Счастье

Кажется, они сами не заметили, что начали встречаться. Они оба ощущали одно и то же, и это чувство принято называть любовью. Хоть Нанами и любит дарить подарки, на этот раз ему пришлось отказаться от букетно-конфетного периода. Но иногда он всё же приносил всякие безделушки в качестве подарка, но сам понимал, что Стэнли такое не интересует. Проходили дни, недели, уже приближалось лето, а это значит, что начинался период вечеринок, в котором Рюсуй проводил все эти три месяца. И как же не позвать Снайдера с собой на посиделку с друзьями? Кальян, песни и шашлыки – всё как обычно. Самое необычное это то, что этим летом Нанами будет вместе со своим партнёром. Стэнли почувствовал, как телефон завибрировал, а на экране высветилось имя «Рю». Поднимая трубку, тот неосознанно улыбается. После появления Рюсуя в жизни военного стало значительно больше улыбок и радостных моментов, кошмары стали навещать его всё реже. Нанами будто стал его щитом от всего плохого. – Слушай, Стэнли, меня тут мои кенты зовут потусить, пойдём? Я тебя заберу к пяти, если хочешь, – в трубку говорит это Рюсуй, который, кажется, уже сам решил, что первый будет только за такое предложение. – Жду тебя тогда, – и он отключает звонок. Чем больше времени Стэнли проводил с Нанами, тем меньше он пил. Именно поэтому тот и ездит на все тусовки друзей парня, чтобы потом отвезти Нанами домой и лечь спать рядом. Как Рюсуй и обещал, он подъехал на своей машине к пяти. Уже вместе они поехали в дом какого-то друга, чтобы просто там повеселиться. Может, это расслабляло Рюсуя, но Стэнли такого не чувствовал, да и кальян он не особо любил: предпочитал обычные крепкие сигареты. Нельзя было сказать, что они ехали в тишине. С Нанами в машине было невозможно скучать, и он явно считал, что музыка должна сопровождать каждую их поездку. Звучала абсолютно всякая музыка: от хитов Филиппа Киркорова до песен Фараона. И это казалось абсолютно естественным. Рюсуй прыгал между радиостанциями и находил что-то на свой вкус, будь то попсовые хиты или старая рок классика. Он безрассудно, будто маленький мальчик, подпевал какой-то очередной бессмысленной песне, которая, по всей видимости, не находилась в списке предпочтений Снайдера. Сидя за рулем, Рюсуй был настоящим мастером многозадачности. Он успевал следить за дорогой, периодически бросая взгляды в стороны, чтобы не упустить интересные виды и возможные опасности. Будучи опытным водителем, он мог рулить ловко и аккуратно, попутно успевая даже порицать других участников движения, если они совершали опасные манёвры. И, конечно же, он не забывал обращать внимание и на своего партнёра, поглаживая того по руке. Вскоре они приехали на место проведения вечеринки, ощущая атмосферу веселья издалека. Даже несмотря на то, что вечеринка только начиналась, музыка уже гремела из многочисленных колонок на полную громкость, клубы дыма один за одним плавно поднимались в воздух. Один из друзей Рюсуя, возможно, организатор всей этой тусовки, встретил их. – Ты долго ехал на этот раз, – сказал этот парень, приветствуя Рюсуя. Он провёл своих друзей к террасе дома, где уже во всю развлекались остальные гости. Ребята очень приятно проводили время, Нанами с нетерпением ждал подходящего момента для того, чтобы присоединиться к ним. Сев на диван вместе со Снайдером, ему передали кальян, и Рюсуй вдохнул дым в лёгкие, а затем медленно выдохнул, чувствуя, как блаженное расслабление растекается по телу. Алкоголь быстро разливался по стаканам, и Нанами с задором мешал спиртное вместе с никотином. Стэнли не спешил следовать примеру парня, он лишь ни о чём разговаривал с друзьями Рюсуя. Легко можно было заметить, что знакомство с ним влияло крайне положительно: военный стал более открытым и легче шёл на контакт с людьми. Из колонок начала играть песня "Половина моя" от Мияги. Под влиянием атмосферы и выпитого алкоголя Нанами начал громко подпевать. Его глаза были прикованы к парню напротив, он исполнял песню с такой страстью, будто пел только для него. Это могло показаться странным или смешным для других, но для Стэнли это было поразительно трогательно. – Но пока я на ногах, – продолжал петь Рюсуй, не сводя глаз со своего спутника, – буду удивлять, даря звёзды с небес и продолжая до талого; Ай-да по облакам гулять! Стэнли улыбался, наблюдая за этим необычным выражением чувств. Эта ночь казалась полной сюрпризов, и он был готов принимать их один за другим, особенно, если они приходили от Рюсуя. – Рю, мне правда приятно слышать это, – Стэнли отвечал с улыбкой, чувствуя прилив тепла и радости. Это было нечто новое и необычное для него, но он был готов открываться этому необыкновенному опыту и делиться частью себя с Рюсуем. Пока Нанами курил кальян и затуманивал разум алкоголем, Стэнли наслаждался своими сигаретами и пивом, параллельно общаясь со всеми вокруг. Ночь обещала быть увлекательной, и он не мог дождаться, чтобы узнать, как она разовьётся, особенно с таким удивительным компаньоном. Рюсуй, несомненно, привносил в любую вечеринку особые краски. Вечер близился к концу, разговоры затихали, прежнее веселье улетучивалось. Стэнли взял под руку Нанами, направляясь к машине. Рюсуй ощущал магию момента, но в его груди ещё остались неосуществлённые желания, неудовлетворённые страсти. Они сидели в машине в абсолютной тишине, словно оба чувствовали нечто особенное в воздухе. Внезапно Нанами, ощущая пульсирующую энергию момента, произнёс: – Давай займёмся сексом. Слова были сказаны тихо, но их смысл был предельно ясен. Стэнли посмотрел на Рюсуя, его глаза выражали смешанные чувства: нерешительность, удивление и, возможно, даже интерес. Это предложение заставило его задуматься о своих желаниях к партнёру. – Чего?, – с удивлением спросил военный. Он явно не ожидал, что парень предложит ему нечто такое, но если подумать, тот вроде бы и не против того, чтобы заняться интимом. Особенно с тем, кто ему действительно нравится. Однако есть один страх... Снайдер ведь не состоял в отношениях с мужчиной и, соответственно, не занимался сексом со своим полом. – Я хочу тебя, Стэнли, мать его, Снайдер, – у блондина это желание уже не впервые, но объявил он об только сейчас, однако Стэнли и не против. Он всецело доверяет Нанами. – Я сам этого хочу, но тебе придется подождать до дома, - Или хотя бы до утра, чтобы решить всё уже на трезвую голову... Но Рюсуй уже успел принять решение для себя. Он не собирался ждать, поэтому придумал некую игру, но Снайдер пока что об ней не осведомлён. Машина тронулась, а блондин ехидно заулыбался. Стэнли знал эту улыбку и начал подозревать, что тот что-то задумал. Умелые руки Рюсуя устремились к паху парня, чему водитель не предал значения. Скорее всего, тот просто дразнится. Для парня сейчас в приоритете дорога и перспектива вернуться домой живым. Ширинка джинс медленно расстегнулась, а руки полезли в трусы. Стэнли поморщился, явно не ожидая такого поворота событий. Он усердно пытался не сводить глаз с дороги, но удивление на его лице было максимально очевидно. – Рюсуй, что ты сейчас.., - Военный не успел договорить, как Нанами нажал на головку члена, а потом стал мучительно медленно надрачивать половой орган, дразня Стэнли с такой же ехидной улыбкой, как и до начала своей “игры”. Стэнли возбуждался все сильнее, но никаких стонов от него не было слышно. Это совершенно не понравилось Рюсую, поэтому тот стал чуть грубее дрочить парню, но не слишком быстро, так как он хотел как можно больше оттянуть оргазм. Ехать им ещё пятнадцать минут, но казалось, что это время длилось вечность. Снайдер правда пытался следить за автомобильным движением, но сконцентрироваться было всё сложнее. Потихоньку из уст военного стали выходить тихие стоны, которые так красиво раздавались эхом в душной, плотно закрытой машине. – Ммм, Стэнли, ты не хочешь открыть окно? Второй так и сделал. Снайдер завернул на парковку, уже ощущая тугой узел внизу живота. Припарковать машину было еще той задачей, пока Рюсуй всё так же умело оттягивал желаемое. Стэнли, задыхаясь в собственных стонах, кончает в руку парня, откидывая голову назад и, наконец, заглушая машину, протяжно вздыхает от дрожи по всему телу. – Засранец, – произносит военный, когда наконец-то приходит в себя. Тот, конечно, знал, что Нанами тот ещё наглый хитрец, но явно не настолько. Сейчас хотелось отплатить той же монетой, чтобы он сам немного пострадал. Проблема только в одном: по сравнению с Нанами сексуальный опыт Снайдера крайне мал. Поднимаясь по узкой лестнице старого жилого дома, Рюсуй и Стэнли молчали. Иногда их взгляды пересекались, и каждый раз это происходило как бы случайно, но оба знали, что это было далеко не так. Напряжение между ними было ощутимо настолько сильно, однозначно, будто воздух вокруг них был заряжен электричеством. Рюсуй мог слышать ускоренное биение своего сердца, отдающееся в его голове. Он мог поспорить, что Стэнли ощущал подобное. Их шаги по лестнице замедлялись, когда они приближались к концу пути. Они знали, что скоро они войдут в квартиру, и эта мысль наполняла их ожиданием, предвкушением. Как только они переступили порог, мир вокруг них изменился. Квартира была освещена приглушённым светом, создавая уютную атмосферу. За окнами слышался шум улицы, но сейчас он казался гораздо более далёким и неважным, чем обычно. Рюсуй и Стэнли остались стоять в дверях, молча смотря друг на друга. Оба понимали, что в этот момент слова стали уже ненужными. Загоревшиеся взгляды могли сказать гораздо больше. Они знали, что сейчас начнётся что-то новое. Пройдя в гостиную, Нанами сел на диван, а Снайдер последовал его примеру, всё ещё не забывая о намерениях парня рядом. Повернув голову, военный сам наклонился для того, чтобы поцеловать Рюсуя, который сразу же подхватил эту идею, положив свои руки на ягодицы Стэнли. Второй же стал опускаться вниз, на пол, раздвигая ноги Нанами в сторону. Военный стянул с него штаны, оставляя в нижнем белье и белой футболке. Руки медленно потянулись к паху парня, чтобы уже начать. Сняв с Рюсуя боксеры, тот начал неумело целовать лобок блондина, а руками стал ласкать половой орган Нанами. Когда член стал наливаться кровью и затвердевать, Снайдер примкнул к нему губами и стал водить языком по головке. Через время тот всё-таки взял член в рот. Прерывистые стоны стали наполнять комнату. Стэнли всё так же неумело ласкал орган Рюсуя, что поместил свою руку на голову военного. Он не спешил грубо схватывать волосы у корней, а совсем наоборот: он аккуратно поглаживал их, так же, как и в их первую встречу. – Ммм, Стэн.., – ему было так приятно, что он даже не заметил, как приблизилась разрядка. Практически не предупредив военного, Нанами резко сжал волосы Снайдера, таким образом оповещая о том, что скоро кончит. Однако Стэнли не останавливался. Он продолжал упёрто стоять на своём, а когда пришла разрядка, он сглотнул. Впрочем, тот вкуса и не ощутил. Военный, уже приведя себя в порядок, медленно присел на диван. Он чувствовал, как напряжение дня начинало ослабевать, в его взгляде было что-то мягкое и умиротворённое. Тем временем Рюсуй осторожно уложил голову на колени Снайдера. Взаимное доверие и близость между ними были настолько сильными, что сейчас им не требовались лишние слова. Во взглядах читалась приятная усталость в совокупности с бесконечной преданностью, благодарностью друг другу. Стэнли, поджигая сигарету, затянулся и положил свою руку на волосы Рюсуя, лежащего на нём. Это было жестом нежности и какой-то недосказанности... Будто он хотел произнести что-то вроде: «Я действительно люблю тебя, прости, что так редко это говорю. Просто знай, что я необычайно рад тому, что ты рядом». Никакие слова не были нужны. Только тишина и эта эмоциональная связь между ними. Нанами поднял руку, чтобы ему передали сигарету. Он, конечно, не был фанатом табачных изделий, но порой всё же предпочитал жертвовать своим здоровьем. Один раз можно сделать исключение, особенно в такой момент, когда Стэнли был рядом, молчаливо поддерживая своим присутствием рядом. Рюсуй выдохнул дым сигареты и мягко улыбнулся, глядя в глаза военному. – Я люблю тебя, – сказал он, словно подтверждая это чувство, что было сейчас важнее всего на свете. Он передал сигарету обратно своему возлюбленному. Военный, мягко улыбнувшись, ответил: – И я тоже, – эти слова своей искренностью в миг наполнили комнату ещё большей теплотой. Нанами быстро уснул, его дыхание стало медленным и ровным. Перебирая блондинистые волосы Рюсуя, Стэнли ещё долго чувствовал, как внутри него расцветает нежность, спокойствие, умиротворение. Даже если ему было не совсем удобно, он не мог удержаться от этой лишней ласки, ненавязчивой заботы. Вскоре, кутаясь в приятное чувство близости, уснул и Стэнли. Этот момент был полон сокровенного счастья, разделённого на двоих. Они заснули, зная, что сейчас друг у друга есть они.