Часть 3

От лица автора.

      Парни зашли в зал и стали раскладывать еду на стол. В зале стоял диван, рядом стол, а напротив— большой телевизор.       Друзья уселись на диван, и Никита вскочил с него, сказав:       — Я пойду сделаю попкорн.       — Ну ок.       Никита вышел из зала, попутно зачем-то включив свет.       — Эй, ты нахера свет выключил, долб? — закричал Даня, вскочив от неожиданности. Тишина. На кухне только грохотала посуда.       — Ну да, ну да, кто меня услышал.       Даня не стал включать свет и, нащупав пульт, включил телевизор.       Тем временем Никита пытался сделать попкорн:       — Написано, что надо просто положить в микроволновку... Надеюсь тут нечего не взорвётся. С богом.       Никита аккуратно нажал на кнопку, чуть ли не зажмурив глаза.       — О ГОСПОДИ, ОНА ЧЁ ВЗРЫВАЕТЬСЯ?!!       — Ты чё тут орёшь?       — А ТЫ САМ НЕ ВИДИШЬ!? ПОЧЕМУ ОНА ТРЕЩИТ?!!       Даня сначала посмотрел на друга как на дауна, а потом заржал.       — ДА ТЫ ЧЁ РЖЁШЬ, ДЕЛАЙ ЧТО НИБУДЬ!! — в панике кричал Никита, боясь даже подходить к микроволновке.       — Это так и надо.       — Всмысле? Ты чё мне сразу не сказал??! Я обосрался.       — Прости, не знал что ты тупой и не умеешь его делать. О, он уже приготовился.       Даня открыл микроволновку:       — Принеси чашку.       Никита взял чашку из ящика и поднёс к микроволновке.       — И лопатку.       — Да бля, сразу сказал бы!       Никита подставил чашку к микроволновке и дал Дане лопатку.       Даня начал высыпать попкорн в чашку.       — Почему эта семечка трещит, но не взрывается?       — Хз. Ленивая слишком.       Внезапно эта семечка резко взорвалась и отлетела прям Никите в палец.       — АЙ БЛЯТЬ!       Даня поставил чашку стол и подошёл к Никите:       — Покажи.       Никита сделал так, как хотел его друг, и тот стал водить по нему пальцем и что-то шептать близко-близко к Никите.       После этого он нежно поцеловал палец.       — Фу, ты чё делаешь? Противно!       — А почему тогда покраснел?       — А.. Э.. От боли!       — Мы дружим восемь лет, и я знаю, что ты от боли никогда не краснеешь.       — Пофигу, пошли уже. Жрать хочу.