Вернутся к фанфику

Глава 9 - три дня в бегах

8 сентября 2023, 11:02
      Настал третий день бегства Усаги. Уже третий день она передвигалась из различных районов и городов Японии, хаотично выбирая место остановки всего на три часа, чтобы передохнуть и хоть немного поспать, перед тем как снова бежать и прятаться. Попутно умудряясь проскочить зайцем на многие автобусы. Ведь карманные деньги ей будут нужны на другой более важный переезд.        Ещё за несколько недель до рождения своих детей, бывшая Старейшина знала, что хочет растить своих детей на своей первой Родине, в Китае.        Однако из всех городов её прошлой жизни за восемь столетий остался только один. Илин, город где когда-то зародилось её тёмное искусство, город где её когда-то нашёл её приёмный отец и забрал в орден Юньмен Цзян, город где он спокойно жил и растил своего старшего приёмного сына А-Юаня — мальчика, что вырос шикарным юношей, а после мужчиной.        Вспоминая лучезарного мальчика, который когда-то называл его отцом и учителем, сердце пропустило предательскую боль и тоску. Тоску по сыну, которого уже никогда не вернешь. Но сыну который прожил долгую и счастливую жизнь, сыну, что сумел стать советником ордена Лань и сыну, что спасал людские жизни. И пусть мысль о том что Сычжуй жил счастливо и могла сгладить углы, словно мазь на рану, которая обязана заживлять, но всё равно ни одна мазь, ни одно зелье не сможет избавить от боли, мать что уже дважды теряла своего ребёнка.       Почувствовав боль в сердце своей матери, младший из близнецов А-Сянь, что всё это время мирно спал в переноске вместе со своим старшим братом начал пытаться издать хоть какой-то звук, чтобы отвлечь её от этой боли. Пусть А-Сянь и не обладал проклятием своих матери и брата всё же он словно бы машинально улавливал все их эмоции, ничто словно не могло пройти мимо этой светлой части души. И порой маленький Усянь даже пытался самостоятельно успокоить брата когда тот просыпался от кошмаров. Но в силу своего слишком малого возраста, он всегда был вынужден звать на помощь либо маму, либо в крайне редких случаях дядюшку Нина. Не в силах справиться с болью родных, которую он ощущал словно как свою.        Услышав как маленький сын зовёт её, Старейшина мигом подбежала к переноске, где уже бодрствовал её А-Сянь, что заставило Усаги вспомнить о самом важном.       Она теперь не одна у неё были два сына, что нуждались в ней, два мальчика ради которых ей не стоило забываться и расслабляться ни на минуту. Ведь если Асакура поймут, что она их обманула, то её бывшая семья просто убьёт детей. Чего она не могла допустить.        До сих пор не веря в реальность происходящего Усаги робко, словно мальчик был лишь иллюзией взяла А-Сяня на руки начиная тихо покачивать, то и дело в панике оглядываясь по сторонам своей маленькой комнаты в гостиничном номере, боясь как бы её не выломали и не отняли у неё всё что у неё осталось. Её дорогих сыновей ради которых она готова была на всё, даже если это будет необходимым раскопать ту самую Стигийскую тигриную печать, лишь бы защитить их. Лишь бы подарить им то в чем этой измученной душа было отказано всегда. Жизнь.        Крепко, но нежно держа сына одной рукой, а второй нежно поглаживая его по щеке она посмотрела на его прекрасные карие глаза янтарного оттенка. Удивительно как у такой крохи, цвет глаз уже обрёл свой первоначальный наследственный оттенок глаз. И глядя в эти очаровательные и чистые глаза Уса нежно разговаривала с ним:       - Доброе утро А-Сянь! - говорила она с улыбкой пробуя на язык это имя.        Ей было крайне не привычно, что своим старым именем теперь обращались не к ней, а она обращалась к маленькому новорождённому ребёнку. Ощущение от этого было весьма странное, но в то же время неожиданное, словно так и должно было быть. Словно это имя принадлежало её сыну, как подарок от матери на самый первый день рождения или даже скорее как оберег, что должен будет скрыть имя мальчика и подарить ему лёгкую жизнь без сожалений.         И так Усаги нежно и мягко баюкала младшего ребёнка, не в силах оторвать взгляд от его мерцающих словно янтарь глаза, однако и это короткая идиллия явно не должна была длиться долго.        Пусть А-Вэй и старался не доставлять особых хлопот своей спасительнице, всё же кошмары преследующие его и боль от постоянного шума в голове так или иначе заставляли порой его нарушить покой Старейшины. Хотя в случае с кошмарами это всегда было не совсем по его воле. Ведь в случае с кошмарами он всегда пытался тихо просопеть в переноске явно не мешая Старейшине, чьим именем их назвали с братом, отдыхать для следующего побега. Однако в этом случае с ним всегда был один неконтролируемый фактор — его близнец, который словно чувствуя боль близнеца сначала всегда пытался словно бы просто прижаться к нему, чтобы заглушить боль. Но когда у трёхдневного младенца это не получалось из-за перегородки на переноске, Усянь поднимал целый шум, и всё это только, для того чтобы помочь брату.       Честно Инь-Хао даже был тронут таким поведением брата, был явно тронут тем, насколько сильно его братик его понимает. И насколько сильно А-Сянь пытается его успокоить пусть и по своему. И пускай его и раздражал лишний шум, всё же он не мог злиться на своего брата. И ему было очень приятно просыпаться в компании родной души. Поэтому почувствовав пустоту, он, запаниковав, позвал Старейшину как мог.        Благо держа младшего ребёнка на руках, она подошла к переноске и просияв произнесла:       - Смотрите-ка! Кто проснулся? - говорила она задорно и ласково словно пытаясь разрядить обстановку после чего не удержавшись начала свободной рукой тискать своего старшенького за щёчки:       - Доброе утро А-Вэй! Соскучился по братику?        Инь-Хао отлично знал, что он может не отвечать ей при помощи Рейши, ведь на его удивление Старейшина Илин была очень и очень проницательной.        Что было не удивительно, ведь прожив всю свою жизнь с человеком, что в большинстве случаях предпочитает молчать, любой уже научиться вылавливать мельчайшие детали в настроении, чтобы понимать человека без слов. И Старейшина Илин явно не стала исключением, проживая в браке с Лань Чжанем буквально в районе пятидесяти лет, или даже больше.        И буквально без лишних слов Усаги взяла Вэя на руки и с улыбкой произнесла:       - В таком случае будешь лежать у меня на руках с А-Сянем!        После чего внимательно смотрела как А-Вэй растерянно пытался осмотреться по сторонам, после чего явно смеясь от того, как забавно ведёт себя душа, которая всё помнит и беспомощно смотрит на неё, с задором произнесла:       - Неужто ты думал, что я просто так отпущу твоего брата? Фигушки не на ту напал! - в шутку и задорно говорила она, хотя в её сердце читалось просто желание прижать детей в груди, чтобы успокоить беспокойное сердце старшего.        Что Инь-Хао прекрасно знал, просто никак не ожидал, что Усаги выполнит его просьбу побыть с братом таким вот образом.        Воистину порой ему казалось, что с такой непредсказуемой леди лучше вообще не прекращать свою концентрацию Рейши, тем более что так было бы даже удобно и точно бы избавило его бы от лишнего стресса. Хотя самому Инь-Хао на самом деле было гораздо спокойнее концентрироваться на своём брате, ведь в его сердце не было ни боли, ни сожалений, он был словно чистым листом, хотя он сам прекрасно знал что это далеко не так.       Отлично чувствуя растерянность своего близнеца словно свою, А-Сянь попытался ухватиться за А-Вэя своей рукой, чем очень удивил последнего.        Увидев такое искреннее недоумение в ярких глазах своего сына Усаги не опуская улыбки произнесла:       - Видишь А-Вэй, даже А-Сянь пытается тебя поддержать! Мы проводим тебя по твоей дороге куда бы она не вела! Правда А-Сянь?        На что младший ребёнок лишь мило попытался засмеяться в знак согласия.        - Ну вот! - с улыбкой вторила младшему А-Сяню старший Усянь, после чего её сердце пропустило предательское чувство грусти.        Ведь Усаги прекрасно знала, что буквально через четыре часа ей нужно будет сесть на автобус до Киото, куда ей не очень сильно хотелось и ехать, но другого выхода у неё не было и она только раздражённо подумала:       " Не хочу к Павлину!"       Уса явно не горела желанием снова видеться со своим дальним родственником со стороны семьи Асакура — Йоко, парнем, что на вид был ровесником бывшей сестры Старейшины, однако обладал очень заносчивым и высокомерным характером и по своей манере поведения и нраву очень напоминал юную деву, ещё больше чем его дальние кузины. Вечно озабоченный своим внешним видом парень то и дело закрывал своё лицо боясь то яркого света, словно вампир из книг Брэма Стокера, то оцарапать свою милую мордашку. И если бы не обстоятельства и не необходимость где-нибудь осесть, пока дети не подрастут, то Усаги бы в жизнь не решилась бы снова пересекаться с ним.        Однако дальние Асакуры, были её единственным спасением. Ведь испытывая ярую неприязнь друг к другу две ветви семьи предпочитали друг с другом не пересекаться и на вряд ли Кейко, Микихиса или даже Кино решат искать её там, среди ветви клана, что фанатично следует заветам своего предка. Усаги уже на своей шкуре испытала неприязнь её бывшей семьи ко всему что связано с Хао, поэтому и знала, что куда, куда, а её бывшая семья на территорию гор, где жили родственнички явно сунуться только через свой труп.        Сразу же уехать в Китай бывшая Старейшина не могла. Ведь в самолёте у детей будут сильно закладывать уши, и это будет приносить им неимоверную боль, а Уса меньше всего на свете хотела бы чтобы Вэй и Усянь страдали от боли. С пароходом та же ситуация + была огромная вероятность качки на воде, что было в двойне недопустимо, и как раз именно поэтому до трёх месяцев лучшим вариантом, для Усаги было найти место где нужно где-нибудь перекантоваться, пока дети Инь-Янь полностью не окрепнут, чтобы покинуть страну.        Явно понимая, что тёмные мысли не самое лучшее подспорье для неё, бывшая Старейшина поспешила мигом отодвинуть их прочь.        И оглянувшись на настенные часы и посмотрев на время Уса с задором спросила у своих сыновей, что сейчас озадаченно смотрели на нее:       - Есть хотите?        И получив утвердительный ответ Усаги пристроилась на кресле в углу комнаты и начала потихоньку расстегивать свою рубашку, чтобы накормить детей грудным молоком, которое она специально стимулировала у себя при помощи медикаментозных препаратов, чтобы не нуждаться в смесях и быть способной обеспечить детей как обычная мать. Тем более как человек весьма старомодный Уса считала, что нет ничего лучше грудного вскармливания, тем более что состав многих современных смесей был ещё не до конца проверенный и мог иметь побочные эффекты.        Как и ожидалось кормить Усяня было гораздо легче, чем Вэя, но голод не тётка, и захочешь есть будешь и грудь грызть. Поэтому, как бы, противно Инь-Хао не было, всё-таки он быстро поддавался на уговоры Старейшины. Всё ещё не в силах привыкнуть к её безрассудному и неординарному подходу. Поистине основатель тёмного пути не переставал удивлять великого оммеджи.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!