Глава 4: Поговорим?

Солнце клонит к закату, выделяя на фоне панорамных окон фигуру сорокалетнего мужчины, с которым Коë всë же решает поделиться своими мыслями. Огай слушает внимательно, повторяя про себя каждое слово и в конце отвечает: – Будем надеяться, что эти игры не заведут его не на ту дорожку. Одзаки кивает, отрывая взгляд от Элис, которую гладила по волосам всë это время. Девочка открывает глаза и смотрит на Главу организации. – Вы правда считаете, что Дазай не может испортить ему жизнь? Мори проводит рукой по столу, поднимается, проходится взглядом по стеллажам с различной литературой, раздумывая над ответом. – Не испортит. Они - истинные. По крайней мере мне хочется в это верить. В любом случае, сейчас у Накахары есть проблемы по-важнее, не находите, госпожа Одзаки? Девушка понимает о чëм говорит Мори. У исполнителя «Портовой мафии» действительно есть проблемы важней. Одна из таких - течки, которые он на постоянной основе проводит в одиночестве, укутавшись в одеяло и засыпая на несколько дней. Чем-то криминальным это назвать было нельзя - большая часть омег делает практически так же, за одним исключением - зная о приближении течки они начинают много есть. Чуя, мало того, что не делал так, но и предпочитал игнорировать все нравоучения со стороны бывшего хирурга. Одзаки волновало это не меньше, чем факт о истинности двойного чёрного. Девушка перевела взгляд на полку, которую до этого осматривал Огай. Взгляд упал на «Ромео и Джульетта» Шекспира. Коë прикрывает рот. Символично. – О чëм-то задумались? – Мори возвращается на привычное место у стола, подпирает рукой подбородок и осматривает стопки бумаг. Коë вздрагивает, словно выйдя из транса, но тем не менее спокойно отвечает: – Да. Мори-сан, Вы не могли бы с ним... Ещë раз поговорить. – Могу, но есть ли смысл? – Произносит Мори с лёгкой усмешкой. – Он не услышал меня в первые несколько раз и сейчас не услышит. Вы слишком волнуетесь за него, госпожа Одзаки. Ему уже двадцать два и он четыре года как ответственен не только за себя. Пусть поступает, как знает. Ошибки могут многому научить. Коë тяжело вздыхает. – Если эти ошибки не стоят слишком дорого. *** Осаму отпустил мальчика сразу, как только перешагнул порог. В его квартире практически ничего не поменялось за четыре года: только в прихожей появились коврик и небольшой комод, а старый диван сменился на новый, девственно чистый. – Располагайся. Тут не так уютно, как у вас, но, думаю, нам это не помешает. Мальчик хмыкает и идëт к подоконнику в комнате-кухне. – Что-то не так? Слушай, я понимаю, что для тебя я просто рандомный мужчина с улицы, и ты с удовольствием провëл бы эти дни с Коë. – Всë нормально, просто папа странно себя вëл. – Странно? – Осаму замирает, вспоминая их совместное задание, звонок и поведение Накахары во время дневной встречи. Вроде всë было как обычно. Если это можно назвать «обычно», ведь после смерти Оды они не общались и Дазай не мог сказать наверняка. Странно. Как странно? Что четырёхлетний ребëнок вообще может иметь под этим словом? Всë же Осаму не психолог. Тем более не детский. Узнать о человеке информацию с помощью наблюдательности, надавить на «слабые» точки и манипулировать - пожалуйста. С детьми ему сложнее - они сами не понимают что и зачем делают. – Не знаю. – Хидики отрывается от вечернего города и оборачивается в сторону Дазая. Они оба замолкают: Осаму, потому что забылся в мыслях, Хидики просто потому что не хочет говорить. *** Накахара поднимается и машинально смотрит в календарь. Суббота. Значит прошло уже четыре дня с начала течки. Он выбирается из тëплой постели, разминая затëкшие мышцы. Несколько дней сна не прошли незаметно - если в первый день живот тянуло от возбуждения из-за феромонов Осаму, то сейчас виной этому ощущению было полное отсутствие еды. Рыжий вышел на кухню, открыл холодильник и, достав молоко, разом осушил пачку. Жидкость обожгла холодом пищевод, переместившись в желудок. Парень прокашлялся. Может Мори и был прав. «Отписаться Осаму и Мори-сану.»– Подумал Накахара, возвращаясь в комнату, чтобы уложить волосы и в целом привести себя в порядок. Смотря в зеркало он пропускает сквозь зубы нервный смешок. Огненные волосы спутались и больше напоминали клубок ниток, с которым поиграл непоседливый котëнок. Неожиданно раздался звонок. Матерясь Чуя пошëл открывать дверь, надеясь увидеть кого угодно только не... «Огай. Блять.»– Проносится в голове и Чуя делает шаг назад, видя перед собой Босса. – Думаю ты и сам знаешь зачем я здесь. – Знаю. Но Вы тоже знаете, что это бессмысленно. – Да, но Коë уж очень меня просила провести для тебя эту лекцию в... – Огай задумывается, – в девятый раз. – Нет нужды. Это последний раз, когда я так делаю. Мори недовольно фыркает, поправляет алый шарф и продолжает, зная что словесный поединок не окончен. – Чуя-кун, я настоятельно прошу тебя, как омега омегу, – мафиози кладëт руку на плечо члена исполкома и слегка сжимает, – не нужно избегать своих инстинктов. Ты, безусловно, можешь не иметь контакта с альфой, и у меня партнëр отсутствует уже несколько лет, но тебе нужно хоть немного набирать в весе перед течкой, чтобы оставаться в норме. – Раз уж мы начали, то этот диалог закончится нескоро. Проходите, я напишу Дазаю и вернусь к Вам. Огай кивает, проходит дальше по коридору в светлую гостиную и садится в мягкое серое кресло. Чуя открывает чат с Осаму и слегка удивлëнно отмечает, что бывший напарник, похоже, неплохо справился с ролью няни, раз уж не написал ни одного сообщения за всë время. Накахара быстро набирает: «Утречко. Можешь вернуть ребëнка.» Хватает расчëску, быстро проходится по волосам, стараясь придать им болле культурный вид, после собирает в пучок и выходит к Мори, рассматривающему детскую книжку, которую он взял на столике возле дивана. – Любимая сказка Хидики. Странно, что он не взял еë с собой. Огай, погружённый в свои мысли, не заметил как вошëл хозяин квартиры, отчего вздрогнул. Мори поднял глаза и проследил за Чуей, который с ногами забрался на такой же серый, как кресло, диван и прислонил голову к его ручке. – Мори-сан, можно мне задать Вам вопрос? – Ты уже задал. – Улыбается Огай, потирая переносицу и пытаясь увести тему в русло, нужное ему. – И всë же. – Чуя отступать не планирует. Будь Мори хоть сто раз его начальником сейчас он находится на территории Накахары, поэтому рыжий устремляет свой взгляд на него. – Хорошо. Я отвечу на один вопрос и мы закончим на этом. Что ты хочешь от меня услышать? – Про какую ошибку в своей жизни Вы говорили четыре года назад, убеждая меня сохранить беременность? Огай замер, не ожидав такого вопроса. По какой причине он решил спросить именно об этом, просто... Зачем?