Часть 1

Воскресный послеобеденный час в стенах Хогварца, когда каждый может быть предоставлен сам себе, либо своему любимому делу. Однако именно сегодня в замке особая суета. Последние несколько дней все только и говорят, что о предстоящем бале. Гостиная Слизерина на нижних этажах — не исключение. — Я уже пригласил Сессилию. — И она согласилась? — Пфф… спрашиваешь. — А я пойду с Моникой. Парень подмигнул девушке из другого конца комнаты, а та только слупила глазки, хотя улыбку скрыть не смогла. — Эй, Драко! Драко сидел в кожаном кресле в дальнем углу и читал книгу. Общий гам его совершенно не интересовал, однако находиться в условиях подобного хаоса ему, надо признать, доставляло некое удовольствие. Однако на вопрос он отреагировал сухо, не удостоив Слизерина даже поднятым взглядом. — Чего вам? — С кем ты пойдешь на бал. Какой глупый вопрос. — С чего вы взяли, что я «с кем-то» пойду? Какая-то девочка изумлённо подняла брови. — А как иначе? Малфой нахмурился, но вконец потерял надежду сосредоточиться на тексте в книге и захлопнул страницы. — Не понимаю вопроса. Темноволосый парень, окруженный группой других ребят, издал неприятный смешок. — Ну да, с тобой же никто не захочет идти. Разве что только твоя мама. Какой плоский юмор. Хоть бы конструкцию поэлегантнее выстроил. Однако некоторые из сидевших вокруг ребят подхватывают смех. — То есть ты считаешь, что я не способен очаровать девушку? Шум в гостиной притих. Почти все замерли, слушая, что будет дальше. — Ну, только если она будет под действием любовного эликсира. Новая волна смеха. Темноволосый парень, чувствуя всеобщее внимание, раскидывается на своем кресле еще шире. И это наглость в это тоне… это бесит Драко, хотя виду он не подает. Как можно вести конструктивный спор с человеком, который даже не знает, что у «любовного зелья» есть вполне устоявшееся название? — Ты играешь с огнем, Майлз. Будь осторожен в своих выражениях. Но все зашло уже слишком далеко, чтобы поворачивать. И оба это понимали. — Спорим, что ты не сможешь влюбить в себя девушку до бала? Малфой приподнял бровь. — Это шутка? — Струсил? Драко усмехнулся. — Расставь поконкретнее условия. А то как-то слишком чересчур получается. — Пожалуйста. До Весеннего бала ты должен влюбить в себя одну девушку, а потом на празднике бросить её. Пусть это будет… хм… кого ты ненавидишь больше всего? Вместо него ответил кто-то из толпы. — Та грязнокровка, которая свой нос возле сует! Майлз победно щелкнул пальцами. — Именно! Выскочка Грейнджер! — То есть я должен замутить с грязнокровкой? И что я от этого получу? — Пусть проигравший моет котлы всего факультета после зельеварения. Крикнула Пенси, сидевшая недалеко от Драко. — А победитель получит право на постоянное место в кресле в гостиной. Это предложение не могла не улыбнуть Драко. Мерлин, что за детский сад. Может еще конфеты за обедом делить будете? Однако в этом разговоре была затронута вещь поважнее диванов и интрижек — честь. И Малфой не мог позволить, чтобы кто-то так бесцеремонно на неё покушался. — Майлз, ты очень наивен. Право на кресло мое еще с первого курса. Однако не могу отказать себе в удовольствии посмотреть на тебя в горе котлов после урока по болотным субстанциям, поэтому я приму твое предложение. — Ой, не зазнавайся. Драко поднялся с кресла, взяв книгу подмышку, и протянул оппоненту руку, находясь на достаточном расстоянии. — Спорим. Майлз поднялся и подал руку. — Блейз, разбей. Забини за секунду оказался у парней и сделал характерный жест. — Итак, Малфой, у тебя есть две недели до бала. Не облажайся.