Глава 10. Словесная перепалка.

Переодевшись, вышел в коридор, но Сорокина там не было. Скорее всего он уже спустился вниз к остальным и там дожидается моего прихода. Уже зайдя за поворот на лестницу, меня окликнул кто-то из того же коридора, по которому шёл всего пару секунд назад. Вернувшись назад мне стало ясно что меня окликнул Будаев со стороны где была моя комната. — Поди сюда, на. Дельце есть – громко он произнёс на весь коридор. Мне было ясно, что взаимодействовать с ними не стоит. Пускай лучше подождут. «Дела делами, а обед по расписанию!», так меня учил отец. — После обеда, около входа в столовую – быстро ответил я, и пошёл спускаться по лестнице вниз. Он ничего мне даже в след не добавил, возможно оно и к лучшему. Что на этот раз они от меня хотят? Неужели рассчитывали на легкомыслие с моей стороны? Вполне себе вероятно, но иметь с ними дело в закрытых помещениях не очень и хочется. Ничего иного, кроме мести им в голову точно прийти не может, ведь иначе они будут противоречить своим же понятиям, которыми так одержимы. Спустившись к остальным во двор, Лилия Павловна кинула на меня осуждающий взгляд за задержку. Лучше бы она такой взгляд бросила не в мою сторону, а в сторону Пятифана и Будаева, для них это будет как раз уместно. Не дожидаясь их прихода, мы, как и всегда направились в столовую. Вырисовывается уже картина того, что они ходят почему-то отдельно от остальных. Конечно это демонстрируется впервые, но видя, как Бабурин ходит в столовую, так и напрашивается мнение, что у них есть какая-то другая еда… Вполне возможное предположение, ведь как говорили древние Греки: «Если вы не видите пирамид, это не значит, что их нет». В столовой ко мне подсел Сорокин и я начал задавать ему вопросы, параллельное поедая свою порцию борща: — Слушай, а ты не знаешь, куда постоянно пропадет «банда» Пятифанова, после столовой? — Если честно, сам иногда задавался этим вопросом. Судя по моим наблюдениям, они чаще всего просто сидят друг у друга в комнатах, либо сидят на улице и ждут, чтобы докопаться до кого-то из «опущенных» - ответил он. Мне конечно же было известно про то, кто такие опущенные и то что существуют какие-то масти, но полностью мне они были неизвестны. Надо бы узнать сколько их. — А ведь существует много разновидностей этих «опущенных», я ведь прав? — Естественно, с воображением у советской молодёжи было недурно. Всего есть тридцать три масти, из них четыре нормальные и двадцать девять мастей опущенных. — А какие их разновидности есть? — Ну смотри. К нормальным относятся: блатные, приблатнённые, третий стол и пацаны. Блатные – считай, что элита всея округи. Приблатнённые – то же самое, но по каким-то причинам ещё не блатные. Третий стол – внезапные выходцы из пацанов. Пацаны – это обычные рядовые сидельцы причастные к каким-либо бандам. Среди опущенных знаю лишь названия, поэтому лишь перечислю и то не всех. Форшмаки, черти, нехватчики, прачки, слуги, шныри, козлы, маслобойщики, вафелы, вертолёты, морфеи, дятлы, кругляки, водолазы, парашютисты, ну и конечно же петухи. Видно, что старались и придумали каждому свою роль в тогдашних тюрьмах… — А откуда ты знаешь все эти масти? Неужели ты… - протянул я, задаваясь сомнением, в отношении Сорокина. — Нет. Я не участвую в этих всех разборках – спокойно ответил он, вставая со своего места, чтобы отнести посуду — Есть тот, кто играет и тот, кто счёт ведёт. Я веду счёт, так что я неприкосновенен – сказал он, уходя в сторону прилавка для отдачи посуды. Хм, значит тот, кто счёт ведёт… Звучит интригующе. Скорее всего я теперь отношусь к подобным ему, ведь мне не нужно будет участвовать в каких-либо «стрелках» и разборках. Конечно не буду иметь авторитета, но зато буду иметь право голоса в своём классе, а это более существенный фактор. Закончив с обедом, я отнёс всю посуду к прилавку и направляясь к выходу вспомнил, о чём мы говорили с Будаевым. Лучше такое не игнорировать, ведь сам предложил, значит сам и приду. Выйдя на улицу, как обычно, ушёл влево относительно входной двери. Однако когда повернулся, то увидел, что «банда» Пятифанова стояла с другой стороны. Бабурин меня заметил и сразу не стесняясь присутствия других людей начал мне громко говорить: — Лошара, иди сюда! Я никуда не сдвинулся, продолжая холодно смотреть в его сторону и решил подействовать на остроумие: — Я там, где должен быть. Семён это воспринял как вызов. — Быстро, бля, подскочил! — Говори оттуда, я слышу – ответил я ему. Даже Рома начал как-то странно смотреть на Семёна, будто это не входило в его планы. Он старался сохранять внешнее спокойствие и уверенность, однако его пассивность говорила о другом. — Ты чё? Не понял, петушара?! – воскликнул толстяк. Главное держать спокойствие и не показывать даже тень эмоциональности, иначе мне крышка… — Зачем разговариваешь, если не нравлюсь? – спросил я. — А ты че, баба, чтоб мне нравится или не нравится, пидарок худощавый! – он продолжал произносить оскорбления, будто его недостаточно сильно тогда избил… Надо уйти от этого бессмысленного разговора, а иначе драка будет неизбежной. — Тогда вообще нет темы для разговора – сказал я, с намёком на то, что наш разговор абсолютно бессмысленный. Предсказуемо, что Бабурин не то что намёков, но даже грубых слов не понимает, ведь он совершенно не унялся и продолжил: — Тема есть, гандон, я тебе башку щас снесу! Не логично идти на такое при всех, но он явно «отмороженный», так что сможет пойти на это, так что нужно быть осторожнее. — Не трать свое время, веселья в этом нет. — Ошибаешься, это очень весело, недоумок, потому что ты попал! – усмехнулся он, разминая свои костяшки. — Не спеши – холодно ответил я, чтобы показать своё бесстрашие на его фоне. «Все» видели, как я его уже избил и что он себя представляет. — А я и не спешу, терпила, просто пришло твое время раком стоять! Вот оно, значит хочет опустить, правда у него этого сделать не выйдет, ведь он уже совершил ошибку, приняв меня за лёгкую мишень. — Найди других для своих желаний. — Братва, смотри на этого клоуна, он типа базарит еще! Даже проходящие мимо дети начали останавливаться, чтобы посмотреть за нашим разговором и узнать, чем всё это закончиться, правда их было уже не так много, так что было всё равно. — Клоуны в цирке, есть что по делу, говори! Видимо это уже его задело, и он начал терять «нить» разговора и начал судя по всему паниковать: — Так ты деловой, че за проброс, рамсы попутал?! Достаточно, нужно пытаться уйти, но так, чтобы это выглядело как «попускание» такого быдла как Бабурин. — Время идет, есть еще дела, пора расходиться. — Че за дела, ты кто, мать твою, такой? — Визитки с собой нет, с какой целью интересуешься? — С такой, че, сука, обосрался? Выглядит всё совсем наоборот, один лишь тон чего стоит… — Подгузники не ношу, нет таких проблем. Видимо наконец-то у Семёна закончились все возможные попытки докопаться до меня, и он посмотрел на своих друзей и недвусмысленно сказал: — Ну так мы тебе устроим проблемы, да, пацаны?! Не дожидаясь их решения, я дал нейтральный ответ: — Мне не нужны проблемы, найдите толпу таких же и им устраивайте проблемы. Все смотрящие за этим, просто молча ждали завершения всей этой ситуации. — Я знаю, кто ты такой - ты трусливый уебок, которого мы нагрузим пиздюлями! Не задумывается этот прыщавый о том, что за это предусмотрена статья. Думаю, «Покушение на убийство» хорошо подойдёт к данной ситуации. — Лишение свободы от трех до 15 лет, оно тебе надо, найди кого-то еще. Пятифанов уже видимо устав всё это слушать одёрнул Бабурина за плечо, но тот лишь продолжил, будто ничего не заметил: — Ладно, задрот, пошел в жопу отсюда, пока не передумал! Ещё и условия мне ставит… — Не мое имя и не мое направление, но решение правильное. — Ты че, блять, не понял, вали нахер отсюда, тормоз! Надо произнести решающий аккорд перед уходом, чтобы дать понять, что это ещё не конец. — Прощаться не буду, разойдемся молча – холодно ответил я, уходя в сторону общаги. Я был уверен, что для наблюдавших стал чуть ли не их кумиром, ведь настолько ясно отшить главного быдлона всего острова было дано не каждому. Мне же удалось сохранить самообладание и не произнести ничего лишнего и при этом абсолютно без шансов разбить «эго» Бабурина. Думаю, об этом скоро узнают все. Пускай в мою сторону полетят сплетни, а тем более от Кати, зато я вновь демонстративно показал бесполезность Семёна на фоне меня. Одно непонятно мне: «Почему Пятифанов и Будаев его ещё терпят, ведь он для них лишний груз в прямом и переносном смысле?». Возможно скоро узнаю ответы на вопросы, а сейчас остаётся только вернуться к себе и чем-нибудь себя занять.