Вернутся к фанфику
12. Что подарить Нанао?
21 октября 2023, 09:45он стал моим наваждением
тенью в каждом моем сновидении
в каждом зеркале отражением
самым тайным моим откровением
♫ Страна OZ — Море любви
Седьмое июля было для Момо особенным днем; она любила фейерверки, ее завораживала история влюбленных Хикобоси и Орихиме, которые могут увидеться лишь раз в году, а с тех пор, как она стала одной из лучших подруг Нанао, Танабата стала еще и днем рождения последней, и в средней и старшей школе Хинамори на седьмое июля неизменно ходила на фестиваль с подругами. Лиза предпочитала отмечать Танабата с очередным мужчиной, а одной в этот день и особенно в этот вечер оставаться было невыносимо. И незачем. Впервые за всю жизнь Момо не хотела идти гулять с подругами. У нее теперь был телефонный номер Хирако, и ее так и подмывало пригласить его на прогулку так же, как во время ханами — совершенно случайно встретиться и пройтись вместе по ярмарке. Почти свидание, но не свидание; баланс на грани, тонкой, как лезвие клинка. Но если бы Момо не пришла поздравить Нанао, она была бы плохой подругой. С Хирако ее пока что не связывали никакие официальные отношения и его она знала гораздо меньше, чем Нанао, и выбор был очевиден. Выбор подарка был гораздо сложнее. У Нанао было все. Рожденная в богатой семье, она не знала ни в чем отказа. Одевалась не броско, но дорого; все ее гаджеты были новейшего производства, а письменные принадлежности — лучшего качества. То, чего у нее не было — она не любила; Нанао не нравились игрушки, сладости (кроме ёкан) и компьютерные игры. Можно было бы подарить книгу, книги Нанао обожала, но именно поэтому Момо казалось, что подруга уже прочитала все существующие новинки и классические произведения. Деньги в качестве подарка тоже отпадали — смехотворно дарить деньги человеку, чья мать водит машину стоимостью в твой дом. Без подарка приходить было нельзя, поэтому Момо с Рангику договорились встретиться в торговом центре и совместными усилиями что-то выбрать. Что-то практичное, способное понравиться Нанао и не слишком ударяющее по их кошелькам.***
Ждущую ее Рангику Момо увидела издалека — яркие рыжие волосы той притягивали взгляд. Она надела топ с возмутительным для старшеклассницы декольте, обтягивающие джинсы и туфли на каблуке, и рядом с ней Хинамори, как всегда, ощутила себя серой мышкой, скучной и незаметной. Той самой подругой, на чьем фоне другая смотрится еще красивее; если бы Мацумото не была столь веселой, открытой и искренней, Момо бы не сомневалась, что та дружит с ней исключительно ради этого контраста. — Привет! — сегодня Рангику выглядела особенно жизнерадостной, настолько, что Момо ей не поверила. Обычно Мацумото так себя вела, когда с ней что-то происходило, но лезть в душу с порога Хинамори не стала — захочет, расскажет. — Привет, — Момо бросила взгляд на витрину, оценивая свое отражение и сравнивая себя с подругой — и впервые не находя катастрофических отличий в ее пользу. Никаких особых изменений в собственной внешности она не делала, но все равно та девушка, что смотрела с обратной стороны зеркального стекла, была неуловимо другой. Взрослее, увереннее; волосы удлинились, мини-юбка открывала стройные ноги, чего раньше Момо себе не позволяла, а шею украшал кулон, тот самый, ландышевый. — Ого, — как и ожидалось, Рангику сразу заметила новое украшение подруги. — Какая красота. Неужели парень подарил? — Нет, — было сложно врать со спокойным лицом, хотелось закричать — да, да, да, и рассказать Ран все, но… пока что нельзя. — Сестра. — Сестра дарит тебе такие вещи? — недоверчиво прищурилась Мацумото. — Ты не поверишь, но иногда она даже покупает мне нижнее белье и тампоны. — Так это ерунда, — отмахнулась Рангику. — Подумаешь, белье и тампоны. А вот украшения… притом явно памятные… ладно, не хочешь, не говори. Что будем покупать нашей Зануде-сан? — Понятия не имею, — призналась Момо. — Я тоже. Отлично, будем ориентироваться на месте, — заключила Мацумото, первой входя в здание торгового центра. Момо зашла следом — и застыла. Эту блондинистую макушку она узнала бы среди сотен тысяч. Хирако выходил из кафе в компании девушки-подростка, такой же светловолосой — очевидно, это была его сестра. Выглядела она сердитой, но прическа в виде хвостиков делала ее облик забавным. …что, если Момо подойдет и просто поздоровается? Она имела полное право поздороваться. Даже когда сенсей был не один, в этом не было ничего предосудительного; о том, что их связывало нечто большее, чем положено учителю и ученице, знали только они, а Хинамори так хотела услышать его голос… с другой стороны, мешать семейной прогулке нехорошо. Она и так влезала в личное пространство Хирако чересчур часто. Взгляды их соединились — воздух вокруг словно наэлектризовался, как перед грозой. Нужно было отвести глаза, но Момо не отводила. Сенсей решительным шагом направился к ней, что-то сказав сестренке. — Здравствуйте, Хинамори-сан! — расплылся он в улыбке. — Мацумото-сан, — Рангику Хирако заметил не сразу, добавив приветствие немного виноватым тоном, и у Момо потеплело внутри: впервые на ее памяти чье-то внимание рядом с Ран привлекла именно она. — Добрый день, Хирако-сенсей, — заулыбалась еще шире Мацумото. — Вы на свидании? — Еще чего! — выпалила спутница Хирако. Тот развел руками, тайком глянув на Момо: — Ну вот, она снова меня отвергла. Какая жалость… ай! Хиори! Не смей меня пинать, это мои ученицы! — А? — опешила Хиори, от души врезавшая брату по щиколотке. — А… ой, — она потерла затылок тем же жестом, что и он, нацепив похожую улыбку. — Извините. — Позвольте представить вам мою сестру. Саругаки Хиори. А это Мацумото Рангику и Хинамори Момо. Смею надеяться, что преподаю им физику на должном уровне и у них будет высокий балл на тестах. — Надеюсь на выше среднего, — усмехнулась Рангику. — Вы закупаетесь к Танабата? — Нет, я ее выгуливаю, пока из зоопарка выпустили, — Хирако увернулся от очередного пинка Хиори. — А вы? — Выбираем подарок для Исе-сан, — подала голос Хинамори. — У нее седьмого день рождения. — Опа, — протянул сенсей. — А можно с вами? Исе-сан проявляла так много рвения и знаний на моих уроках, мне бы хотелось поблагодарить ее, — но по выражению лица Хирако Момо поняла — его предложение никоим образом не относится к Нанао. Или относится только частично. — Нужно! — расцвела Рангику. — Вчетвером лучше придумаем, что дарить! Энергичность Мацумото заставила Момо напрячься — та с первого дня учебного года говорила, что не была бы против флирта с учителем. У Ран был Хисаги, и все же если бы она кокетничала с Хирако, пусть всего лишь из спортивного интереса и любви к искусству — Хинамори сгорала бы от ревности. — Предлагаю разделиться, — сказал Хирако. — Мацумото-сан с Хиори обойдут магазины слева, я и Хинамори-сан — справа, встретимся здесь через два часа. Обсудим покупку, поедим чего-то и по домам, ладненько? Если возражения и были, озвучить их у Мацумото не хватило такта, а Хиори, поймав быстрый взгляд брата, моментально утащила Рангику за собой, увлеченно о чем-то треща. Хирако и Момо остались наедине. Раньше она не видела сенсея в повседневной одежде — даже к ней домой он приходил в костюме, принятом по дресс-коду; домашний облик не считался. Оказалось, Хирако носит узкие джинсы, открывающие голые лодыжки — носки к черным ботинкам он не надел, что почему-то показалось Момо сексуальным, а оранжевая рубашка с небрежно завязанным коричневым галстуком шла ему еще больше официально-деловых белых. — Прости, если хотела погулять с подружкой, — запоздало Шинджи сообразил, что у Хинамори могли быть свои планы на выходной. — Гораздо больше я хотела погулять с вами, — выпалила Момо, запретив себе взвешивать каждое слово — в противном случае не выговорила бы ни звука. — У вас что, пирсинг в языке? — заметила она. — Ага, — Хирако довольно высунул язык, демонстрируя блестящую штангу. — В школе не ношу, но обычно постоянно. Вижу, ты тоже любишь украшения, Момо-чан? — он многозначительно взглянул на ее кулон. — Люблю, — сказала Хинамори, и прозвучало это двусмысленно. Шинджи захлопнул рот и сунул руки в карманы. — Идиотская ситуация, да? — пробормотал он. — Я не могу взять за руку свою девушку. — Я не ваша девушка. — Пока что, — пожал плечами Хирако. — Что ж, вперед? Будем выбирать подарок Нанао-сан? Идти рядом с ним здесь, в людской толпе, не в парке, без сопровождения Киры, было совсем не так, как когда сенсей провожал ее домой или когда они шли в кино — то ли количество людей меняло восприятие, то ли просто все изменилось с момента, когда Момо коснулась его губ. Изменилась она сама; мысли то и дело возвращались к пирсингу. Если бы Хирако поцеловал ее, когда у него в языке эта сережка… или если бы он сделал что-то другое… Момо чуть не споткнулась о собственные ноги от удивления, когда поняла, о чем думает. С чтением манги Лизы пора было завязывать. — Осторожнее! — Хирако поддержал Момо за локоть, и чуть не отдернул руку, как от открытого пламени — вряд ли она понимала, насколько была сексуальной, когда юбка открывала ноги выше колена, а грудь не скрывала школьная просторная рубашка и кофта, когда черные волосы свободно струились по плечам, а осанка менялась благодаря каблукам. — М-может, сначала сюда? — Момо отстранилась, указав на первый попавшийся магазин — отдел парфюмерии. — Давай, — хрипло сказал Хирако. Продавщицу-консультанта они вежливо отвергли, спросив только, где женские духи. Посетителей в магазине было мало, только пару студенток вертелись у стеллажей с новинками модных кутюрье. Момо брызнула на тестер капельку парфюмерной воды Ellen Tracy Women с запахом персика — не сдержалась, увидев, что те содержат ее любимый фрукт. — Господи, — сказал Хирако, принюхавшись. — Это божественно. Головокружительно сладко, но не приторно, а нежно, еле уловимо цветочно и пряно… Момо взяла первый попавшийся флакон, но удивительным образом угадала — это был ее запах. Должен был быть ее запах. — Правда? — она хлопнула ресницами. — Правда. Берем, — отрезал Шинджи. — Но Нанао не любит сладкие парфюмы, и как я могу дарить подруге духи… — смутилась Хинамори — так спешила переключить свое внимание, что не подумала, уместно ли преподносить такие подарки. — Не Нанао, — Хирако тяжело сглотнул. — Тебе. — Мне? Но… — окончательно смешалась Момо. — Стойте, вы цену видели? Не слушая, Хирако взял парфюмерную воду и пошел на кассу — не ругаться же в магазине? Пришлось дождаться, пока он оплатит, пока продавец упакует флакон, и только выйдя наружу, Хинамори смущенно заворчала: — Вы с ума сошли? Зачем так тратиться? У меня уже был день рождения… — И что? — Шинджи пихнул упакованный парфюм ей в руки. — Может, по мне не скажешь, но деньги у меня есть. И я ужасно хочу тратить их, чтобы радовать любимую девушку. Или тебе не понравился запах? — всполошился он; хотел выглядеть крутым, а выходило так, что снова решал за нее. — Очень понравился, — смягчилась Момо. — Но это неловко. Я не привыкла к дорогим подаркам, и я не ваша девушка. — А я не сказал «моя девушка», я сказал «любимая девушка». Моя, не моя, все равно любимая… о, давай теперь сюда? — чтобы избавиться от повисшей неловкости, Хирако затащил Хинамори снова в первый попавшийся на пути отдел, оказавшийся магазином игрушек. — Нанао не любит игрушки, — сказала Момо. Хирако отмахнулся: — Все девушки от года и до ста двадцати любят игрушки. Те, кто говорит, что не любит, врут или заблуждаются. Неужели ты не хочешь посмотреть, что предлагают в ассортименте? Предлагали многое — огромное разнообразие игрушек для мальчиков и девочек всех возрастов. Миновав отдел кукол и машинок, Момо замерла у полок с плюшевыми зверушками; Хирако посмеивался, наблюдая за ней. Медвежата, кролики, котята, щенята, львята, тигрята… и бегемотик. Безумно милый толстенький бегемотик с блестящими бусинками по-детски глупых глазок. Взяв его, Момо бережно привлекла зверушку к груди, покачивая, как младенца. — Любишь бегемотиков? — спросил Хирако. — Вы посмотрите, какой лапочка, — влюбленно ответила Момо. — Ага, прелесть, я уже ревную… берем! — скомандовал сенсей. — Что?.. Спорить опять не получилось. На высказанное шепотом предложение заплатить самой (на бегемота ей бы хватило) Хирако посмотрел с гневной укоризной, так, что Хинамори замолкла и позволила ему купить для нее еще один подарок. Та же ситуация повторилась в книжном, когда Момо зависла над красивейшим подарочным изданием сборника лучших пьес Шекспира — все она уже читала, но обложка была совсем как у старинных фолиантов, а отдельных бумажных книг с этими произведениями у Хинамори не было, только электронные варианты. Потом Хирако купил ей брелок в виде Пикачу и заколку для волос. — Я же вас разорю, — вспыхнула Момо, выйдя из очередного магазина. — Мне приятно, мне очень приятно и мне все это очень нравится, но если вы потом будете голодать, я себе никогда не прощу, понимаете? — Ты меня так недооцениваешь? Тогда смотри, — эффектным жестом Хирако продемонстрировал ей экран смартфона, где отображался счет в банке. Хинамори неверяще расширила глаза — счет был очень внушительным. С таким капиталом вправду можно было не переживать о сегодняшних тратах. — Вау, — только и смогла сказать она. — Но… эм… — Если в тебе проснулся юрист и ты думаешь, что я преступник, — Хирако спрятал смартфон в карман, — то ошибаешься, я чист, все законно. Это наследство. — Наследство? — Мои родители, — его голос погрустнел, — были богатыми людьми. Отец занимался бизнесом. Мама пела… не была популярной, только в определенных кругах джаза… они специально откладывали деньги, как будто чувствовали… — Шинджи неосознанно коснулся запястья, где под длинным узким рукавом были спрятаны шрамы, и встряхнул головой. — Идем, мы еще не все посмотрели!***
Подарок для Нанао они все-таки купили — Момо выбрала элегантную черную термочашку с серебристым ободком, и сама получила термочашку с нарисованным на ней Тоторо. Чтобы не смущать Мацумото и Хиори количеством покупок, Хирако поручил курьеру привезти их к Хинамори домой, и вскоре они вчетвером сидели в Макку, где сенсей заявил, что платит за всех. Мацумото купила для Нанао органайзер, поразив Хинамори практичностью выбора, но, поедая терияки макбургер, она думала не о подругах, а о том, как еще хоть немного побыть с Хирако наедине. Хотя бы пару минут — но не вышло. Они закончили еду и распрощались, как чужие, подчеркнуто-официально. Если бы не Хиори, Момо могла бы отвертеться от Рангику, но не проводить сестру домой сенсей не мог.***
По пути домой Рангику молчала, что было ей несвойственно — молчала, нервно покусывая губы, но уже через пять минут не выдержала. — Момо, что у тебя с учителем? — Что? — опешила Хинамори, надеясь, что изобразила возмущенное удивление достаточно убедительно. — Ты о чем? — О том самом. Что между вами с Хирако-сенсеем? — Ничего… — пролепетала Хинамори. Рангику хмыкнула. — Ври кому угодно, но не мне. Не в этих вещах, дорогая. Или думаешь, что я проболтаюсь? Знаешь ли, это даже обидно, что ты мне не доверяешь, мы так давно дружим, разве я когда-то тебя подставляла? — Прости, — вздохнула Момо. — Просто это на самом деле серьезная тайна. — То, что ты скатала тест по алгебре в прошлом году — тоже серьезно, но я же тебя не сдала… — Так ты знала? — ахнула Хинамори. Мацумото выразительно подняла брови. — Вот и сейчас не сдам, тем более, это касается не тебя одной. Ты же в него влюбилась? — Это так заметно? — Нет, не парься, я заметила, потому что хорошо тебя знаю. И, думаю, у меня чутье на такое, — рассмеялась Ран. — От вас обоих летят искры. Я боялась нечаянно оказаться на пересечении ваших взглядов, чтобы не сгореть. Так я права? — Да, — признала Момо. — Ура! — Мацумото хлопнула в ладоши. — Наконец-то моя девочка выросла! Наконец-то моя девочка выбросила из головы Айзена! — Мы с тобой ровесницы, — покраснела Хинамори. Упоминание имени Айзена хлесткой пощечиной вернуло к реальности, отрезвляя: она радуется жизни, когда лишила жизни другого. — Я хочу знать подробности! — потребовала Ран. — Когда у вас это началось? Ладно, не говори, — сдалась она, увидев выражение лица Момо. — Но вы переспали? Хинамори, закатив глаза, легонько хлопнула подругу по затылку — иногда Рангику нарывалась. — Не порть прическу, зануда-номер-два, — Мацумото дернула Момо за прядь волос. — Значит, не переспали. Правильно, а то ты пока что… да чего я буду юристу объяснять. Но целовались хотя бы? — Да, — Хинамори обхватила себя за плечи. — Ну… почти. — Почти? — Я его поцеловала. Он ничего не сделал, но я понимаю, что вела себя, как идиотка. Понимаю, что провоцирую, но ничего не могу с собой сделать. Господи, Ран, — глухим шепотом призналась Момо, — как же я его хочу. — Ух ты, какие я слышу признания от нашей скромницы, — расхохоталась Мацумото. — Ты точно Хинамори Момо, а не инопланетянка? Немедленно скажи мне то, что знает только она! — На первом году старшей школы ты попробовала LCD на вечеринке… — Хорошо, верю! — быстро прервала ее Рангику. — Но это же здорово, что у тебя взаимная любовь… взаимная же? — Он говорит, что да. — А ты? Хотя, что это я, ты же ему призналась. — Нет, с чего ты взяла? Он мне признался. Выражение лица Мацумото Момо захотелось сфотографировать — целых пять секунд та не могла сказать ни слова. — Вау, — отвисла она. — Ну ничего себе. Обычно даже семпаи первые не признаются, а тут учитель. Я почти завидую. — Нечему завидовать, — Хинамори прижала ладони к щекам. — Я правда безумно его хочу, а до выпускного полгода. — И в чем проблема? — А то ты не понимаешь. Меня от его вида в дрожь бросает. И в жар. И… — Момо встряхнула головой. — Ты что, ничего с этим не делаешь? О боги, — Мацумото возвела глаза к небу. — Слушай тогда инструкцию. Дома в постели или в ванной расслабься, представь его, и, — она пошевелила пальцами. — сбрось напряжение. Ты как из Средневековья. И то, я уверена, даже тогда женщины так делали. У тебя же дома золотая коллекция порнухи! Неужели там не встречалось таких сюжетов? — Встречалось… я все прекрасно знаю. Это внутренний запрет, наверное. Разберусь как-нибудь. А что насчет тебя? — перевела стрелки Хинамори. — Что насчет меня? — изобразила непонимание теперь уже Рангику. — Мацумото… Она криво усмехнулась — совсем не весело. — Я рассталась с Хисаги. — Рассталась? — ахнула Момо. — Но… у вас же все было хорошо? И он тебя любил? — Хорошо! — смех Рангику прозвучал гомерически. — Любил! А я встретила другого! Вчера сказала Хисаги, что больше не могу. Он хороший, он прекрасный, но я его разлюбила. Уже больше полугода вру ему и себе… только ему сказала, что месяц. — Полгода? — Хинамори неверяще покачала головой. — Вам не могла сказать, — покаялась Мацумото. — Никому не могла. Стыдно было. До сих пор стыдно. У меня такой хороший парень, добрый, красивый, внимательный, сексуальный, а я… он на меня даже не кричал, когда я сказала правду. Я думала, закричит. Надеялась, что закричит. Обзовет как-то… тогда было бы легче. А он смотрел, как будто я в его груди меч проворачиваю, и молчал. Сказал «ничего не поделаешь» и ушел. Я за ним проследила, мало ли, утопился бы где-то… черт, нашел же повод для страданий, — она издала горький смешок. — А тот, другой? — спросила Момо. Взгляд Рангику стал мечтательным. — Он студент-экономист. Мы на вечеринке познакомились, и… и я пропала. И он пропал! Не подумай, я бы не бросила Хисаги ради черт-те кого. Нет, Гин потрясающий. У него самые серьезные намерения, он обо мне заботится, я всю его подноготную вызнала потихоньку — ничего криминального, хороший парень. А в постели он какой горячий… думаю, меня подкупило то, что он старше, хотя и не намного. Хисаги мой ровесник, от него не исходит аура защитника и покровителя. Не настолько. Думаю, ты это понимаешь. Аура защитника и покровителя… Хирако не просто источал ее, он сиял этой аурой: сильный, надежный, способный решить все проблемы, тот, с кем рядом можно чувствовать себя маленькой девочкой… — Еще как понимаю. А Хисаги… у него переболит. Ему нужно время, наверное. Мацумото подняла глаза на полыхающий в небе закат. — Всем нам нужно время, но оно уходит песком сквозь пальцы, пока мы ждем, когда оно наступит.***
— Ты втрескался? — деловито спросила Хиори, когда они пошли в сторону дома от автобусной остановки. — Что? — нервно заржал Хирако. — В кого? Что ты мелешь? — В ту черненькую. В Момо, — сестра насупилась, говоря непривычно серьезно. — Втрескался? — Дура, что ли? Она моя ученица, забыла? — Не забыла. Так втрескался? — гнула свое Хиори. Хирако накрыл лицо ладонью. — Втрескался. Но скажешь тете — и мне кирдык. Учти, тебе тоже. — Я что, совсем дура? — фыркнула сестра, пихнув его острым локтем в бок. — Никому не скажу, идиот. Но с тебя причитается новый смартфон. — На день рождения организую, — пообещал Шинджи. Помолчав, Хиори сказала: — Она милая. Эта твоя Момо. — Очень милая. Вот и пришли, — Хирако открыл калитку; тетя Хикифуне с дочерью жили в частном доме. — Не зайдешь чай пить? — Прости, работы прорва. — Работы, — насмешливо протянула младшая. — Знаю я теперь твою работу, старый извращенец. — Ага-ага. Спокойной ночи, мартышка, — вскинув руку, Хирако повернулся уходить, ожидая, что в затылок прилетит кроссовок, но вместо кроссовка прилетело другое: — Не вздумай ее упустить, ясно, придурок? Чтоб ты знал, я всегда хотела иметь старшую сестру, а не тебя, так что раз уж мне достался ты, то ты обязан подарить мне милую онее-сан, понял? Спокойной ночи! — не добавив к последнему ругательства, Хиори побежала к дому. Хирако немного подумал, качнулся на пятках, вынул телефон и набрал смс: «Где Нанао отмечает день рождения?» «На фестивале», — тут же пришел ответ. «Я могу явиться поздравить ее?» «Я начну ревновать, сенсей». «Ты прекрасно знаешь, зачем я приду, но разве сообщения — не улики?» «Я удаляю переписку. Приходите на фестиваль. Я сама хотела пригласить вас.» Сама… Хирако прижал телефон к груди, глупо улыбаясь. «И, естественно, я буду в юката», — написала Момо. «Говоришь так, будто наденешь его для меня», — звучало это не лучшим образом, Хинамори могла обидеться, но на экране высветилось новое сообщение, прочитав которое, Хирако захотелось воспарить куда-то к восходящей луне. «А для кого же еще?»Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!