Вернутся к фанфику

Глава 32 Очищение

19 сентября 2023, 22:02
      Сердце Лань Ин бешено колотилось, а сама она не знала, что и думать, когда её старшего сына без сознания принесла одна из её соседок Минь Чин. Ведь она отлично понимала, что её близнецы вовсе не обычные дети и даже не обычные шаманы, и просто так Вэй на вряд-ли бы потерял сознание и бился бы сейчас в конвульсиях, а значит дело и вправду было крайне паршивым.       Схватив своего старшего сына на руки она была просто в ужасе настолько, насколько горячо было его тело, а сам её маленький мальчик, которого она буквально вырастила, сейчас в бреду говорил явно с голосами вызванными своим проклятием:       " Нет! Прекратите! Не надо! Хватит! Прочь!!! Прочь все!!! Все оставьте меня!"       Слыша эти крики своего старшего сына и отлично понимая, что за беда и какие демоны мучают душу оммеджи, Вэй Ин мог только и делать, что только облегчить приступ, да и то не словами, ведь он отлично понимал, что в подобном состоянии А-Вэй попросту не услышит его.       Однако её сердце обливалось кровью при виде того как лицо А-Вэя становилось подобно своему имени бледным как у призрака, ему было невыносимо даже слышать то как в конвульсиях кричит Хао. Да это крик ребёнка исходил именно что из его души, и единственное как мать могла помочь своему ребёнку так это просто быть рядом, вливая в его тело фуреку для стабилизации энергии Инь, и остужая жар его тела компрессорами, которые так или иначе быстро нагревались.       Для любой матери было попросту невыносимо видеть страдания своего ребёнка, в особенности когда он болел и болезнь эта могла прогрессировать.       И сейчас сидя у кровати своего старшего сына и волнуясь за младшего, Лань Ин попросту не знала, как ей быть. Ведь изначально она думала, что находясь в отдалении от шаманской жизни в глухой деревне обезопасит А-Вея и А-Сяня от ран прошлого, и от нападения. Однако видимо она ошибалась и вечно прятаться от всего мира было не самой лучшей затеей.       Прямо как тогда, когда она на той же самой горе, вместо того, чтобы отстоять права ни в чем не повинных людей из побочной ветви клана Вэнь и добиться для них справедливости пусть даже и путём крови, предпочла прятаться с ними на этой же самой горе, которая и стала для них могилой.       " Мда, видать меня ничему мои жизни не научили" - лишь с болью в душе, иронично усмехнулась она, поняв, что настало время и вправду искать сильных союзников среди духов и уже основательно обучать А-Вэя и А-Сяня. Старшего своим приёмам, чтобы хоть как-то сокрыть его личность, младшего основам шаманского ремесла, заодно и научив их старым шести шаманским искусствам, что сгинули много веков назад.       Поцеловав А-Вэя в лоб Ин, взяла в руки свою флейту и преподнесла её к губам.       И спустя считанные мгновения из неё полились звуки полные успокоения, мелодия написанная явно в лирично-балладном стиле, темпа Адажио. И исполненная в си мажоре и в параллельном ему соль миноре.       Это была песня что она придумала сама, чтобы снизить влияние Иньской энергии, но при этом вернуть её в более стабильный поток и преобразовать её в иную энергию, в энергию Янь, ведь как жизнь постепенно переходит в смерть, так и смерть становиться новым рождением. Эта песня чем-то напоминала Очищение сердца и при этом имела что-то от тёмного контроля..       И Старейшина Илин не была бы собой если бы не попыталась бы совместить и соединить концепции этих двух заклинаний, в единое полотно. Хотя справедливости ради на это заклинание, её вдохновили именно, что её сыновья. А именно сам феномен душ двух братьев, что пускай и были разделены, но всегда их сердце билось как одно, а духовное ядро имело один источник.       Именно благодаря А-Вэю и А-Сяню, Вэй Ин и смог создать заклинание, что возможно способно и излечить от Рейши или хотя бы снизить его эффект, чтобы хотя бы своими мыслями до зваться до старшего из близнецов.       Тело А-Вэя его не слушалось а разум словно снова оказался во тьме, где были слышны лишь крики полные боли и осуждения, его вечные спутники первых его двух жизней.       Но не в третьей...       В третьей у него были те кто не смел его осуждать и явно хотел ему помочь, это была его семья, что любила его таким какой он был, будь то брат, что всегда считывал его чувства как свои, будь то Старейшина, что когда-то прожил схожий путь предателя и изгоя, что даже Ханьгуань-цзюнь что дважды не мог повлиять на то как угасают дорогие его сердцу люди. Долгие годы окружённые душевным теплом и заботой, он начал постепенно забывать о том, как ненависть может захлестнуть сердце человека.       И самое страшное, что почувствовав подобного уровня ненависть, он будто словно вернулся во времена своей второй жизни, когда в его душе творился полных хаос, а его душа была полна противоречий. Почувствовав чужую боль и чужую ненависть, он вспомнил, как сам не справился со своими чувствами и в итоге они целых девятьсот с лишним лет управляли его желаниями.       Ведь какой смысл ему был мстить за его самую первую мать всём людям если он уже отомстил однажды и счастья ему это не принесло? Какой смысл ему злиться на тех кто не знает, что их предки притесняли шаманов? Какой смысл ему вообще было спасать шаманов, если они были ничуть не лучше людей?       И так поглощённый звуками флейты, Инь-Хао постепенно погружался в свои воспоминания о его новой жизни. Годы проведённые в семейной идиллии, в которых его душа и вправду смогла наконец-то вздохнуть спокойно.       В его голове всплывали всё абсолютно разные фрагменты, это и утешения его нынешнего отца, это и его несоизмеримое счастье каждый раз когда его брат смеялся. Это и его удивления и радость, каждый раз, когда его нынешняя мать снова и снова доказывала ему, что она не отвернется от него. И чья духовная энергия была сейчас проводником, чтобы он не заблудился на тёмной дороге, где впервые за многие годы начало светать.        Ему не нужно было читать мысли, чтобы осознать, что на этот раз его не бросят, а даже если и покинут, то всегда вернуться или незримо будут направлять его. Ведь погрузившись в свои воспоминания его сердце наполнилось невероятным теплом. Теплом что было и подобно огню и подобно воде, тепло которое всё больше и больше с каждым новым воспоминанием наполнялось чувством о котором оммеджи словно бы давно забыл.       И вот наконец-то он мог себе признать. Он любил свою семью и не хотел её снова терять.       Казалось словно его поиски наконец-то окончены и он наконец-то нашёл то, чего его душа желала на самом деле.       И тут словно бы находясь в иллюзии своей голове, где впервые за много лет светило ясное солнце, а небо было чистое, он услышал до боли знакомый голос, голос что словно бы вернул его в его самое первое детство:       - Наконец-то ты смог впустить в своё сердце любовь!       И обернувшись он немного замер, тот кого он искал долгие годы была перед ним, тот кого он пытался бесчисленное множество раз призвать была рядом. Впервые за тысячу лет он снова увидел её. Он увидел свою мать.       Явно не веря в реальность происходящего он медленно подбирался к ней словно боясь спугнуть и без того этот хрупкий мираж и боясь как бы снова она не исчезла.       Но как бы ни был силён его страх, всё же любовь и радость встречи оказались сильнее и стоило ему услышать, как мать позвала его к себе по его самому первому имени, как тысячелетняя душа устремилась в объятия своей матери, рыдая от счастья и радости встречи:       - Мама! Как же долго я тебя искал! Как же долго... Я... Я!!!       На что женщина лишь тихо погладила его по голове:       - Тш... Тш... Я знаю! И всегда незримо была с тобой! - после чего отпустив объятия с улыбкой произнесла: - Впрочем как и твой друг!       - Наконец-то я вижу в тебе того самого светлого парнишку, каким ты был при первой нашей встрече! - с улыбкой и задором произнёс другой голос.       И кинув свой взгляд в сторону говорящего сердце юного шамана снова пропустило удар.       Ведь перед ним был стоял его самый близкий друг, Охачио, демон что слегка напоминал кролика, и демон что когда-то заменил ему отцовскую фигуру.       И так проведя недолгое время в безвременном пространстве мать отпустив своего сына сказала спокойно и уверенно:       - Теперь ты готов отпустить нас и жить дальше! - и поцеловав своего сына в лоб она с нежность подтолкнула его вперёд приободряя своего пусть и не всегда правого но сына:       - Они ждут тебя! Возвращайся к ним!       Услышав последние слова Инь-Хао, нет А-Вэй внезапно понял, что и вправду очень желает вернуться к своим родным. И нет он никогда не забудет свою мать и друга. Однако теперь у него была другая жизнь, жизнь где его тоже любили и жизнь, где он смог забыть о сожалениях.       И напоследок обернувшись к ним, прежде чем пойти по освещённой дороге, к новому рассвету он со слезами на глазах от радости и грусти произнёс только одно слово:       - Прощайте!       И теперь его ждал путь к светлой тропе, где он наконец-то сможет жить и где его уже ждала его семья.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!