Вернутся к фанфику
Ты моя смерть. Санеми NSFW
1 ноября 2024, 05:20 — Санеми!
— Да, моя дорогая. Кричи мое имя, я хочу слышать тебя, — хрипло произносит он.
Ты стоишь на коленях, пока он врезается в тебя сзади, проникая так глубоко и резко в твое лоно, что ты на грани потери сознания от наслаждения. Ты бы давно упала, если б Санеми не прижимал твое ослабевшее от оргазмов тело к своему, обвив его руками. Ты чувствуешь, как его член увеличивается, а движения становятся неровными. Переплетаешь свои пальцы с его, когда он кончает в тебя, укусив твое плечо.
Несмотря на свою дикую, практически животную страсть, после пережитого удовольствия Санеми аккуратно укладывает тебя на постель, бережно растирает твои перенапрягшиеся мышцы, невесомо касается своими губами твоих истерзанных прежними жадными поцелуями губ, одновременно оглаживает твою грудь, живот, опускается ниже, обводит пальцем сверхчувствительный после ваших утех клитор. Ты рефлекторно выгибаешься под ним.
— Санеми… — тихо скулишь ты, возбуждение вновь охватывает тебя, но уже не такое острое, ведь первоначальная похоть удовлетворена.
Его ласки мягкие, неторопливые, оргазм подступает медленно, но тебе это нравится. Именно такая нежность от Санеми служит еще одним доказательством того, что он любит тебя.
Когда все заканчивается, Санеми баюкает тебя в своих объятиях, в твоих глазах блестят слезы счастья.
Наутро Санеми покидает Дом Глицинии, в котором вы остановились на несколько дней, так как в близлежащих поселениях развелось много демонов, которых поручили уничтожить, и мотаться туда-сюда в Поместье Ветра было нерационально.
Уверенная в собственной безопасности — на деревню с Домом Глицинии нападет только совсем уж свихнувшийся демон — ты отправляешься на прогулку. Прикупив для своего сладкоежки охаги, ты идешь в полюбившуюся тебе чайную. Тамошняя хозяйка — добрейшей души женщина средних лет, всегда приветливая — сегодня кажется тебе напряженной. Однако она все так же вежлива и учтива, и ты не придаешь значения закравшейся у тебя тревоге, наслаждаясь терпким и ароматным, но почему-то чересчур сладким чаем. Ты не успеваешь спросить, почему она, успев узнать о твоих предпочтениях, подала тебе такой, как комната плывет перед глазами, а к горлу подступает тошнота. С пересохших губ срывается хрип, прежде чем ты проваливаешься в темноту.
Ты не знаешь, как долго плывешь во тьме. Следующее, что ты чувствуешь, — это боль. Она ломает кости, разрывает мышцы на части, вспенивает кипящую кровь, чтобы собрать новую тебя. Ты этого не осознаешь, но твое тело бьется в агонии, сотрясается от судорог. Ты думаешь, что это состояние безостановочных пыток вовсе не закончится. Твой разум ломается, воспоминания утекают одно за другим, словно их уносит бурная река. Ты вопишь, просишь, сама не знаешь кого или что, не забирать их у тебя. Очень-очень далеко раздается мерзкое злорадное хихиканье, и ты хочешь бежать на этот звук, заткнуть его, но не можешь — ты не ощущаешь собственное тело. Единственное воспоминание, которое из последних сил задерживается в твоем мозгу, — имя «Санеми», но вскоре исчезает и оно. Наступает абсолютная пустота. Тебе страшно. А потом приходит она.
Жажда человеческой плоти. Ее не обуздать, можно удовлетворить лишь на время, а потом все по новой.
— Добро пожаловать в ряды демонов, милая, — разрезает тишину отвратительный голос.
Разобравшись с шестью демонами, Санеми возвращается обратно, успев соскучиться по тебе. Его сердце ухает куда-то вниз, когда он, едва переступив порог Дома Глицинии, слышит истерический вой. Мгновение спустя он добирается туда, перед ним — обеспокоенная хозяйка Дома, Акияма-сан, и неизвестная ему женщина. Последняя с испугом поднимает на него красные, опухшие от слез глаза, ее губы так дрожат, что она не может вымолвить ни слова
— Где? — выдыхает Санеми.
— Господин Шиназугава… — начинает Акияма-сан, а вторая рыдает пуще прежнего.
— Где моя жена? — вопит он.
— Господин Шиназугава, — шепчет незнакомка. — Я Сато-сан, владею чайной, в которую любит заглядывать Ваша жена. — она говорит медленно, прерываясь на всхлипы. — Этим вечером… этим вечером она приходила ко мне… Поймите меня, господин Шиназугава… У меня дети… Я не могла иначе… — она униженно падает на колени.
— Что это значит? — сквозь зубы рычит Санеми.
— Демоница… — сотрясаясь от плача, отвечает Сато-сан. — Ко мне пришла демоница… Пожалуйста, поймите меня… — повторяет она, как мантру. — Демоница угрожала убить моих драгоценных малышей… Ей нужна была Ваша жена… — при твоем упоминании у Санеми леденеет кровь. — И я… я согласилась заманить ее и отдать демонице… — воздух густеет от его гнева. — Взамен она должна была сохранить жизнь моим детям…
— Но, конечно, обещание она не сдержала и забрала и их тоже! — вмешивается Акияма-сан, злобно смотря на Сато-сан.
Глаза Санеми наливаются кровью. Он бесцеремонно хватает виновницу его бед за ворот кимоно и трясет, как тряпичную куклу. Сато-сан не сопротивляется, покорно переносит грубое обращение.
— Для чего демонице моя жена? — орет он ей в лицо.
— Я… я не знаю… — хрипит Сато-сан.
— Дура бесполезная! — он небрежно отпускает ее, и она валится на пол.
— Демоница… — произносит она, — демоница что-то бормотала про Вас, господин Шиназугава, про месть…
Санеми хмурится.
— У нее были в глазах надписи?
— Я… я не помню… — бормочет Сато-сан.
— Так вспоминай! — вновь повышает голос он.
— Не помню… Я так напугалась, когда она подкралась ко мне, — закрыв лицо руками, женщина разрыдалась.
— Господин Шиназугава, — вмешивается Акияма-сан, — если речь была про месть, Ваша жена наверняка еще жива. Простите, что не уберегла ее, — виновато произносит она.
— Не стоит. Виновата только эта… — он презрительно кивает в сторону съежившейся Сато-сан.
Развернувшись, Санеми мчится на твои поиски. Ты пропала не так давно, значит, еще есть шанс спасти тебя. Думать об ином варианте он отказывается. Через час прочесывания окрестностей он чувствует в лесу присутствие двух демонов: один сильный, вероятно, кто-то из Лун, а второй совсем слабенький и истощенный. Санеми ускорился, крепче сжав катану.
— Так-так-так, — раздается противный голос, — а вот и наш великий Хашира Ветра. Ой, а почему такой злой? — притворно удивленным тоном начинает демоница, оставаясь в тени.
— Где моя жена, тварь? — в бешенстве рычит Санеми так, что качаются ветви деревьев.
— Ну-ну, не кричи так, у меня нежные ушки, — обижается демоница.
— Я тебе их сейчас отрежу вместе с башкой, чудище!
— Хорошо-хорошо, сейчас покажу, — она выходит вперед, Первая Низшая Луна, отмечает Санеми.
На некотором расстоянии от нее появляется тот самый демон, которого Санеми определил как слабого. Его полностью обвивают тонкие щупальца, исходящие из руки Первой Низшей, на земле перед ним непонятный комок, спрятанный щупальцами потолще.
— Смотри внимательно, Хашира Ветра, — напевает Луна, освобождая лицо второго демона. Глаза Санеми расширяются от ужаса. — Сюрприииз! — радостно визжит она. — Правда, твоя женушка стала только краше?
— Я убью тебя, мразь, — мрачно говорит Санеми.
Первая Низшая безумно хохочет, запрокинув голову, одновременно отзывая щупальца с комка, оказавшегося двумя ранеными сыновьями Сато-сан. Почуяв кровь, ты открываешь глаза, пытаешься выпутаться из оков. Еда, перед тобой еда, а ты очень голодна.
— Давай, убивай, — серьезно произносит Луна. — Но помни, как только ты на меня нападешь, моя техника перестанет сдерживать твою дражайшую женушку, и она сожрет этих малявок. Или ты без колебаний отсечешь голову своей любви так же, как когда-то моей? — Санеми не понимает, что она имеет в виду. — Не помнишь, Хашира Ветра? — оскаливается Первая Низшая, ее глаза светятся яростью. — Два месяца назад ты посмел уничтожить моего возлюбленного, Четвертую Низшую Луну. Будет справедливо, если умрет твоя жена. Жизнь за жизнь.
— Тварь, — с ненавистью шипит Санеми.
— От твари слышу, — парирует Луна. — Ну же, не заставляй меня ждать, нападай, — подначивает она, убирая от тебя еще несколько щупалец, твои освобожденные руки сразу тянутся к детям. — Правда, красавица?
Санеми переминается с ноги на ногу. Ситуация кажется ему безвыходной — что бы он не предпринял, он все равно проиграет. Отчаяние больно отдается у него в груди. Ему придется убить тебя, он обязан. Нет больше его чудесной жены, беззаветно любившей его и отдающей ему себя без остатка. Теперь на ее месте — помешанная на людской плоти демоница без воспоминаний. Санеми с горечью прикрывает веки. Чем же он так нагрешил, что судьба вынуждает его во второй раз убивать родного человека. Открыв глаза, он решительно направляется к тебе, замахнувшись катаной.
Первая Низшая замирает, пораженная выбором Хашира Ветра. Он собирается обезглавить собственную жену. Кто еще из них демон?
Такой расклад рушит ей все планы, и она перемещается за твою спину, выставив тебя, как щит. Санеми застывает перед вами. Ты громко рычишь, недовольная тем, что тебе не дают еды, когда она так близко. До тебя отдаленно доносятся вопли Хашира Ветра. Он кричит какое-то имя, которое ни о чем тебе не говорит. Ты не знаешь, кому оно принадлежит. Чувствуешь на себе его прожигающий взгляд. В твоей голове теперь вертится одна мысль, этот мужчина — враг. Но потом ты видишь в его глазах неприкрытую муку и печаль. Он продолжает громко произносить имя, и сейчас ты прислушиваешься, перестав извиваться. Через минуту ты понимаешь…
— Са… не… ми… — зовешь его ты совершенно чужим голосом.
— Ах ты мерзавка! — Первая Низшая Луна в ярости.
Спиной ты ощущаешь, будто тебя засасывает в воронку, и истошно орешь. Краем глаза замечаешь бегущего к тебе Санеми. «Нужно ему помочь», — судорожно соображаешь ты. Ты со всей силы ударяешь Первую Низшую затылком в лицо и вцепляешься в удерживающие тебя щупальца. Ты слишком слабая по сравнению с Луной, но из-за эффекта неожиданности она на долю секунды теряет концентрацию и выпускает тебя. Этого достаточно, чтобы пригнуться, позволить Санеми уничтожить демоницу. Обессиленная и голодная, ты теряешь сознание.
Санеми впервые понимает Камадо Танджиро. Тяжело, очень тяжело допустить гибель того, кто бесконечно тебе дорог. Долг охотника в нем борется с любовью к тебе. Рука, держащая катану, сама невольно зависает над твоей шеей. Смерть будет для тебя милостью, ты даже ничего не почувствуешь, поскольку находишься в отключке. Но ты сумела его узнать, возражает он сам себе. Хватка на рукояти начинает ослабевать. Воспоминания о тебе, о вас двоих обрушиваются на Санеми, как лавина. Он не может тебя убить. Не после того, что между вами было, и не после того, как ты помогла ему уничтожить Первую Низшую. Санеми уверенно возвращает катану в саю, подхватывает тебя на руки, затем раненых детей, и отправляется обратно в деревню.
По пути у него мелькает неуместная мысль о том, что ему тоже надо обзавестись деревянным ящиком, чтобы таскать своего личного демона.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!