Часть 8. Эстель из Имладриса

      — Хватит рыдать, — сказала Лола самым убедительным тоном, на который была способна. — Хватит.       Но ничего не получилось. Она снова поднесла окровавленную ладонь к лицу — и снова расплакалась, больше от страха, чем от боли. На самом деле, боли уже почти и не было: рука онемела и явно не меньше неё пребывала в шоке от сложившейся ситуации.       А ведь Лола не то что не могла предположить, что так случится — будь она в прежнем мире, этого не случилось бы точно. Просто здесь с её потрясающим везением смешалась магия.       Но обо всём по порядку.       Прежде чем стать барабанщицей и чирлидершей, Лола перепробовала кучу разных видов спорта: она занималась и танцами, и акробатикой, и скалолазанием, и даже ходила в цирковую студию — в первую очередь потому, что мама заботилась о её с детства не слишком крепком здоровье и считала, что нет способа надёжнее, чем спорт, чтобы укрепить его. Таким образом она приобрела большинство имеющихся навыков и хоть какое-то понятие дисциплины. А дедушка Джин научил её ещё двум важным в жизни навыкам: стрелять из пистолета и метать ножи. Правда, было ей на тот момент лет десять, а Джин чуть больше, но, в любом случае, это был тот опыт, от которого они обе были в большем восторге, чем от любых кукол и книжек. Да и вообще, дедушка этот был классный: он внешне напоминал корейца, но говорил хрипло, с сильнейшим русским акцентом, имел вайбы Бориса Бритвы из фильма «Большой куш» и привил маленьким девочкам страсть к холодному оружию. Хорошее было время. Отличная игра.       Вернëмся в Средиземье — туда, где Лоле снова стало скучно. Леголас где-то пропадал с самого утра, и хотя Лола не считала его своим другом, ей вдруг показалось это обидным. С другой стороны, доступ в комнату эльфа у неё был, а именно там лежали книги, которые она давно уже хотела у него конфисковать, в первую очередь — книга авторства самого Леголаса, содержащая подробные сведения о целебных травах, рисунки и целый гербарий. Непонятно, не интересно, но очень эстетично.       Тем не менее, когда Лола зашла в комнату, взгляд её упал вовсе не на книжную полку. На столе возле окна было разложено оружие эльфа: меч и кинжал, которые она уже видела, да ещё два простеньких метательных ножа. Не доставало только лука, но он Лолу и не интересовал. Рука сама потянулась к одному из ножей.       Минут через пятнадцать довольная своей находкой девчонка шагала по Имладрису в поисках если не мишени, то хоть подходящего для её целей дерева, а кто ищет — тот всегда найдёт. Нож лежал в руке идеально, несмотря на то, что её ладонь была сильно меньше ладони Леголаса.

***

      — Наконец-то, — весело усмехнулся Леголас. — Я уж думал, ты никогда не явишься.       — Я тоже рад видеть тебя после долгой разлуки, mellon, — многозначительно взглянул на него Арагорн. — Но не ты обошёл добрую половину Средиземья за последнюю луну, да ещё вместе с четырьмя хоббитами.       — О-о, — эльф резко откинулся назад и свесился с ветви дуба, на которой прежде сидел, сверкая ухмылкой. — Я тебе сейчас такое расскажу…       Арвен Ундомиэль возникла рядом как из ниоткуда, до смерти напугав Арагорна и до полусмерти — Леголаса.       — Тебе стоит пойти со мной, aranen, — спокойно сказала она. Эльф спрыгнул с дерева и взглянул на неё, явно стараясь не хмуриться — следопыт хорошо знал это выражение, абсолютно одинаковое у Леголаса и Трандуила. — У твоего ребёнка проблемы.       — Понял. Идëм.       Растерянный Арагорн окликнул было их, но Арвен и Леголас, обернувшись только на мгновение, хором сказали:       — Позже!

***

      — …и нож просто… Ну… Срикошетил, получается. Но не как обычно, я уверена, что он даже до дерева ещё не достал, когда отскочил обратно.       — Ясно. Работает, как двести лет назад… А ты как об этом узнала? — вздохнул Леголас, подняв взгляд на Арвен, как только перевязка была окончена. Лола с некоторым облегчением посмотрела на забинтованную руку и, даже не замечая этого, устало облокотилась на плечо эльфа.       — Я собиралась увидеться с Ada, когда маленькая леди вышла мне навстречу. Она просила позвать тебя, но…       — Но?       — Боялась, что ты меня выпорешь, — пробормотала девушка, укоризненно взглянув на леди Арвен и тут же осадив себя. В конце концов, эльфийка здорово помогла ей; на самом деле, она бы сама и исцелила этот порез, если бы Лола позволила — но Лола решила, что с неё хватит магии на один день.       — Вы знаете, где Леголас? — спросила, поколебавшись с минуту.       — Нет, — эльфийка с сожалением покачала головой. — Но я могу его отыскать, если нужно.       — Пожалуйста. Только…       — Да, meleth laes?       — Не зовите его, если он сильно рассердится.       На безукоризненно красивом лице Арвен сверкнула понимающая улыбка.       — Не бойся Леголаса, он не так уж суров, если не делать слишком уж больших глупостей.       — Ну… — вздохнула Лола, крепче прижимая к ладони одолженный эльфийкой отрезок ткани, — думаю, то, что сделала я, относится к достаточно большим глупостям, за которые он может выпороть.       Почему-то у неё сложилось впечатление, что Арвен поймёт — и Арвен не подвела: её улыбка стала чуть ярче и отчëтливее.       — Даже если так… Это ведь не слишком большая цена за то, чтобы ты больше не истекала кровью.       — Да надо было бы и выпороть, — фыркнул Леголас. — Но на первый раз прощается, pen-neth faeg. Больше не трогай моё оружие… Да и чьё-либо ещё, честно говоря, здесь зачарованного больше, чем нет.       — А ты подобрел, mellon, — покачала головой леди Арвен, — раз у тебя уже «на первый раз прощается».       — Что поделаешь, — усмехнулся эльфийский принц и взял руку Лолы в свою, чтобы ещё раз перепроверить, правильно ли наложена повязка. Он собрался было сказать что-то ещё, когда Арвен бросила:       — Он рядом.       — Да уж слышу.       А вот Лола ничего не слышала, и это было обидно. Услышала только когда спокойный мужской голос прямо за их спинами проговорил:       — Вот вы где…

***

      Эльфы называли его Эстелем. Насколько поняла Лола, у этого человека — первого человека, которого она встретила в Средиземье! — было достаточно много имён, но эльфы предпочитали именно это. По крайней мере, именно эти два эльфа.       Они говорили с ним как с старым и очень хорошим знакомым, и Лола, почувствовав некоторое родство просто потому, что Эстель тоже был человеком, и почувствовав ещё, что он не возражает, тоже стала говорить гораздо более открыто. Леголас вкратце объяснил хмурящемуся другу, кто она вообще такая, а леди Арвен объяснила ей, кто он — этот красивый темноволосый человек, пропахший долгой дорогой, но не утративший лёгкости шага. Эстель долго, молча думал, прежде чем склонить голову и сказать:       — Добро пожаловать в Имладрис, дитя. Надеюсь, это место успокоит твоё сердце.       — Спасибо… Мой лорд, — пробормотала Лола. Она не была сильна в этом, но могла предположить по тону глубокого голоса, что Эстель… Чуть ли не пережил то же самое. И нашёл утешение здесь.       Но разговор продолжился в другом, куда более приятном для неё ключе: Эстель и Леголас решили припомнить бурную молодость (первого). Конечно, эльф был старше любого существующего человека, но мозг Лолы всё равно какое-то время отказывался воспринимать, что он буквально нянчился с этим человеком.       — У меня есть прекрасное воспоминание о том, как Леголас чуть не уронил меня с крыши.       — Ты сам чуть не упал, — прищурился эльф. Лола знала точно, что уменьшилась бы раза в три под этим взглядом, но Эстель даже бровью не повёл:       — Но ведь не я себя вытащил на крышу и не следил должным образом.       — Я надеялся на большую сознательность со стороны наследника Исильдура.       — Мне было шесть!       — А можно вот отсюда чуть больше подробностей? — поинтересовалась Арвен. Лола была определённо рада, что ей не пришлось спрашивать самой. — Я не виделась с Эстелем, когда он был совсем маленьким.       — Да пожалуйста, — усмехнулся человек. — Это был очередной визит лихолесской дипломатической кампании в Имладрис. Мы с Леголасом познакомились около года назад, и я был без ума от его общества: он читал мне сказки десятком смешных голосов, учил стрелять из крошечного лука, рассказывал о пути звёзд, да и вообще… Он просто красивый.       Эльф весело хохотнул и не стал с этим спорить.       — В свою очередь, Леголасу нравилось возиться со мной. И когда, по окончании долгих и мучительных переговоров, он зашёл ко мне в комнату, я был… Ослеплён счастьем, точнее не выразиться.       — И тем не менее, первым делом ты принялся жаловаться.       — Было ведь на что. Adar не позволял мне сидеть на широком подоконнике, открыв окно, а это было моим вторым главным удовольствием после общества Леголаса. Леголас, разумеется, подумал, что сможет решить эту проблему.       — Ты этого хотел.       — Твоя правда. Уже через пару минут — без чьего-либо позволения, разумеется — мой принц усадил меня к себе на колени, и даже не на подоконнике, а, подумать только, на крыше! Это было потрясающе.       — До тех пор, пока я не ослабил хватку на его плече. Вот тогда-то всё и пошло…       — Очень плохо. Я просто соскользнул с его колен и примерно четверть секунды провёл в свободном падении. Хвала реакции эльфов, Леголас успел схватить меня за руку и с крыши никто из нас не свалился; но вот чего Леголас не успел — так это спрятать нас обоих с глаз проходившего мима лорда Глорфиндэля.       Леди Арвен, с лица которой всё это время не сходила обворожительная улыбка, вдруг рассмеялась — звонко и весело.       — Он рассказал всё Трандуилу и Ada, не так ли? — спросила она, сочувственно взглянув на Леголаса. Тот кивнул:       — Разумеется.       — Что же было потом?       — Ну… Меня отец выпорол. Мне пришлось рассказать ему абсолютно всё, потому как лгать у меня получается плохо, и он очень чётко дал мне понять, что думает о моей неосторожности. Причём вот он имел наглость подглядывать.       — За что потом мне досталось от Сэллиана, — закатил глаза Эстель. — Весёлая получилась история.       — Да… Возможно, она объясняет, почему я так пекусь о тебе, леди Грэй, — проворчал эльф. — К тому, что я старший брат, прибавляется постоянный контроль за этим существом.       — Вот уж в чем, а в недостатке заботы Леголаса не упрекнëшь, — ярко улыбнулась леди Арвен. — Но если тебе целое Зеленолесье благодарно, думаю… Это хорошая черта.

***

      Хоббиты — три маленьких существа в костюмах школьников двадцатого века — называли Эстеля Арагорном и относились к нему с куда большим почтением, чем его друзья-эльфы. Понаблюдав за их взаимодействиями, Лола усвоила, что этот человек не терпел неуважение в любых проявлениях, а хоббиты старались его не выказывать.       Что-то подсказывало, что опыт серьёзной ссоры с Арагорном никому бы не понравился. Как, впрочем, и опыт серьёзной ссоры с Леголасом.

***

      — Чего ты ждёшь теперь? — спросила Лола, сидя на очень холодной мраморной скамье в одном из садов Имладриса, и, щурясь, посмотрела на оранжевое солнце. Леголас повернулся к ней:       — О чём ты?       — Ну… Ты собирался возвращаться домой, как только встретишься с Эстелем, нет?       — Мои намерения изменились. Владыка Элронд собирает совет, на котором я должен присутствовать. Вернусь домой после.