Вернутся к фанфику
Умопомрачительная девушка. Кокушибо
4 августа 2025, 10:30 — Жалкая смертная! Тебе не убить великолепного меня! — с пафосом декламирует демон.
— Для того, кто столько месяцев прожил в театре, ты играешь ужасно фальшиво, — замечаешь ты.
— Ты ничего не понимаешь в истинном искусстве, глупая охо… — чудище утомляет тебя сверх меры, и ты поспешно сносишь ему голову.
Наконец-то становится тихо. Работа выполнена, теперь можно с чистой совестью отправляться в Дом Глицинии. Там тебя ждет горячая еда и мягкая постель. Ты уже предвкушаешь провести остаток ночи в мире и гармонии, как позади тебя вдруг скрипят половицы.
— Ну кого еще сюда принесло? — ты не скрываешь своего недовольства. — Если еще не поняли, сегодня кабуки не работает.
— Меня не интересуют дешевые представления, — мужской голос отдает могильным холодом.
Ты резко разворачиваешься. Перед тобой действительно мужчина, но не обычный.
— Первая Высшая Луна, — медленно читаешь ты кандзи в его глазах.
— Охотница на демонов, — отзывается он.
Несколько минут вы пялитесь друг на друга, словно прощупываете почву. Конечно, он явился сюда не мило поболтать. Жаль будет помереть в низкосортном театре, но от тебя все равно ничего не зависит.
— Продемонстрируй свои способности, — нарушает молчание Луна.
— Чего? — недоверчиво переспрашиваешь ты.
— Покажи мне свои навыки фехтования, — поясняет он.
— Зачем тебе? — хмыкаешь ты.
Демон закатывает глаза, все три пары — со стороны смотрится очень забавно, и ты хихикаешь. Он бросает на тебя такой ледяной взгляд, от которого любой другой бы застыл на месте. Ты же просто вновь становишься невозмутимой.
— Что тебе дадут мои навыки? — уточняешь ты.
— Я убиваю своих противников исключительно в бою, — отвечает демон.
— Ты издеваешься, что ли? — не может ведь он говорить это всерьез.
— Отнюдь, — Первая Высшая достает свою катану.
Ты тяжко вздыхаешь. Похоже, с логикой у него беда, придется разжевывать очевидное.
— Ты сильнейший демон, если не считать Музана. Тебе лет двести как минимум. Мне всего двадцать, из которых только четыре я работаю на Организацию охотников. И я даже не Хашира. Смекаешь? — ухмыляешься ты. Терять-то все равно нечего.
Первая Высшая не в восторге от твоего снисходительного тона, хоть никак этого и не проявляет внешне.
— То есть, ты сдаешься, даже не попробовав? — нет, ну он безнадежен.
— Я моргнуть не успею, как ты разрубишь меня своим странным оружием, — терпеливо втолковываешь ему ты.
Губы демона презрительно кривятся.
— Организация опустилась на самое дно, — с отвращением произносит он. — Убуяшики набирают в свои ряды всякий сброд, — если он планирует таким образом унизить тебя или, наоборот, поднять твой боевой дух, то у него вообще не получается. — Что ты за охотник, раз отказываешься исполнять свой долг?
— Нормальный охотник, — отвечаешь ты. — Смотри. Я от тебя не убегаю с воплями и криками, — начинаешь загибать пальцы ты, — не зову на помощь, потому что не хочу подставлять своих товарищей. Не пресмыкаюсь перед тобой, мол, пощади бедную несчастную меня, — ты притворно причитаешь на последней фразе. — Просто стою и жду, когда ты меня убьешь.
— Хм, — Луна скрупулезно обдумывает твои слова. — Убить воина, который не сопротивляется? — потирает подбородок он, размышляя вслух. — В этом нет ни капли чести.
Какой он все-таки смешной. Запрокинув голову, ты громко хохочешь. Первая Высшая глядит на тебя, как на сумасшедшую.
— Честь? Честь?! — ты с трудом восстанавливаешь дыхание. — Демон говорит о чести?
— По-твоему, у демона ее быть не может? — спрашивает он.
— Не может! — отрезаешь ты. — Откуда ей взяться? Вы жрете людей направо и налево.
— Равно как и вы употребляете в пищу животных и рыбу, — парирует Луна.
— Это другое, — возражаешь ты. — Мы, люди, никогда не были какой-нибудь курочкой или тунцом. А вы, по сути, жрете себе подобных. Вы ведь тоже раньше были людьми.
— Демоны всегда будут выше людей, — высокомерно заявляет он. — Демоны превосходят их во всем.
— Хе-хе, пару минут назад твой демон сдох, как псина подзаборная, от моих рук, — ты трясешь ими перед ним, — от рук человека.
— Через пару минут ты, человек, умрешь от моих, — огрызается Первая.
Ты обреченно вздыхаешь. Бесполезный разговор надоедает. Ты устраиваешься на ближайшую лавку, достаешь из сумки моти и флягу с водой. Кажется, своими действиями ты сломала демона.
— Ой, не делай такое оскорбленное лицо, — ты откусываешь от десерта, сладенько и вкусно. — Могу я хоть перед смертью поесть? Тебе сложно пять минут потерпеть?
— Ты странная, — выдавливает Первая Высшая.
Ты только пожимаешь плечами, продолжая жевать, пока демон стоит над тобой. Через минуту ты не выдерживаешь.
— В ногах правды нет, — ты похлопываешь рядом с собой. — Присаживайся. Хочешь, пожертвую тебе свой палец? Поужинаем вместе, так сказать.
— Ты странная, — повторяет он.
— А ты скучный, — находишься ты. — Так сядешь или нет?
— В твоем пальце не нуждаюсь, — демон все же располагается неподалеку.
— И на том спасибо, — раздается бурчание с твоей стороны.
Ты внимательно изучаешь своего компаньона на эту ночь. Он достаточно привлекательный, правда, его красота скорее пугает, чем восхищает. Весь его облик излучает опасность. Если бы не осознание абсурдности затеи, ты бы сейчас бежала от демона без оглядки. Дрожь от страха длится долю секунды — рациональная до мозга костей, ты легко успокаиваешься. Надо бы разрядить обстановку. Раз «кавалер» попался аморфный, придется справляться самой.
— Луна сегодня прекрасная, — решаешь поддразнить его.
Наверное, Первая Высшая за все свои столетия так не удивлялся, как за десяток минут, проведенных с тобой.
— Да расслабься ты, — ты панибратски хлопаешь его по плечу. — Напрягся, будто я тебе любовь до гроба предлагаю.
— Чего ты добиваешься? — спрашивает он.
— Да ничего, — весело отвечаешь ты. — Жить мне осталось недолго, так почему бы не подшутить над тобой? Ты — Луна, и внешне ты прекрасен.
— У тебя ужасное чувство юмора, — отзывается демон.
— У тебя его вообще нет, — парируешь ты. Доев моти и запив их водой, ты вытираешь рот. — Я все. Убьешь меня сейчас или еще поболтаем? Советую второй вариант, ибо когда ты еще встретишь такого интересного собеседника. — на самом деле, в глубине души тебе страшно умирать, просто показывать ты это не желаешь.
— Признайся, ты боишься и пытаешься оттянуть неизбежное, — не дождется.
— Это ты боишься, что тебе так понравится общение со мной, что мы проговорим до рассвета, потом ты сгоришь на солнышке, а Убуяшики похвалит меня за острый ум и пожалует звание Хашира, — невинно улыбаешься ты.
— Это вызов? — уточняет демон.
— Пускай будет вызов, — киваешь ты.
— Ты проиграешь, — обещает он.
— Покажи свою катану, — пропустив его слова мимо ушей, просишь ты.
Первая Высшая вертит ею перед твоими глазами. Оружие выглядит необычно, на клинке куча глаз. Движимая любопытством, ты дотрагиваешься до него, ощупываешь и поглаживаешь. Поверхность приятная и почему-то теплая.
— Это ведь не ничирин? — спрашиваешь ты.
— Нет, — соглашается Луна. — Клинок сделан из моей плоти.
— То есть, сейчас я фактически ласкаю тебя? — ты резко отдергиваешь руку. — Фу, какая пошлость.
Его губы слабо подрагивают, словно он силится улыбнуться.
— Я ни разу не видела демона с катаной, — твое замечание возвращает серьезность. — Ты был самураем? Или… — ты взволнована собственной догадкой, — или охотником на демонов?
— И тем, и другим, — Первая Высшая впивается взглядом в твое побледневшее лицо. Тебе жутко. — Ну же. Задай тот самый вопрос.
Почему ты стал демоном?
— Тебе удобно смотреть шестью глазами? — выпаливаешь ты вместо этого.
— Дело привычки, — отвечает он спустя продолжительное время.
— Понятно, — ты лихорадочно придумываешь, что делать дальше. — Ты можешь рассказать про свое прошлое? — демон предупреждающе смотрит на тебя. — Что-нибудь безобидное, — поправляешься ты, — какую одежду носили, какие песни пели. Вот что-то подобное.
— Хорошо, — сдается он.
Ты не замечаешь, как быстро пролетают часы. Слушать размеренную речь Первой Высшей и впрямь интересно. Он оказывается превосходным лектором. Спокойный низкий, чуть с хрипотцой голос погружает тебя в атмосферу реалий, существовавших четыре века назад.
Тем сложнее возвращаться в настоящее, где финал твоей жизни уже предрешен.
— Рассвет близок, — прерывает свой экскурс в историю Луна.
— Что ж, признаю свое поражение, — преувеличенно бодро произносишь ты. — Только не жри меня наживую.
— Диктуешь условия? — подначивает демон.
— Нельзя? — смеешься ты. Теперь это точно нервное.
Он не разделяет твое веселье. Молча встает и подает тебе руку. Ты послушно хватаешься за нее.
— Только не проси опять сразиться с тобой, — говоришь ты. — Я хочу спокойно помереть, а не запыхавшейся и раненой.
Он заходит тебе за спину, обнимает твой живот и грудь.
— Знаешь, быть убитой не каким-то паршивым демоном, а самой Первой Высшей Луной, это даже почетно. Жалко, похвастаться не получится, — никак не умолкаешь ты.
— Вот же болтушка, — почти ласково шепчет он тебе на ухо. — Расслабься, — просит он, чувствуя твое напряжение, — больно не будет.
«Не соврал», — твоя последняя мысль, прежде чем тепло засасывает тебя внутрь.
Поглотив свою жертву, Кокушибо еще несколько секунд стоит неподвижно. Он не может объяснить себе, почему выбрал для нее именно этот способ убийства.
Первый человек, которого он лишил жизни не катаной.
Первый человек, который вызвал у него… уважение? Любопытство? Симпатию? Этим ли обусловлено странное желание сохранить в себе эту девушку, а не оставить в луже крови на гнилом полу дешевого кабуки?
Кокушибо не знает и, пожалуй, не хочет узнавать. Все кончено, а, значит, дальнейшие размышления нерациональны.
И все же голос в его голове настаивает, что он поступил опрометчиво.
— Думал, избавился от меня? Хе-хе-хе, рано радовался, шестиглазый! — звонко произносишь ты.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!