Вернутся к фанфику
Глава 6. +1 Нервозность даёт о себе знать
27 апреля 2026, 11:33 Они снова устроили свой привычный воскресный киномарафон, когда всё произошло.
Сириус настроил телевизор, выключил свет и, стремглав пересекши комнату, с разбегу плюхнулся прямо на Римуса, чтобы ничего не пропустить. Устроившись поудобнее, он прижался к Римусу, отчего тот вздрогнул и резко вдохнул, когда холодные руки Сириуса скользнули под его рубашку, коснувшись голой кожи.
— Эй, соблюдайте рамки приличия, — хмыкнул Джеймс с другого конца комнаты.
— Ага, как будто вы сами были «в рамках приличия» во вторник в лаборатории… — начал язвить Сириус.
— Ай! — его выпад прервался, когда Римус резко подался вперёд, схватившись за голову и чуть не придавив Сириуса.
— Прости, Римус! — раздался обеспокоенный голос Лили с другого конца комнаты.
— Всё нормально, отличный бросок, Лили, — ответил Римус, не меняя положения. Надо признать, её меткость впечатляла, только бы она выбрала книгу полегче, а не целую энциклопедию по физическому здоровью.
— Не хвали её! — вспыхнул Сириус, пытаясь рассмотреть голову Римуса, лицо его было полно тревоги. — Прочь, злая ведьма! Если ты навсегда покалечила моего Лунатика, тебе конец! — пригрозил он, схватив тапок и швырнув его наугад. Снаряд пролетел мимо, но Джеймс вскочил, защищая Лили, и через секунду они с Сириусом уже катались по полу в драке.
Римус воспользовался моментом и тихо ускользнул. В коридоре, при свете лампы, он остановился, чтобы проверить — кровь ли это, или ему показалось.
— Чёрт, — вырвалось у него, и он резко обернулся: в дверях стояла Лили, побледневшая и неподвижная.
— Всё в порядке, честно, — поспешил заверить её Римус, подняв руки в примиряющем жесте и изобразив своё лучшее «всё под контролем». Лишь секунду спустя он понял, что показывать ладонь, залитую кровью, было не самой удачной идеей. Особенно когда липкая струйка уже стекала по шее. — С ранами на голове всегда так, они сильнее кровоточат. Всё нормально, правда. Пожалуйста, только не падай в обморок.
— Обморок? Ты думаешь, я упаду в обморок? — Лили рассмеялась и подошла ближе, прижав к его голове салфетку с куда большей силой, чем, по мнению Римуса, требовалось. — Пошли, я веду тебя в лазарет, — сказала она, уже уверенно шагая по коридору и таща его за собой. Римус отметил про себя, что непременно должен выяснить, зачем школе целый лазарет, укомплектованный как настоящая больница.
***
Когда Римус наконец вырвался от Лили, он с облегчением обнаружил спальню пустой. Закрыв дверь, он всё ещё чувствовал тупую боль в голове. Таблетки, которые дала мадам Помфри, действовали, но вызывали сонливость. Сняв рубашку, он только тогда заметил, сколько крови на ткани. Римус знал, что нужно замочить её в воде, чтобы не осталось пятен, но усталость тянула его просто оставить всё как есть. В конце концов, можно было выбросить рубашку или даже носить её со следами. Он стоял, глядя на вещь и пытаясь решить, что делать, когда дверь с грохотом распахнулась, заставив его вздрогнуть. Резко обернувшись, он увидел размытый силуэт Сириуса, влетевшего в комнату. — Лунааатик! Вот ты где! Мы тебя везде ищем! — выкрикнул Сириус, стремительно пересек комнату. Переведя дыхание, он согнулся, упершись руками в колени. — Ты исчез без слова, потом я встретил Алису, она сказала, что видела тебя с Лили, идущих в лазарет! Я туда — а там… — его поток слов оборвался, когда взгляд сузился, остановившись на груди Римуса. На обнажённой груди Римуса. Осознав, на что смотрит Сириус, Римус схватил ночную рубашку с кровати и поспешно натянул её, слегка запаниковав, когда на несколько секунд застрял головой в ткани. Убедившись, что рубашка полностью прикрывает его, он поднял глаза — Сириус всё ещё стоял на том же месте, молча глядя на него с выражением, которое Римус не мог прочесть. Сердце забилось быстрее, и вскоре ему показалось, что тело начинает покачиваться. Он даже не был уверен, дышит ли, всё внимание было приковано к другому. Смотря, как Сириус неотрывно наблюдает за ним, мысли Римуса метались, перебирая все возможные варианты и исходы. Он напоминал себе: то, что Сириус пока не убежал, не значит, что он не сделает этого. Пытаясь одёрнуть себя, Римус всё же знал — Сириус выше подобных поступков. Но страх внутри не утихал, только рос, пока они стояли неподвижно друг напротив друга. Застыв во времени, Римус не знал, что делать или сказать. Он лишь понимал, что хочет разорвать тишину, которая всё сильнее ощущалась как удушающая оболочка, сдавливающая его и лишающая сил. Собрав всю смелость, на которую был способен, он удивился, насколько ровно прозвучал его голос: — Я транс-парень. Он знал, что Сириус и так догадывался, но хотел сам затронуть эту тему — не мог больше терпеть мысль о том, что остаётся в неведении, как друг отреагирует. — Ладно, — кивнул Сириус, лицо его не выражало никаких эмоций, он продолжал стоять и смотреть на Римуса. Сердце Римуса болезненно сжалось. «Ладно» — и всё? Без намёка на чувства, без единой мысли, отражённой во взгляде? Он искал ответы в лице Сириуса, но не находил ничего. Боль проступила на его лице, он чувствовал себя слишком онемевшим, чтобы её скрыть. Через секунду выражение Сириуса изменилось: глаза расширились, руки поднялись. — Подожди, чёрт, нет, нет, это худшее, что я мог сказать! — слова посыпались из его уст, сбиваясь и сплетаясь, пока он спотыкался о собственный язык, пытаясь говорить быстрее. — Ну ладно, не самое худшее, но всё равно плохое. Я не хотел… я ждал, что ты продолжишь, ну, чтобы выговорить всё что накипело… — он запнулся. — Нет, не время для шуток, но ты должен был продолжить, а ты не продолжил, и стало тихо, и тогда… Римус едва сдержал улыбку, плечи его расслабились, и напряжение, которое он сам себе создал, стало трескаться и исчезать, пока Сириус тараторил. Любые страхи и тревоги о том, как тот отреагирует, растворялись, напоминая Римусу, что это же Сириус — и его опасения были беспочвенны. Казалось, задержка в молчании вызвала накопление слов, и теперь они вырывались хаотичным потоком. Римус никогда не видел его таким и почти готов был рассмеяться. Но вдруг его осенило: полное отсутствие удивления у Сириуса. Прокрутив в голове всё, что тот сказал и сделал, Римус понял — ни малейшего намёка, что это новая информация. — Ты знал? — спросил он, резко возвращаясь к реальности, с новой мыслью, гудящей в голове. Сириус наконец замолчал и несколько секунд стоял в тишине, пока Римус изучал его. — Ну, вроде да, — тихо ответил он, потирая затылок. — Я не хотел лишать тебя права сказать самому… или, знаешь, сделать это так, будто всё крутится вокруг меня. В его голосе звучала честность, редкая уязвимость, которую Римус редко видел в Сириусе. — Почему в этой ситуации ты выглядишь как испуганный кролик? Это я должен бояться твоей реакции. — заметил Римус. Сириус вскинул голову, его глаза широко раскрылись: — Бояться? Почему бояться? — понимание отразилось на его лице. — Нет, нет, я бы никогда! Я специально дал понять, что знаю, чтобы тебе было легче… — слова постепенно затихли. — Что? — выдохнул Римус, ошеломлённый, мысли кружились вихрем. — Я оставлял кучу подсказок, чтобы ты понял: я приму тебя, если ты решишь открыться, — сказал Сириус, давая словам стихнуть. — Подсказки? Какие подсказки?! — Римус нахмурился, в замешательстве. — Ну, хотя бы весь разговор про сковороду! — Сириус замахал руками. — Какой разговор про сковороду? — недоумение Римуса только росло. — Ну, знаешь, я говорил: «Я круглый и прямой, как сковорода!» А потом добавил, что принимаю все кухонные принадлежности, — пояснил Сириус, пристально глядя на Римуса в ожидании реакции. Римус нахмурился ещё сильнее. Ничего подобного он не помнил. — Что? — только и смог произнести он. — Ну, тот вебкомикс, что я тебе показывал! — Сириус продолжал настаивать, но, видя пустое выражение лица Римуса, вдруг осёкся. — Может, я только в голове это прокрутил… Я ведь собирался показать! Я даже репетировал точные фразы! — он снова начал тараторить, постепенно стихая. — В общем, я хотел сказать, что я ЛГБТК и принимаю все буквы. — Сириус, ты же такой умный человек, почему же ты такой глупый? — Римус покачал головой, пытаясь осмыслить происходящее. — Потому что я схожу по тебе с ума, Римус! — прошептал Сириус, глядя в пол, а затем резко вскинул голову. — Погоди-ка, это что, цитата из «Благих знамений»? — взволнованно спросил он. — Забудь про это. Что ты имеешь в виду — «схожу по тебе с ума»? — глаза Римуса расширились от самой мысли. — Благие знамения — такой классный сериал, нам стоит пересмотреть его, — продолжил Сириус, явно пытаясь сменить тему. Римус застыл, не зная, что сказать или сделать. В голове вспыхнула мысль: «Разговор про сковороду… Сириус только что признался мне?» — ОНА СКАЗАЛА ДАААААААААААА! — заорал Джеймс, врываясь в комнату через всё ещё открытую дверь, заставив обоих подпрыгнуть. — Серьёзно! Она сказала! Мне! — он начал тараторить. Сириус заметил, что Римус застыл, и они оба стояли, глядя друг на друга. Лицо Сириуса впервые было совершенно естественным и уязвимым, без привычной маски беспечного веселья. — Ребята, это грандиозно! Огромное событие! — Джеймс подскочил к ним, схватил обоих за предплечья и стал трясти. Сириус наконец отвёл взгляд от Римуса. Римусу показалось, что на его щеках проступил лёгкий румянец, или он ошибался. — ЛИЛИ! — закричал Джеймс, когда Сириус повернулся к нему. — Она сказала «да»! Лили! Я спросил её, и она согласилась! — он продолжал трясти их, подпрыгивая от радости. — Это потрясающе, Сохатый, — наконец ответил Сириус, вернувшись в реальность и сменив выражение лица на огромную улыбку. Он тоже начал прыгать. Пока Джеймс продолжал тараторить, Римус на секунду встретился взглядом с Сириусом. Тот подарил ему легкую улыбку, прежде чем снова присоединиться к радостным прыжкам. Щёки его горели красным — подтверждение того, что Римус не ошибся, заметив румянец. Римус сдержал улыбку, натянув рукава, чтобы отвлечься. Сириус не только знал, но и принял его. Полностью принял. Все месяцы тревог и паники растворились. Римус вздохнул: груз с плеч был снят, но на его место легла новая тяжесть — тяжесть возможностей. Улыбнувшись, он шагнул вперёд, присоединившись к празднованию.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!