Неправильный выпускной

Во всей весёлой праздничной суматохе Валечка никак не находила себе места. Её одноклассницы, счастливые и радостные, летали из стороны в сторону, попутно давая друг-другу какие-то советы. «Вот здесь поправь», «Вот тут опусти»… Украшение актового зала было одним из любимых занятий абсолютно всех девушек в женской гимназии. Всех, кроме одной, что сейчас сидела где-то на последних рядах, уткнувшись носом в колени. Валя Антонова всё думала о том, насколько же сегодняшний вечер будет отвратительным. Пока все вокруг только и щебетали о предстоящем выпускном, у неё в голове были только мысли о том, что этот день— самый худший из всех, что у неё когда-либо был. Так уж получилось, что огромный школьный праздник решили отметить именно в тот день, когда Антонова должна была отмечать свой день рождения. Причём выставили несколько важных условий. Одно из них — обязательная явка на мероприятие. Не прийти можно было, видимо, только в двух случаях: либо ты на грани смерти, либо уже лежишь на столе в морге. Ещё «никакого алкоголя», хотя все — и ученики, и учителя — знали, что хотя бы одна бутылочка шампанского всё-таки будет разлита по бокалам. И самое главное: «Никаких парней». Хоть в правилах посещения выпускного и не было написано об этом прямым текстом, однако учителя хорошо дали всем понять то, что мальчикам не место в женской гимназии. Оно то и на самом деле, но свой особенный день Валечке хотелось провести рядом с любимым человеком. Тем более такая важная дата — семнадцать лет! И нужно ли ей было сидеть весь день на этом шумном выпускном, где её поздравит человека два от силы, кое-как вспомнив…? Думая об этом, Антонова всё больше мрачнела. Разве это было справедливо? Хотелось плюнуть на это всё, сбежать, а ещё лучше — не прийти на это собрание напыщенности и вычурности. Тяжело вздохнув, Валя встала со своего стула и пошла вдоль стены в сторону выхода из зала. Она ни секунды не могла больше терпеть нахождения в этом месте. Уроков сегодня не было, однако во всех журналах ученицы были отмечены, так как их присутствие на подготовке к школьному балу тоже было, по факту, обязательным. И именно поэтому никого без надобности не выпускали из гимназии. Понимая, что впереди ещё целых четыре часа до начала сего мероприятия, Валечка решила подняться в библиотеку. Во всей школе это было одно из её самых любимых мест. Здесь было тихо, спокойно и очень атмосферно. Стоя среди бесконечных стеллажей с книгами, можно было и правда почувствовать себя в сказке. А ещё там всегда можно было легко скрыться от лишних глаз. Забежав в нужное помещение, она сразу же встретила добрую пожилую женщину-библиотекаря. Та, на большое удивление Валечки, сразу поздравила с праздником. С её, с её личным праздником, а не с выпускным! А ещё поинтересовалась о том, почему девушка не хочет присоединиться к украшению актового зала. Придумав нелепую отмазку — что-то вроде «Я там только мешаю» — Антонова искренне поблагодарила работницу и прошла дальше. Проводя пальцами по корешкам книг, она получала настоящее удовольствие. Валечка медленно прошла раздел детских сказок, постепенно переходя в блок классической литературы. Пройдя русских писателей, она остановилась на зарубежных детективных романах. Закрыв глаза, девушка вытащила книгу наугад. Через секунду у неё в руках оказалась «Десять негритят» Агаты Кристи. Антонова улыбнулась. Эту книгу она уже трижды изучила вдоль и поперёк. Читая, каждый раз она замечала какие-нибудь новые, незаметные, на первый взгляд, детали, которых не видела раньше. Это занятие всегда вызывало у неё интерес, и поэтому даже сейчас она не отложила книгу, чтобы выбрать другую, а присела на низенькую табуретку, открыв случайную страницу. Пробежав глазами по тексту, Валечка не увидела ничего для себя нового. Искать с каждым разом становилось всё сложнее. В голове всё ещё бушевали отрицательные эмоции. Раздражение, непринятие, обида — все они собирались в одну кучу, образуя, собственно, плохое настроение. И поэтому сосредоточиться на том, что было написано на страницах, стало практически невозможно. Выдохнув, девушка закрыла книгу и положила к себе на колени. И тут же вспомнила о самом главном. Теперь нужно предупредить Сергея… Разблокировав телефон, она смахнула экран влево, открывая доступные чаты. Найдя среди них тот, что с любимым именем, она зашла в него и стала печатать. «Привет ещё раз. Я не смогла отпроситься. Видимо, не в этот раз, прости (»

Отправить

Парень поздравил её с днём рождения ещё ровно в полночь. Отправив объёмный текст с пожеланиями и множество картинок с котиками, которые Валечка любила, кажется, также сильно, как и Серёжу, он спел ей в голосовые песню Ирины Аллегровой, постоянно прерываясь на свой низкий бархатный смех. После этого они ещё полночи говорили по телефону, и только после того, как Майский настоял, девушка отложила телефон и пошла спать. Этой ночью он пообещал ей сюрприз, и, к сожалению, сейчас все планы рушились под натиском выпускного вечера. Ответ пришёл почти сразу.

«Доброе утро, Валечка. Я что-нибудь придумаю. Веселись пока и не волнуйся»

Антонова прикрыла глаза. Ну как она может веселиться, когда весь мир, кажется, настроен против этого? И разве можно в таком случае что-нибудь вообще сделать? Отложив телефон, она вздохнула. Пытаясь отвлечься и совсем уже не веря тому, что в сегодняшнем дне будет хоть что-то хорошее, девушка снова пробежалась взглядом по корешкам книг. Выбрав одну из тех, что ещё ни разу не попадали в её руки, она открыла самые первые страницы.

***

Сидя в актовом зале на своём любимом месте, Валечка наблюдала за тем, как на сцену выходят девушки в красивых вечерних платьях, выстраиваясь в несколько линий. Заиграла негромкая спокойная мелодия, и танцовщицы, одна за другой, начали исполнять аккуратные движения руками. Сам танец походил на вальс, однако без партнёров. В девушках было столько лёгкости и изящности, что некоторые зрители замирали на месте, практически переставая дышать. Валя же смотрела на всё это без особого восхищения. Она готова была на месте расплакаться от безысходности. Закусив губу, она ждала окончания выступления. Тогда можно будет скрыться где-нибудь в углу от чужих глаз и погрузиться в свои мысли. Никакого настроения на танцы и беседы не было. Хотелось просто побыстрее прожить этот вечер. Ещё несколько номеров представили перед тем, как директор вышла на сцену, поблагодарила выступавших, произнесла огромную речь о том, что она безумно гордиться всеми ученицами «нашей прекрасной гимназии», пожелала успехов в грядущем будущем и, наконец, вернулась обратно за стол к учителям. Прозвучало долгожданное объявление: основная часть праздничного вечера. Сразу поменялось и освещение в зале, и в принципе атмосфера вокруг. Плавная мелодия сменилась на что-то более современное и ритмичное. Через пятнадцать минут повсюду уже слышался смех и разговоры. Отыскав укромное место около двери, Валя оперлась о стену спиной. Достав из сумочки мобильный телефон, она сразу же открыла входящие сообщения. Там было несколько поздравлений от знакомых, какой-то спам. Но в одном единственном чате было всё ещё пусто. Последнее сообщение от Серёжи так и висело без ответа, да и он ничего нового не писал. Внезапно дверь, рядом с которой находилась Антонова, приоткрылась. За ней показалась её одноклассница, которая тут же тронула девушку за плечо. — Валь там… Тебя на третьем этаже ждут. Я не знаю, как вы это, блин, сделали, но я завидую, так и знай. — она с улыбкой потянула удивлённую Валечку за собой. Проводив её до лестницы, одноклассница вернулась в актовый зал. А блондинке в полной тишине ничего не оставалось делать, как подниматься на указанный этаж. Она всё думала, кто же мог ждать её там, наверху. Завидовать? Чему, испорченному дню рождению, что-ли? Подняв голову, она увидела, наконец, того, кто её ожидал. Одетый в выглаженный костюм, с галстуком, весь из себя такой серьёзный, около одного из кабинетов стоял Серёжа Майский. В одной руке он держал огромный букет белых лилий, а во второй небольшую коробочку. Зажав рот рукой, Валечка бросилась к нему. Влетев в объятия парня, она долго не могла его отпустить, не веря своим глазам. А он стоял и улыбался, аккуратно придерживая Антонову за талию. Когда девушка слегка отстранилась, Сергей с самым галантным видом поцеловал её руку. — Ты не представляешь, насколько ты сегодня красива. — Ты… Как?! Как ты это…? — она просто не находила слов, — Но тебе же нельзя сюда… — Правильный подход ко всему иметь нужно, принцесса. — Сергей многозначительно улыбнулся и подмигнул. — Я поговорил с вашими наблюдающими, спокойно всё объяснил, мол, так-то и так-то. Обещал, что никто не узнает, поэтому нам с тобой, всё-таки, лучше не показываться. Ну разве похож я на человека с плохими намерениями? От счастья у Валечки по лицу потекла слезинка. Потом вторая, третья. Заметив это, Майский свободной рукой дотронулся до её щеки. — Ну что ты…? Расстроилась? Не рада меня видеть? — парень с грустной улыбкой посмотрел ей в глаза. Она же только сильнее прижалась к нему. — Наоборот. Я… Это самый лучший день в моей жизни! — всё, что смогла произнести Антонова. — Ну тогда я постараюсь сделать его ещё лучше, мм? С этими словами Серёжа вложил в её руки маленькую коробочку. Открыв её, Валечка пришла в восторг. Там, аккуратно свёрнутая, лежала золотая цепочка. Развернув её, девушка поняла, что это та подвеска, о которой она мечтала уже очень долгое время. Маленькие звёзды по краям, а в середине нежный полумесяц, переливающийся на свету. Валя пару раз в разговоре упоминала о ней, однако не называла ни магазина, в котором её можно было бы купить, ни чего-то другого. Даже фотографии на руках у парня не было, он видел её лишь однажды. И несмотря на всё это, сейчас у девушки в руках находилась её мечта. — Это… Это невероятно, Серёжа… Я… У меня нет слов. Ты — самое восхитительное, что происходило со мной когда-либо. Спасибо тебе… — Я рад, что ты всё-таки изменила своё мнение об этом вечере. Я могу рассчитывать на самый прекрасный поцелуй? Ничего не ответив, Валечка обняла парня ещё крепче и коснулась его губ своими. Оказавшись полностью под влиянием эмоций, Антонова испытала на себе множество ощущений. Закружилась голова. От Сергея приятно пахло духами, и этот аромат придавал их поцелую особую страсть. Медленно касаясь светлых локонов пальцами, Майский забыл обо всём на свете. Посреди коридора, в полной тишине, стояли два человека, чьи сердца принадлежали только друг-другу. Скрываясь ото всех, любили так горячо и страстно, что ни одно чувство на свете не смогло бы сравниться с этим.

Неправильно? Ну и пусть. Зато на душе было тепло, а самый отвратительный день превратился в самый замечательный…