ХуаЛяни. Раздельное обучение

      Хуа Чэн представил в своей голове лицо собственного отца, когда тот узнает, что его наказание мало того, что не произвело никакого эффекта, так ещё и благодаря нему его сын нашёл любовь всей свой жизни.       Начало это всё так. Учителя часто обращались к отцу Хуа Чэна из-за непокорного и буйного нрава парня. После множественных жалоб отец начал лезть в личную жизнь сына — старался читать переписки, следил за ним, в общем был не лучшим отцом. В результате вскрылось, что Хуа Чэн мало того, что подрабатывает барменом в каком-то сомнительном подпольном заведении, так ещё и (о ужас!) состоял в романтических отношениях с парнями! Хуа Чэн знал, что его отцу безразлично чем он занимается, пусть даже убил бы тринадцать человек на глазах у всего города, но целоваться не с противоположным полом.. Для Хуа Мина это было табу. Он был ярым гомофобом, убеждённым, что без геев и других «подобным им мартышек» мир станет лучше. А когда выяснилось, что его собственный сын был одним из них, Хуа Мин просто взбесился.       Вот только человеком Хуа Мин был не очень умным. Иначе как объяснить то, что он отправил сына в другой город в закрытый интернат, где единственной женщиной была глухонемая уборщица тётя Таня, приехавшая в Китай, чтобы отдохнуть от своих надоедливых детей? Нет, конечно там были некоторые люди по типу Ши Цинсюаня, любившего переодеваться в женское платье, но то были единичные случаи. В основном же популяцию интерната составляли самые настоящие мужчины. Хуа Чэн не возражал против такого. Плюсов было много. Отец-гомофоб находился за несколько сотен километров от него. В общежитии не приходилось теснится, как сардины в бочке, так как в комнате кроме самого Хуа Чэна было только два человека. Еда была на порядок лучше, чем в прошлой школе. Качество образования также было на высоте. Оставалось думать, что Хуа Мин видимо даже не проверил, куда он отправляет сына, лишь бы он был подальше от него, порядочного гражданина.       Но было в интернете нечто такое, чего Хуа Мин при всём желании предвидеть не мог. Одним из соседей Хуа Чэна по комнате был милейший парень по имени Се Лянь, в которого Хуа Чэн влюбился чуть ли не в первый день пребывания в школе, но боялся признаться в этом прямо, потому что считал, что Се Лянь слишком хорош для него.

***

—Иди и признайся ему прямо, в чём проблема? — спросил как-то раз Хэ Сюань. —А что если гэгэ подумает, что я страшный? А если он меня бросит? А если он не захочет с нами жить? — мучался Хуа Чэн. —Я тебе так скажу, он сам от тебя без ума. Вот что я сделаю. Когда он будет идти в твою сторону и будет рядом с тобой, я тебя толкну прямо на него, а дальше уже импровизируй, — сказал Хэ Сюань. —Не нужно меня толкать меня! — возмутился Хуа Чэн. —Значит притворись, что споткнулся. Споткнись по настоящему. Сделай что угодно, но упади на него. Понял меня, — объяснил Хэ Сюань. —Ну.. хорошо, — сдался Хуа Чэн.

***

      Последовав совету Хэ Сюаня, Хуа Чэн спустился по лестнице и направился в сторону кабинета биологии. Навстречу ему шёл Се Лянь. Сейчас или никогда, раздался в голове Хуа Чэна голос Хэ Сюаня. Поравнявшись с соседом, Хуа Чэн притворился, что споткнулся. Всё прошло, как никогда лучше. Хуа Чэн упал прямо на Се Ляня. Се Лянь зарделся и помог Хуа Чэну встать. —Ох.. гэгэ, прости меня, я совершенно не смотрел, куда смотрю. —Ничего, Саньлан, я сам неуклюжий, как чёрт, — рассмеялся Се Лянь.       Хуа Чэн рассмеялся. В сердце что-то ёкнуло. Нечто промелькнуло в мыслях Хуа Чэна. Мысленно извинившись перед Хэ Сюанем и Се Лянем, Хуа Чэн быстро поцеловал Се Ляня в губы, и пока тот не оправился быстро убежал наверх, к Хэ Сюаню.       Хуа Чэн всё также жил в одной комнате с Се Лянем, всё также ходил с ним на одни уроки, но не напоминал про поцелуй. Однако вскоре Се Лянь сам напомнил про тот день. —Слушай, Саньлан.. помнишь, как ты меня поцеловал? —Я.. д-да, — голос Хуа Чэна дрогнул. —Я просто хотел сказать тебе.. я люблю тебя. —Подожди, ты сейчас серьёзно? — голос Хуа Чэна совершенно не походил на того самоуверенного и бесстыдного парня, которым его все считали. —Да. —Боже, гэгэ, ты лучший! — Хуа Чэн оправился от шока и бросился на шею Се Ляню, счастливо смеясь.

***

—А помнишь наш первый поцелуй? — спросил Се Лянь. —Как уж такое забудешь, — улыбнулся Хуа Чэн. — Мы тогда были такими молодыми и глупыми. —Наивными и ветреными, — подхватил Се Лянь.       Ветер развевал волосы парней, лежащих вместе на траве. Прошло уже несколько лет с окончания школы, но внутри они остались теми же, как и раньше.