Часть 1

Будильник прозвенел, Джисон несколько раз выключал его, пока не понял, что если выключит еще раз, то провалится в сон и проснется еще нескоро. Спать по ночам отличная идея, но что делать с тем, что по ночам будто работается лучше. Так думал и молодой человек, надевая наспех вещи, которые кинул на пол, когда ложился спать, не удосужившись даже повесить их на стул. Заглянув в холодильник в надежде найти хотя бы один несчастный энергетик, парень расстроено хлопнул дверью, обнаружив, что там лишь пара бутылок пива, которые они с Чанбином как-то так и не выпили, хотя хотели. Хан вышел из дома. Идти до работы полчаса, у него было даже время зайти в магазин, чтобы получить свою порцию бодрящего напитка, без которого ему сложно обойтись все то время, как он начал всерьез писать свои песни для его музыкальной группы. Жил юноша на окраине города, все-таки так снимать дешевле. Было бы логичнее снимать квартиру вместе с кем-то, чтобы было еще дешевле, но все его близкие друзья либо жили с родителями (Сынмин, например), либо были просто невыносимыми соседями. Даже несмотря на то, что Чанбин неплохо готовил, в отличие от того же самого Джисона, младшего так достало, что Со мог привести домой вечером кого-то. В такие моменты Джисону приходилось выходить из квартиры, гулять неподалеку, это его порой злило, потому что в такие вечера он не мог спокойно поработать над музыкой. Покинув свой район, юноша оказался в месте, где вокруг сплошняком располагалось множество высоких зданий, что стремятся ввысь. Это бизнес квартал, где вокруг офисы и кафе с кофейнями, куда бы ты ни посмотрел. Дороги широкие, пешеходные переходы длинные, на светофорах всегда долго ждать, тут толпы людей. Как обычно, стоят мужчины в костюмах темных цветов и с кожаными портфелями в руках, женщины, одетые по офисному дресс-коду, в юбках по колено и в пиджаках неброских цветов. Загорается зеленый. Это один из тех дней, когда люди вокруг идут быстрее, чем обычно (ощущается именно так, во всяком случае). Все такие занятые и деловые. Начинает идти дождь. Вокруг раскрываются зонты. Один за другим. Лишь из всей толпы всех этих сдержанных и серьезных людей молодой человек все также медленно идет, как он и привык это делать обычно, зонтика, конечно же, у него с собой нет. На самом деле это не единственное, что Джисона отличает от других. Вид у него, скажем так, необычный. Парень в черной кожанке, джинсы рваные (сложно сказать, задумано ли так или все же молодой человек не может дойти до магазина за новыми), волосы растрепанные, ведь он недавно проснулся, покрашенные в синий цвет, проколотый нос (септум) пирсинги на ушах сосчитать сложнее, черные кеды на платформах запачканные и пыльные. Продолжает идти неспешно, пока люди мчатся вперед по делам в этот непогожий день. Дождь только усиливался, а Джисон все равно намеревался дойти до ближайшего продуктового, чтобы зайти перед рабочим днем за энергетиком. Он не спал снова всю ночь, пытаясь доделать песню, с которой никак не может разобраться уже вторую неделю. Однако для парня неприятнейшие погодные явления не были никакой преградой, он не торопился скорее добежать— был мысленно поглощен в процесс рассматривания разных вариантов мелодии для припева. Именно поэтому, когда он дошел наконец до магазина, его никак не смущало, что с него уже изрядно капает. В этом продуктовом магазинчике рядом с работой Хан бывает редко, приходится заходить, когда энергетики в магазине рядом с домом закончились. Он средних размеров (рядом с домом и то меньше), ремонт бы помещению явно не помешал, местами с потолка уже капает, пахнет сыростью, а продавец никогда не внушал доверия, но выбор не так уж и велик. Хан вообще сам по себе ленивый человек, когда дело касается чего-то обыденного, он готов часами сидеть с гитарой, перебирая аккорды, но приготовить хоть что-то съедобное, чтобы не помереть с голоду, для него было из разряда невыполнимых миссий. Он не любит отвлекаться на мелочи, по его мнению, если они мешают как-то творческому процессу. Это одна из причин того, почему он может выглядеть тощим, если сравнивать его с ровесниками. Но его такие незначительные вещи совсем не волновали, если бы его хотя бы толику интересовало чужое мнение о его внешнем виде, то он явно бы не выглядел так неформально. Промокший до нитки неторопливо подходит к излюбленному стеллажу с энергетиками, выбирая на этот раз энергетик с надписью на банке «тропический микс», хотя он не из любителей сладких вкусов, а в данном случае еще и с приторным привкусом, но сегодня такой день, когда нужно взбодриться, получить долгожданную глюкозу и кофеин с таурином, чтобы дальше размышлять, как бы закончить песню. Уже направляясь к кассе, Джисон сталкивается с парнем, идущим в направлении полок с кормом для питомцев и прочими зоотоварами, коих в продуктовом было не так много, после чего молодой человек извиняется, не смотря на Хана, и устремляется к своей долгожданной цели. Со стороны он кажется очень задумчивым, перебирая пакетики с едой для кошек, иногда переворачивая, зачем-то читая состав. Наверное, это единственный раз за утро, когда Джисон в конце концов отвлекся от созидания очередной песни. Парень продолжал увлеченно выбирать подходящий корм— это откровенно забавляло музыканта. Он подумал, что никогда бы так даже о своей еде не запаривался, а тут кто-то запаривается о еде для четверолапых друзей. У юноши, что продолжал перебирать разные варианты, волосы цвета горячего шоколада, высокий нос, верхняя губа казалась более пухлой по сравнению с нижней, но Джисону все равно эта черта показалась очаровательной, а глаза словно имели кошачий прищур, что Хан находил комичным, особенно в данной ситуации, которую ему довелось наблюдать. Вообще, выглядело со стороны забавно, стоит словно застывший и улыбающийся музыкант с энергетиком в руках, который неожиданно для себя отвлекся на внешний мир, а неподалеку парень, который наоборот весь окружающий мир игнорирует, даже не замечая, что стал объектом чьего-то внимания. Хан соврал бы, если бы сказал, что не считает парня перед собой красивым. Он вспомнил бывшего бойфренда, с которым расстался пару лет назад, и всех своих знакомых, и приятелей, но даже они, на его взгляд, не были так привлекательны. Музыкант пришел к выводу, что молодой человек в его вкусе. И Джисона никак не отталкивали потертые джинсы и растянутая толстовка с замком, из-под которого торчала футболка явно не по размеру. Заинтересовавший его парень стоял также промокший, капельки воды стекали по прядям и по лбу, однако шатен не спешил никак вытирать его. Толстовке с футболкой тоже досталось, они по ощущениям, должно быть, неприятно прилегали к телу, поэтому с виду можно было наблюдать подтянутое тело. Вдруг Джисон поспешил к кассе, наспех захватил прозрачный хлипкий зонт, оплатив его и энергетик. Такие зонтики обычно всегда стоят во многих продуктовых недалеко от входа, ведь для Кореи дожди частое явление. Только он готов был вернуться обратно, чтобы как-то проявить внимание к понравившемуся парню, как его уже не было на месте — послышался звон колокольчиков над дверью, оповещающий о том, что кто-то вышел или зашел. Учитывая, что в магазинчике, кроме него, того парня и продавца никого не было, а новых покупателей не прибавилось, то было несложно догадаться, что юноша уже ушел, в итоге ничего не купив. Хан побежал к выходу, чтобы догнать парня, который буквально пару минут назад тоже стоял промокший до нитки, но его остановил продавец, догадавшись, зачем Джисону срочно потребовалось поспешить за другим юношей. — Если ты вдруг решил впечатлить того паренька, то не стоит, — ухмыльнулся продавец на вид лет 30, — он уже вроде как занят. Бывает, что заглядывает сюда с парнем, наверно, живут недалеко, а по вечерам иногда приходит один и закупается кормом, подкармливает частенько районных бродячих кошаков. Хан не стал отвечать, лишь хмыкнул, вернулся к стеллажам с кормом, купил тот, на котором дольше всего задерживал внимание несостоявшийся покупатель, вышел на улицу, уже никуда не торопясь, ведь силуэт шатена все отдалялся, а купленный недавно зонтик пригодился лишь самому Джисону, хотя его такие мелочи, как дождь, никогда не волновали. Ну, раз с парнем он познакомиться никак не может, то пусть хотя бы доброе дело сделает и покормит несчастного кота рядом с кофейней, в которой подрабатывает. *** День начинался отлично, Минхо с Соджуном долго валялись в кровати, лениво потягивались, если бы не какие-то дела, то они так и продолжили лежать до самого вечера. Но на то они и дела, что их не стоит откладывать на завтра, да и в их случае пропускать работу было не лучшей идеей. Соджун не мог никак остаться дома, прогулять рабочий день в офисе, делая вид, что ему нездоровится, потому что это могло бы помешать его долгожданному повышению, а он не намеревался уступать как-то другим сотрудникам. Минхо, в свою очередь, подрабатывал на складе. С тех пор как не стало отца, Ли довольно-таки сложно приходилось, пришлось даже взять академический отпуск, чтобы поднакопить на учебу. К сожалению, в студенческом кредите ему было отказано, потому что платежеспособных поручителей он не нашел, поэтому ничего, кроме как взять академ, в голову ему не пришло. На тот момент он не был так близок с Кан Соджуном, возможно, возможно, если бы они познакомились и начали встречаться раньше, то и кредит на учебу ему был бы одобрен, но какой смысл размышлять, как было бы, если это уже не имеет значения. Ли считает, что ему все равно повезло встретиться со своим бойфрендом, правда, хотелось бы узнать о нем раньше. Они познакомились все-таки в тяжелый период для Минхо, когда он переживал утрату единственного близкого родственника, отца. Какое-то время он ютился после смерти папы в общежитии у друга, каждый раз пробираясь туда на свой страх и риск, но при неожиданном и незапланированном обходе правонарушителей обнаружили, друг получил выговор, а Минхо пришлось съехать. Повезло, что друга не выгнали из общежития, иначе Ли очень долго бы не мог себя простить за то, что доставил столько проблем. Парень съехал буквально в тот же вечер. На тот момент он уже был знаком с Каном. Они тогда не настолько хорошо общались друг с другом, успели сходить буквально на пару свиданий (и то это было до смерти отца Минхо), поэтому не сблизились настолько, чтобы Минхо просил у него о помощи, да и он не из тех, кто любит делиться происходящим в своей жизни, а тем более своими проблемами. Ли какое-то время жил в хостелах, но денег едва хватало на их оплату, при этом Кан достаточно долго не знал, что творится в жизни у его потенциального бойфренда. Причем узнал он только благодаря тому, что был очень настойчив, когда захотел проводить Минхо после свидания, на которое вынудил пойти Ли, хотя тот был явно не в состоянии после утраты, к сожалению Минхо, он очень плох в том, чтобы отказывать людям. Соджун стал подозревать, что что-то не так, когда парень по второму кругу водил его по улицам неподалеку от хостела. Минхо очень долго сопротивлялся, но его нынешний бойфренд был слишком настойчив, выхода не было, и юноше пришлось рассказать, что же творится с ним в последние месяц, стараясь не вдаваться в подробности. Услышав все, Кан стал допытываться, где же теперь приходится ютиться Ли, а после без раздумий потащил Минхо в сторону его временного жилья, вынудив собрать все свои вещи. Соджун повез его к себе домой, и уже оказавшись там, Минхо был поставлен перед фактом, с тех пор они и стали жить вместе. Квартира у Кана была небольшая, как и у многих в Корее. Небольшая кухня, готовить на ней вдвоем было пыткой, поэтому чаще всего Минхо справлялся один без помощи парня. Была также одна более просторная комната, которая совмещала в себе и гостиную, и спальню, в ней было уютнее: окна большие, днем было светло, а по вечерам горела не только люстра, но и светильники, подушки и шторы в пастельных тонах — Ли вместе с Каном частенько в выходные усаживались на мягкий диванчик перед телевизором, смотря развлекательные шоу. После того, как они съехались, их отношения стали развиваться стремительно. Однако, есть у всего свои минусы: некоторые вещи, которые Минхо не мог заметить раньше в характере своего парня, потому что знал его недостаточно хорошо, начали вылезать одна за другой. Соджун достаточно часто приходил домой пьяный, ведь начальство часто после работы звало работников пить. Конечно же, можно было бы отказаться, но это считается грубостью и неуважением к старшему поколению — тогда и о повышении можно было забыть. В последнее время Кан частенько приезжал на такси, заваливался домой, еле передвигая ноги, довольно агрессивно себя вел, становился вспыльчивым. В такие моменты Соджун часто припоминал, что ему не нравится работа Минхо, что пора ему уходить с нее, часто говорил о том, что он вполне способен обеспечить их обоих, но Ли никак не мог позволить себе вешать на бойфренда все свои расходы, хоть он и тратится немного. С тех пор, как они съехались, чтобы хоть как-то отблагодарить своего парня за возможность иметь крышу над головой, Минхо брал на себя домашние обязанности, частенько покупал продукты и готовил — это был его способ сказать спасибо вместо слов, а уйди он с работы, то у него не будет такой возможности. К тому же, это делает его еще более зависимым от другого человека, когда он итак находится в некоторой зависимости от парня, у которого живет, не оплачивая жилье, ведь Соджун напрочь отказывается брать деньги у Минхо за квартплату. Кану все это настолько не нравилось, что, будучи пьяным, он не стеснялся устраивать скандалы, ругаясь на своего парня. В ответ Ли лишь старался игнорировать все эти крики, что только больше раззадоривало Кана, но сил у него ругаться не оставалось, поэтому все часто заканчивалось тем, что Минхо, выслушивал все эти крики, освобождал Соджуна от уличной одежды и укладывал на кровать —только тогда он становился тише и засыпал. Конечно же, Минхо не нравилось такое положение дел. Ему не хотелось выслушивать каждый раз своего кричащего парня, потому что он в очередной раз напился, хотя Ли всегда на утро с ним говорил о том, как это неприятно. Парень перед выходом из дома аккуратно поинтересовался у бойфренда, во сколько тот собирается вернуться. Ли хотел рассчитать время, когда ему возвращаться домой после игры на гитаре в переходе, поэтому ему хотелось знать будет ли опять пить с коллегами и начальством Соджун или вернется после работы сразу домой, но в ответ получил лишь раздраженный ответ о том, что Кан не может иначе, что это важно для их будущего с Минхо, что он бы с радостью поступал бы иначе, но у него нет выхода, мол, ему жаль, что каждый раз ведет себя отвратительно, когда пьяный. А для Ли все очень просто — если его парню жаль, то мог бы хотя бы не напиваться до такой степени, а все остальные слова звучат, как отговорки. Такие разговоры обычно заканчиваются плохо, они просто начинают злиться друг на друга, поэтому единственный выход, чтобы избежать еще большего скандала, разбежаться как можно скорее, пока не произошло ничего плохого. Однако Минхо искренне устал каждый раз этого избегать и молчать. — Почему ты никогда не прислушиваешься к моему мнению? — с тоской в глазах вырвалось у Минхо. — А почему ты никогда не слушаешь, что я тебе говорю?! — он прикрикнул, испугав Ли. Глаза Соджуна покраснели, на лбу выступили вены. — Сколько раз я говорил тебе уйти с той ужасной работы, мы не бедствуем! А ты каждый раз еще тащишься туда, чтобы перетаскивать огромные коробки с какими-то оборванцами, у которых жизнь уже потеряна окончательно! Тебе там не место! — Не смей так говорить! — Минхо было обидно слышать такие гадости о своих коллегах, которые по сути были его друзьями. —Я просто хочу приносить пользу и вкладываться в нашу совместную с тобой жизнь. Ты каждый раз говоришь мне, чтобы я ушел оттуда, чтобы оставался дома. Для чего? Чтобы висеть у тебя на шее? Ты хочешь сделать меня еще более зависимым от себя? Я не хочу такой жизни, а ты игнорируешь мои желания, — Ли отвернулся, не в силах больше смотреть в глаза Соджуна, —вместо того, чтобы похвалить меня, что я не выбираю легких путей, только давишь на меня и угнетаешь! — И как же я тебя угнетаю? — Кан стал медленно приближаться к Минхо. — Не строй из себя жалкого мальчика, тебе двадцать лет, пора вырасти! Ты сам должен понимать, что я не желаю тебе зла! — Ты каждый раз напиваешься, хотя я тебя сотню раз просил, чтобы ты делал вид, что пьешь, — Минхо попятился назад, — или хотя бы пил меньше! Почему я каждый раз должен терпеть твою агрессивную пьяную ругань?! Я не заслуживаю такого отношения к себе! — Раз тебе не нравится, тебя никто не держит! Это все ради твоего и нашего блага!— Соджун резко приблизился и схватил Минхо за запястья, заставляя Ли смотреть в его красные от злости глаза. — Пусти, — Ли распирало от гнева, поэтому в следующую секунду он повысил голос. — Я же сказал, отпусти меня! Соджун не торопился отпускать руки, но, когда Минхо начал вырываться, передумал. Разгневанный Ли, вырвавшись, вышел из дома и громко хлопнул дверью, не взяв с собой зонтик, забыв про куртку. На улице шел дождь, это было бы важно, если бы Минхо не о чем было думать, но сейчас он злился на своего парня за то, что он каждый раз убеждает, что все это для их блага, а звучит ведь абсурдно, потому что прикрывать свои вечные пьянства с коллегами по работе желанием угодить начальству было глупо. Минхо прекрасно знает, что отказать старшим в предложении выпить невежливо, но кто мешает опрокинуть тому лишнюю рюмку соджу за плечо или сделать вид, что выпил. Ли тоже сталкивался с настойчивыми предложениями на первом курсе на посвящении в студенты и других мероприятиях для студентов, на которые приходили ребята со старших курсов, но если он не хотел напиваться, то всегда мог сделать вид, что пьет, при этом не обижая старших. Промокший парень перед работой заглянул в продуктовый рядом с домом, в котором часто берет корм для бездомных кошек. Так как завести кошку Кан был против, то Ли компенсирует это тем, что подкармливает районных бродячих кошачьих. Минхо обнаружил, что корм, который он обычно покупает, закончился, пришлось вникать, какой лучше взять, чтобы тот был похож на привычный для его братьев меньших. Юноша стал шарить по карманам в надежде найти хоть пару купюр, день итак был неудачным, но стал еще неприятнее после осознания порой своей финансовой беспомощности, а из академа ведь выходить к следующему учебному году надо — напрягать Кана не в духе Минхо, он не из таких, ведь есть вещи, с которыми он считает, что должен справиться сам. Мысли были спутаны, единственное, в чем был убежден парень, сегодня день, когда после подработки необходимо зайти домой за гитарой и поиграть в переходе. Сама по себе игра на любимом шестиструнном инструменте была спасением для Ли, он мог сбежать от всех проблем, пока его пальцы касались струн, пока он мог напевать любимые песни, прикрыв глава, словно во всем этом растворяясь. В такие моменты ничто не было важным. Был только он и музыка, кроме них будто ничего во вселенной не было. Это единение помимо некой терапии приносило хотя бы немного денег, а они лишними не бывают. Так что Минхо хотя бы пару раз в неделю играл в переходах по вечерам. Он мог бы играть на туристических улицах, там всегда толпы людей, но такое огромное количество вокруг него одного его смущает, да и обычно там уже другие музыканты, для которых это полноценная работа, они приносят с собой не только инструменты, но и колонки с микрофонами. У парня подход попроще: только он и гитара. *** Хан останавливается у переулка, который люди обычно избегают, рядом с кофейней. Раздается негромкое мяуканье. Парень лезет в рюкзак, чтобы достать пакетик с едой. Садится на корточки, к нему тут же подходит черный кот, трется об ногу, продолжая мяукать. Джисону стало интересно, зачем тому юноше постоянно кормить котов, он хотел хоть немного его понять, оказаться на его месте, проследить ход его мыслей, что тот чувствует в такие моменты. Музыкант никогда не был заботливым человеком, ему сложно давалось подбирать моменты, когда эту самую заботу нужно проявить, а если он понимал, что момент настал, то либо не знал, что конкретно сделать, либо делал это слишком неловко. Однако почему-то о том парне позаботиться захотелось. Парень поглаживал бродячего и заулыбался, когда представил, как парень из магазина делал бы то же самое— это казалось ему очаровательным. А вообще тот юноша был сам по себе прелестным, однако вспомнив, что он скорее всего занят, что нет смысла каждое утро захаживать в тот продуктовый в надежде встретить его снова, Джисон приуныл. Наконец-то рука, отрываясь от ласк, тянется открыть корм, пока кот с интересом смотрит на молодого человека, радуясь внезапной предстоящей трапезе. Оставив кота отведать еду, которую до этого так старательно выбирал заинтересовавший Джисона незнакомец, Хан направился в кофейню. Кофейня была еще закрыта, до открытия оставалось минут пятнадцать. Менеджер, увидев Джисона перед дверью заведения, двинулся к выходу, чтобы впустить бариста. Поприветствовав менеджера, парень снял верхнюю одежду, нацепил фартук бежевого цвета. Начал подготавливать рабочее место к приходу посетителей, принес со склада закончившееся молоко, положил его в холодильник под барной стойкой, а также излюбленные посетителями сиропы, которые успели закончиться. Хан стал расставлять сиропы на полки, прибитые к стене, находящиеся за его спиной, попутно выбрасывая уже опустевшие бутылки. Его вчерашний напарник так и не удосужился сдать место в подобающем виде, поэтому теперь Джисон в спешке протирает рабочие поверхности, ворча под нос, что оставит этому недоработничку такой же бардак. На деле Хану все равно совесть не позволит поступить так же, как бариста с прошлой смены. Музыкант взглянул на часы, осталось пять минут до открытия, пора доставать пачки с кофейными зернами. Заработала кофемолка, на всю кофейню распространились звуки перемалывания зерен, привычный аромат стоял в помещении, все готово к встрече первых гостей, жаждущих поскорее взбодриться. Само помещение кофейни было небольшим и в форме квадрата — было лишь парочку столиков на двоих у огромных окон от потолка до пола, а также буквально три столика на четыре человека, два из которых были у стены, а один из них перед барной стойкой. Стены были покрыты краской нежного бежевого цвета, украшенные гирляндами и небольшими полочки с книжками различных поэтов, барная стойка и столики со стульями были из темно-коричневого дерева. В помещении хотелось определенно задержаться, особенно в дождливые дни, как сегодняшний. Посетителей с утра, как и ожидалось было много, один за другим брали кофе с собой и убегали по делам — у Хана даже не было толком времени перевести дыхание, но, когда все-таки осталось всего пару человек, которые уже получили свои напитки и десерты, а заказов на вынос не было, Джисону удалось ненадолго передохнуть. Он достал энергетик из маленького холодильника под прилавком, сделал несколько глотков. Утро сменилось днем, Хан в перерывах от приготовления кофе возвращался мыслями к песне, о которой думал все свободное время, пытаясь довести ее до логического завершения, но в голову никак не приходило ничего нового, все казалось банальным. Менеджер ушел на обед, оставив Джисона за главного. Именно в это время обычно Чанбин захаживает в гости к своему другу. Со всегда весь в черном, никто никогда не видел его хотя бы в одной цветастой вещичке, максимум мог надеть что-то белое, если одежда была в стирке. Вид у него часто угрюмый. Правая рука у Чанбина забита полностью, на левой красуется пара татуировок на плече. Шея у Со тоже не обделена чернилами, на ней у Чанбина изображена летучая мышь. Волосы черные, как смоль. Хоть он и выглядит ниже своих сверстников, но никак им не уступает в мышечной массе, чего не сказать о его друге Джисоне. Добрался Со до кофейни на мотоцикле. Каждый раз, когда Со наведывается в смену парня, все не могут оторвать глаз от незваного гостя. Чанбин из тех людей, за которыми следишь от начала их появления вплоть до самого их исчезновения из виду, но оно и понятно. — Хей, сделай мне кофейку, — облокотился на барную стойку Чанбин, — будь другом, — хитро заулыбался, зная, что Джисон не станет отказывать. — Придурок, ты специально выбираешь время, когда менеджер уходит на перерыв? — цокнул Хан, уже зная, что ответит друг. — Ты сомневался в моих аналитических способностях, скелет ходячий? — негромко засмеялся, выжидая, что выкинет в ответ Джисон. — Конечно же, я прихожу именно в это время, я могу сложить два плюс два, чтобы получить свою порцию бесплатного кофе, пока никто не видит. — Если меня уволят из-за тебя, мышь ты недоделанная, — парень принялся готовить американо для друга в стаканчике на вынос, — то, клянусь, я тебя прокляну, тебе мало не покажется, — Джисон поставил готовый кофе перед приятелем, предварительно закинув в него кубики льда. — Вместо того, чтобы заниматься проклинаниями меня, будь добр, о своих мешках под глазами позаботиться, — хоть Со говорил это в шутливой форме, состояние друга его все равно пугало, однако показывать, насколько серьезно он обеспокоен, не хотел, знал, что Хан не из тех, кто будет слушать, если с ним говорить нешуточно, — да и вид у тебя, словно ты еды не видел со временем, как ходить начал. — Это мне говорит ходячая тумбочка? — парень рассмеялся, но тут же прекратил, когда понял, что один из посетителей повернулся в его сторону, да и привлекать внимание менеджера не хотелось. — Тебя в детстве, видать, тоже не кормили, раз так и не смог вырасти. — Ах ты мелкий, — Чанбин в шутливой форме поднял руку, — ты как со старшими разговариваешь? — А ты как со снабжателем бесплатного кофе говоришь? — Ладно, если серьезно, что там у тебя с песней? — Со сделал глоток, пристально смотря на друга, в надежде услышать хорошие новости. — Я вчера всю голову сломал, но так и не понял, какой вариант лучше, — Джисон казался в этот момент слишком задумчивым и сосредоточенным, смотря куда-то вдаль, — проблема не только в этом, мне ни один из вариантов не нравится, я хочу написать другую аранжировку припева. — Ну, так перепиши, — выпалил Чанбин. — Тебе с правой или с левой, — Джисон выглядел устрашающе в такие моменты, что даже его другу стало не по себе, — или, может, тебе с обеих прописать? — Да чего ты такой напряженный? — брюнет резко поставил кофе на барную стойку, стакан громко стукнулся, пару капель выплеснулось за края пластмассовой чашки. — Приходи на днях ко мне, засядем как в старые добрые, может, вместе чего и придумаем. Я тебе в помощи не отказывал, это ты на себя все взвалить решил, исполнять все равно вместе будем. Джисон задумался над словами друга, понимая, что иногда он взваливает на себя слишком много, а он ведь не один, у него всегда есть возможность спросить совет, которой он почему-то не пользуется, а следовало бы. Хан подмечает для себя, что снова ничему не научился, исходя из прошлого опыта. Бывали моменты, когда ему на самом деле было нечего есть, а до зарплаты оставалось еще много, в такие моменты Чанбин понимал все без слов, звал к себе домой пообедать или поужинать. Со из тех, кому не нужно что-то говорить, если это касается Джисона. Музыканту сложно объяснить эту связь между ними. Чувство будто он его брат, просто когда-то очень давно они успели потеряться, а потом чудесным образом нашлись. — Ладно, любитель халявы, — Хан облегченно выдохнул, — лишним все равно не будет вместе собраться. — Ну, а я тебе о чем? — хмыкнул Чанбин, но тут же изменился в лице, когда что-то вспомнил. —Капец, нас этот гондон подставил. Твой Тэ Хо. А я тебе говорил, что как крыса он выглядит, кинул нас за неделю до концерта, остались теперь без ритм-гитариста. — Я что-нибудь придумаю, — из уст Джисона звучало слишком серьезно, Со немного вздрогнул. — Ладно, ты не думай об этом много, лучше с песней реши, как поступить, — подбадривающе хлопнул Хана по плечу, — я поспрашиваю у знакомых, может, хотя бы на первое время найдем кого-то, а дальше уже на постоянку найдется человек. — Хорошо, но я все равно тоже поищу, — бариста посмотрел на часы, — уже обед заканчивается, скоро этот придурок придет, беги по делам. — Еще увидимся. — Со помахал рукой на прощание. — Ой, совсем забыл! — парень хлопнул рукой себя по лбу. — Я же принес тебе кимпаб, а то на тебя без слез не взглянешь. Твой любимый, между прочим, с тунцом— друг протянул Джисону небольшой пакет с едой, Хан еле заметно улыбнулся, когда принял ланч из рук парня, Чанбин снова помахал рукой на прощание уже точно в последний раз, направился к выходу из кофейни. С Чанбином они знакомы около года, пусть это короткий срок, но Джисон с уверенностью доверил бы другу свою гитару, между прочим, шестиструнную подругу Хан никому никогда не доверяет, но Чанбину это и не нужно, он все-таки на барабанах предпочитает играть. Впервые они увидели друг друга в консерватории, когда забирали документы, чтобы отчислиться из того ада — Со был на курс старше, а гитарист должен был заканчивать первый курс. Поступление для музыканта не оказалось чем-то сверхсложным, музыкой он занимался, сколько себя помнит, но счастье Джисона после поступления в столь желанное заведение длилось недолго. Он разочаровывался в учебе, в преподавателях, которые застряли в прошлом веке, не готовые на эксперименты и не видящие ничего дальше своих рамок– все привело к прогулам. Хан, который умолял родителей пустить его в Сеул, стыдился рассказывать, что его ожидания оказались неоправданными, обратно ехать домой было нельзя, поэтому остался в столице. Тогда он вспомнил о Чанбине, который в день их отчисления оставил ему свой номер на случай, если вдруг Джисон захочет заняться настоящей музыкой, а не этим законсервированным ужасом. Так они и стали играть вместе. У Джисона был приятель, Сынмин, тот еще пай мальчик с виду, с ним Хан виделся на дне открытых дверей, по счастливому стечению обстоятельств они и документы подавали в один день, тогда словно судьба решила столкнуть этих двоих снова. И кто они такие, чтобы перечить судьбе? Так и начали общаться эти двое. Хан ушел, а Ким остался, так как не мог разочаровать родителей, которые всегда мечтали о том, что их сын сможет гастролировать, давая фортепианные концерты, потому что считали его одаренным, что было недалеко от истины. Отчисление гитариста никак не повлияло на их с Сынмином общение, поэтому, когда Чанбин и Джисон решили объединиться, Хан сразу же пригласил Кима к ним. Со хорошо поладил с клавишником, потому что теперь они вместе могли подкалывать Джисона. Так они и стали группой. Когда дело дошло до возможности выступать в маленьких барах, они поняли, что никак не могут обойтись без ритм-гитариста. Пусть в песнях звучали и клавиши, и барабаны, и гитарные соло-партии, все это было неполноценным, но будь еще в группе ритм-гитарист, то было бы совсем другое дело. Даже если партии на ритм-гитаре звучат фоном, они все равно делают исполняемые песни более ритмичными в звучании. С тем самым Тэ Хо Хан познакомился совершенно случайно, выпивая соджу в одной из палаток, где подают уличную еду по типу токпокки. Он сидел и ждал Чанбина, раздумывая над текстом одной из своих песен, перечеркивая в очередной раз строчку, которую считал недостаточно хорошей. Незнакомец подсел, потому что все столики вокруг были заняты различными компаниями друзей и офисных работников, а Джисон не стал возражать, потому что надеялся на молчаливость своего вынужденного соседа. Но он оказался куда болтливее, чем Хану того хотелось. Джисон выдохнул и отложил блокнот, опрокидывая рюмку соджу, не надеясь уже тогда что-либо дописать. Музыкант молча слушал, не особо вникая в истории, так было ровно до того момента, пока тот самый Хо не упомянул, что играет на гитаре. Хан сразу включился в диалог и поспешил уточнить, правильно ли он расслышал. Тогда радости парня не было предела, кажется, что есть все-таки шанс найти еще одного гитариста для их группы, так что Джисон стал охотнее вести диалог с парнем и пить заметно больше, не веря в то, что удалось решить проблему с поиском недостающего участника. Правда, было тяжело так сразу в лоб спросить, заинтересован ли Тэ в возможности поиграть в группе, набраться опыта, ведь для него с Чанбином – это дело жизни, кто знает, как потенциальный гитарист отнесется к этому предложению. Достаточно выпив, музыкант набрался смелости, чтобы спросить, готов ли Тэ Хо присоединиться к ним. Сказать, что парень был удивлен, ничего не сказать. Такие предложения не поступают каждый день. Да и песни, как оказалось, у ребят уже какие-то есть, просто не хватает участника. Чтобы окончательно убедить Тэ, Джисон дал ему послушать демки парочки песен, которые они уже записали в самодельной студии в маленькой квартирке Хана на окраине города. У Хо глаза загорелись, песни ему явно понравились, так что после прослушивания он перестал сомневаться — так они и стали полноценной группой. Однако узнав, что Хану с Чанбином удалось добиться возможности выступить на более широкую аудиторию, вместо маленького бара, найдя средненький клуб, Тэ Хо перестал выходить на связь. Сложно сказать, что именно послужило причиной такого игнорирования, Джисон пришел к выводу, что Тэ банально устал от всего этого, потому что это было не его мечтой, а мечтой Джисона, Чанбина и Сынмина, а он просто подвернулся по пути и следовал за ними, поняв, что это не его, а может все вместе. К тому же, денег они получали с этого мало — это была чисто символическая плата, на которую максимум выпивки можно было купить, но для парней было важно не это, а возможность играть и быть услышанными. В любом случае, с Тэ Хо их пути разошлись, что печалило Хана, потому что он чувствовал вину за то, что позвал не того человека. *** Минхо потирает переносицу, садится на скамейку в парке после работы, достает одну из последних сигарет в пачке, закуривая и устало выдыхая. День на работе выдался тяжелый. Случились какие-то проблемы с накладными на складе, выяснилось, что они должны были довезти заказчику еще коробок, но почему-то накладные и прочие документы кто-то оформил не до конца, часть груза осталась там. Заказчик оказался типом не из приятных. Таких желаешь больше никогда в жизни не встречать, но каждый раз встречаешь. Минхо с другими грузчиками пытались поговорить с ним о том, чтобы перенести сроки поставки оставшихся коробок на завтра, потому что у них у всех закончилась смена, но его это не волновало. Остальные ребята с работы, у которых смены заканчивались позже, были уже заняты, поэтому попросить их довезти остаток не вышло. Начальству также было плевать, как и недовольному клиенту. Выбора у Минхо с ребятами было немного, никто не хотел терять работу. Он нашел данную работу еще до академа, так как это был единственный вариант. Очень подкупало то, что можно было выходить по удобному графику, который он подстраивал под свои планы, все еще учась в тот момент, поэтому в какие-то дни, когда пары заканчивались рано или переносились, он брал дополнительные смены. Также Ли относительно устраивала адекватная зарплата если сравнивать с другими вариантами подработок, деньги он получал сразу после смены, а не раз в месяц. В то время Минхо иногда не мог ждать зарплату так долго— деньги на нужды порой нужны были сразу. Было бы логично найти другую работу, раз иногда начальство позволяло вести себя так по-свински, но Ли так прикипел к коллективу, что даже не задумывался о поиске другой подработки. Всегда было забавно, как кто-то мог шутить прямо во время работы, но тихо, пока никто не слышит, а то некоторых заказчиков это могло раздражать, ребята научены опытом. В такие моменты Минхо, держащий коробку, услышав шутку от одного из товарищей, сдерживался изо всех сил, чтобы не рассмеяться во весь голос, краснея еще больше. Ему также нравилась атмосфера, которая создавалась после работы, когда все уставшие, но все равно готовые пойти даже ненадолго выпить, чтобы посидеть и наконец посмеяться вдоволь. Еще он считал ребят оптимистами — они были для него неким примером, как надо относиться к трудным жизненным ситуациям. Они все немало пережили, Минхо наслышан о разных историях от них. Когда он начал работать, узнавая их, он многими восхищался. Тяжело было представить, как что кто-то мог после пережитых трудностей был способен двигаться дальше, но все их истории доказывали, что идти вперед, даже когда кажется, что это конец, вполне реально. Раньше юноша думал, что он не настолько стойкий, что сам бы ни с чем не справился на их месте, но чем больше он общался с ними, тем больше понимал, что сила приходит со временем, а такие люди только больше помогают тебе в понимании, что ты можешь сам справиться и не с такими бедами. Хоть Минхо и звали выпить сегодня после работы, но он решил отказаться в этот раз, потому что у него уже были планы. Несколько раз в неделю парень играет в переходах, чтобы почтить память отца, который как раз и научил его играть. Ли частенько играет его любимые песни. В такие моменты ему начинает казаться, что он снова маленький, а отец учит его ставить правильно руку и пальцы, чтобы сыграть сложные аккорды. Юноша встал со скамейки, решив, что достаточно отдохнул, и направился домой за гитарой — там как раз точно не было Кана, тот вернется с работы как обычно поздно и, скорее всего, пьяный. Если бы дома сейчас был Соджун, то Минхо бы точно туда не сунулся. *** Джисон готовился к закрытию кофейни. Через полчаса будет девять вечера. Парень стал прибираться на рабочем месте, заранее заменил бутылки с сиропами, которые закончились, пополнил холодильник под прилавком пачками молока, также перенес упаковки с кофейными зернами под барную стойку, чтобы можно было сразу достать, как только закончится предыдущая упаковка. Оставалось только отчитаться менеджеру о стаканчиках и крышечках для них, сколько еще стоило заказать на следующую неделю. Хан подумал, что было бы здорово, если бы хоть кто-то из бариста с других смен также добросовестно выполнял свои обязанности и сдавал рабочее место в нормальном состоянии, либо хотя бы держал его в чистоте и порядке, чтобы не приходилось потом убирать то, что они не успели или не захотели. Парень посмотрел на часы, стрелка была все ближе к заветному времени, когда парень наконец окажется дома, чтобы засесть снова за работу над музыкой. Джисон стал оповещать последнего гостя, что кофейня скоро закрывается, тот послушно кивнул и начал собираться. Как только гость ушел, Хан снял с себя фартук, стал собираться домой, казалось, что менеджер хотел ему что-то сказать, но Хану не особо хотелось задерживаться и говорить с ним, поэтому он сделал вид, что спешит, наспех надевая куртку, чтобы поскорее выйти. Вечерний холодный ветер, который обдавал его, когда он вышел из теплого и уютного помещения, очень бодрил. Хан вспомнил о кимпабе, который еще днем ему передал Чанбин, что вызвало у парня улыбку. Он решил перекусить, пока будет идти до дома. Обычно Джисон ходит одной дорогой до дома, но в дни, когда ему хочется поразмышлять о чем-то подольше, пока он не пришел домой, он выбирает второй путь, который увеличивает время его возвращения. Хан подходил к переходу. Парень, спускаясь вниз по лестнице, поправлял кожанку. Послышалась музыка. Юноша вспоминает все те разы, когда ходил домой этой дорогой, в этом переходе всегда кто-то играл, его почему-то очень любили уличные музыканты. Обычно он просто проходит мимо, даже не останавливаясь, но в этот раз все было иначе. Он увидел парня из продуктового. Он бы никогда не поверил, что может встретить его случайно еще раз, да еще и тут, играющего на гитаре в переходе. Джисон остановился, сейчас он был единственным слушателем, а юноша, что играл, был словно не тут, а где-то за пределами этого мира. Он играл с закрытыми глазами, да так чувственно, что Хану казалось, что сейчас вокруг ничего не существует. Джисон в надежде посмотрел на чехол от гитары у ног молодого человека, но с печалью обнаружил, что там нет никакой бумажки с номером парня или с социальной сетью, что было, подметил Джисон, очень опрометчиво со стороны шатена, ведь вдруг у кого-то нет налички, а перевести деньги уличному музыканту хочется. Парню казалось, что он еще долго не сможет налюбоваться играющим незнакомцем. А он все в той же огромной футболке, той же растянутой толстовке, теперь стоит перед ним и играет, снова не замечая ничего вокруг. В переходе был противный тусклый свет, но даже это не мешало Хану любоваться парнем. Тот продолжал играть с закрытыми глазами: тени от ресниц падали на щеки, сами ресницы легонько подрагивали, на каких-то проникновенных строчках, которые, видимо, болью отзывались в сердце играющего гитариста, тот жмурился. Тонкие пальцы продолжали перебирать струны, голос юноши звучал очень тихо, музыка была громче. Хан подошел чуть ближе, чтобы лучше услышать, как поет юноша, что так заинтересовал его тогда утром. Песня близилась к концу, голос музыканта стал еще тише. Хоть Джисон услышал лишь самую малость голос молодого человека, он считал его голос чарующим и нежным, звучали последние аккорды, и парень закончил играть песню. Хан не знал куда себя девать, потому что незнакомец наконец открыл глаза. Джисон стоял в паре метров от него, и не мог прикрыть рот, потому что голос шатена показался ему таким завораживающим, он хотел бы услышать его снова, да и играл шатен достаточно хорошо. Сам же музыкант в свою очередь лишь легонько улыбнулся, поправил ремешок от гитары, и начал играть следующую песню, снова прикрывая глаза. Хан еще больше растерялся от улыбки незнакомца, застывая на месте, не в силах двигаться. Он словно в плену.