Часть 3

Добравшись до отеля, Чимин с Джиху и его друзья, высоко поднимали головы и смотрели на высокое здание. — Вау! — омега с улыбкой повернулся к Джиху. — Он прекрасен. Интересно а там будет ванна с лепестками роз. Все мило рассмеялись со слов Пака, потому что он думал, что у всех их четверых были одинаковые чувства. — Важно, чтобы была удобная кровать, вино и погода, — добавил Джиху. — Остальное не имеет значения. — О да, я забыл, что это еще одна патологическая поездка, и я чувствую себя обиженным, что я не алкоголик, как вы, — сказал Чимин с искусственным хмурым лицом. — Я голодный, последний раз ел в Вашингтоне. Мы не могли бы поторопиться и отправиться в город на ужин? Я уже чувствую во рту вкус пиццы и вина. — Сказал непьющий наркоман, пристрастившись к вину и соджу — подколол Джиху, беря Пака за руку. Охваченные сильным голодом, ребята торопливо распаковали чемоданы и уже через пятнадцать минут собрались в коридоре между комнатами. К сожалению, имея так мало времени, омега не смог должным образом подготовиться к выходу, но уже идя в комнату, он мысленно распаковал содержимое чемодана. Его мысли вращались вокруг вещей, наименее помятых после поездки, которые можно было не гладить, тратя на это драгоценные минуты. Выбор пал на кожаные чёрные штаны, которые облегали упругие ягодицы омеги и стройные ноги, наверх белую рубашку которая открывает тонкие и хрупкие плечи. К образу юноша надел туфли на невысоком каблуке и парочку аксессуаров. В спешке омега обрисовал глаза черным карандашом, и слегка припудрил лицо. Выходя, он схватил блеск для губ с розовыми блестками и движением «по памяти без зеркала» обрисовал губы. Ангелина и Макс с удивлением посмотрели на Чимина в коридоре. Они были точно в тех же костюмах, в которых путешествовали. — Чимин, скажи мне, как ты успел переодеться, покраситься и выглядеть так, будто собираешься в новый ночной клуб? — пробормотала Ангелина по пути к лифту. — Ну… — Омега пожал плечами. — У вас талант — пить виски, а я могу одеваться в мыслях весь день, чтобы в реальности за пятнадцать минут быть готовым. — Ладно, заканчивайте дурить и пошли пить, — вдруг решительным тоном сказал Джиху. И все вчетвером двинулись через вестибюль отеля к выходу. — Я сейчас умру здесь с голоду, и уже не встану, — сказала Ангелина. — А меня убивает отсутствие алкоголя в крови. Посмотрите на это место, мне кажется, оно будет для нас идеальным. — Макс указал пальцем на ресторан. «La Seine» ресторан находится на первом этаже отеля. В этот отель можно придти в любое время, большой выбор разгориченной западной и локальной кухни. Везде горели свечи, а крышей были огромные, яркие фонари в форме цветов, которые колыхались на ветру, создавая впечатление, будто весь зал ресторана парил в воздухе роз. Джиху махнул рукой официанту, и через некоторое время, благодаря нескольким вонам, они удобно сидели на диванах, разглядывая меню. Чимин и его кожаные штаны не вписались в окружающую среду. Ему казалось, что все смотрят только на него, потому что среди всего этого белого великолепия он светился, как черная лампочка. — Я чувствую, что за мной наблюдают. — прошептал Чимин Джиху с глупой, извиняющейся улыбкой. Он осмотрелся вокруг, наклонился к Паку и прошептал: — У тебя мания преследования, малыш, и ты выглядишь потрясающе, так что пусть пялятся. Чимин посмотрел ещё раз — в конце ресторана, за столом сидел мрачный мужчина, в чёрной одежде. Этот мужчина смотрел на омегу, словно пытался его съесть взглядом. — Мне нужно в туалет, — сообщил омега, оглядываясь по сторонам. В углу рядом с красивым деревянным баром была небольшая дверь, поэтому он направился к ней. Пак прошел через неё, но, к сожалению, за дверью была только посудомойка. Омега повернулся, чтобы вернуться обратно, и ударился о возникшую из не откуда перед ним фигуру. Он ойкнул, когда его голова столкнулась с твердым мужским торсом. Потирая ушибленный лоб, юноша поднял глаза. Перед ним стоял высокий, красивый кореец. Кажется, его где-то он видел. Его ледяной взгляд пронзил Чимина насквозь. Омега не мог двигаться, когда он так смотрел на него почти черными глазами. В нем было что-то, что пугало юношу так сильно, что он за секунду врос в землю. — Я думаю, ты заблудился, — сказал он бархатным голосом. — Если ты скажешь мне, что ищешь, я помогу тебе. Он улыбнулся белыми ровными зубами, положил руку между лопатками, касаясь его тело сквозь ткань рубашки, и проводил Чимина до двери, через которую он попал сюда. Когда омега почувствовал его прикосновения, в нос ударил едкий запах шоколада, такой кислый, но глубокий. Через прикосновения по телу Пака прошла дрожь, от которой его ноги сделались ватными. Чимин был ошеломлен, что, несмотря на все усилия, он не мог произнести ни слова. Он только улыбался, вернее, вздрогнул и двинулся в сторону Джиху, потому что от таких эмоций он совершенно забыл, зачем встал с дивана. Когда юноша добрался до столика, компания с удовольствием заливала в себя алкоголь — первую порцию уже выпили и уже заказывали другую. Чимин опустился на диван, схватил стакан вина и опустошил его одним глотком. Тем временем, не отрывая его от рта, он дал официанту четкий знак, что ему нужно еще. Джиху посмотрел на свою пару изумленно. — Алкаш! И ты говоришь, что это у меня проблемы с алкоголем. — Как-то мне очень захотелось пить, — ответил Чимин, слегка захмелев от слишком быстро выпитого вина. — Я думаю, что в туалете творится какое-то колдовство, так как визит туда так на тебя повлиял, мой слабак! На эти слова омега нервно оглянулся в поисках корейца, который заставил его колени дрожать, а между булочек взмокнуть, как в первый раз, когда он впервые отдался Джиху. Было бы легко найти его среди белого, потому что он был одет, как он, совершенно не вписываясь в окружающую среду. Черные свободные льняные брюки, черная рубашка, из-под которой весила металлическая цепочка и черные туфли без каблука. Хотя Чимин видел его всего на секунду, он точно запомнила этого мужчину. — Чимин! — вернул в реальность голос Джиху. — Не обращай внимания на всех этих людей, просто пей. Он даже не заметил, что на столе появился еще один бокал игристого напитка. Пак решил медленно потягивать красную жидкость, несмотря на то, что ему хотелось влить ее в себя, как и предыдущий бокал, потому что дрожь в ногах все еще не прекращалась. Им подали еду, на которую компания жадно набросилась. Осьминог был идеальным; на гарнир были просто сладкие помидоры. Джиху наслаждался гигантским кальмаром, искусно нарезанным и разбросанным по тарелке в окружении чеснока. — Черт побери! — крикнул Джиху, срываясь с белого дивана. — Вы знаете, который час? Уже после двенадцати часов, и, следовательно, Чимин! Остальные двое тоже поднялись с мест и начали весело, громко и очень в английском стиле петь ему песню на День рождения. Гости ресторана смотрели на них с любопытством, после чего, присоединившись к хору, стали петь по-корейски. В ресторане раздались громкие аплодисменты, и Чимину захотелось провалиться сквозь землю. Это была одна из самых ненавистных ему песен. Нет, наверное, никого, кто бы ее любил, вероятно, потому, что никто не знает, что делать, когда ее поют — петь вместе со всеми, хлопать в ладоши, улыбаться всем? Каждое решение — глупо, и каждый раз именинник выглядит, как полный идиот. С искусственной от алкоголя улыбкой омега поднялся с дивана и помахал всем, сгибаясь пополам и поблагодарив за пожелания. — Что, стоило делать это? — прорычал Чимин с улыбкой Джиху. — Напоминать мне, что я старый, и в этом нет ничего хорошего. Кроме того, зачем-то все эти люди были вовлечены в это? — Ну, малыш, правда глаза колет! В качестве компенсации и начала нашего сегодняшнего праздника я заказал твой любимый напиток. — Когда он закончил говорить, появился официант, держа ведро с красным вином и четыре бокала. — Как я его люблю! — закричал Пак, подпрыгнув на диване и хлопая в ладоши, как маленький мальчик. Его радость не мог не увидеть официант, который улыбнулся ему, оставив на столе кулер с наполовину залитой уже бутылкой. — И, значит, на здоровье! — сказала Ангелина, поднимая свой бокал. — За тебя, чтобы найти то, что ты ищешь, получить то, что ты хочешь, и быть там, где ты хочешь. Компания чокнулась бокалами и выпила их до дна. После этой бутылки уже Чимину действительно пришлось идти в туалет — на этот раз он решил найти его с помощью персонала. Официант указал ему направление. После двенадцати ночи ресторан превращался в ночной клуб, красочное освещение совершенно изменило характер этого места. Белый, элегантный и почти стерильный ранее интерьер взорвался разными цветами. Внезапно белизна приобрела совершенно другой смысл, отсутствие цвета привело к тому, что изменчивый свет придавал обстановке любую окраску. Чимин пробирался сквозь толпу к туалету, когда его снова охватило это странное чувство, что за ним наблюдают. Он остановился и огляделся. На возвышении, опершись о балку одного из боксов, стоял одетый в черное мужчина и снова раздевал его взглядом. Спокойно и без эмоций он смотрел на Чимина глазами от лодыжек до верхней части головы. Черные волосы небрежно падали на его лоб, его лицо украшала серёжка на губе, и на брови, его губы были полными и отчетливо очерченными — они как будто созданы для того, чтобы дарить восторг омегам. Его взгляд был холодным и пронзительным, как у дикого животного, готовящегося к атаке. Только увидев его издалека, Чимин понял, что он был довольно высоким. Он определенно превосходил ростом других альф и бет, которые стояли рядом, поэтому он был около ста девяноста сантиметров. Не зная, как долго они смотрели друг на друга; у Пака было впечатление, что время остановилось. Из оцепенения вывел мужчина, который задел омегу плечом, проходя мимо. Потому что от этого взгляда он не мог дышать и двигаться, у омеги подвернулась одна нога, и он опустился на землю. — Ты в порядке? — спросил шоколадный, который вырос рядом с Чимином как привидение. — Если бы я не видел, что на этот раз не ты сбил его, я бы подумал, что столкновение с незнакомцами — это твой способ привлечь внимание. Он крепко схватил омегу за локоть и поднял. Он был на удивление сильным, сделал это с такой легкостью, как будто Пак ничего не весил. — А ты всегда изображаешь стену или подъемный кран? — хмыкнул омега, пытаясь послать ему самый ледяной взгляд, какой ему далось сделать. Он отошел от юноши и, не сводя с его глаз, смотрел на парня, как будто не мог поверить, что он настоящий. — Ты смотришь на меня весь вечер, да? — спросил Чимин раздраженно. — У меня бывает приступы мании преследования, но интуиция меня никогда не подводит. Мужчина улыбнулся, как будто Пак издевается над ним. — Я наблюдаю за клубом, — ответил он. — Я контролирую обслуживание, проверяю удовлетворенность гостей, ищу омег, которым нужна стена или подъемный кран. Его реакция смутила Чимина. — Тогда, спасибо за то, что ты меня поднял, и приятного вечера. — Чимин вежливо поблагодарил, но бросил холодный взгляд на мужчину и направился в туалет. Когда он оказался сзади, омега вдохнул с облегчением. По крайней мере, в этот раз парень не выглядел полным идиотом и смог заговорить. — До встречи, Чимин, — услышал за спиной. Когда Пак обернулся, за ним было уже только веселящаяся толпа, Шоколадный исчез. Откуда он знает его имя? Он слышал их разговоры? Он не мог быть так близко, Чимин бы его увидел, почувствовал и услышал бы его запах. И тут Ангелина схватила омегу за руку. — Пойдем, потому что так ты никогда не доберешься до туалета, и мы застрянем здесь навсегда. Когда они вернулись к столу, на стеклянной столешнице стояла еще одна бутылка Виски. — С ума сойти, дорогой, благодарю! Видимо, сегодня День рождения богача! — бросил Пак со смехом. — Я думал, что это ты заказывал, — сказал удивленный Джиху. — Я уже заплатил, и мы хотели идти дальше. Чимин оглядел клуб. Он знал, что бутылка здесь не случайно, а он все еще смотрит. — Это, вероятно, подарок от ресторана. После такого хорового пения они, наверное, не могли поступить иначе — засмеялась Ангелина. — Раз ты уже здесь, давай выпьем. До конца Чимин без остановки вертелся на диване, задаваясь вопросом, кто был человек, одетый в черное, почему он так смотрел на него и как он узнал его имя. Остаток вечера компания провела в бродяжничестве от клуба к клубу. В отель они вернулись, когда уже рассвело. Разбудила Пака ужасная головная боль. Он любит виски, но похмелье после него буквально взрывает череп. Какой нормальный человек им напивается? Пак выбрался из кровати и добрался до туалета. В косметичке он нашел обезболивающие, проглотил три таблетки и вернулся под одеяло. Когда омега очнулся через несколько часов, Джиху не было рядом, головная боль прошла, а из открытого окна долетали звуки веселья в бассейне. У Чимина отпуск, так что ему нужно вставать и плавать. Мобилизованный этой мыслью, омега быстро принял душ, надел плавки и уже через полчаса был готов. Макс и Ангелина потягивали бутылку холодного вина, отдыхая над бассейном. — Лекарство, — сказал Макс, подавая ему пластиковый стакан. Вино было вкусным, холодным и освежающим, поэтому Пак опустошил бокал. — Вы не видели Джиху? Я проснулся, а его уже не было. — Работает в лобби, в номере интернет был слишком медленный, — пояснила Ангелина. «Ну да, компьютер — лучший друг, работа — любимая любовница», — подумал Чимин, лежа в шезлонге. Он провел остаток дня в компании с новобрачными, целующимися друг с другом. На какое-то время Макс прервал это любовные прелюдии: — Может, позавтракаем? Я позову Джиху, что это за отпуск, когда он постоянно сидит и смотрит в монитор. Он встал с шезлонга, надел на себя футболку и направился к входу в отель. — Иногда меня тошнит от него. — Чимин повернулся к Ангелине, а она посмотрела на него большими глазами. — Я никогда не буду самым главным. Важнее, чем работа, чем коллеги, чем удовольствие. У меня впечатление, что он со мной, потому что не имеет ничего лучшего, и так ему удобно. Это как иметь собаку — когда ты хочешь, гладишь ее, когда хочешь, играешь с ней, но когда у тебя нет желания общаться с ней, просто прогоняешь ее, ведь это она для тебя, а не ты для нее. Джиху чаще разговаривает с коллегами на Facebook, чем со мной дома, не говоря уже о постели. Ангелина перевернулась и оперлась на локоть. — Знаешь, Чимин, это же обычное дело в отношениях, что со временем страсть исчезает. — Но не после стольких лет же… Я что, горбатый? Или со мной что-то не так? Или это плохо, что я просто хочу трахаться, даже во время течки? Ангелина вскочила со смехом с лежака и потянула Чимина за руку. — Думаю, нам нужно выпить, потому что ничего не изменится от того, что ты грустишь. Посмотри, где мы! Это место божественно, а ты стройный и красивый. Помни — если не этот, то другой. Давай!

***

Чимин надел рваные обтягивающие джинсы на стройные ноги, поверх блузку с красными переливами. Его спутница пошла в комнату, чтобы оставить сумку и выяснить, как обстоят дела с обедом, потому что в холле они не нашли их партнеров. Чимин подошел к бару и, кивнув бармену, попросил два стакана холодного рома. Да, именно это ему и нужно. — И все? — парень услышал мужской голос за спиной. — Я думал, твои предпочтения принадлежат «Вину и Виски». Пак обернулся и застыл, не двигаясь. Он снова стоял перед ним, « Шоколадный «. Этот альфа выглядит иначе, на нём нет той черной одежды. Он был одет в льняные холщовые штаны кремового цвета и светлую расстегнутую рубашку, которая идеально подходила к его загорелой коже. Он снял очки с носа и снова пронзил омегу ледяным взглядом. Обратился по-корейски к бармену, который с момента его появления в баре совершенно омегу игнорировал, стоя по стойке «смирно» и ожидая заказа его преследователя. Скрытый за темными очками, Чимин был в тот день чрезвычайно смелый, особенно сердитый и особенно похмельным. — Почему у меня такое впечатление, что ты следишь за мной? — спросила Чимин, слегка расстёгивая блузку две верхнии пуговицы. Жарко, и от запаха этого шоколадного становилось душно. Он поднял правую руку и медленно снял с Пака очки, чтобы видеть его глаза. Чимин почувствовал, что кто-то забрал его щит, который был его защитой. — Это не впечатление, — сказал он, глядя ему глубоко в глаза. — Это не случай. С днем двадцать четвертого дня рождения, Чимин. Пусть наступающий год будет лучшим в твоей жизни, — прошептал он и нежно поцеловал его в уголок губ. Омега был так растерян, что не мог выдавить из горла ни слова. Как он узнал, сколько ему лет? И как, черт возьми, нашел его на другом конце города? Голос бармена вырвал Пака из раздумий, и он повернулся к нему. Он поставил передо ним бутылку красного вина и маленький цветной кекс, на вершине которого была зажженная свеча. — О черт! — Чимин обернулся к шоколадному, который буквально испарился в воздухе. — Неплохо! — сказала Ангелина, подойдя к бару. — Я хотела просекко выпить, а тут — бутылка вина. Пак пожал плечами и нервно смотрелся в поисках шоколадного, но он исчез. Он вытащил из бумажника кредитную карту и дал бармену. Уже на корейском омега просил отменить заказ, но бармен отказался принять оплату, заявив, что счет уже оплачен. Ангелина наградила его лучезарной улыбкой, схватила ведерко с бутылкой и пошла в сторону бассейна. Чимин задул свечу, которая все еще горела на торте, и последовал за ней. Чимин был смущен и заинтригован. В его голове копошились разные версии, кем мог быть таинственный человек. Первое, что пришло ему на ум, была мысль, что это извращенец-преследователь. Не до конца, однако, соглашался с образом сексуального альфы, который, скорее, убегает от поклонников, а не отслеживает их. Судя по обуви и фирменной одежде, которую он надевал каждый раз, он не был бедным. И он упомянул что-то о проверке удовлетворенности гостей в ресторане. Итак, еще одна естественная теория заключалась в том, что он был менеджером в помещении, где они были. Но что он тогда делал в отеле? Пак покачал головой, как будто хотел вытрясти из нее лишнюю мысль, и потянулся за бокалом. «Почему меня это беспокоит? — подумал омега, глотая вино. — Это, наверное, была чистая случайность, а я что-то уже напридумывал себе».