Вернутся к фанфику

7. Титаник

12 сентября 2023, 21:13

надежды мои все прозрачней и тоньше

надеждам-то что, если мир прикорнул на плече

пусть будет цейтнот

но ладоням не выдержать больше

без огня вместо сердца

♫ Jam — Маленький лорд

      В окна медпункта заглядывала любопытная луна. Весенний вечер окутал город, благоухая ароматом цветущих деревьев. Хирако открыл глаза, в первые мгновения не понимая, где он, а потом вспомнил: медпункт, Унохана Ячиру, так и не принятое им снотворное и… Хинамори?!       Она сладко спала, устроившись на краю кровати и уложив голову ему на живот. Руку отпустила, но неужели сидела с ним, потому что он попросил? А почему же еще?       — Момо, — позвал ее Хирако. Она не проснулась — только пушистые ресницы дрогнули.       — Момо!       — Еще пять минуточек, онее-сан… черт! — встрепенулась Хинамори. Вскочила, лихорадочно принимаясь поправлять волосы. На часах было 19:49.       — Ты почему не ушла? — спросил Хирако.       Почему… Момо опустила глаза. Самой бы знать, почему. Сто раз хотела тихонько отпустить руку сенсея и бесшумно ускользнуть домой; при желании она могла быть тихой, как тень, но оставалась. Смотрела на него, думала обо всем, что успела о нем узнать, пока ее вслед за ним не сморил сон — усталость прошедшей недели дала о себе знать.       — Вы так уютно сопели, что меня убаюкали, — проворчала она. — Думаете, я хорошо высыпаюсь в выпускном классе? — это прозвучало упреком, и Хинамори поспешила сгладить сказанное. — Мне стало так спокойно и уютно, пока я сидела с вами, что я и не заметила, как отключилась.       — Тогда, — сказал Хирако, — я обязан проводить тебя домой.       Момо не нашла, что возразить.

***

      В ночном воздухе кружились лепестки сакуры. Когда они с Хирако отошли от школы на приличное расстояние, он обнял Момо за плечи, а она не стала вырываться — вокруг не было людей, в темноте их могли принять за обычную пару влюбленных.       Если бы они любили друг друга. Увиденные шрамы на запястье сенсея лишний раз доказывали Хинамори его желание уберечь ее, потому что он сам был таким. Потому что он — хороший учитель и добрый человек. Поэтому она не боялась его и могла легко оставаться с ним наедине — он не хотел ее, как девушку. Он шутил, и главным было не поверить в его искренность.       Был бы он еще хоть немного не таким… Момо глянула на Хирако. Его нельзя было назвать красавцем, но он привлекал ее, интересовал и притягивал, как будто его окружало магнитное поле.       — Как поживает Комамура? — спросил Шинджи.       — Хорошо. Мы купили ему лежанку, миску, ошейник, поводок и все, что нужно для собак. Гуляем с ним по очереди, пока Лиза опять не уехала… он уже научился давать лапу, — похвасталась Момо.       — Здорово, — улыбнулся сенсей, и без предупреждения провел кончиками пальцев по ее лицу, тут же отдернув, как от открытого огня — Хинамори в который раз ударила его по руке.       — Эй, я просто лепесток вынул! — в доказательство Хирако продемонстрировал розовый лепесток сакуры. — Хотя ты была бы еще красивее с цветами в волосах. Не хочешь пойти со мной на выходных в парк? Сейчас как раз ханами… — он предлагал, не глядя на Момо.       — Не хочу, — отказалась она.       Хирако остановился. Сказал ей в спину:       — Потому, что я твой учитель? Или потому, что я совсем тебе не нравлюсь?       Какого черта он… Момо замерла. Хирако стоял позади нее, в любой момент мог подойти, улицы были пустынны… почему страх так и не появился? И что ему ответить? Что он ей не нравится? Будет ли это правдой?       — Если тебе неприятно, что вокруг тебя вертится взрослый мужик, — он натужно сглотнул, — то скажи, и я перестану. Буду преподавать тебе физику, и все.       Будто подставил голову под удар клинка; с чего ему так отчаянно желать близости этой девочки, Шинджи не понимал, но отчетливо понимал другое: если она сейчас окончательно его отвергнет — ему захочется на тот же край крыши, где он предложил ей встречаться. Прыгать не станет, умирать не будет, но желание жить тоже погаснет. До встречи с Момо его жажда жизни напоминала тлеющие угли, а потом вспыхнула костром.       Она молчала, и теплая ночь осыпалась холодными мурашками по позвоночнику.       — Вы… — прошелестела Момо. — …вы… — и резко обернулась. Хирако вздрогнул — так пылал ее взгляд. — Мне совсем не неприятно! Но… но вы мой учитель!       Облегчение окутало плечи шелковым одеялом. губы сами собой растянулись в идиотской счастливой улыбке — будто сам старшеклассник и услышал признание от девушки, в которую влюблен.       — Тогда не приходи в парк на встречу со мной, — сказал Хирако. — Приходи просто погулять с Комамурой. А я приду погулять один. Мало ли на свете случайностей?       — Какой вы хитрый, — проворчала Момо.       — Придешь?       — Приду.

***

      У двери своего дома Момо ахнула:       — Черт, я выронила ключи!       В кармане их не было, в сумке тоже, школу уже закрыли на ночь… Прижавшись лбом к стене, Хинамори чуть не расплакалась — надо же быть такой идиоткой?       — А где твоя сестра? — заволновался Хирако.       — Уехала! — Момо нервно засмеялась. — Опять уехала! Хорошо хоть мы Комамуре кучу корма оставили и воду…       — Можешь переночевать у меня, — ляпнул Шинджи.       — Лучше на улице, — отказалась Хинамори.       — Брось, я не собираюсь тебя обижать. У меня двухкомнатная квартира, я тебе бы постелил в спальне Хиори, она все равно не дома, не обидится… — Хирако привычным жестом хотел залезть в сумку, где хранились его собственные ключи, но охнул, прикусив язык, чтобы не выругаться. — Ч-черт.       — Что такое? — устало спросила Момо.       — Я забыл в медпункте свою сумку, — упавшим голосом признался сенсей. — А там ключи. Теперь мне тоже негде спать.

***

      Они нашли лавочку неподалеку и уселись рядом. Хирако закурил, выдыхая дым в сторону от Момо и постукивая пальцами по деревянному сиденью. Хинамори откинулась спиной на спинку лавочки, глядя на запутавшуюся в вишневых ветвях луну.       — Если бы сейчас была зима, мы бы могли замерзнуть, — сказала она. — Даже насмерть. Но сейчас весна, так что не все так плохо.       — Я бы не дал тебе замерзнуть, — сказал Шинджи. — Я бы тебя согрел… да не в том смысле! — быстро уточнил он. — В смысле… помнишь Джека из «Титаника»?       — Он не грел Розу, — хмыкнула Момо.       — Он утонул вместо нее. Если подумать, у них все произошло очень быстро. Когда я смотрел такие фильмы раньше, то думал, что это неправдоподобно: увидеть человека и влюбиться, — Хирако вытянул ноги, выпуская дым в небо.       — Я не думала, что вам нравятся фильмы о любви, — сказала Момо.       — Нравятся, и гораздо больше боевиков или ужастиков. В большинстве фильмов о любви есть глубина, — он стряхнул пепел. — То, о чем после просмотра хочется думать и рассуждать. И представлять себя на месте героя.       — И на месте какого героя вы себя представляете?       — Сейчас — на месте Джека, — хохотнул Хирако. — Но ты не рыжая, а я отвратительно рисую.       — И мы не тонем, — почему-то неуверенно сказала Момо.       Не тонут… Шинджи запрокинул голову вверх. Если забыть, что там небо, и не смотреть на луну, легко представить себя падающим в черную бездну. Тонущим. Он тонул с тех пор, как встретился взглядом с этой девочкой.       — А ты любишь фильмы? — перевел он тему.       — Больше — книги, — Момо поерзала на скамейке. — Не подумайте, я не зануда, и не считаю, что фильмы хуже. Это просто другой способ передачи и восприятия информации. Мне проще воспринимать книги, причем именно текст, а не аудио, и не бумажные, а электронные.       — Жаль, — сказал Хирако. — Я бы сводил тебя в кино.       — Многие фильмы сняты по оригинальному сценарию, а не в формате экранизации книг.       — Это значит косвенное согласие пойти в кино?       — Это значит, что я вовсе не недооцениваю кинематограф и могу достойно оценить хороший фильм.       — А говоришь, что ты не зануда, — поддел ее Шинджи. Выбросил сигарету в урну, метко попав прямо в центр. — Идем?       — Куда? — насторожилась Момо.       — В кино. Я знаю хороший ночной кинотеатр. Понятия не имею, что там сегодня за фильмы, но лучше уж сидеть в теплых креслах, чем на холодной скамье. Тем более, девушке. Тебе еще детей рожать.       Хинамори толкнула Хирако в плечо.       — Что? Ты хочешь заработать цистит? Если и так, то я не хочу, поэтому шагом марш в кино, — скомандовал он, поднимаясь на ноги. — Отказ не принимается.       — А деньги? Вы же сумку забыли, — напомнила Момо.       — Мужчины, к твоему сведению, это такие существа, которые носят кошелек в кармане, — гордо заявил сенсей, качнувшись с пятки на носок. — Так что?

***

      Ночной кинотеатр был уютным, с мягкими креслами и вкусным попкорном. Кроме попкорна, здесь продавали горячие напитки; Хирако купил для Хинамори какао с зефиром, а себе — крепкий черный кофе. Выбор фильмов ночью был невелик, но он заявил, что они будут смотреть все, что покажут, до самого утра, и Момо решила, что не хочет знать программу — пусть будет сюрприз.       На экране загорелся логотип «20 Century Fox Entertainment», и следом за ним отобразилось изображение огромного лайнера — Хинамори чуть не поперхнулась какао. Будто их разговор с Хирако услышала некая высшая сила. Не то чтобы она любила «Титаник», пересматривать не собиралась, но не отказалась бы, зная, что сейчас начнется именно этот фильм. История любви молодого художника Джека Доусона и юной аристократки Роуз Дьюитт Бьюкейтер — красивая и печальная история. И сексуальная; когда Джек рисовал Роуз «как одну из своих француженок», Хирако невольно скосил глаза на Момо. Та смотрела, не отвлекаясь — а может, по всеобщей школьной привычке, которая разовьется, хочешь ты того или нет, спала с открытыми глазами. Тихо вздохнув, Шинджи вернул внимание экрану — и тут на его плечо легла голова Хинамори. Неужели она?..       Нет, конечно, она просто задремала. От ее волос пахло сладким персиком, прядь щекотала ему нос, но он сидел и не шевелился, и, чтобы не думать о Момо, заставлял себя думать о героях «Титаника». Мысленно хлопнул себя по лбу: как не додумался тогда, на крыше, заявить «прыгнешь ты, прыгну и я»?.. Погрузился в тепло, подаренное кофе и Хинамори, в песню Уитни Хьюстон, качающую на волнах Атлантического океана…       — Хирако-сенсей!       Его разбудил испуганный вскрик над ухом. Шинджи кое-как разлепил глаза, хрустнул шеей — все тело затекло от сна в неудобной позе. Вокруг было темно, только с экрана брезжил свет начала нового фильма.       — Уже семь утра!       — Да ладно?! — Хирако глянул на наручные часы — они показывали 06:48. Момо быстрыми движениями заплетала волосы в косу.       — Ну, зато переночевали в тепле и с комфортом, — сказал он. — Во всем нужно искать позитив, Момо-чан.

***

      Зайдя в уже открывшуюся школу за забытыми ключами и сумкой, они снова пошли по привычному маршруту — домой к Хинамори. Хирако начинало казаться, что он найдет сюда дорогу даже в полностью бессознательном состоянии. Утро радовало свежестью и яркими лучами солнца, обещая теплый день, в воздухе вместе с лепестками сакуры витало приближение лета.       — Спасибо вам за сегодня, — сказала Момо у дверей. — Хорошего дня, — кивнула и повернулась, чтобы уйти, но запястье чувством дежавю обняли чужие пальцы.       — Подожди, — сказал Хирако. — Сначала пообещай мне кое-что.       — Что? — с подозрением спросила Момо, заранее ожидая худшего. Дыхание сенсея обожгло ее макушку, и стоило врезать острым локтем по ребрам, но тело охватило странное оцепенение.       — Пообещай мне, — каждое слово звучало на выдохе, — что останешься в живых. Что ты не сдашься, что бы ни случилось, что бы ни произошло, обещай мне сейчас, Момо-чан, и любой ценой выполни обещание…       Она чуть не рассмеялась от облегчения. Обернулась, серьезно взглянув на Хирако снизу вверх.       — Я обещаю. Я ни за что не сдамся, — процитировала Хинамори ответ Роуз, и ехидно добавила, — Теперь по сценарию вам полагается утонуть. Хорошего дня, Хирако-сенсей, — и скрылась за дверью, где сразу раздался веселый приветственный лай Комамуры.       Шинджи сунул руки в карманы, подняв глаза на ленивые кучевые облака.       — А кто сказал тебе, Момо-чан, что я не тону?..

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!