мяу

Шатен стонал, когда ботинок Эбардо упирался в его промежность и с каждой секундой давил все сильнее. Он не мог пошевелиться — руки, как и ноги, были привязаны к подлокотникам и ножкам стула. Было больно. Лололошка хотел, чтобы это прекратилось. Шершавые, грубые, испорченные глубокими шрамамт пальца схватили его за подбородок и подняли. Тусклые голубые глаза, что слезились от боли, встретились с насмешливыми зелеными. -Что скажешь, Лололошка? Разве тебе не нравится это, м? Он хрипло усмехнулся. Презрительно сморщив нос, Ло отвернулся, о чем тут же пожалел — рука, до этого державшая его за голову, быстрым движением перешла на горло, и грубо сжав, откинула на спинку стула. Стало трудно дышать, и в глазах начало темнеть. Эбардо несколько секунд смотрел на эту картину прищурившимися глазами, и убрал руку. Лололошка сразу жадно начал глотать воздух, пропитанный запахом дерева и камней. Преступник убрал ногу, вместо этого сев на ноги мироходца, и резким движением поцеловал его. Опешив, Ло попытался вытолкнуть его язык из рта, и когда понял, что это невозможно, укусил до крови. Эбардо схватил того за челюсть, ещё, сильнее раскрывая рот того, не давая зубам сомкнуться. Им становилось все жарче, а дышать было нечем. Вскоре Эбардо отстранился. Перед тем, как слезть с Лололошки, он облизал его губы. -Мне понравилась наша встреча. Не желаешь повторить как-нибудь, дружок? — и, не дожидаясь ответа, отправил его обратно. Лололошка снова оказался на траве. К нему уже бежали его друзья, пока он тяжело дышал и боролся с внезапно накатившим возбуждением. Это было чертовски странная встреча.