Часть 1

— Чонгук, ты знаешь, что это значит? Мужчина повернул голову к окну, глядя на безоблачное небо, а затем перевел взгляд на своего собеседника. — Я возьму эту компанию, нравится это семье Ли или нет. Чонгук встал, а Юнги и Хосок неторопливо поднялись с мест и выстроились за ним. Это была приятная встреча, но слишком затянувшаяся. Мужчина пожал руки присутствующим в комнате мужчинам и двинулся к двери. — Поймите, так будет лучше для всех. — Чон поднял указательный палец. — Вы еще скажете мне за это спасибо. Чонгук снял пиджак и расстегнул еще одну пуговицу на своей черной рубашке, сидя на заднем сиденье автомобиля, наслаждаясь тишиной и прохладой кондиционера. — Домой. — бросил мужчина водителю и начал просматривать сообщения на своем телефоне. Большинство касалось деловых встреч, но среди них мужчина нашел также СМС от Элла: «Я весь мокрый, меня нужно наказать». У Чонгука сразу поднялся член штанах, и со вздохом поправил его и с силой встряхнул. О да, его мальчик хорошо чувствовала его настроение. Он знал, что эта встреча не будет приятной и не принесет Чонгуку покоя. Он также знал, что именно мужчину расслабляет. «Будь готов к наказанию», — ответил Чон кратко и расслабился, прикрыв глаза. И снова он. Его член мгновенно стал твердым, как сталь. Боже, он сойдет с ума, если не найдет его. С того дня прошло уже шесть лет, шесть долгих лет — как сказал врач: случилось чудо — смерть и затем воскрешение, во время которых привиделся Чонгуку молодой юноша, которого он не встречал в реальной жизни. Он встретил его в своих видениях, когда был в коме. Запах его волос, нежность кожи -почти чувствовал, как его трогает. Каждый раз, когда Чонгук занимался любовью с Эллом или любым другим мужчиной, он любил его. Чон называл его Ангелом. Он был его проклятием, безумием и, видимо, чудесным благословением. Автомобиль остановился. Чонгук взял пиджак и вышел. В аэропорту ждали уже Хосок, Юнги и ребята, которых он с собой взял. Может, Чонгук перебарщивает, но иногда демонстрация грубой силы необходима, чтобы запутать противника. Чон Чонгук поздоровался с пилотом и сел в мягкое кресло, стюард подал ему виски с одним кубиком льда. Мужчина посмотрел на него; он знал, что ему нравится. Чонгук смотрел пустым взглядом, и он краснел и кокетливо улыбался. «А почему бы и нет, — подумал глава и энергично поднялся с места.» Чонгук схватил удивленного парня за руку и потянул к приватной части самолета. — Поехали! — закричал пилот и закрыл дверь, исчезая за ней. Когда они оказались одни в комнате, мужчина схватил его за шею и решительным движением развернул, прижав к стене. Чонгук смотрел ему в глаза, он был испуган. Чон приблизил губы к его губам и резко прикусил нижнюю губу, юноша застонал. Его руки свободно свисали вдоль тела, а взгляд застыл в глазах Главы. Мужчина схватил его за волосы, он еще сильнее наклонил голову, опустил веки и снова застонал. Он был очарователен, такой юный юноша, и весь его персонал должен быть таким, потому что ему нравилось все, что мило. — Встань на колени. — прорычал Чонгук, потянув его вниз. Омега без колебаний выполнил приказ. Чон снисходительно похвалил его за правильное проявление покорности и провел большим пальцем по губам, которые он послушно раздвинул. У альфы никогда с ним ничего не было, и все же парень интуитивно знал, что нужно делать. Чон начал расстегивать ширинку. Стюард громко проглотил слюну, и его большие удивленные глаза все время смотрели на властного мужчину. — Закрой, — спокойно сказал Чонгук, проводя большим пальцем по его векам. — И не открывай, пока я не разрешу. Член пружиной выскочил из брюк, жесткий и почти болезненно полный. Он коснулся губ юноши, и он вежливо и широко раскрыл рот. «Ты не знаешь, что тебя ждет», — подумал Чон, и засунул его до самого конца, удерживая его голову так, чтобы он не имел возможности двигаться. Альфа почувствовал, как он задыхается, и вошел еще глубже. О да, ему нравилось, когда они с ужасом открывали глаза, как будто они действительно думали, что Чонгук собирается задушить их. Чон медленно отступил и погладил его по щеке, почти ласково, мягко. Он наблюдал, как парень успокаивается и облизывает густую слюну с губ. — Я трахну тебя в рот, — парень слегка вздрогнул. На лице не было эмоций, не было улыбки. Юноша некоторое время смотрел на мужчину большущими глазами, а через несколько секунд утвердительно кивнул. — Умница. — прошептав, проводя обеими руками по его щекам. Чонгук прижал юношу к стене, и в очередной раз вошел до его горла. Он сжал губы вокруг члена. Бедра начали с силой двигаться. Чон чувствовал, что омега не может дышать, через некоторое время он начал сопротивляться, поэтому мужчина схватил его сильнее. Его ногти впивались в ноги Чонгука, сначала он пытался альфу оттолкнуть, а потом стал царапать ногтями. Мужчине это нравилось, когда они сопротивлялись, когда были беспомощны против его силы. Чонгук закрыл глаза и увидел своего ангела, он стоял на коленях перед ним, его почти черный взгляд пронзил его насквозь. Ему нравилось, когда Чонгук им овладевал. И еще сильнее сжимал руками его волосы, и в его глазах билось желание. Чонгук больше не мог сдерживаться, еще два сильных толчка, и он застыл, и сперма вылилась из него, еще больше задушив парня. Открыв глаза и посмотрев на его мокрые глаза. Отступив немного, Чонгук освободил ему место. — Глотай, — властно сказал альфа снова потянув его за волосы. По его щекам текли слезы, но он послушно выполнил команду. Чонгук вынул член из его рта, и он опустился на корточки, прислонившись к стене. — Лижи его. — Парень замер. — Дочиста, чтобы не осталось нечего. Он оперся обеими руками о стену передо ним и смотрел на него сердито. Он поднял глаза еще раз и обхватил достоинство своей маленькой рукой. Он начал слизывать остатки спермы. Чонгук чуть улыбнулся своей кроличьей улыбкой, видя, как он старается. Когда Чон решил, что уже достаточно, он оттолкнул его и застегнул ширинку. — Проваливай. — омега на слегка дрожащих ногах стоял рядом с альфой. — Выход с той стороны, — указав направление рукой, хотя он знал этот самолет, как свои пять пальцев. Он послушался господина и пошел в сторону выхода. Чонгук вернувшулся к своим товарищам, и сел обратно в кресло. Затем выпил глоток отличного ликера, который уже немного потерял нужную температуру. Юнги отложил газету и посмотрел на своего господина. — Во времена твоего отца они бы нас всех перестреляли. Чонгук громко вздохнул, закатывая глаза, и раздраженно постучал по стеклу столешницы. — Во времена моего отца мы бы незаконно торговали алкоголем и наркотиками, а не управляли крупнейшими компаниями в Корее, — Чон откинулся на сиденье и вперил гневный взгляд в своего друга. — Я глава семьи Чон, и это не совпадение, а продуманное решение моего отца. Я почти с детства готовился к тому, чтобы семья вступила в новую эру, когда я принял власть, — Чон вздохнул и немного расслабился, когда стюард почти незаметно прошел мимо нас. — Юнги-хен, я знаю, что ты любишь стрелять. — Почти уже не молодой мужчина, который был советником и другом, слегка улыбнулся. — Мы скоро постреляем, — Чонгук посмотрел на него серьезно. — Хосок, — теперь Чон обратился к другу, который посмотрел на него. — Пусть твои люди начнут искать Чана, — мужчина снова посмотрел на Мина. — Хочешь стрельбу? Не думаю, что она тебя обойдёт. И снова сделал еще один глоток. Солнце над Кореей уже садилось, когда, наконец, семья Чон приземлились в аэропорту Сеула. Чонгук надел пиджак, и они направились к выходу из терминала. Нацепив темные очки и почувствовал удар горячего воздуха. Посмотрел на Сеул. «Сегодня ее можно было увидеть во всей красе. » — подумал Чонгук и вошел в здание с кондиционером. — Люди с другой семьи хотят встретиться по делу, о котором мы говорили ранее, — начал Юнги, идя рядом с Чонгуком. — Нам нужно разобраться с клубами Колибри. Чон внимательно слушал его, составляя список дел которые ему нужно сделать сегодня. Внезапно, хотя его глаза были открыты, потемнело. И он снова увидел его. Мужчина нервно моргнул несколько раз; раньше он видел своего ангела только тогда, когда он этого хотел. Мужчина широко раскрыл глаза, и он исчез. Неужели его состояние ухудшилось, а галлюцинации усилились? Чонгуку нужно навестить этого козла, чтобы он сделал ему анализы. Но это позже, сейчас самое время разобраться с контейнером кокаина, который у него пропал. Хотя «пропал» не было в этой ситуации наиболее подходящим словом. Они уже подходили к машине, когда Чонгук увидел его снова. Черт, это нереально. Мужчина сел в припаркованный автомобиль и почти втянул внутрь Хосока, который открыл заднюю дверь . — Это он, — прошептал Чонгук хриплым голосом, показывая на спину молодого парня, который шел по тротуару, удаляясь от них. — Этот парень! У Чона в голове не укладывалось, он не мог в это поверить. А может, ему только показалось? Он терял рассудок. Машина тронулась с места. — Остановите, — сказал Чонгук водителю, — Ангел. — застонал Чон когда они поравнялись с ним. Его сердце на секунду замерло. Молодой парень смотрел прямо на Чонгука не видя ничего через почти черное стекло. Его глаза, нос, губы — он был точно такой, как Чонгук его себе придумал. Альфа схватился было за ручку двери, но его брат остановил Чонгука. Хлипкий мужчина звал его ангела и он пошел к нему. — Не сейчас, Чонгук. Альфа сидел, как парализованный. Он был здесь, он жил, существовал. Чон мог бы коснуться его, взять и навсегда быть с нии. — Какого хуя?! — Он не один, и мы не знаем, кто эти люди. Машина рванула с места, а Чон все еще не мог оторвать глаз от исчезающего силуэта своего ангела. — Я отправлю за ним людей. Прежде, чем мы приедем домой, ты будешь знать, кто они, Чонгук! — он повысил голос, — Ты ждал столько лет, подождешь еще несколько часов. Альфа взглянул на него с такой яростью и ненавистью, будто был готов с минуты на минуту его убить. Разумные остатки его мыслей признавали его правым, но все остальные, которых было определенно больше, не хотели его слушать. — У тебя есть час, — прорычал он, бездумно глядя на сидение перед собой. — У тебя, блядь, есть шестьдесят ёбаных минут, чтобы сказать мне, кто это! Чоны припарковались на подъездной дорожке, и когда они вышли из машины, к ним подошли люди Хосока, вручив ему конверт. Он протянул его господину, и Чонгук без слов пошел в сторону своего кабинета. Он хотел остаться один, чтобы поверить, что это все реальность. Он сел за стол и дрожащими руками оторвал верхнюю часть конверта, высыпая его содержимое на столешницу. — Блять. — он схватился за голову, когда фото — уже не призрачные образы, нарисованные его воображением и воплощенные художником с его слов, а реальные фотографии показали лицо его ангела. У него было имя, фамилия, пол, прошлое и будущее, о котором он даже не подозревал. Чон услышал стук в дверь. — Проваливайте! — крикнул он, не отрываясь от фотографий и записей. — Пак Чимин, – прошептал прикоснувшись к его лицу на глянцевой бумаге. После получаса изучения и анализа полученной информации, Чонгук откинулся в кресле и начал смотреть на стену. — Можно? — спросил Хосок, просовывая голову в дверь. Потом, не ожидая приглашения, не растерялся, вошел и сел напротив. — И что теперь? — Мы привезем его сюда, — ответил Чон бесстрастно, переводя взгляд со стены на него. Он сидел, кивая головой. — Но как ты собираешься это сделать? — он посмотрел на своего друга, как на идиота, что Чона немного возмутило. — Ты поедешь в отель и расскажешь ему, что когда ты умер, у тебя были видения, и в них… «И в них ты, Пак Чимин, и теперь ты будешь моим» - подумал про себя Чонгук. — Украду его, — решил альфа без колебаний. — Отправьте людей в квартиру. — альфа задумался, пытаясь найти в бумагах имя его парня, — Джиху… Пусть они узнают, кто он. — Может быть, лучше попросить Сокджина? На месте, - улыбнулся Хосок. — Хорошо, пусть Сокджин даст людей столько, сколько сможет. Я должен найти способ, чтобы он появился здесь как можно скорее. — Вам не нужно искать никакой способ. — Чон взглянул в сторону двери, откуда раздался молодой мужской голос. Хосок тоже обернулся. — Я здесь. — улыбающившись Элл шел к ним. Его короткие и аккуратные ногти, в туфлях на невысоком каблуке, казалось, достигали до потолка. «Черт, — выругался Чонгук — Совершенно забыл о нем.» — Я вас оставлю. — Чон с глупой улыбкой поднялся и пошел в сторону выхода. — Я подумаю о том, о чем мы говорили, и завтра разберемся с этим до конца, — добавил он. Брюнет подошел к альфе. Он слегка раздвинул колени ногой. От него пахло, как обычно, великолепно - сочетание секса, власти и ванили. Он задрал микроскопические кожаные шорты и сел на Чонгука верхом, без предупреждения засунув язык его в рот. — Ударь меня, — попросил он, покусывая его губу и потираясь мокрой задницей о ширинку костюмных брюк. — Сильно! Он лизал и кусала Чонова ухо, а Чонгук в это время смотрел на фотографии, рассыпанные на столе. Он снял развязанный ранее галстук и встал, опустив Элла на пол. Чон повернул его и завязал ему глаза. Он улыбнулся, облизывая нижнюю губу. Он оперся о стол локтями, широко расставил ноги и лег на дубовую столешницу, сильно выгибая спину и поднимая задницу. Он был без трусиков. Чонгук подошел к нему сзади и сильно ударил его. Элл громко вскрикнул и широко открыл рот. Вид фотографий, разбросанных по столу, и тот факт, что ангел был в городе сделали его член твердым, как скала. — Мммм. — мычал Чонгук, входя в его влажную щель и не сводя глаз с фотографий Чимина. Чон приподнял Элла за шею и собрал все бумаги, которые он накрыл своим телом, после чего снова положил его на стол, подняв его руки высоко над головой. Положил фотографии так, чтобы они смотрели на Чона. Ничего не хотелось ему в данный момент больше, чем обладать парнем с фото. Он был готов кончить в любой момент. Чонгук быстро снял штаны. Засунул два пальца в Элла, и он стонал, извиваясь и дергаясь под ним. Его дырка была узкая, мокрая и очень горячая. Чон начал водить пальцем вокруг его кольца мышц, и он еще сильнее ухватился за стол, на котором лежал. Схватив его левой рукой за шею и ударил правой, чувствуя необъяснимое облегчение. Чон снова посмотрел на фотографию омеги и ударил Элла еще сильнее. Он кричал, а альфа бил его, как будто это должно было превратить его в Пака. Его ягодицы стали почти фиолетовыми. Альфа наклонился и начал лизать их, они были горячими и пульсирующими. Он раздвинул его ягодицы и начал водить языком по его сладкой дырочке, и перед глазами был его ангел.