Мадам Мартен

Она бы уволилась, но его чёрные глаза и усмешка, которую она так упорно училась распознавать, не дают подписать документы. Лу бы поставила подпись, где надо, и всё: прощай, Центр, прощай, работа, прощай, всё… Но «Прощай, Иво» делает ей больно даже в мыслях. С одной стороны, это действительно её выбор: работа в Корпусе Содействия была её сознательным решением. Но она же не думала, что полюбит начальника, так ведь? И как только она думала послать всё и подписать уже готовые документы, в мозг попадали картинки счастливых Кея и Даниэль, которым не мешает ни работа, ни любовь. Они выкладываются, как нужно, но в свободное время действительно счастливы вместе — так почему же Лу не может так? «Ну да, наивность, сравнить Кея с Приором, конечно…» Пальцы Лу незаметно сжимаются при виде Викария, а в голове звучит «Не смей, не смей!», поскольку люди бы быстро узнали о том, что псионичка атаковала главу Церкви телекинезом. Да и Иво бы не понравилось… Хотя она бы ему жизнь спасла, между прочим. *** Рид касается губ, на которых ещё ощущается ласка Мартена. Отдёргивает руку и сердится. Рука нащупывает под матрасом несколько листов с документами: о неразглашении и об увольнении, распечатанные на всякий случай втайне от Даниэль на её принтере. Лу не курит, но зажигалка имеется: подарок для Йонаса, как раз и опробует. Документы сгорают, но Рид не жалеет: это тоже осознанное решение. Следы удачно отправляются в мусор, а запах исчезает благодаря духам — подарок Дани в День рождения. «Зажигалка работает супер», — усмехается Лу, а в голове снова всплывает картина огня на дне глаз Иво, и она рвано выдыхает. Сожаление отсутствует и во все остальные дни, поскольку от одного присутствия Мартена все сомнения отметаются. И уж точно сгорают, когда пальцы Приора касаются её шеи, словно спрашивая разрешения. *** Пальцы Иво волнующе близко к её ладони, и Лу становится плохо. В волнении она едва не теряет сознание, но Даниэль как подружка невесты тихо успокаивает её. *** — Тебе так идут белые платья, — улыбается Иво. — Мадам Мартен… Её мурашит. — Не знаю, что бы со мной было, если бы мы праздновали в кругу большого количества гостей. — О, поверь, я тоже не хотел толпы. — Правда? — Лу вскидывает бровь. — Ну я же интроверт. А вообще… — хитрый блеск в глазах Приора удивляет и молодит. — Ты представь их лица, когда я появлюсь с кольцом. Лу заливается смехом. — Мадам Мартен очень счастлива, — признаётся она. *** Их лица и вправду достойны награды, но и Лу, и Иво сдерживаются так, как могут, а умеют они хорошо. *** — Даниэль нужно взять отпуск, — предупреждает Мартен. — Я и так её еле отправил туда. — Ты пошёл против беременной Дани? Мазохистище, — усмехается Лу. — На её место нашли замену. Викарий давно повержен, и все риски сведены к нулю, не смотри так. — Как? — злобно щурится Лу. — Мне ещё здесь молоденьких секретарш не хватало. Иво смеётся, но когда его любимая приезжает на мотоцикле с одним из работников Корпуса, который смотрит на неё влюблёнными глазами, ему сносит крышу. Он отменяет запрос на секретаршу и нанимает жену Баретти, якобы для предосторожности. Мог бы и секретаря, но о какой работе шла бы речь? — А никто не подумает, что Вы набираете людей по родственным связям? — спросил Гектор. — Не подумает, — холодно, чётко. *** — Мам, пап, я люблю её. Лу и Иво переглянулись. «А я говорил», — улыбнулся Мартен. «Да кто же знал, что те намёки были с романтикой?» — мысленно хмыкнула Рид. «Весь в отца», — подумали они. Дочка Кея и Даниэль действительно нравилась их сыну, и это было взаимно. — Подумать только, — улыбнулась Стоун. — Мы теперь семья. Все рассмеялись. — Мы всегда ею были, просто без документального подтверждения, — улыбнулся Мартен. — О боги, это улыбка от уха до уха! — едва не упала его жена. Кей вытер слёзы смеха в уголках глаз. — Мы прекрасная семья: Приор на пенсии, его жена из самого Термитника, эмпатик и в прошлом хакерша, а ещё их дети. — Зато не скучно, — улыбнулась Лу.