Часть 22

Я открыла глаза. Резкая чернота, возникшая перед глазами, стала медленно рассеиваться. Голова конечно ещё кружилась, но чувствовала я себя бодрой и выспавшейся. Перед собой я видела сладко спавшего Поэта, закутавшегося в покрывало. Я не стала его будить, сама закуталась в одеяло, и взяв пару вещичек из шкафа Криза, и побрела в ванную. Серьёзно, у меня было настолько немерено сил, что я была готова нарезать кругов 50 вокруг дома. Это мне обычно несвойственно, вот в чём прикол. Но такое состояние раз в полгода меня очень даже устраивает. — Чего не спишь в такую рань? — спросила я у полусонного Криза, попивая свой чай. — Тебя услышал. — всё ещё сонно потёр глаза Кризалис. — Разбудила? — Да нет.. — Криз навёл себе кофейку и сел рядом, за стол. — Как вчера погуляли? — Да хорошо. Перепила я немного, конечно.. Такое видеться начало... — устрашающе начала я размахивать руками, но не стала продолжать фразу, тихо и нервно посмеявшись. Я перевела взгляд на Кризалиса. Он неловко улыбался, глядя куда-то в стол. — Слушай, ты не в обиде, что мы тебя с нами не позвали? — Да нет, мне там всё равно делать нечего.. Я же не пью. — Точно всё в порядке? Ты не переживай, мы обязательно ещё сходим, и не раз куда-нибудь всеми вместе. — улыбнулась я, допивая чай. Криз улыбнулся в ответ, и посмотрел куда-то сзади меня. — Ещё одна ранняя пташка. Я обернулась. Поэт. Такой сонный, растрёпанный. Необычно красивый сейчас, хотя, может, я не замечала этого, или смотрела не под тем углом, но его взъерошенные волосы, широковатые зрачки, бледная кожа, светящаяся на солнце.. — Доброе утро. — Доброе! — радостно ответил ему Кризалис, я же молча кивнула, чуть улыбнувшись, когда он прошёл мимо. Почему сейчас мне трудно заставить себя посмотреть ему в глаза. Ничего же сложного, он же меня не съест. А всё, что было вчера - просто моя больная фантазия, не более. Этого не было. Этого. Не было... — Готова идти? — А? — вынырнула я из своих мыслей, откликнувшись на голос Поэта. — Говорю, идти готова? — Да. Да.. — неловко потрепала свои волосы, опустив свой взгляд на стол. Поэт почему-то улыбнулся на мой ответ, сделав глоток из чашки. Я только сейчас заметила, что Криза с нами уже нету. — А где Криз? — Ушёл на пробежку. Я сглотнула, всё же заставив себя не отводить глаз от его. — Как ты.. После вчерашнего? — Нормально. — поджала я губы. — А ты? — Ночью жарко было, плоховато спалось.. — Да.. Кстати, спасибо, что помог мне вчера. — О, так ты помнишь. — словно с облегчением, выдохнул он. — Да.. не за что. Даа.. Разговор совсем не клеится. Оставив его, мы собрались, и вышли на путь до работы, не столь далёкий, но даже этого хватило, чтобы непонимание и напряжение возникло между нами. Почти всю дорогу молча шли, пока один из нас не начал: — Слушай, я хотел поговорить насчёт вчерашнего.. — Поцелуя? — резко вырвалось из меня. На лице Поэта засветилось удивление. — Да. Ты.. Извини меня, наверное, за это.. — Почему? — Я был пьян, и.. И я не имел никакого права делать ни этого, ни того, что снимал с тебя.. одежду. — выдохнул он. — Ты, возможно, могла меня неправильно понять, но ничего такого в моей голове, на тот момент, не было. — Да всё в порядке. Мне.. Даже понравилось. — чуть смущённо улыбнулась я, пытаясь, конечно, скорее скрыть это. Боковым зрением я увидела на лице Поэта заметное облегчение. — Что ж, я рад это слышать. — улыбнувшись, взглянул на меня он. Я посмотрела на него точно так же в ответ, и Поэт открыл мне дверь в библиотеку. Часа 2 мы спокойно работали, и больше, видимо, мы не собирались возвращаться к тому разговору, раз уж вопрос закрыт. Но не для меня, и меня это немножко терзало. — Настя. — окликнул меня Поэт. — Да? — Сходи пожалуйста в архив, и принеси небольшую папку. Вот, — вручил он мне небольшую бумажку. — здесь всё написано. Минут 10 я искала эту папку, и по итогу, я добралась только до нужного стеллажа, и в этой куче других пыльных папок, я пыталась найти эту нужную. И видимо, времени прошло достаточно много, раз уж сам Поэт спустился ко мне. — Как успехи? — неожиданно послышался голос у моего уха. Я резко подскочила, подбросив папки. — Извини, не хотел напугать. — с виноватым видом Поэт помогал собирать папки. — Ты уже освободился? — Пока да. Нина на стойке, подумал, тебе нужна помощь. Я подобрала оставшиеся папки на руки, и стала расставлять их на полки. — Позвал бы Нину. — Подумал, меня ты хочешь видеть больше. — провёл он пальцем по пыльной полке стеллажа. Я резко сдула эту пыль, образовавшуюся в облако, быстро приплывшее прямо к нему. Он чихнул, тихо посмеявшись. — Выходит, нет? — Ты слишком высокого о себе мнения. Я бы справилась без тебя. Он хмыкнув, провёл пальцами по папкам, и не отрывая от меня взгляда, достал нужную. — Но я здесь.. — он протянул папку мне, но как только я потянулась за ней в ответ, утянул обратно. — Мне вот что интересно, — начал он, задумчиво оглядывая архив. — Ты то так страстно относишься ко мне, то делаешь вид, что тебе на меня плевать. — он перевёл многозначительный взгляд на меня. — Ну и? — И что мне об этом думать? — Да что хочешь, то и думай. — вернулась я к раскладыванию папок на свои места. Поэт поднял брови, закусив губу. — Ты сказала, что всё в порядке, что тебе понравилось.. — он резко прервался на этом. — Я тебя чем-то обидел? — Да нет, особо ничем. Кроме того, что мы оба избегаем продолжения этого разговора. — Я не.. Не знаю, как ты к этому относишься, поэтому подумал, что не стоит. — А сейчас что вдруг передумал? — Ты себя странно ведёшь. — Потому что просто так, Поэт, людей обычно не целуют. — резко повернулась я к нему. — Согласен, и не в этом случае, тоже. Ты мне... Думаю, мне просто захотелось тебя поцеловать. — Без моего согласия, и именно в таком состоянии, да? — я снова повернулась в его сторону. — Если боишься, что я тебя отвергну, так и скажи. — Я? Я не боюсь, просто... — он отвёл глаза, глядя куда-то в пол. Я положила остальную кучу папок на полку, и подошла поближе. — Мне сложно выразить свои чувства.. Неплохо ты разбираешь людей. И ты права. — он облокотился о стеллаж спиной, заведя руки за спину. — Я всё время боюсь, что ты найдёшь кого-то лучше, чем я, и что мои чувства и привязанность окажутся напрасными. Я прекрасно знала, насколько ему было тяжело произнести это, наконец в слух, признавшись не только мне, но и самому себе. Облокотившись спиной рядом с ним, я легонько толкнула его в плечо. — Я знаю, прозвучит слишком самоуверенно, и я, возможно, скажу как все, но.. Я буду совершать какие-то ошибки, и я неидеальная, и не обещаю, что всё будет гладко, но могу сказать тебе честно, что ради такого потрясающего человека, как ты, я буду готова стараться допускать как можно меньше косяков. Потому что.. — я не отрывала своих глаз от его. — Нужно быть полным глупцом, чтобы потерять такого человека, как ты. Поэт улыбнулся на мои слова, продолжая озирать меня изумрудно-зелёными, как камни, глазами. — Поверь мне, «как все» ты точно не сказала. Не все люди такие умные и понимающие, как ты. — Я далеко не умная.. Но это мне не мешает. Мне не нужна логика, чтобы понять, что может скрываться в твоей душе, и из уважения к личным границам и пространству, я не стала бы лезть в неё, но в нашей ситуации, без этого никак. — Ты действительно очень понимающая. — убедился для себя в этом, Поэт. — Всегда поражался этой чуткой и внимательной черте характера в тебе. Я улыбнулась его словам, и только сейчас заметила, насколько близко мы друг к другу, и что мы начинаем медленно тянутся друг к другу. Внезапно, в моём мозгу, скорее всего, где-то в правом полушарии, совсем неожиданнл всплыла левая мысль о том, что сейчас не время и не место для этого, что мы слишком торопимся, и так далее. Ну надо же, хоть впервые всплыло что-то действительно полезное. Я посмотрела на дверь, и кивнула на неё. — Там Нина наверное заждалась, пойдём? Поэт остановился, посмотрев на пол, и улыбнувшись, оттолкнулся рукой от стеллажа, и взяв папку, подошёл к двери, и вновь пропустил меня. Да.. Люблю же я всё обламывать. Но просто так, обычно, в моей голове мысли тоже не появляются перед тем, как что-либо сделать. Я же сначала делаю, а потом только думаю.