Глава 15. Другая вселенная

      Гермиона — взрослый двадцатипятилетний человек, и она не боится выйти к друзьям на кухню. У неё железная сила воли. Она обладает навыками эмоциональной регуляции, и она точно ни при каких условиях не забоится выйти к друзьям на кухню.         Хах.          Она стоит около двери в спальне Драко, уговаривая себя выйти на грёбаную кухню. Что случится, если она выйдет? Ничего — Гермиона кусок космической пыли. Бессмысленно переживать в любом случае.         Она набирает в лёгкие побольше воздуха, открывает дверь, а там — идиллия. Марк шушукается с Джинни у барной стойки: и, да, её лучший друг даже не обращает внимания.  Драко, босой и разрумяненный, что-то жарко обсуждает с Гарри и Роном за столом. И если это не восьмое чудо современного мира, то Гермиона уверена, — за окном идёт алмазный дождь, и они на Юпитере. В голове никак не укладывается, что Марк пригласил Джинни и Гарри к себе, а Рон столкнулся с ними на пути с Гриммо. Столь неудачное стечение обстоятельств, которое привело к уникальной ситуации, разворачивающейся перед глазами. Кто-то явно сделал ошибку в расчётах, пока планировал их судьбу.         — У вас все шансы выиграть, нет? У португальцев сильна оборона, — справа раздаётся возмущённый возглас Марка. — Без обид, солнышко! Но ты, Малфой, куда быстрее их ловца.         Она подходит к столу, и Драко, не отводя взгляда от Гарри, выбрасывает руку и притягивает её к себе на колени. Глаза Рона расширяются, стоит ей провести рукой по его волосам и обнять его за плечи, поддаваясь и устраиваясь поудобнее. Из-за мыльной пены от Драко пахнет карамелью, но, наверное, от неё тоже. Уют. Взгляд Рона возращается к ним каждые десять секунд, и Гермиона вспоминает его лицо полчаса назад, когда друг наконец убедился, что, нет, это не оборотное зелье, и, нет, у Гермионы нет кузины-двойника из Шотландии.         — Поттер, при всём моём наслаждении фактом того, что ты не немного влюблён в мою игру. Мечта со школы, — Драко ухмыляется, а у Гермионы сразу же закатываются глаза. — Разница с ловцом «Лиссабонских дьяволов» у нас всего две секунды.         — Иногда исход матча может решиться за секунду, — Джинни с Марком возвращаются к столу. Её руки обхватывают плечи Гарри, подбородок утыкается в его макушку. — А у тебя целых две.         — Уизли, ты с Поттером соревнуешься за моё внимание?         Рон хмурится.         — Нам одного экземпляра из вашей команды достаточно, — понижает она голос, и Марк, появившийся из-за спины, хмыкает в ответ. — Два — уже перебор.         Рон дёргает головой, обращая потерянный взгляд к Марку. Его глаза — огромные. Чёрт, неужели он не… Теперь у неё даже появляется немного сочувствия.         Гарри поправляет очки и тянет:         — Малфой, тебе нравится наша лучшая подруга. И нам она нравится. Мы на одной стороне улицы, если ты понимаешь, о чём я.         Придумывать ассоциации — дело семейное? Ужасно.         — Даже не мечтай, Поттер. Я не люблю делиться.         Несколько смешков, Марк играет бровями, а Гермиона качает головой. Рон открывает рот и потерянно говорит:          — Я единственный здесь, кто не спит с игроками в квиддич?         Все замолкают, и Гермиона поднимает брови и забирает у Драко чашку, отпивая чай. Крепкий, как она любит. Джинни разминает плечи Гарри и тихо говорит:         — Ты должен мне десять галлеонов. Я говорила, а ты не верил. Ещё с той фотосессии…         — А что с фотосессией? — невинно спрашивает Драко.         — Ничего! — восклицает она, бросая яростный взгляд на Джинни, и та ухмыляется. — Ничего.         — Я отплачу тебе поцелуями, — говорит Гарри, протягивая к ней руки.         — Мы так не договаривались, Гарри Поттер, — ворчит Джинни, целуя его. — Поцелуи не купят мне новые перчатки из драконьей кожи для тренировок.       — Я куплю тебе их и так.         — Гоблин, что за... — кривится Драко, и Гермиона понимающе хмыкает. — Они всегда такие любвеобильные?         — Зато теперь ты знаешь, как я себя чувствую, когда вы с кудряшкой путаете общую гостиную с твоей спальней. К слову, о сделках… новая-новая защита, Драко! Новая защита — какая она?  — пританцовывает Марк. — Как скоро я получу её?         Гермиона вопросительно смотрит на Драко, и он стонет и закатывает глаза.         — Повторяю: я не спорил с тобой.         — Мог бы просто сделать приятное лучшему другу. Хотя бы раз!         — Наша дружба так не работает. Мы не делаем друг другу приятное, — выдавливает издевательскую улыбку он. — Я терплю твои ужасные привычки, а ты наслаждаешься моими страданиями.         — Иногда я жалею, что у меня нет груди и кудрей.         — Эй! — восклицает Гермиона.         — Он хотя бы готовит тебе кофе в постель, а всё, что мне достаётся: «Марк, ты снова устроил свинарник в гостиной», «Марк, забери свои трусы со стола!», «Марк, в овсянку нельзя добавлять огневиски!», «Марк, не пой в душе!»…         К сожалению, Марку, правда, лучше не петь в душе. Она солидарна с Драко по многим пунктам.         — Почему я всё всегда узнаю последним? — потерянно шепчет Рон, хлопая ресницами и всё ещё витая в своём мире. Все головы поворачиваются к нему, Марк замолкает и надувает губы.  Несколько секунд они просто сидят и переглядываются. Неловкую тишину прерывает Драко, перехватывая её задницу, чтобы успеть поймать, потому что Гермиона соскальзывает.         — Уизли, тебе, наверное, нужна поддержка, но всё, что я могу предложить, — сарказм.         Рон снова приоткрывает рот. Его взгляд падает на руку Малфоя, и он растерянно шепчет:       — Ты — ловец «Уилтширских гадюк».         На лице Драко застывает незабываемая смесь растерянности, скептицизма и удивления.         — Он всё ещё в шоке, — Джинни прикрывает рот рукой.         Рон переводит на неё жалостливый взгляд, и Драко зло усмехается.         — Дать автограф, Уизли?         — Автограф, — после паузы говорит он. — Да, было бы… хорошо. Но, Годрик, ты встречаешься с Гермионой?         Брови Драко поднимаются, и он снова перехватывает её рукой. Гермиона цепляется за его шею, потирая ступни друг о друга. Гарри начинает смеяться, а Гермиона пытается сдерживаться, но в конце концов сдаётся.         — Рон, серьёзно? Тебе не достаточно входных данных? — сквозь смех говорит она.         — Но это же как… встречаться с собственной матерью? — испуганно говорит Рон, и его лицо искажает ужас. Драко издаёт смешок и переводит на неё взгляд. Гермиона поджимает губы. Веселье испаряется, и приходит её очередь раскрывать рот от возмущения и краснеть.         — Или Макгонагалл? — подхватывает Гарри. — Более сексуальной версией.       — Именно! Ты понимаешь, о чём я.         — Да ладно вам, — тянет Джинни. — Гермиона — отличный партнёр: внимательный, заботливый… контролирующий? — Драко еле заметно улыбается, и она ощущает, как в паху щекочет. — Единственное, она немного одержима порядком, правилами и…         — Музыкой? — говорит Марк, жестикулируя, и кивает в сторону. — Что неплохо, но книги… Как скоро он задаст вопрос: «Книги или я»?         — Мы все знаем, что она выберет.         — Сочувствую, снежинка.         Гермиона закатывает глаза, на что Драко обнимает её рукой за колени и прижимает ближе, целуя в щёку, и шепчет:       — Пока ты не пыталась обменять меня на дохлый, древний, пыльный фолиант, м-м-м, Грейнджер? Серьёзно настроена? Или поджидаешь правильный момент?         — На твоём месте я бы не стал доверять ей, — говорит Гарри, оглядывая их. — Она только выглядит невинной приличной ведьмой, но все мы знаем, кто украл книги о крестражах из Запретной секции.         — Хм, ты мне такое не рассказывала, — тянет Драко. — Когда это было?         Она его игнорирует.         — Я вообще-то сижу прямо напротив тебя, Гарри!         Друг поднимает руки, и Гермиона зло прищуривается.         — Я хотя бы не готова продать душу за билет на кубок, — её ладонь разрезает воздух, указывая в сторону Гарри и Рона. — В отличие от вас.         — Я бы тоже так говорил, если бы просыпался с ловцом «Уилтширских гадюк» каждое утро, — бурчит Рон.         — Он прав, — вздыхает Марк, и Джинни с Гарри кивают. — Возразить нечего.         Чей бы Барруфио мычал… Гермионе хочется пульнуть в них нелепое заклинание: Таранталлегру, например. Или накормить блевательными батончиками.         — Я не понимаю! Это всего лишь квиддич! Что в нём такого?         — Это всего лишь книги! — хором передразнивают они её. — Что в них такого?         Очевидно: ей нужны новые друзья.         — Кстати, Малфой, по поводу билетов на кубок. Гермиона отказывается просить, но ты можешь дать парочку?         О, Годрик, Рон отошёл от шока. И, конечно же, это был первый вопрос, который зародился в его рыжей, одержимой спортом, голове.         — Никогда бы не подумал, что буду делать тебе одолжение, Уизли.         Гермиона даёт ему лёгкий подзатыльник, но он ловит её руку и прикусывает палец, а после продолжает.         — Без проблем. Послезавтра у нас тренировочный матч перед большой игрой с шотландцами. Только для своих. Хотите посмотреть?         В глазах Рона загорается предвкушение, и в этот момент Гермиона проклинает Малфоя за хорошее поведение.    

***

      — Мерлин, почему маглы думают, что круто быть пауком? Это же кошмар во плоти?         — Не все боятся пауков, как ты, Рональд, — говорит Джинни, забирая у него попкорн и протягивая его Марку через спящего посередине Гарри. — Это имеет смысл. Пауки — крутые животные.          — Дьявольские животные. Думаете, Арогог вдохновил маглов на это?         — Как? Он общался с магловскими пауками через мировую Интернет-паутину? — зевает Марк, и Джинни хихикает.         Супергероский фильм приближается к середине: они доходят до момента, когда Дефо впервые слышит и видит Гоблина. Драко сжимает её руку и ёрзает, и Гермиона поднимает взгляд на его лицо, освещённое голубым сиянием.         — Всё хорошо? — спрашивает она, сжимая его руку в ответ, и он кивает, не отрывая взгляда от экрана. Она впервые видит его настолько увлечённым, но в то же время испуганным. Гермиона задумывается, так же ли она выглядела, когда впервые увидела магию: ей казалось, что она как будто попала в другую вселенную.         — Как скоро будет тот поцелуй, о котором ты говорила?         — Кажется, ты не любишь ужастики, — улыбается она, и Драко скашивает на неё острожный нервный взгляд. — Скоро.

***

      Фильм заканчивается под синхронизированный храп Гарри, Джинни и Рона. Стрелка на наручных часах пробивает два часа ночи, и Гермиона встаёт, растягивая затёкшие мыщцы.         — Можно в следующий раз мы посмотрим что-то более позитивное? — бурчит Драко, сползая с дивана вслед за ней.         — Тебе не понравилось? — её бровь не поднимается.         — Они целовались на кладбище? Нет, спасибо. Думаю, у призрака случился второй инфаркт от осквернения.         Марк аккуратно трясёт Гарри за плечо, и тот вздрагивает, открывая глаза и моргая. Через минуту он уносит Джинни на руках к Марку в спальню, и Гермиона думает, когда всё стало настолько ненапрягающим и комфортным между ними.          — Кудряшка, мне надо поговорить с тобой, — Марк откидывает пару подушек от себя. — Три минуты.         — Эм, хорошо. Драко?         — Без свидетелей, — серьёзно говорит Марк, и она следит, как Драко кивает и тянется. — Это тайна.         — Ты так просто оставишь меня тут? — спрашивает она Драко, и тот пожимает плечами.         — Видимо.          Гермиона раздражённо вздыхает, наблюдая, как её парень скрывается в ванной комнате. Марк обходит спящего Рона и садится на стул.         — Что? — нетерпеливо говорит она.         — У нас проблема, — говорит Марк, оглядывая комнату, словно их кто-то подслушивает. — Послезавтра матч, но наши чирлидеры, жёны близнецов, подхватили драконью оспу. Они сейчас в изоляторе.         — И?         — Понимаешь, мы всё равно выиграем у шотландцев, но они будут беспощадны, если узнают, что у нас нет команды поддержки. Их девушки постоянно соревнуются с нашими.         — При чём тут я?         — Ну… Я поговорил с Джинни, невестой Эрнеста. И они согласились устроить небольшой сюрприз парням. В плане, ты же тоже девушка ловца, поэтому…         — Я не буду дрыгаться на поле под музыку, Марк. У меня есть работа, да? Напоминаю.         — Пожалуйста? — Марк поднимает брови. — Подумай о Драко, когда он увидит тебя… — он задумывается, — в этом суперкоротком костюме, исполняющей танец поддержки.         — Мне надо писать статью.         — Драко сказал, что она готова на девяносто процентов.         Гермиона складывает руки на груди и вздыхает. Чёрт!         — Я вижу по твоим глазам, что ты хочешь согласиться.         — Нет.         — Нет, я уверен, что ты хочешь согласиться, потому что ты хочешь порадовать Драко больше всего на свете.         — Повторяю, я не буду…         — А если я скажу, что у него есть такая сексуальная фантазия?         — Что?         — Ну, знаешь, иногда, когда мы напиваемся, границы стираются. Так вот, Драко однажды рассказал мне…         — Не продолжай.       — Так вот, он рассказал мне, что, когда был мелким, то у него часто случались мокрые сны, когда он представлял, как одна из однокурсниц наги...       — Марк, ещё одно слово! — она достаёт палочку из заднего кармана, и тот вскакивает со стула и перебегает, — теперь между ними стол.       — Ладно-ладно! Всё! Но сама посуди, у тебя есть отличная возможность...        — Мерлин...         — Я ослышался, или ты сказала: «Да»?         Гермиона переступает с ноги на ногу, переводит взгляд на Марка и издаёт усталый вздох:       — Годриковы панталоны… Я облажалась. Когда?         — Завтра с утра вы встречаетесь с Джинни и Мэгги в тренировочном зале её команды, — улыбается Марк. — Обещаю, ты не пожалеешь.         — Ты — дьявол.         — А ты взяла яблоко!         Гермиона надеется, что в параллельной вселенной у неё была хоть капля мозгов, и она отказалась быть чирлидером Драко Малфоя.