Вернутся к фанфику

12. Что подарить Нанао?

21 октября 2023, 09:45

он стал моим наваждением

тенью в каждом моем сновидении

в каждом зеркале отражением

самым тайным моим откровением

♫ Страна OZ — Море любви

      Седьмое июля было для Момо особенным днем; она любила фейерверки, ее завораживала история влюбленных Хикобоси и Орихиме, которые могут увидеться лишь раз в году, а с тех пор, как она стала одной из лучших подруг Нанао, Танабата стала еще и днем рождения последней, и в средней и старшей школе Хинамори на седьмое июля неизменно ходила на фестиваль с подругами. Лиза предпочитала отмечать Танабата с очередным мужчиной, а одной в этот день и особенно в этот вечер оставаться было невыносимо. И незачем.       Впервые за всю жизнь Момо не хотела идти гулять с подругами. У нее теперь был телефонный номер Хирако, и ее так и подмывало пригласить его на прогулку так же, как во время ханами — совершенно случайно встретиться и пройтись вместе по ярмарке. Почти свидание, но не свидание; баланс на грани, тонкой, как лезвие клинка.       Но если бы Момо не пришла поздравить Нанао, она была бы плохой подругой. С Хирако ее пока что не связывали никакие официальные отношения и его она знала гораздо меньше, чем Нанао, и выбор был очевиден.       Выбор подарка был гораздо сложнее.       У Нанао было все. Рожденная в богатой семье, она не знала ни в чем отказа. Одевалась не броско, но дорого; все ее гаджеты были новейшего производства, а письменные принадлежности — лучшего качества. То, чего у нее не было — она не любила; Нанао не нравились игрушки, сладости (кроме ёкан) и компьютерные игры. Можно было бы подарить книгу, книги Нанао обожала, но именно поэтому Момо казалось, что подруга уже прочитала все существующие новинки и классические произведения. Деньги в качестве подарка тоже отпадали — смехотворно дарить деньги человеку, чья мать водит машину стоимостью в твой дом.       Без подарка приходить было нельзя, поэтому Момо с Рангику договорились встретиться в торговом центре и совместными усилиями что-то выбрать. Что-то практичное, способное понравиться Нанао и не слишком ударяющее по их кошелькам.

***

      Ждущую ее Рангику Момо увидела издалека — яркие рыжие волосы той притягивали взгляд. Она надела топ с возмутительным для старшеклассницы декольте, обтягивающие джинсы и туфли на каблуке, и рядом с ней Хинамори, как всегда, ощутила себя серой мышкой, скучной и незаметной. Той самой подругой, на чьем фоне другая смотрится еще красивее; если бы Мацумото не была столь веселой, открытой и искренней, Момо бы не сомневалась, что та дружит с ней исключительно ради этого контраста.       — Привет! — сегодня Рангику выглядела особенно жизнерадостной, настолько, что Момо ей не поверила. Обычно Мацумото так себя вела, когда с ней что-то происходило, но лезть в душу с порога Хинамори не стала — захочет, расскажет.       — Привет, — Момо бросила взгляд на витрину, оценивая свое отражение и сравнивая себя с подругой — и впервые не находя катастрофических отличий в ее пользу. Никаких особых изменений в собственной внешности она не делала, но все равно та девушка, что смотрела с обратной стороны зеркального стекла, была неуловимо другой. Взрослее, увереннее; волосы удлинились, мини-юбка открывала стройные ноги, чего раньше Момо себе не позволяла, а шею украшал кулон, тот самый, ландышевый.       — Ого, — как и ожидалось, Рангику сразу заметила новое украшение подруги. — Какая красота. Неужели парень подарил?       — Нет, — было сложно врать со спокойным лицом, хотелось закричать — да, да, да, и рассказать Ран все, но… пока что нельзя. — Сестра.       — Сестра дарит тебе такие вещи? — недоверчиво прищурилась Мацумото.       — Ты не поверишь, но иногда она даже покупает мне нижнее белье и тампоны.       — Так это ерунда, — отмахнулась Рангику. — Подумаешь, белье и тампоны. А вот украшения… притом явно памятные… ладно, не хочешь, не говори. Что будем покупать нашей Зануде-сан?       — Понятия не имею, — призналась Момо.       — Я тоже. Отлично, будем ориентироваться на месте, — заключила Мацумото, первой входя в здание торгового центра. Момо зашла следом — и застыла.       Эту блондинистую макушку она узнала бы среди сотен тысяч. Хирако выходил из кафе в компании девушки-подростка, такой же светловолосой — очевидно, это была его сестра. Выглядела она сердитой, но прическа в виде хвостиков делала ее облик забавным.       …что, если Момо подойдет и просто поздоровается? Она имела полное право поздороваться. Даже когда сенсей был не один, в этом не было ничего предосудительного; о том, что их связывало нечто большее, чем положено учителю и ученице, знали только они, а Хинамори так хотела услышать его голос… с другой стороны, мешать семейной прогулке нехорошо. Она и так влезала в личное пространство Хирако чересчур часто.       Взгляды их соединились — воздух вокруг словно наэлектризовался, как перед грозой. Нужно было отвести глаза, но Момо не отводила.       Сенсей решительным шагом направился к ней, что-то сказав сестренке.       — Здравствуйте, Хинамори-сан! — расплылся он в улыбке. — Мацумото-сан, — Рангику Хирако заметил не сразу, добавив приветствие немного виноватым тоном, и у Момо потеплело внутри: впервые на ее памяти чье-то внимание рядом с Ран привлекла именно она.       — Добрый день, Хирако-сенсей, — заулыбалась еще шире Мацумото. — Вы на свидании?       — Еще чего! — выпалила спутница Хирако. Тот развел руками, тайком глянув на Момо:       — Ну вот, она снова меня отвергла. Какая жалость… ай! Хиори! Не смей меня пинать, это мои ученицы!       — А? — опешила Хиори, от души врезавшая брату по щиколотке. — А… ой, — она потерла затылок тем же жестом, что и он, нацепив похожую улыбку. — Извините.       — Позвольте представить вам мою сестру. Саругаки Хиори. А это Мацумото Рангику и Хинамори Момо. Смею надеяться, что преподаю им физику на должном уровне и у них будет высокий балл на тестах.       — Надеюсь на выше среднего, — усмехнулась Рангику. — Вы закупаетесь к Танабата?       — Нет, я ее выгуливаю, пока из зоопарка выпустили, — Хирако увернулся от очередного пинка Хиори. — А вы?       — Выбираем подарок для Исе-сан, — подала голос Хинамори. — У нее седьмого день рождения.       — Опа, — протянул сенсей. — А можно с вами? Исе-сан проявляла так много рвения и знаний на моих уроках, мне бы хотелось поблагодарить ее, — но по выражению лица Хирако Момо поняла — его предложение никоим образом не относится к Нанао. Или относится только частично.       — Нужно! — расцвела Рангику. — Вчетвером лучше придумаем, что дарить!       Энергичность Мацумото заставила Момо напрячься — та с первого дня учебного года говорила, что не была бы против флирта с учителем. У Ран был Хисаги, и все же если бы она кокетничала с Хирако, пусть всего лишь из спортивного интереса и любви к искусству — Хинамори сгорала бы от ревности.       — Предлагаю разделиться, — сказал Хирако. — Мацумото-сан с Хиори обойдут магазины слева, я и Хинамори-сан — справа, встретимся здесь через два часа. Обсудим покупку, поедим чего-то и по домам, ладненько?       Если возражения и были, озвучить их у Мацумото не хватило такта, а Хиори, поймав быстрый взгляд брата, моментально утащила Рангику за собой, увлеченно о чем-то треща. Хирако и Момо остались наедине.       Раньше она не видела сенсея в повседневной одежде — даже к ней домой он приходил в костюме, принятом по дресс-коду; домашний облик не считался. Оказалось, Хирако носит узкие джинсы, открывающие голые лодыжки — носки к черным ботинкам он не надел, что почему-то показалось Момо сексуальным, а оранжевая рубашка с небрежно завязанным коричневым галстуком шла ему еще больше официально-деловых белых.       — Прости, если хотела погулять с подружкой, — запоздало Шинджи сообразил, что у Хинамори могли быть свои планы на выходной.       — Гораздо больше я хотела погулять с вами, — выпалила Момо, запретив себе взвешивать каждое слово — в противном случае не выговорила бы ни звука. — У вас что, пирсинг в языке? — заметила она.       — Ага, — Хирако довольно высунул язык, демонстрируя блестящую штангу. — В школе не ношу, но обычно постоянно. Вижу, ты тоже любишь украшения, Момо-чан? — он многозначительно взглянул на ее кулон.       — Люблю, — сказала Хинамори, и прозвучало это двусмысленно. Шинджи захлопнул рот и сунул руки в карманы.       — Идиотская ситуация, да? — пробормотал он. — Я не могу взять за руку свою девушку.       — Я не ваша девушка.       — Пока что, — пожал плечами Хирако. — Что ж, вперед? Будем выбирать подарок Нанао-сан?       Идти рядом с ним здесь, в людской толпе, не в парке, без сопровождения Киры, было совсем не так, как когда сенсей провожал ее домой или когда они шли в кино — то ли количество людей меняло восприятие, то ли просто все изменилось с момента, когда Момо коснулась его губ. Изменилась она сама; мысли то и дело возвращались к пирсингу. Если бы Хирако поцеловал ее, когда у него в языке эта сережка… или если бы он сделал что-то другое… Момо чуть не споткнулась о собственные ноги от удивления, когда поняла, о чем думает.       С чтением манги Лизы пора было завязывать.       — Осторожнее! — Хирако поддержал Момо за локоть, и чуть не отдернул руку, как от открытого пламени — вряд ли она понимала, насколько была сексуальной, когда юбка открывала ноги выше колена, а грудь не скрывала школьная просторная рубашка и кофта, когда черные волосы свободно струились по плечам, а осанка менялась благодаря каблукам.       — М-может, сначала сюда? — Момо отстранилась, указав на первый попавшийся магазин — отдел парфюмерии.       — Давай, — хрипло сказал Хирако.       Продавщицу-консультанта они вежливо отвергли, спросив только, где женские духи. Посетителей в магазине было мало, только пару студенток вертелись у стеллажей с новинками модных кутюрье. Момо брызнула на тестер капельку парфюмерной воды Ellen Tracy Women с запахом персика — не сдержалась, увидев, что те содержат ее любимый фрукт.       — Господи, — сказал Хирако, принюхавшись. — Это божественно.       Головокружительно сладко, но не приторно, а нежно, еле уловимо цветочно и пряно… Момо взяла первый попавшийся флакон, но удивительным образом угадала — это был ее запах. Должен был быть ее запах.       — Правда? — она хлопнула ресницами.       — Правда. Берем, — отрезал Шинджи.       — Но Нанао не любит сладкие парфюмы, и как я могу дарить подруге духи… — смутилась Хинамори — так спешила переключить свое внимание, что не подумала, уместно ли преподносить такие подарки.       — Не Нанао, — Хирако тяжело сглотнул. — Тебе.       — Мне? Но… — окончательно смешалась Момо. — Стойте, вы цену видели?       Не слушая, Хирако взял парфюмерную воду и пошел на кассу — не ругаться же в магазине? Пришлось дождаться, пока он оплатит, пока продавец упакует флакон, и только выйдя наружу, Хинамори смущенно заворчала:       — Вы с ума сошли? Зачем так тратиться? У меня уже был день рождения…       — И что? — Шинджи пихнул упакованный парфюм ей в руки. — Может, по мне не скажешь, но деньги у меня есть. И я ужасно хочу тратить их, чтобы радовать любимую девушку. Или тебе не понравился запах? — всполошился он; хотел выглядеть крутым, а выходило так, что снова решал за нее.       — Очень понравился, — смягчилась Момо. — Но это неловко. Я не привыкла к дорогим подаркам, и я не ваша девушка.       — А я не сказал «моя девушка», я сказал «любимая девушка». Моя, не моя, все равно любимая… о, давай теперь сюда? — чтобы избавиться от повисшей неловкости, Хирако затащил Хинамори снова в первый попавшийся на пути отдел, оказавшийся магазином игрушек.       — Нанао не любит игрушки, — сказала Момо.       Хирако отмахнулся:       — Все девушки от года и до ста двадцати любят игрушки. Те, кто говорит, что не любит, врут или заблуждаются. Неужели ты не хочешь посмотреть, что предлагают в ассортименте?       Предлагали многое — огромное разнообразие игрушек для мальчиков и девочек всех возрастов. Миновав отдел кукол и машинок, Момо замерла у полок с плюшевыми зверушками; Хирако посмеивался, наблюдая за ней.       Медвежата, кролики, котята, щенята, львята, тигрята… и бегемотик. Безумно милый толстенький бегемотик с блестящими бусинками по-детски глупых глазок. Взяв его, Момо бережно привлекла зверушку к груди, покачивая, как младенца.       — Любишь бегемотиков? — спросил Хирако.       — Вы посмотрите, какой лапочка, — влюбленно ответила Момо.       — Ага, прелесть, я уже ревную… берем! — скомандовал сенсей.       — Что?..       Спорить опять не получилось. На высказанное шепотом предложение заплатить самой (на бегемота ей бы хватило) Хирако посмотрел с гневной укоризной, так, что Хинамори замолкла и позволила ему купить для нее еще один подарок.       Та же ситуация повторилась в книжном, когда Момо зависла над красивейшим подарочным изданием сборника лучших пьес Шекспира — все она уже читала, но обложка была совсем как у старинных фолиантов, а отдельных бумажных книг с этими произведениями у Хинамори не было, только электронные варианты. Потом Хирако купил ей брелок в виде Пикачу и заколку для волос.       — Я же вас разорю, — вспыхнула Момо, выйдя из очередного магазина. — Мне приятно, мне очень приятно и мне все это очень нравится, но если вы потом будете голодать, я себе никогда не прощу, понимаете?       — Ты меня так недооцениваешь? Тогда смотри, — эффектным жестом Хирако продемонстрировал ей экран смартфона, где отображался счет в банке. Хинамори неверяще расширила глаза — счет был очень внушительным. С таким капиталом вправду можно было не переживать о сегодняшних тратах.       — Вау, — только и смогла сказать она. — Но… эм…       — Если в тебе проснулся юрист и ты думаешь, что я преступник, — Хирако спрятал смартфон в карман, — то ошибаешься, я чист, все законно. Это наследство.       — Наследство?       — Мои родители, — его голос погрустнел, — были богатыми людьми. Отец занимался бизнесом. Мама пела… не была популярной, только в определенных кругах джаза… они специально откладывали деньги, как будто чувствовали… — Шинджи неосознанно коснулся запястья, где под длинным узким рукавом были спрятаны шрамы, и встряхнул головой. — Идем, мы еще не все посмотрели!

***

      Подарок для Нанао они все-таки купили — Момо выбрала элегантную черную термочашку с серебристым ободком, и сама получила термочашку с нарисованным на ней Тоторо. Чтобы не смущать Мацумото и Хиори количеством покупок, Хирако поручил курьеру привезти их к Хинамори домой, и вскоре они вчетвером сидели в Макку, где сенсей заявил, что платит за всех.       Мацумото купила для Нанао органайзер, поразив Хинамори практичностью выбора, но, поедая терияки макбургер, она думала не о подругах, а о том, как еще хоть немного побыть с Хирако наедине. Хотя бы пару минут — но не вышло. Они закончили еду и распрощались, как чужие, подчеркнуто-официально. Если бы не Хиори, Момо могла бы отвертеться от Рангику, но не проводить сестру домой сенсей не мог.

***

      По пути домой Рангику молчала, что было ей несвойственно — молчала, нервно покусывая губы, но уже через пять минут не выдержала.       — Момо, что у тебя с учителем?       — Что? — опешила Хинамори, надеясь, что изобразила возмущенное удивление достаточно убедительно. — Ты о чем?       — О том самом. Что между вами с Хирако-сенсеем?       — Ничего… — пролепетала Хинамори. Рангику хмыкнула.       — Ври кому угодно, но не мне. Не в этих вещах, дорогая. Или думаешь, что я проболтаюсь? Знаешь ли, это даже обидно, что ты мне не доверяешь, мы так давно дружим, разве я когда-то тебя подставляла?       — Прости, — вздохнула Момо. — Просто это на самом деле серьезная тайна.       — То, что ты скатала тест по алгебре в прошлом году — тоже серьезно, но я же тебя не сдала…       — Так ты знала? — ахнула Хинамори. Мацумото выразительно подняла брови.       — Вот и сейчас не сдам, тем более, это касается не тебя одной. Ты же в него влюбилась?       — Это так заметно?       — Нет, не парься, я заметила, потому что хорошо тебя знаю. И, думаю, у меня чутье на такое, — рассмеялась Ран. — От вас обоих летят искры. Я боялась нечаянно оказаться на пересечении ваших взглядов, чтобы не сгореть. Так я права?       — Да, — признала Момо.       — Ура! — Мацумото хлопнула в ладоши. — Наконец-то моя девочка выросла! Наконец-то моя девочка выбросила из головы Айзена!       — Мы с тобой ровесницы, — покраснела Хинамори. Упоминание имени Айзена хлесткой пощечиной вернуло к реальности, отрезвляя: она радуется жизни, когда лишила жизни другого.       — Я хочу знать подробности! — потребовала Ран. — Когда у вас это началось? Ладно, не говори, — сдалась она, увидев выражение лица Момо. — Но вы переспали?       Хинамори, закатив глаза, легонько хлопнула подругу по затылку — иногда Рангику нарывалась.       — Не порть прическу, зануда-номер-два, — Мацумото дернула Момо за прядь волос. — Значит, не переспали. Правильно, а то ты пока что… да чего я буду юристу объяснять. Но целовались хотя бы?       — Да, — Хинамори обхватила себя за плечи. — Ну… почти.       — Почти?       — Я его поцеловала. Он ничего не сделал, но я понимаю, что вела себя, как идиотка. Понимаю, что провоцирую, но ничего не могу с собой сделать. Господи, Ран, — глухим шепотом призналась Момо, — как же я его хочу.       — Ух ты, какие я слышу признания от нашей скромницы, — расхохоталась Мацумото. — Ты точно Хинамори Момо, а не инопланетянка? Немедленно скажи мне то, что знает только она!       — На первом году старшей школы ты попробовала LCD на вечеринке…       — Хорошо, верю! — быстро прервала ее Рангику. — Но это же здорово, что у тебя взаимная любовь… взаимная же?       — Он говорит, что да.       — А ты? Хотя, что это я, ты же ему призналась.       — Нет, с чего ты взяла? Он мне признался.       Выражение лица Мацумото Момо захотелось сфотографировать — целых пять секунд та не могла сказать ни слова.       — Вау, — отвисла она. — Ну ничего себе. Обычно даже семпаи первые не признаются, а тут учитель. Я почти завидую.       — Нечему завидовать, — Хинамори прижала ладони к щекам. — Я правда безумно его хочу, а до выпускного полгода.       — И в чем проблема?       — А то ты не понимаешь. Меня от его вида в дрожь бросает. И в жар. И… — Момо встряхнула головой.       — Ты что, ничего с этим не делаешь? О боги, — Мацумото возвела глаза к небу. — Слушай тогда инструкцию. Дома в постели или в ванной расслабься, представь его, и, — она пошевелила пальцами. — сбрось напряжение. Ты как из Средневековья. И то, я уверена, даже тогда женщины так делали. У тебя же дома золотая коллекция порнухи! Неужели там не встречалось таких сюжетов?       — Встречалось… я все прекрасно знаю. Это внутренний запрет, наверное. Разберусь как-нибудь. А что насчет тебя? — перевела стрелки Хинамори.       — Что насчет меня? — изобразила непонимание теперь уже Рангику.       — Мацумото…       Она криво усмехнулась — совсем не весело.       — Я рассталась с Хисаги.       — Рассталась? — ахнула Момо. — Но… у вас же все было хорошо? И он тебя любил?       — Хорошо! — смех Рангику прозвучал гомерически. — Любил! А я встретила другого! Вчера сказала Хисаги, что больше не могу. Он хороший, он прекрасный, но я его разлюбила. Уже больше полугода вру ему и себе… только ему сказала, что месяц.       — Полгода? — Хинамори неверяще покачала головой.       — Вам не могла сказать, — покаялась Мацумото. — Никому не могла. Стыдно было. До сих пор стыдно. У меня такой хороший парень, добрый, красивый, внимательный, сексуальный, а я… он на меня даже не кричал, когда я сказала правду. Я думала, закричит. Надеялась, что закричит. Обзовет как-то… тогда было бы легче. А он смотрел, как будто я в его груди меч проворачиваю, и молчал. Сказал «ничего не поделаешь» и ушел. Я за ним проследила, мало ли, утопился бы где-то… черт, нашел же повод для страданий, — она издала горький смешок.       — А тот, другой? — спросила Момо. Взгляд Рангику стал мечтательным.       — Он студент-экономист. Мы на вечеринке познакомились, и… и я пропала. И он пропал! Не подумай, я бы не бросила Хисаги ради черт-те кого. Нет, Гин потрясающий. У него самые серьезные намерения, он обо мне заботится, я всю его подноготную вызнала потихоньку — ничего криминального, хороший парень. А в постели он какой горячий… думаю, меня подкупило то, что он старше, хотя и не намного. Хисаги мой ровесник, от него не исходит аура защитника и покровителя. Не настолько. Думаю, ты это понимаешь.       Аура защитника и покровителя… Хирако не просто источал ее, он сиял этой аурой: сильный, надежный, способный решить все проблемы, тот, с кем рядом можно чувствовать себя маленькой девочкой…       — Еще как понимаю. А Хисаги… у него переболит. Ему нужно время, наверное.              Мацумото подняла глаза на полыхающий в небе закат.       — Всем нам нужно время, но оно уходит песком сквозь пальцы, пока мы ждем, когда оно наступит.

***

      — Ты втрескался? — деловито спросила Хиори, когда они пошли в сторону дома от автобусной остановки.       — Что? — нервно заржал Хирако. — В кого? Что ты мелешь?       — В ту черненькую. В Момо, — сестра насупилась, говоря непривычно серьезно. — Втрескался?       — Дура, что ли? Она моя ученица, забыла?       — Не забыла. Так втрескался? — гнула свое Хиори. Хирако накрыл лицо ладонью.       — Втрескался. Но скажешь тете — и мне кирдык. Учти, тебе тоже.       — Я что, совсем дура? — фыркнула сестра, пихнув его острым локтем в бок. — Никому не скажу, идиот. Но с тебя причитается новый смартфон.       — На день рождения организую, — пообещал Шинджи.       Помолчав, Хиори сказала:       — Она милая. Эта твоя Момо.       — Очень милая. Вот и пришли, — Хирако открыл калитку; тетя Хикифуне с дочерью жили в частном доме.       — Не зайдешь чай пить?       — Прости, работы прорва.       — Работы, — насмешливо протянула младшая. — Знаю я теперь твою работу, старый извращенец.       — Ага-ага. Спокойной ночи, мартышка, — вскинув руку, Хирако повернулся уходить, ожидая, что в затылок прилетит кроссовок, но вместо кроссовка прилетело другое:       — Не вздумай ее упустить, ясно, придурок? Чтоб ты знал, я всегда хотела иметь старшую сестру, а не тебя, так что раз уж мне достался ты, то ты обязан подарить мне милую онее-сан, понял? Спокойной ночи! — не добавив к последнему ругательства, Хиори побежала к дому.       Хирако немного подумал, качнулся на пятках, вынул телефон и набрал смс:       «Где Нанао отмечает день рождения?»       «На фестивале», — тут же пришел ответ.       «Я могу явиться поздравить ее?»       «Я начну ревновать, сенсей».       «Ты прекрасно знаешь, зачем я приду, но разве сообщения — не улики?»       «Я удаляю переписку. Приходите на фестиваль. Я сама хотела пригласить вас.»       Сама… Хирако прижал телефон к груди, глупо улыбаясь.       «И, естественно, я буду в юката», — написала Момо.       «Говоришь так, будто наденешь его для меня», — звучало это не лучшим образом, Хинамори могла обидеться, но на экране высветилось новое сообщение, прочитав которое, Хирако захотелось воспарить куда-то к восходящей луне.       «А для кого же еще?»

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!