Вернутся к фанфику

2. Тайяки с персиковым джемом

4 сентября 2023, 17:02

ты так плохо очень плохо на меня влияешь и руки пахнут табаком, но лучше их меня ничто не согревает

♫ алена швец — в кабинете у директора

      «Поезд прибывает к станции… пожалуйста, не заходите за желтую линию…»       Момо терпеть не могла метро. Уныние здесь накрывало ее с головой, а сегодня — особенно; мысль о том, чтобы шагнуть вперед, сверлила голову тупой дрелью. Шаг вперед, один шаг, и все…       — Момо-чан!       Ее схватили за руку. Хирако-сенсей выглядел, как побитый пес.       — Что случилось? — спросила Момо.       — Одолжи мне денег, — попросил он. — Я заснул в поезде, выронил свой кошелек и проездной и не могу выйти со станции!              — Ну вы даете, учитель…       — Не зови меня учителем, люди подумают, что я вымогаю деньги у ученика! — взмолился Хирако.       Момо закатила глаза.       — А разве это не так?       — Я отдам тебе вдвое больше, — пообещал Хирако. — И куплю шоколадку. В черном шоколаде содержится гормон счастья. Может, тогда не будешь ходить у путей с таким печальным лицом. Что-то снова случилось?       Случилось, подумала Момо. Многое случилось. Снова — всего за один день. Айзен потребовал, чтобы она переспала с ним еще раз, а она… ей пришлось, но после этого она позвонила своему другу. Абараи Ренджи был якудза. Он не задавал лишних вопросов и пообещал, что завтра Айзен Соуске уволится с работы и уедет на постоянное место жительства в Ад.       Косвенно, но Хинамори убила человека.       Но не скажет же она Хирако правду?..       — Про то, что тот парень меня отверг, все узнали, — изобрела она на ходу. — И все надо мной смеются. И над ним тоже.       — Ох, — сочувственно вздохнул сенсей, приобнимая Момо за плечи. — Опять этот парень. Но, знаешь… нехорошо бросаться под поезд. Мне тоже иногда хочется умереть, и все же… Понимаешь, десятки тысяч людей будут проклинать тебя, потому что опоздали на работу. А еще… это же ужасно, когда тело разрывается на кусочки. Ненавижу расчлененку, — Хирако поежился.       — Да я и не… — «не собиралась» проглотила Момо. Соврала бы, сказав так. Хирако снова оказался рядом очень вовремя.

***

      Воздух пах свежестью после дождя и сигаретным дымом — Хинамори знала, что курить вредно, но запах сигарет ей нравился. Хирако с наслаждением затянулся, выдыхая дым в сторону от Момо, и снова обнял ее за плечи свободной рукой, прижав к своему боку.       — А теперь давай я провожу тебя домой!       — В-вам нельзя так меня обнимать, — переполошилась Момо. — Это увольнение по статье…       — Не говори такие ужасные вещи, — отмахнулся Хирако. — Все нормально, пока никто не узнал. Эй, не щипай меня!       Поначалу Хинамори думала, что ее стошнит, если к ней притронется кто-то, особенно мужчина, но прикосновения Хирако не были ей противны. От него исходило тепло, он все время ее смешил, и, что бы он ни говорил, а ничего такого от нее на самом деле не хотел. И если правда никто не видит…       — О, — вдруг Хирако остановился у продуктового ларька. — Давай поедим? Здесь очень вкусные тайяки.       Продавцом был мужчина примерно того же возраста, что и сенсей, но шире в плечах, более мускулистый и не такой тощий. Он помахал Хирако в знак приветствия, как будто они были знакомы… или не как будто.       — Это Мугурума Кенсей, мой друг, — представил их Хирако. — Кенсей, это Хинамори Момо. Моя любимая ученица! Момо-чан, тебе какой тайяки? С заварным кремом? С шоколадом?       В ассортименте были самые разные тайяки — от классических с начинкой из анко до начиненных колбасой и сыром. Но…       — А платить кто будет? — поинтересовалась Момо. Хирако смущенно покашлял, вынимая кошелек… так у него был кошелек? Ему не нужны были деньги?       Он хотел увести ее от опасности?       — Я ношу с собой два кошелька, — заявил Хирако. Кенсей поднял бровь. — Так какой тайяки?       — С персиковым джемом.       — Персик любит персики? — засмеялся Хирако. — А мне тогда, пожалуй, с сыром.       Получив свои тайяки, они уселись на скамейку рядом. Момо подумала, что, судя по времени, где-то Айзен уже подал заявление об увольнении и роет себе могилу. Якудза умеют заметать следы, и никто никогда не подумает на милую, скромную и прилежную ученицу. Решив, что нашел легкую добычу, Айзен попал в тихий омут, полный самых жутких чертей.       — Ни разу не пробовал тайяки с персиковым джемом, — сказал Хирако, вытянув длинные ноги. — Дашь откусить кусочек?       — Не объедайте мой растущий организм, — отказалась делиться Момо.       — Какая ты жестокая, — пробурчал Хирако.       На еще светлых небесах появились первые звездочки. Плечом Хинамори чувствовала тепло тела Хирако.       — Я знаю, что вы всего лишь хотите помочь мне, — сказала она. — И я… я вам очень благодарна. Сегодня с самого утра мне хотелось плакать, но сейчас я чувствую себя такой счастливой! — и просияла солнечной улыбкой. Сенсей не ответил, но его глаза потемнели, а может, ей показалось.       Решив не думать о глупостях, Момо хотела откусить тайяки, но тут Хирако без предупреждения сократил расстояние — поцелует? Неужели поцелует? Нельзя, она его ученица… и сдались ей его поцелуи!       Их губы не соприкоснулись. Хирако отстранился, улыбаясь во весь рот по своему обыкновению. На тайяки Момо остался след его зубов.              — Персик правда вкусный, — сказал он, облизываясь, как сытый кот.       Ну что ты будешь делать…

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!