Часть 2. Негласный лидер

Через неделю поисков отряду Урахары и Йоруити удалось отыскать дом, отчаянно нуждающийся в ремонте, но, что гораздо важнее для команды бездомных душ, никому не принадлежащий. Пока Киске занимался своими темными делами в кладовке, Эмилия и Тессай взяли на себя все обязанности по дому. Кто-то должен был обеспечивать голодные рты, потому что и дальше пользоваться своим невидимым для простых смертных состоянием и обворовывать местные продуктовые лавочки было унизительно. На удивление даже для самой себя, Эмилии удалось найти работу в местном джаз-баре: днем она разливала горячительные напитки, вечером выступала на сцене. Еще в Обществе Душ титаническими усилиями Роуз Мия выучилась играть сначала на фортепиано, а затем и на подаренной им же маленькой гитаре. Изредка, собравшись с друзьями в баре, она исполняла излюбленные всеми песни или на ходу придумывала какие-нибудь прибаутки. Получив же некий удовлетворительный отклик и в мире живых, она еще больше воспряла духом. Все потому что музыка давала ей надежду. С ее помощью девушка могла абстрагироваться от всех проблем и позволить себе немного помечтать, в то время как ее должность лейтенанта большую часть времени обязывала ее быть серьезной и сосредоточенной. Мечты эти были окрашены то радостными, то печальными красками, в зависимости от настроения мелодии. Как бы не было плохо и страшно возвращаться домой, как бы больно не было осознавать, что привычной счастливой жизни уже не вернуть, музыка помогала ей пережить боль утраты и не погрузиться в уныние с головой. Однако, перестроиться на новый лад было не так то просто. В мире людей и она сама стала обычной женщиной, мишенью для подлецов и извращенцев, иногда напрочь лишенных всякого уважения к женскому полу. После одной такой ночи, за которую ей поступило не меньше 5-три унизительных и гадких предложений уединиться, Мия возвращалась домой в абсолютно паршивом настроении. Время было уже позднее, все давно спали или делали вид, что спали, чтобы немного побыть в одиночестве. Эмилия тихонько погладила по спине сопящую на диване Йоруити и направилась к себе в комнату. В конце коридора девушка заметила зеленый свет на полу, исходящий из комнаты Урахары. Оттуда же доносились приглушенные ворчания и вздохи. Прекрасно зная, что капитана не стоило тревожить в минуты, когда он с головой погружался в работу, она постучала. — Киске? — с тех пор, как они очутились в изгнании, девушка перестала использовать формальности в общении с бывшим капитаном. Слышится недовольный топот, затем дверь со скрипом приоткрывается и оттуда, весь измученный и озаренный зловещим зеленым светом, высовывается Урахара. Он явно недоволен тем, что его потревожили, но сдерживает свою злость, когда видит не менее уставшую и измученную Эмилию перед собой. — В чем дело, Мия-чан? Я очень занят сейчас. — Когда ты в последний раз отдыхал? — Я должен закончить кое-что, поэтому не могу сейчас отвлекаться по пустякам… — Это не пустяки, никто здесь не хочет, чтобы ты откинулся раньше времени. Пойдем хотя бы чаю попьем, — предложила она. Киске нехотя согласился. — Ладно, но сначала идем, я покажу тебе кое-что…презабавное, — вздохнул он и повел Мию по комнате, залитой слепящим зеленым светом осветительных приборов. Это комната явно служила ему лабораторией, так как была завалена разного рода приспособлениями, о природе которых девушка могла только догадываться. Они подошли к люку, установленному в полу, и прежде чем открыть крышку, Киске обернулся и произнес: — Не совсем готово, но, думаю, тебе понравится. Из открытого люка повалил яркий дневной свет, да так, что Мия не сразу смогла разглядеть находящееся внизу. Киске осторожно взял ее за руку и повел вниз по лестнице. Когда глаза девушки привыкли к свету, она наконец смогла усмотреть, куда они идут. Лестница под ее ногами расстилалась вниз на десятки метров. Спустившись, бывшие капитан и лейтенант 12-го отряда очутились посреди огромной песчаной пустыни. Мия изумленно оглядывалась по сторонам, не замечая вокруг никаких намеков на стены или потолок: пространство казалось поистине бескрайним. Урахара довольно улыбался ее реакции, придерживая рукой шляпу, которую чуть не снесло ветром. «Здесь даже есть ветер» — изумилась девушка, почувствовав прохладное дуновение на своей коже. — Иногда забываю, с каким человеком имею дело, — улыбнулась она, — Киске, это просто невероятно. — Я собираюсь использовать это пространство в качестве тренировочной площадки. Здесь нас ничего не будет сдерживать, — он виновато улыбался, и, хотя глаза его полностью скрывала тень от шляпы, девушка прекрасно понимала, что он сейчас очень смущен. В этом был весь Киске — гениальность, соседствующая со скромностью и непритязательностью.

***

Всю следующую неделю в подвале стоял шум и грохот. Визорды — так они теперь себя называли — тренировались в сдерживании пустых внутри себя с переменным успехом. У Мии выдался один свободный день, поэтому она сидела неподалеку, наблюдая за их сражениями друг с другом. Бывший лейтенант завороженно наблюдала за ходом тренировки, про себя восхищаясь силой, выносливостью и сноровкой каждого из членов группы. На фоне остальных синигами больше всех выделялся Синдзи. Он умудрялся следить за ходом своей битвы с Хиери и одновременно давать дельные замечания всем остальным — сказывался его многолетний опыт. Он был капитаном сколько, сколько она себя помнит, еще задолго до окончания академии и ее вступления в 12-й отряд. Так что сложно было даже предположить, сколько ему на самом деле лет? 300, 400 или может быть еще больше? Это казалось удивительным, особенно учитывая тот факт, что на вид ему нельзя было дать больше 25-ти. — Похоже, он стал для них кем-то вроде негласного лидера… — Киске материализовался у нее за спиной, одарив девушку одной из своих загадочных улыбок. — Но каждый из них предпочел бы отдать руку на отсечение, чем согласиться с этим, — хихикнула в ответ Мия. — Думаю, тебе тоже не помешало бы размяться, Мия-чан, — иногда бывший капитан 12-го отряда по-прежнему разговаривал с ней, как со своей подчиненной; вот и в этот раз Киске решил дать Эмилии свой «дельный совет». — Сражения — не моя сильная сторона, ты же знаешь. Я бы с трудом могла составить пару любому из них еще до того, как их силы многократно приумножились из-за пустофикации, — девушка понуро опустила голову, глядя на свои руки, усеянные маленькими ранками и ожогами, которые она получила в ходе многолетней работы в лабораториях 12-го отряда. — И тебя это устраивает? — Урахара удивленно вскинул брови, — не думал, что ты из тех, кто будет довольствоваться малым. Искусство зандзюцу не свалится на тебя с неба, если ты будешь просто сидеть здесь и смотреть, как другие сражаются. Мия ничего не ответила на его поддразнивание. Разумеется, ей не нравилось быть слабейшим звеном группы. Она привыкла чувствовать уверенность благодаря своим научным познаниям и навыкам хирурга, но все это мало пригождалось ей в ее новой жизни. В глубине души ей всегда хотелось стать сильнее, чтобы иметь возможность по-настоящему защитить тех, кто ей дорог. В этот момент Хиери-сан подняла вверх одну руку, давая понять своему оппоненту, что ей нужен перерыв. Мия решила воспользоваться моментом и подошла к Синдзи, вытаскивая из-за спины свой меч. — Хирако-сан? — решительно обратилась она к нему. — А, Мия-чан, в чем дело? Зачем тебе меч? — улыбнулся он, глядя на оружие в ее руках, которое по своей сути было больше косой, чем мечом. — Сразитесь со мной. — Ты хочешь, чтобы я и тебя потренировал, кукла? — Нет, прошу, сразитесь со мной в полную силу, Хирако-сан, — она вежливо поклонилась, как если он все еще был капитаном 5-го отряда, — я хочу проверить, на что способна. Синдзи недоверчиво посмотрел на нее. — Это может быть опасно, ты знаешь? — Я не смогла бы выложиться на полную в ином случае, — улыбнулась она. — Что ж… в таком случае, я не могу тебе отказать. Вперед, нападай первой, кукла. — Покори его, Нику но Юваку*. Она ударила так быстро, как только могла, но Синдзи не составило труда парировать ее атаку. Он только ухмыльнулся, в его глазах явно читалась надежда на большее. — Это все, кукла? Второй удар оказался сильнее, но тоже не произвел должного эффекта; за ним последовал третий, четвертый, и с каждым взмахом косы злость в девушке все сильнее нарастала и нарастала, пока не довела ее до бездумных яростных атак во все стороны, от которых Синдзи с легкостью уворачивался. Это только подпитывало ярость внутри нее: она не хотела чувствовать себя глупой и беспомощной, но как бы не старалась, не могла и близко подобраться к своему сопернику. Он, как назло, все шире улыбался и все назойливее ее подначивал: — Ну же, Мия-чан, если сможешь меня задеть, я отведу тебя вечером в какое-нибудь приличное место. Что скажешь? — Звучит так, что я должна сейчас же сложить оружие и прекратить бой, — раздраженно выкрикнула она в ответ, смахивая пот со лба. Ее силы были уже на исходе, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а результата так и не было. Синдзи был настолько сконцентрирован на том, чтобы не поранить девушку своими атаками, что не заметил, как Пустой вырывался из него. Остальные Синигами были слишком заняты тренировками, чтобы вовремя обратить внимание на происходящее. Монстр в теле Синдзи перехватил борозды правления и напал на Эмилию, со всей силы замахнувшись мечом над ее головой. Изумленная, она едва успела блокировать его удар лезвием косы, очутившись под чудовищной силы натиском его оружия. Синдзи, нет, Пустой разъяренно смотрел на нее снизу вверх. — Такие ничтожные слабаки, как ты…должны умереть…— жуткий искаженный голос, доносившийся словно из глубин Ада, пытался подавить ее решимость. Но девушка не отступала, отчаянно толкая вперед лезвие своего оружия. — Посмотри…на…меня, — с трудом произнесла девушка, глядя в глаза монстру, занявшему место ее оппонента. Переместив вес собственного клинка на плечо, освободившейся рукой она указала двумя пальцами на свои глаза, потом на глаза за маской Пустого, а затем резко смахнула пальцами вниз. Это было ничто иное, как вторая форма освобождения ее меча, Нику но Юваку. В глазах девушки-синигами на секунду промелькнула искра фиолетового пламени. В то же мгновение маска исчезла с лица Синдзи, и он снова занял место под солнцем, а взгляд его карих прояснился. Он удивленно взглянул на сцену, развернувшуюся перед ним, и отбросил меч в сторону. Мия прикрыла ладонью кровоточащую рану на плече. Подоспевшие к этому моменты визорды в панике окружили их. — В чем дело? — воскликнула Хиери. — Пустой…вырвался наружу, — виновато произнес Синдзи, помогая Эмилии подняться на ноги. В его глаза читалась тревога, он явно винил себя в том, что произошло, — Прости меня, дорогая, видимо, я еще недостаточно хорош в этом. — Ничего. Продолжим наш бой в следующий раз, — отвечала она, с трудом переводя дыхание. Синдзи осторожно обнял ее за плечи, чтобы девушка могла опереться на него. — Как тебе удалось отразить атаку, Мия-чан? — вмешалась Маширо, указывая пальцем на Синдзи, — ты словно заставила его замереть на мгновение! — Хороший фокусник никогда не выдает своих секретов, — усмехнулась она в ответ, краем глаза замечая на себе обеспокоенный взгляд Хирако.

***

Позже ночью они снова встретились. Синдзи сидел на крыше и, заметив Мию, возвращавшуюся с прогулки, жестом пригласил ее присоединиться к нему. — Ты такой же любитель полюбоваться звездным небом, как и я, кукла? — усмехнулся он, хлопая по месту рядом с собой. — Честно говоря, я больше любитель поспать и встать пораньше, но с этой работой приходится быть любителем ночных прогулок, — усмехнулась она в ответ, приземлившись рядом с мужчиной. Он также улыбнулся ей в ответ своей зубастой улыбкой. В его глазах сверкали дьявольски огоньки, свидетельствующие о разгорающемся интересе. — Хороший фокусник не раскрывает своих секретов зрителям, но мне, как участнику представления, ты ведь можешь раскрыть правду? — запрокинув голову назад, Синдзи любовался на усыпанное звездами ночное небо. — Что такое ты сделала с моим разумом? Я буквально почувствовал, как ты схватила пустого за горло так, что мне удалось снова вернуть себе контроль над своим телом. Немного поразмыслив, она ответила: — Я…плохой боец, как ты мог заметить. — Очень даже… — Моя сила заключается в другом. Одним словом, это можно описать как…гипноз. Если мне удастся поймать взгляд противника на 5 секунд, я…могу захватить его разум. Это работает не на всех и не всегда. Зависит от человека и его осознанности. Чем меньше в тебе человека, тем проще захватить над тобой контроль. С пустыми это работает на ура, с синигами — сложнее. Если я попытаюсь провернуть этот фокус с тобой сейчас, у меня вряд ли что-то получится. — Дорогая… тебе уже удалось захватить мои мысли безо всяких усилий, — двумя пальцами он приподнял ее подбородок и повернул лицом к себе. В генерировании тривиальных клише этому мужчине не было равных, как и в умении любой разговор перевести в романтическое русло. Его золотистые волосы красиво переливались в лунном свете, волнами обволакивая его лицо и стройную фигуру, а на лице сияла зубастая и на редкость обаятельная улыбка. Он был хорош собой и мог запросто перевернуть ее представления о мужском идеале красоты, если бы не одно но… — Синдзи… — вздохнула она и нехотя отдернула его руку от своего лица, — ты снова за старое. Помнишь, о чем мы говорили в прошлый раз?

***

— Мия-чан, ты — моя первая любовь. Эти слова словно ошпарили Эмилию в тот вечер, когда капитан 5-го отряда ни с того ни с сего присоединился к ней во время поздней прогулки. И хоть она и была наслышана о ветреном характере мужчины и его дурацкой привычке признаваться в любви каждой симпатичной девушке, она не могла оставаться равнодушной, когда это фраза была адресована лично ей. — Хирако-сан… — вздохнула она, скрестив руки на груди, — это хотя бы раз срабатывало должным образом? — Если честно, то нет, — ее серьезный тон заставил мужчину немного растеряться. — Но ты можешь исправить это недоразумение… — Я могу только дать вам дельный совет на этот счет. Хотите? — Ты хочешь дать мне любовный совет? — неловко усмехнулся Синдзи. — Вроде того, — она одной рукой, по-сестрински обняла его за плечи и повела вдоль по дороге. — Начнем с того, что если вы хотите произвести впечатление на девушку, не стоит до этого признаваться в любви 5-ти ее подругам, — капитан неловко поежился под ее рукой, — никому не нравится чувствовать себя запасным вариантом. Ну, знаете, это мерзкое чувство, когда на танцах к вам подходит мужчина, которому перед вами отказали все женщины в этом зале, и он обращается к вам только лишь от безысходности. — Кто знает, может быть он набивал руку перед тем, как подойти к женщине, в которую он на само деле влюблен? — попытался выкрутиться Хирако, но девушка в той же деловой манере продолжила. — Это не имеет значение: его репутация в глазах этой женщины уже испорчена. К тому же, — она остановилась, когда дорога вывела их из леса, по которому они прогуливались, — не представляю, как можно признаваться в любви кому-то кроме человека, в кого ты по-настоящему влюблен. Даже в шутку. Советую вам не распаляться по пустякам и направить все силы на то, чтобы получить внимание той самой, понимаете? Даже если вам очень одиноко. Доброй ночи, капитан Хирако. Она помахала ему на прощание и, использовав шунпо, скрылась из виду быстрее, чем капитан смог что-либо возразить. Он был в полном недоумении: никто ещё не воспринимал его маленькие проказы настолько серьезно. Получить в ответ на признание оплеуху было бы для него менее ошеломительно и неприятно, чем выслушать нравоучительную лекцию об этике от женщины, которая ему на самом деле нравилась.