Пойдём, я отведу тебя в комнату, где ты будешь жить. Кстати, меня зовут Дзëно, а того идиота в кресле Тэттë. Так уж вышло, теперь мы будем жить в одной комнате. *** Сожительство это Мичидзу пришлось по душе, потому что оба соседа ему показались людьми хорошими и интересными, с которыми и поболтать можно, и домашку, если что, совместно порешать. Только его совсем немного настораживали странные отношения между этими двумя. Улыбка Дзëно всегда казалась неимоверно натянутой при общении с Суэхиро, а тот в свою очередь, подчёркнуто не обращал на чужие нападки никакого внимания. Впрочем, что бы между ними ни происходило, Тачихара обещал себе это выяснить и как-нибудь в скорейшем будущем уладить, ибо жить между двух огней (кстати, буквально. Его кровать располагалась посередине) до конца школы ему не очень улыбалось.