Вечерний и теплый Стромгард

Как вы знаете, Флинн Фэйрвинд с Матиасом Шоу отправился путешествовать по Восточным королевствам. Для Флинна это было своеобразной туристической поездкой по всем ключевым точкам большого материка, а для главы ШРУ это была очередная задача применить свою бдительность для проверки безопасности уникальных и редких предметов. Конечно, та ситуация, что произошла в Сумеречном лесу славно дала Шоу пощёчину, из-за которой он и его паранойя вытянулись ровно, как струна гитары. Но Флинн даже представить себе не мог, как это скажется в реальности. Приехали в город, сняли номер, пошли встречать информаторов, собрали информацию, (предварительно записав все на бумажке), пошли в номер, и.. тут началась та самая рутина долгих будней за письменным столом. Флинн на стены лезет, когда чувствует эту отвратительную смесь скуки и бездействия. Привыкший к прогулкам, к свежему воздуху, к обычным пирушкам с людьми, он просто и часа не может просто так усидеть на месте. Поразительно, как Матиас может аккуратно и не спеша записывать все события и примечания, что произошли за день. Записывать в журнал, пером с чернилами, не боясь того, что эта фиолетово-чёрная жидкость капнет на пергамент. Ну, может быть, потому что Фэйрвинд своего рода немного неуклюж.. и не имеет столь высокого стажа по писательству. Но если дело касается адресации, то он ещё может постараться. Пираты частенько не знают, что такое грамотность, даже как читать. Но кул-тирасские пираты, каким является Флинн, обязательно при себе имели писаря, который мог записывать действия капитана. В каких-то случаях, команда могла ровно читать и писать, если.. они этого хотели. Но лучше всего было прикидываться дурачками, чтобы спасти свою дырявую шкуру! Кстати о заметках действий капитана.. Фэйрвинд свою книгу сжёг. Ведь зачем ему сзади хвост из разъяренных, обездоленных пиратов с Вольной гавани? Тем более, то, что он мельком забежал, посмотреть на мерзкую рожу Харлана, не даёт гарантий безопасности, что все Братство Стальных Волн поголовно вырезаны. Да, может, от старой команды уже никого и не осталось в живых, но кто этих сухопутных крыс знает? Флинн надеется лишь на одно: чтобы такой команды никогда больше не было. Обтесав плечом стены, и даже несколько раз споткнувшись об свои же ноги, Фэйрвинд наконец-то добрался до совместного номера, который он снимал с Шоу. Комнатка высшего класса, имеющая камин, качественное лаковое дерево, и скромный уют. Практически, ничем не отличается от остальных снятых номеров, разве что расположением и дизайном мебели. Да, Флинн всегда топил за роскошь, из-за зависимой пиратской привычки, но почему-то такие качественные номера выбирал не он. Возможно, в обычных комнатах, нет того самого ЛЮБИМОГО И ОБОЖАЕМОГО письменного стола, за которым можно сидеть часами и писать, и писать, и писать... Хотя моряк согласен, что по требованию короля Штормграда журнал с информацией - крайне нужен, как доказательство о том, что все в порядке. Но вся эта работа уводит Матиаса! И поэтому, Фэйрвинд периодически пытается отвлекать своего партнёра, чтобы тот хотя бы не забыл поужинать с ним. Хорошо, что со сном дело решили. Да, было.. поначалу сложно и не обходилось без ворчаний, но Шоу все-таки нашел способ, как быстро привыкнуть ко второму человеку по постели. Конечно, жертвуя своей чуткостью, жертвуя шаткой дремой, но без них стало куда лучше и теплее. И вот, заходя в номер, Флинн сразу же осмотрелся: ничего не поменялось после его ухода в бар. Все такое же положение своего возлюбленного, сидящего за столом и пишущего на бумаге. Моряк вздохнул от этого вида и тяжело облокотился на дверь, закрывая её своим весом. – Шоу, разве сегодня настолько был крупный материал? – вопрос задан в спину главы ШРУ, которая держалась прямо и лишь немного опускалась корпусом вниз. Ну, хорошо, что за это время он снял с себя верхнюю часть брони, оставшись в безрукавке Гильда. Уже радует, что он разговаривает не с манекеном. – Есть информация, которая долго не обновлялась. И есть информация, которую нужно дополнить, – голос Матиаса Шоу звучал так, как будто он был раздражен. А, погодите-ка, он всегда в таком настрое. Но даже если из него и сочился яд, то этот токсин для Флинна был некоторым зависимым эффектом, что можно найти было в любой хорошей травке. – И ты, как отважный герой, принимаешь на себя удар, защищаясь пером и журналом, – моряк слабо начинает показывать свою весёлую нотку, которую он притащил из бара. Он пытается твердо держаться на ногах, пока подходит к ворчливому мужчине, и встаёт на колени, чтобы руками быть на уровне спины Матиаса Шоу. На самом деле, никто и никогда не решится так близко подойти к главе ШРУ со спины. И сам легендарный шпион не каждому позволяет оголять свою спину для кого-то. Поэтому, можно считать, что Флинн в этом плане - везучий парень. – Ох, смотри, как ты напряжен. Я даже чувствую, – Фэйрвинд осторожно прикасается к лопаткам Шоу, – насколько твоё тело застыло, как каменная соль. Такой жест от моряка означал лишь одно: Матиаса ждёт массаж. Странно, ведь массаж он делал после того, как тот закончит главу. Но сомнения не долго задержались в шпионе, когда он внезапно уловил нотку острого и пряного запаха. – Ты пил, – это не звучало, как вопрос, но Флинн рассчитал это как вопрос. – Всего-то одну кружечку, – задорно ведя руками по напряжённой спине Матиаса, Фэйрвинд начал массировать главные проблемные зоны: плечи, шею и то место между лопатками. Шею он мнет с особой осторожностью. Это даже разминкой мышц не назовёшь. Он настолько её мягко трогает, будто опасается, что это вызовет провокацию со стороны Шоу. Ну, понимаете, когда вы видите, что этот человек делает с шеями других людей, то это немного приводит вас в истерический смех. И лучше опустим то, что для Матиаса это будет казаться так, будто его шея стала скалой, которая только и чувствует лёгкие тычки подушечек пальцев. – Я спустился вниз, думал, раз ты не хочешь поздно поужинать, то сделаю это без тебя. И вместо того, чтобы приятно провести вечер с первоклассными блюдами этой таверны, я приятно провел его с виски! – моряк прильнул лицом к шее своего партнёра, чтобы пьяно об него потереться. Алкоголь странно бил в голову, когда его слишком много в организме. Всегда тянет.. кого-то потрогать и расцеловать, просто потому, что этот человек есть рядом. – И представляешь, бармен этого гостевого дома осыпал меня комплиментами. Сказал, что я так приковываю к себе взгляд, что эта кружечка за счёт их заведения. – И каким это образом тебя так разнесло? – с горькой усмешкой спросил Шоу, откладывая чернильное перо в сторону. Он начал потихоньку расслабляться, вдыхая опьяняющий запах моряка. – Я.. я настолько обрадовался выпивке, что вылил предложенное виски залпом, – Флинн начал юлить с движениями своих рук, делая очень поверхностный массаж спины, – А потом ещё.. и ещё. Я ведь так долго не пил! – Всего-то два дня. В числе которых, ты не мог вспомнить, куда именно положил свою фляжку, – глава ШРУ оторвал взгляд от журнала, совершая попытку посмотреть на стену. Он также выпрямился, чтобы побольше прижаться спиной к пьяному экс-пирату. – Я грешу, что оставил её в Болотине! И вот только там я действительно мог уронить её и не заметить, что произошло, – Флинн едва ли не хныкал, размышляя о том, как он несправедливо потерял свою дозу храбрости. Эти болотные топи, квакающие и булькающие звуки - могли прикрыть все свои места преступления! Фэйрвинд, конечно, знает, как это не очень-то и нравится Шоу, но бороться с зависимостью - это не в ладошки хлопнуть. Начиная с подростковых лет, как горе стало усиливаться, Флинн принимал попытки заглушить свои переживания на дне бутылки. И вот что всё к этому привело.. К.. – Ик-кх, – болезненно сморщившись, и схватившись за свою грудную клетку, Флинн поглубже набрал в себя воздух. – Ну, началось... К икоте. Слыша напряжение Шоу, моряк затараторил, слегка отдаляясь от широкой спины: – Уверяю, Матиас, это- и-Икхх, – теперь капитан Фэйрвинд прекращает виснуть на главе ШРУ, отстраняясь уже полностью, – это редко случается, приятель. Но никакие оправдания от пропитого экс-пирата больше не влияют на Шоу. – Ты даже не замечаешь, как гробишь свою печень, – старый шпион заворчал, разворачиваясь на стуле. Он установил зрительный контакт с Флинном, который совестно поджимал губы, и пытался ровно держаться на месте, когда вставал с ковра. Моряк шатался по сторонам, даже подошёл ближе к письменному столу и оперся на него, чтобы не показывать, насколько он действительно пьян. – Печень? Что это? – после этого глупого вопроса, он снова икнул, теряя свою улыбку. Внутри него все болезненно сжималось и медленно опускалось. Мерзкой изюминкой было то, что икота сопровождалась ещё ноющим жжением. И чтобы её прекратить, Флинн часто делал глубокие вдохи, уверяя себя в том, что это работает. Но она лишь продолжает сидеть внутри, пока не исчезнет через какое-то время! Оценивающе осматривая своего партнёра, Матиас сочувствующе нахмурился. Похоже, это впервые, когда он видит его таким нестабильным. – Может мне принести для тебя воду со льдом? И уже вставая со стула, чтобы спуститься в бар, он был остановлен рукой Фэйрвинда, что настойчиво усадила его обратно. – М-мм, я конечно тронут твоей заботой, Матиас, но по-моему - это уже лишнее, – Флинн мягко промурчал, пока трогал шпиона в области шрамированной шеи. Его ладонь постепенно залезала вверх, чтобы огладить щеку Шоу и потереть его, едва заметную, пигментацию кожи. Удивительно, что с таким мелкоморщинистым лицом, Матиас выглядел очень даже хорошо. Или это все гномские инженерные штучки?.. – Флинн, – с ладонью на лице, глава ШРУ пропускает возможность насладиться её теплом и плотностью, так как в уме стоит лишь одно: помочь своему возлюбленному. Он даже включил требовательно-приказной тон, но это никак не подействовало на моряка. Тот лишь коротко икнул и зажмурился. – Это пройдёт. Я обещаю. В сопровождении этой фразы, он медленно кивал, а как закончил, то приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть, на реакцию своего партнёра. Но Шоу, на это "убедительное" слово, только выгнул брови. – Трудно верить твоим обещаниям, когда ты настолько пьян, – старый убийца слегка качнул головой, а после - взял и снял руку Фэйрвинда со своего лица. Тепло мгновенно покинуло его щеку, охватываясь холодком съемного номера. – Ах, так, – Флинн, пораженный таким высказыванием, сощурился и подошёл ближе, чтобы накинуть на Шоу сразу две руки, – Хорошо, тогда я сейчас же уверю тебя в том, что ты не будешь этим вечером сухим. – К чему ты.. – и не успев договорить вопрос, шпион мгновенно замолкает, когда смотрит на то, как моряк опускается перед ним на колени. И пребывая в замешательстве, он, в который раз, зарубил себе на носу, что этот парень действительно непредсказуем. И пока Фэйрвинд вырисовывал маршрут своей левой рукой, Шоу успел уже два раза сглотнуть слюну и понять, что обречён. – Где же мастер Матиас Шоу прячет свой самый главный кинжал? Ик-мх, – удобно располагаясь на ковре, Флинн наконец-то опустил свой указательный палец вниз, поддевая пояс с изображением разъяренного золотого льва. О, да, он уже знает, как его раскрывать. Матиас ему много раз это показывал. Правда, конечно, не на прямую. – Флинн, у меня работа, – глава ШРУ делает неважную попытку вразумить своего спутника, чтобы тот ещё раз хорошенько подумал, прежде чем начнёт.. Расстегивать ремень. – А у меня, приятель, прихоть, – глухой звон ремня раздался по комнате, ударяясь об стул и падая на ковёр. Фэйрвинду оставалось совсем чуть-чуть, чтобы уже достать член Матиаса, но тут внезапно в него врезалась совесть, приостанавливая его разгоряченный пыл: – Ты же мне позволишь? Устремляя свой пьяный взор к Шоу, моряк предстал перед ним в том лике, который мало кто мог ещё видеть. Он был перевязан в замшевое пальто бежевого цвета, что закрывало лишь одну вещь на его теле - пижамные шорты. Его просящие светло-голубые глаза, озаренные светом настольных свечей, горели огнём желания. И эти мокрые губки, что были приоткрыты, сверкали бело-оранжевыми бликами, придавая такой вид, как будто они были измазаны в мёду. И нетерпеливо оттягивая пояс кожаных штанов, Флинн изгибал свои брови, пока ждал разрешения. Даже отросшая чёлка соблазнительно прилегала к его лицу, и делала Фэйрвинда очень привлекательным парнем, которому.. ну, просто за красивое личико, можно было все позволить. Матиас отводит от него свой взгляд, переводя дыхание. Уж он действительно не думал, насколько все представленное в его одичалых фантазиях, так скоро воплотится в жизнь. Он редко позволял себе как-то трогать Флинна, пока тот не покажет ему, что не против. Хоть он и знает точно, что экс-пирату очень нравятся любые признаки внимания к своей персоне. И вдоволь насладившись прекрасным партнёром, Шоу решился завести левую руку за спину, и оттянуть свою безрукавку вверх, чтобы снять её с себя. Таким действием, он дал понять Флинну, что готов немного расслабиться с ним. – Ох, приливы, – прошептал и икнул моряк, устремляя свои глаза на раскрывающийся торс. Теперь пришла очередь главы ШРУ показывать свою "красоту". Но вряд ли кого-то можно впечатлить таким арсеналом шрамов, которые только едва скрываются под покровом редких и коротких рыжеватых волос. Зато рельефность торса и мускулатурность рук достаточно впечатляет мужскую половину. И если судить по Флинну, который нередко заглядывался на его выдающиеся мускулы, то Шоу может спокойно держать свою планку достоинства. Правда, заработанную с помощью изнуряющих тренировок, а не приобретенную от природы. Усмехаясь и облизывая свои влажные губы, Флинн харизматично выдаёт комплимент: – Лихой красавчик, знаешь какое оружие применять на меня, – переключаясь с пояса штанов на сильные руки Матиаса, моряк подхватывает и прижимается к той, что с безрукавкой, и начинает её мять в районе бицепса. – Если мы так друг другу опасны, – глава ШРУ смотрит на то, как доволен его возлюбленный, и после этого он решается немного погладить его за ближайшую щеку. – На фоне нашего доверия.. не причиним ли мы себе боль? Флинн неохотно приостановил свое ликование, чтобы почетче осмыслить заданный вопрос. Философия никогда не была отстраненной частью жизни человека, но из-за огромной дозы алкоголя и слепой похоти, охватившей всю голову моряка, сомнительный ответ вряд ли смог порадовать главу разведслужбы. – Эм-м.. мы просто будем очень осторожны?.. Пока кракен не разрушит наш корабль? Матиас Шоу лишь отвёл глаза за плечо Фэйрвинда. Он слегка дёрнул своими подкрученными усами и качнул головой. Впрочем, такой вариант ответа его тоже устроит. Флинн при своем жаргоне, что действительно радует. Ведь, так бы ответил настоящий он. – К сожалению, не очень-то и хотелось бы быть раздавленным кракеном.. – Да ты что?! Щупальца, огромные-огромные щупальца, Матиас! Будь у меня храбрость без выпивки, набил бы себе татуировку с обнимающими меня щупальцами! – Флинн отрывается от бицепса Шоу и бьёт себя по руке, показывая, как он, черт возьми, реально повернут на этой теме. – Кстати, а я тебе рассказывал, как ловят кальмара без удочки и снасти? Видя, как Матиас отстраняется со вздохом, Фэйрвинд рассмеялся. – Хорошо. И как же? – в его зелёных глазах блеснул абсурд. – Всё очень просто. Сначала ты раздеваешься, – Флинн резко устремляет свои руки к паху Матиаса, и без совести и стыда, вытаскивает из кожаных штанов набухший член, – заходишь в море, – в следующую секунду, Фэйрвинд мягко потирает половой орган тыльной стороной своей ладони, чтобы немного его приободрить. – И стоишь. Ждёшь. Хитро, даже слегка хищно, улыбаясь, моряк выжидал паузу, чтобы рассказать всё правдоподобно и правильно. – А потом кальмар сам к тебе присасывается! – не медля, Флинн повторяет действие кальмара, засасывая член в свой рот. Да так постаравшись, что умудрился втянуть его практически полностью, упершись кончиком носа в его рыжую растительность на лобке. После такого живого "концерта", старый убийца аж придержал себя за письменный стол. Дыхание тут же сбилось, как только Шоу ощутил на себе влажный жар. Нет, он конечно представлял себе, мельком, но не задерживал такие фантазии надолго, чтобы не томили душу. А тут ситуация такая, что это не фантазия и её так просто не отгонишь с мыслей. Для Матиаса до сих пор не ясно, насколько долго все это продержится, но начало, действительно было.. интересное. Флинн ещё слегка похихикал, создавая вибрацию, от которой Матиас медленно накренился над его головой. И когда экс-пират точно прекратил свою болтовню, на передний план переключились действия и ощущения. Говорят, отвлечение как туз в рукаве. Даже не смотря на то, что ему действительно очень хотелось сделать для Шоу полное расслабление, прошлое слишком его отвлекало. Мужчины, что были до Матиаса, не очень-то ласково с ним обходились. Да и.. женщины тоже. Отношения, построенные в пиратской жизни, всегда добром не кончались. Точнее даже сказать, они никогда и не пахли цветами, доверием и взаимопониманием. И то, что Флинн впервые, за последнее время, решился попробовать сам (без принуждения) - это о многом говорит о его отношениях с Шоу. Порой, ему кажется, что Матиасу чужды физические контакты вовсе. Либо он так тщательно скрывает свое желание, либо он действительно его не хочет. Но.. по ощущениям, которые сейчас творились у него во рту - думается, что просто скрывает. Оттягивая голову назад, Фэйрвинд теперь сполна распробовал этот знакомый солоноватый вкус. Язык, что припал снизу, сразу же последовал по полу-твердому стволу с мягкой крайней плотью. И тут запахи смешались. Мускат, виски, слюна, все они остро ощущались носом Флинна. С непривычки, моряк полностью высовывает член Шоу из своего рта, чтобы вобрать в себя свежий воздух. – Ох-хх, Мэтт, я.. – делясь дальнейшим впечатлениями, Фэйрвинд не перестал ласкать своего партнёра, – так давно этого не делал, – он большим пальцем левой руки начал массировать мясистую головку члена главы ШРУ так, как обмазывает спиртное по горлышку бутылки. – Не уверен, что тебе удобно. Я даже не уверен за свои усы с бородкой. Они ведь мешают, да? Матиас, что готов уже сломать стол одной рукой, отдышался и выдал: – Без усов и своей бородки.. Ох, Свет. Ты меня убьёшь. Флинн немного тупо смотрит куда-то на шрамированную шею Шоу, и, после, озаряется пьяным смехом. – Тогда я с завтрашнего утра подставляю тебе свое лицо под бритву, – и несколько раз отжав крайнюю плоть члена, экс-пират наклоняет голову снова. Теперь во вход полностью пошёл язык. Конечно, это не потому, чтобы не портить столь чувствительное место щекоткой усов, а просто из-за непривычки держать так долго такой.. широкий член. Поразительно, насколько оказывается отличаются половые органы между жителями материка и жителями сомнительного водного аттракциона. В целом, за свою маленькость, Флинн часто приводил в аргумент погодные условия. Но даже с таким алиби, долго он у женщин все равно не задерживался. И после всех пассивных недовольств и насмешек, Фэйрвинд все равно пытается себя защищать и убеждать, что он красив во всем. Странно, но, практически все его бывшие партнёры хотели от него только секса. А тут, находясь в отношениях с Матиасом Шоу, Флинн ощущает твёрдую почву для процветания любви. Ведь самого главного он уже добился - ДОВЕРИЯ! А за доверием идёт много-много чего хорошего. Вот, например, сегодняшняя ласка для хмурого и напряжённого начальника ШРУ. Казалось бы, нужно получать от этого удовольствие, но Шоу совсем не меняет лица. Или так снизу просто видится.. Но ничего. Флинн Фэйрвинд и мёртвого улыбаться заставит. Именно поэтому, он сейчас будет использовать "хорошие приёмы", от которых и ему голову сводит. Крепко обхватив ствол члена левой рукой, а правой всё ещё придерживая край кожаных штанов, моряк устремил кончик языка на уздечку. Не прошло и секунды, как Матиас резко вздернулся на месте. Он даже что-то пробурчал под нос, и впервые, за всю оральную ласку, тронул Флинна за руку. А, точно, он всё ещё держал в ладони безрукавку. Возможно, из-за неё Шоу был так скромен и сдержан. Но что если экс-пират повторит этот приём ещё раз? Прикрыв головку члена своими губами, моряк звонко чмокнул её, чтобы сделать видимость, будто он здесь не причём. А после, когда Матиас снова расслабился и опустил свою бдительность, Фэйрвинд снова высунул язык на уздечку и потёр уже посильнее. – Твою мать, Флинн, – процедив мягкое ругательство сквозь зубы, глава ШРУ открепил руку от края письменного стола и прикрыл ею, на время, свое лицо. С него уже во всю лил пот, и будь он ещё в броне, то спина была б точно мокрой. Из-за этого языка, Шоу второй раз содрогается в теле и сбивает свое дыхание. Он чувствует, как быстротечно теряет контроль, как.. рука бросает на пол безрукавку и хватается под хвост Флинна. Как он тянет своего возлюбленного вверх, по пути переживая его чертовски влажный язык. – Мм-м!? Смотри, не вызови её сюда, – капитан не упустил возможности подшутить даже в такой момент. Но он все равно вытягивается, опираясь правой рукой о край стула, чтобы дотянуться до того уровня, на который ведёт его старый убийца. Член тонко хлюпает от скопившейся слюны под крайней плотью, продолжая мучаться от руки Фэйрвинда. И при нарастающем темпе, экс-пират сливается в страстном поцелуе со своим партнёром. Шоу никогда не думал, что целоваться это так здорово. Особенно, когда целуешь того, от кого запах приятен, от кого веет этой опьяняющей, чарующей ноткой. Флинн для него хоть и остро-солёный на вкус, но впечатление, будто он целая сладость. Щекоча губы и щеки усами, оба разбойника чуть ли не пожирали друг друга. Один в пьяном раже, второй от потери самоконтроля. Не будь Шоу параноиком, который первоначально не расставил по комнате звукоглушители, то у них были бы проблемы. Если он ещё низко порыкивал и тяжело кряхтел в поцелуй, то вот Флинн совсем не сдерживал свои постанывания. – М-мати-Ах-ас, – звонко прерываясь от губотрения, чтобы восстановить свою энергию, бывший капитан пиратов уткнулся носом в щеку главы ШРУ и попутно облизывал его глубокие морщины. Видимо, его язык ещё не закончил дело, – Хочу.. сесть к тебе.. на-аАХ– Даже не успев договорить желание, Флинн тут же ощущает, как он уже сидит на бёдрах Шоу. И этот подъем с пола на колени был так приятен, что он чуть не забыл про мастурбацию. – Ты этого ведь хотел? – и прижимая к себе моряка, Матиас снова словил его губы, получая одобрительный кивок уже напрямую. Что-ж, держаться так было всё сложнее и сложнее. Из-за такого положения их тел, мастурбация стала немного неудобной. Пальцы руки Фэйрвинда гладили чувствительную головку легко, но нетерпеливо. И от этого Матиасу Шоу сносило крышу. А что сильнее всего двигало его шаткое состояние, то просто нужно обратить внимание на Флинна, что вовсю уже ерзает на его бёдрах и громко выстанывается в поцелуй. Ещё немного, и это будет последней каплей всего истекшего самообладания главы ШРУ. – Приливы, Мэ-этт, – моряк смачно разъединил покрасневшие губы, чтобы после поластиться лицом, как кот. Чаще всего он уделял тем местам, к которым приятно было прижать нос. И с каждым таким физическим контактом, он слышал, как тяжелее стало дыхание Шоу. Видать, это ему очень нравится. Конечно, ведь не каждый раз такой красавчик, как Флинн Фэйрвинд потрется об ваше тело. – Дай мне тебя раздеть, – сходя на шёпот, глава ШРУ накренивается назад, чтобы просунуть руку между ними. Он тянет за пояс пальто, расправляя его на моряке. А Флинн, тем временем, убирает свою ладонь с члена Шоу, и, на мгновение, прекращает ерзать. Его пальцы покрылись предэякулятом, что очень хорошо блестит на свету догорающих свечей. А лёгкий румянец, то ли от пьяного состояния, то ли от горячего шепота Матиаса, быстро прилёг ему на скулы. И когда его пальто тяжело упало на пол, а грудь стала обнажённой, Шоу завёл руки моряка на свои плечи и прижался к его шее. Губами он расцеловывал каждый дюйм его загоревшей кожи, щекоча своими усами, бородкой и дыханием. Из Флинна что только не вырывалось: и стоны, и всхлипывания, и смех. Неординарные чувства, которые он испытывал, заставляли его тело дрожать и вздрагивать. А из-за сильного возбуждения, он получал немало удовольствия, когда потирался своим членом об пижамные шорты. Матиас обнимал кул-тирасского моряка, поглаживал по спине и опускал поцелуи всё ниже и ниже. Они дошли до груди, до правого соска Флинна. Он был широким, плоским и круглым, ещё не полностью эрегированным, но с помощью языка, он быстро вытягивался вверх, как выпекающийся пирог. – Н-х-АХ-х-г, – в расширенном рте сжались зубы, а веки на глазах, еле держались открытыми. Сейчас Фэйрвинд был рискованно наклонен назад, ему оставалось лишь держаться за шею Шоу и не свалиться. Но сам глава ШРУ никогда бы не допустил этого, придерживая своего партнёра за поясницу, и прижимая его пах к своему паху. – М..мм.. Мати-А-ас, – чувствуя, как язык старого убийцы искусно вертится вокруг его соска и ареола, Флинн практически каждую секунду вздрагивает в теле от остро-приятных ощущений. Сжимает кулаки, даже если на одной руке уже подсохшая слизь, и расправляет их, сминая спину Шоу. Его ступни давно уже смахнули с себя тапочки, вытягиваясь в носках. – Приливы, Матиа-ас!.. Сбрось як-корь, – на пиратском жаргоне, это означало, что Флинн попросил у Шоу сбавить обороты, – И-и.. или.. иначе я сойду с ума! Старый убийца только усмехнулся, переводя дыхание. Он уткнулся в волосяную грудь моряка, потерся об неё носом и съязвил: – Надо же, какие мы нежные. Его ладонь левой руки решила немного погладить гладкую спину Фэйрвинда, а после, опуститься ниже, задевая нижнюю часть пижамы. – Просто я.. довольно чувствительный, – с лёгким выдохом прояснился Флинн. Ему никогда так страстно не ласкали сосок. Тем более - ртом. И это было так мягко, и без боли... Ну вот. Фэйрвинд опять вспомнил про своих бывших. Пора бы завести дневник с именами его былых партнёров и расписать о них все плохое. И ещё внести туда надругателей, даже если он имён их не знает. Немного утихомирив похотливый пыл, Шоу вытянулся в спине, чтобы снова добраться до шеи своего возлюбленного. – Даже представить себе не могу, что с тобой будет, если мы зайдём чуть.. дальше. И после чего, выпускает свой острый язык, чтобы облизать шею Фэйрвинда и его правое проколотое ухо. Комнату вновь наполнили сорванные стоны и прерывистые вздохи. Они сходили на ультра-тонкие ноты, ведь теперь он чувствовал изменение температуры. Особенно на ухе. Из-за влажного языка Матиаса, Флинн покрывался мурашками и изредка дрожал, когда ощущал смену жара и холода на своей ушной раковине. – А-ав, Мэтт, – моряк теснее прижимался к старому убийце, дотрагиваясь своим оголенным бедром до его члена. Возбужденный и набухший, прям как поджаристый омар, он ярко блестел из-за предэякулята, что вытекал и размазывался по внутренней стороне бедра Флинна. Ему хотелось продолжить мастурбацию взрослому мужчине, но, видимо, он попал в плен. Даже руки опустить было никак, ибо плечи Шоу не давали этой возможности. Все, чего он мог касаться - его спины, его шеи, даже его медно-рыжеватых волос. Кстати о волосах, Фэйрвинда всегда забавляло то, что их цвет волос одинаковый, но оттенком он разный. Вот у него с отливом золота, а у Шоу они красноваты. Он видит в этом некий фразеологизм: пират, что жил ради золота, и убийца, что жил с окровавленными руками. Потрясающе, как они все-таки дополняют друг друга, если опираться на их образы жизни. – Мэт-т.. – глава ШРУ разгоняется, и Фэйрвинд чувствует, как внизу, под ним, раздвигаются ноги шире. Дыхание у Матиаса становится слишком тяжёлым и шумным, а язык все хаотичнее и ритмичнее. Он крепче прижимает правой рукой все шаткое равновесие Флинна, а левой - нетерпеливо забирается под пижамные шорты. И под громкие охи моряка, Шоу чутко массирует упругое колечко мышц двумя пальцами. – МА-ТИ-И-А-а-ас, – вздрагивая и сжимаясь вокруг шеи старого убийцы, Фэйрвинд тут же начал вилять тазом, чтобы пальцы прижимались сильнее и глубже. Они даже заходили дальше, на мягкую промежность. И из-за интенсивных движений, Флинн растекался прямо в шорты, делая их мокрыми от своего обильного предэякулята. – Да-а-ах, АХ-Х-х, ДА, ПРИЛИВЫ, МАТИАС, – чуть ли не срываясь в голосе, постанывал влюблённый моряк. Шоу, из-за него, уже находился в безрассудстве. Чувствовать, как на тебе сидит возбужденный парень, ощущать, как он ерзает на твоих коленях, слышать его стоны удовольствия - это.. чистое сексуальное удовлетворение. Целовать его, пробовать кожу на вкус, нюхать его запах. И обнимать, обнимать, обнимать! Ласкать руками, сжимать, быть рядом... Как же давно Матиас не делал этого. Именно "любить" кого-то, "обожать" до одури. Так, чтоб член изнывал и пульсировал. Так, чтоб чувствовать, через сколько секунд ты кончишь. И все это происходит лишь с тем, с кем он делит свое время. Развратное время. Внезапно Шоу прекратил анальную и эрогенную ласку. И когда Фэйрвинд уже хотел возмущаться, скулить и просить вернуться, то был резко поднят над полом. – А?.. Матиас?! – моряк ошарашено смотрел вниз, пока его переправляли на, судя по всему, кровать, – Матиас, приятель, я же.. тяжёлый. Я мог бы сам... – Я поднимал и похуже, – выплевывая слова, Шоу прошёлся с моряком на руках до их постельного места. Ноги точно бы не держали, будь они без ботинок. А так - немного пота, немного тяжёлых вздохов, и Фэйрвинд уже плюхается на кровать. Матрас скрипуче отозвался, когда на него навалилось два тела. Флинн просто до сих пор не расцепил руки с Шоу, находясь в немом восторге и, одновременно, в шоке. Чтобы его подняли? Да даже птичка Телии воротит от него нос! Ну.. может.. это из-за того, что одежды с клинками не было? Может, он действительно не такой уж и тяжёлый, как наговаривает Телия. – Матиас, – Флинн опускает руки с плеч старого убийцы и попискивает, – Будь такое зелье, как "омоложение", то точно не отрывался от тебя! – он мечтающи закатил глаза. – Немного не уловил мысль.. – Мне понравилось на тебе висеть, – с улыбкой проговорил моряк, — держу пари, не будь ты сейчас так возбужден, то я мог бы покататься на тебе аж целых пять минут! Он игриво смотрел на Шоу и подвигал своими бровками. Матиас лишь усмехнулся и приподнялся на руках. Флинн действительно был как взрослый ребёнок, который не знал, что такое детство. В целом, Шоу тоже. Только вести себя он так просто не может. Одно радостно точно, это видеть, как другой "ребёнок" может доступно получать то, что для Матиаса намертво закрыто. И Шоу для этого "ребёнка" готов дать счастье, которого у него не было. – Я могу предложить тебе.. покататься на другом, – проговорил начальник ШРУ, шаловливо блестя зелёными глазами, – Правда, не думаю, что при этом.. я выдержу целых пять минут. Долго ждать ответной реакции не пришлось. Флинн был полностью смущен и при этом глупо улыбался. – Прили-и-ивы, при-и-и-иятель, – он даже посмеивался и прикрывал свои глаза одной ладонью, – Если это действительно приглашение, то оно очень хорошо вписалось! Шоу чувствовал гордость за удачное словцо, и уже было хотел дальше продолжить целовать Флинна, пока не был прерван им: – Но, – перемещая ладонь с глаз и выстраивая восклицательный жест, моряк возразил, – Как бы это не было заманчиво, друг мой.. я должен отложить предложение, в избежании твоих будущих ворчаний. Матиас выгнул бровь, требуя объяснений. – Я просто не дам тебе сесть за доклад обратно, – деловито вытягивая слова, моряк, сквозь смущение, глянул на Шоу и закачал головой, – А я знаю, ты ещё не дописал эту главу. Вот уж действительно маленький чертенок. Хитрый, пьяный, похотливый чертенок. Знает ведь, что энергия и выносливость уже подводит его. – Даже не знаю, что же выбрать, – Матиас посмотрел в глаза Флинна, а после перевёл взгляд на стол с журналом. До этого дня, он всегда писал одну главу, в день подачи информации. Если он собьётся с графика, то придётся жертвовать сном… – Выбери то, что давно хочешь, – прошептал Фэйрвинд, вытягиваясь к лицу Шоу. Он мягко чмокнул в его пигментную щеку и попробовал плавно дёрнуть тазом, вжимаясь ягодицами в матрас. Таким образом, он потёр член Матиаса, напоминая ему о том, что есть дельце поважнее, чем какой-то там доклад, который можно дописать и позже. Андуин Ринн не указал ведь точные сроки... Жаль только, что Шоу их поставил сам. А то вдруг его работа убежит. Вдруг Штормград будет в осаде, а короля похитят. Какие же бредовые мысли его преследуют. Паранойя да и только. Ужас. Ужас. Кошмар. Матиасу просто обязательно нужно расслабиться! И чем раньше, тем лучше! Флинн вновь обнимает Шоу за спину, утыкается носом в его челюсть и бормочет: – Ну же, Мэтт, – он помыкивает, ерзает под ним и давит вниз, – Давай продолжим ласку.. На возобновившиеся телодвижения, член Шоу томительно растекся, когда дотронулся головкой до кожи моряка. Он тесно прижимался к шортикам и низу живота экс-пирата, оголяясь каждый раз, когда крайняя плоть стягивалась вниз. – Тогда позволь мне.. – Матиас поворачивается лицом к Флинну, – Снять с тебя последнюю вещь. И подводя правую руку к боку партнёра, Шоу тонко дотрагивается пальцами до пояса пижамных шорт. На это предложение Фэйрвинд пьяно хихикнул и звонко чмокнул его в усы. Колкость жёстких отросших щетинок больновато тронуло губы, но моряку было все равно из-за содержательного процента алкоголя в его организме. Вытягивая ноги и слегка приподнимая таз, экс-пират наслаждался тем, как тёплые, крепкие и мощные пальцы руки Шоу гладили его по бедру. Тряпичная, светло-зеленая ткань, послушно держалась на ладони старого шпиона и опускалась вниз, пока не оголила короткий и влажный член Флинна. Он перебирал ногами, чтобы полностью избавиться от шорт, и от этих движений, ему становилось до неприличия хорошо. В его голове были мысли о Шоу, что мог повторять такое.. хоть каждый вечер! Тонко, слегка настырно, снимать с него трусики, прижимать ладонью член и притесняться сзади. Целовать в шею, крепко обнимать одной рукой.. От таких страстно-пьяных мыслишек его член дернулся, выпуская из себя капельку предэякулята. Он давно уже говорит о готовности принять ласку, но что-то Шоу с этим медлит. Неужели нашёл угол, откуда можно им любоваться?! Флинн хоть и красив.. но с этим местом - у него сомнения. Особенно после "комплиментов" от других людей. Поэтому, чтобы трезвость резко в голову не била, Фэйрвинд обхватил Шоу за шею и притянул его к себе ближе, теснее. Так, чтобы прям усами столкнулись. – Ну чего ты? – как-то по-отцовски спросил его Матиас. От этого тона, внутри моряка появился какой-то сладкий трепет. Может Флинн и рос без отца, но он точно не отказался бы от опеки Шоу. Ну а что? Иметь такого богатого папу, у которого в распоряжении сама казна Штормграда.. За исключением, его занудной правильности и возрастного ворчания. Но это мелочи, которые всегда можно чем-то задобрить. Например: красивыми глазками, очаровательной улыбкой или требовательными объятиями, от которых Шоу точно не устоял бы и всё позволил. А Флинн знает о чём говорит. Любой мужчина изменяет свое дыхание, как только объятия длятся минуту и дольше. Ну, конечно же.. если это не мужчина, который совсем ничего не чувствует или который не хочет вас видеть. Одно другому не мешает. Во время молчания, Матиас тихо наслаждался разгоряченным телом своего партнёра, неторопливо поглаживая его за талию. Пальцами он сминал загоревшую кожу, что была покрыта миллионом еле заметных веснушек. Они имели тёплый и мягкий цвет корицы, что подобно пляжному песку на морской глади безмятежного берега. Флинн под его рукой был пластичен и податлив, из-за чего Шоу не удерживался и целовал его. По его мнению, Фэйрвинд имел те качества, которые привлекут практически всех людей. Глаза, как чистая вода под голубым небом. Длинные волосы каштанового древа, что облиты блеском золотой монеты. Его притягивающая улыбка, вечно пропитая спиртным алкоголем. А тело.. тело не назвать безобразным. Раньше оно, предположительно, было сильно худощавым. Даже болезненным. Но теперь, когда он набрал массу, теперь он стал такой приятный и комфортный.. Что Шоу до сих пор не может оторваться от расцеловываний экс-пирата. – Как же все-таки ты прекрасен, – выдохнул Матиас в губы Фэйрвинда, прежде чем его поглубже поцеловать. Это было признанием, которое томилось внутри. Он редко говорит это, но каждый раз, как первый. Особенно для Флинна. – Ой, ну всё, не смущай, – попискивал моряк, шевеля ногами. – Хотя ладно, продолжай.. Под рукой Шоу, Фэйрвинд ерзал бёдрами, чтобы дать мужчине больше охвата. Чтобы тот, кто был над ним осмелился взять больше. – Милый, – старый шпион сошёл с губ на щеку моряка, – Мягкий, – его руки сжали область между тазовыми косточками и бёдрами Флинна. – Сладкий, – Матиас понурил голову вниз, чтобы облизать шею Фэйрвинда. Охнув, экс-пират поджал к себе ноги, коленками прижавшись к бедрам Шоу. Его плечи инстинктивно поднялись вверх, к голове, ущемляя всякие влажные действия мужчины к его шее и ушам. Фэйрвинд алел на скулах, не понимая, где старый убийца нашёл в нем сладость. Вряд ли с него идёт шлейф ванили или цветочного мёда, когда его вещи полностью пропитаны морской водой и спиртягой. – От твоего запаха.. Я не хочу отрываться, – лицо Шоу опустилось ниже, в ямочку между рукой и грудью, чтобы взять в свой нос естественный аромат Флинна. Этот запах так просто не разделишь на отдельные составляющие компоненты. Они так сильно друг к другу прикреплены, что смешались вместе и, словно, создали новое название. Единое название. Но Матиас ещё не знает, какое. Вновь млея и наслаждавшись им, старый шпион опустился телом ниже, чтобы захватить смущенного моряка в свои поглаживающие объятия. Он зарыл свои блуждающие руки под Фэйрвинда и.. понял, что попал в плен двойного удовольствия. Его дыхание тут же стало судорожным и сбитым. – Ох, Флинн... – шёпотом произнося имя своего любимого парня, Матиас на секунду замер, чтобы получше ощутить то, что он чувствовал. Его тяжёлый и набухший член прижимался к влажному половому органу Флинна, что был крайне прохладен. Его хотелось согреть, натереть до оптимальной температуры. Но больше всего, это - трогать и ласкать. И выпуская одну руку из-под моряка, глава ШРУ протиснул её к их соприкасающимся членам. – Матиас, м- Не успевая спрятаться от ладони Шоу, Флинн стал поражён тем, как желанно обхватили его член и начали с ним заботливо играться. – Матиас, ав-в.. да, – моряк запрокинул голову назад, из-за напористых поцелуев, которые осыпались на его кожу шеи и челюсти. Казалось, что нет ничего приятнее на свете, чем то, с каким же желанием тебя хочет твой любимый человек. Он лежал и чувствовал, как Шоу принял в свою ладонь все его основание члена. Как мягко он тёр пальцами его крайнюю кожицу. Как нежно надавливал на сочащуюся головку, которая от каждого нажима звонко хлюпала предэякулятом. Даже его вечно-прохладные яички не оставил без внимания, дав им аккуратный массаж. – Ах, Матиас, – простонал расцелованный Фэйрвинд. Он облизал свою нижнюю губу и начал нетерпеливо качать тазом, жадно ловя удовольствие от интимного натирания. В ладони Шоу было жарко и ребристо от пальцев, а влажность от прозрачного выделения только прибавляла новые и более мощные волны наслаждения, которые громко отдавались по всему съёмочному номеру. От ощущения, когда некто иной трогает вас, вы быстрее разгораетесь. Это понимает и сам Флинн, который во всю уже качает бёдрами под Шоу. Его ноги дёргаются на кровати и холодеют в ступнях, но это ничто по сравнению с тем, как он себя чувствует в руках старого шпиона. Матиас, кстати, вместо того, чтобы наслаждаться трением вместе, наслаждается томительностью и изныванием в члене, который послушно свисает с штанов и лежит между бедром и лобком экс-пирата. И каждое тазовое движение Флинна приводит его член в радость, утешая от ноющего дискомфорта. Весь покрасневший, весь набухший и полный нектара, член стал похож на сардельку самого крупного размера. Из-за его наличия и не использования, моряк мычал и вёл направление таза к нему, чтобы Шоу подобрал его и присоединился. Но Шоу лишь качал головой в отрицании и утыкался носом в ключицу парня. Было видно, как ему с трудом удавалось себя сдерживать от хаотичных покачиваний. Сам он изредка мог неконтролируемо двинуть бёдрами к моряку, но всякий раз обрывался при совершенных двух толчках. Он подсознательно боялся причинить боль, зная о том, что он ещё находился в рабочих штанах, на которых есть скрытая застежка-молния и.. несколько скрытых кинжалов. – Ну Матиас, ну.. – хныкал Фэйрвинд, прижимая к себе за шею взрослого мужчину. – Так нечестно... – У тебя ещё будет время для честности, – горячо прошептал Шоу, наклоняясь к лицу Флинна для очередного поцелуя. Но уже не такого, коими были раньше от него. Моряк замер и ахнул, когда его губы всосали внутрь рта и начали быстро трахать языком, имитируя проникновение. От этого он зажмуривался, закатывал глаза и пытался не потерять рассудок, пока в его проспиртованный и влажный рот протирался, острый как кинжал, язык. Флинн глухо стонал и тяжело дышал. Сжимал его шею, обнимал. За лицо, за медные, с сединой, волосы. Чувствовал усы, как они раздражали кожу губ и щёк. Чувствовал этот язык, что выдалбливал из него крупицы сознания. Он был сейчас в такой эйфории от своего любимого мужчины, что и не заметил, как снова промок в его ладонь. Зато заметил и услышал это Шоу. Звуки хлюпанья стали сильнее, а предсеменная жидкость уже частично покрыла его фаланги пальцев. И из-за этого, он только стремительнее прибавлял темпа, слегка сжимая мокрый член Фэйрвинда, который скользил в его ладони. Ему так было приятно доставлять удовольствие своему мальчику. Матиас ласкал его, целовал, сжимал в объятиях, и наслаждался этим. Может ли это быть из-за того, что он так долго мастурбировал один, и в нынешнем положении, это выливается в такой эффект? Все, конечно, возможно, но Шоу отказывается сейчас думать об этом. Ему сейчас важно слышать о отдаче Флинна, который весь изнывается и дёргается под ним. Его стоны так хаотичны, что губы выскальзывают с засасывающего поцелуя, а тело настолько мечется по одеялу, что его приходится удерживать в ровном положении. – Флинн, – дрожа в мышцах, Матиас сделал предупреждение. – Я на грани... Ловко и резко приподнимая торс одной рукой, Фэйрвинд надавил на плечо Шоу, чтобы откинуть его от себя и повалить рядом, набок. – Вот и настало время для честности, да? – простонал моряк в лицо старого шпиона, прежде чем коротко поцеловать и лизнуть его губы. Его левая рука, полна энтузиазма, скорейше схватила раскрасневшийся широкий член Матиаса, и начала его поглаживать. Флинну забавно было наблюдать, как взрослый мужчина вздрагивает всем телом и забывает как правильно дышать. Он даже мастурбацию прервал, хотя экс-пирату это было даже на руку. – Можешь снять кожаный узел с моих волос? – получше навалившись на Шоу, он нарочно растягивал пальцы на его члене. – Конечно, – проворковал Матиас, тихо наслаждаясь тяжестью. Двумя руками он взялся за его хвост. Одна, чистая, поддерживала волосы, а другая, мокрая, стягивала с них перевязь. И как только он распустил их, то был сокрушен новыми поцелуями, которые носили благодарный характер. – А теперь расслабься, приятель, – мягко сказал Флинн, переживая волну мурашек, когда локоны его волос щекотливо сползали по плечам, – Капитану нужно порулить, – надменно и шутливо отозвавшись, он стал устраивать свою левую ногу между его промежностью. Таким образом, он мог совместить свое удовольствие с удовольствием своего любимого мужчины, расположив член на краю его открытого торса. И начиная тереться о гладкую безволосую кожу, он столкнулся с тем фактом, что сам уже был на грани. Рука главы ШРУ хорошо довела его милый член до пиковой нагрузки, и каждое тазодвижение отзывалось в нем с новым стоном. – Ав-ф, кракен меня обними, – признался Флинн, когда терся о Шоу и мастурбировал ему, – Если бы мне когда-нибудь сказали, что я буду в отношениях с тобой, то я бы не поверил! – Аналогично, – коротко произнёс Матиас, вдыхая запах его свисающих волос. Он ещё пытался держаться, но с каждым толчком, в районе его мясистой головки, с него неконтролируемо срывался тяжёлый и судорожный выдох. Флинн знал, и умело знал, как сжать член так, чтобы было хорошо. И если будет 70 таких отжатий - он кончит ему прямо в руку. – А ещё, если мы перешли на откровенности, – Флинн мягко прикусил нижнюю губу, когда ощутил поглаживающую руку Шоу на своём бедре, – то среда стала моим любимым днем недели. – М-м.. день сдачи твоих подмокших отчётов, в которых клякс больше чем слов? – безобидно съязвил Шоу, не думая о последствиях. – Эй! – по-култираски поразившись высказыванием, Флинн на секунду замер во всех движениях и сделал колкий тычок пальцами в член Шоу. И когда он увидел, как мужчина под ним вздрогнул, то насытился этой маленькой местью и продолжил гладить вверх-вниз. – В отличии от некоторых капитанов, – моряк не стал брать во внимание "пиратов", – Я хотя бы читать и писать умею! – Действительно, значительное отличие, – хоть Шоу и не хотел, чтобы это звучало как сарказм, но именно в этот момент его голос кидал острые камни в безмятежное море. – Я сейчас тебя покусаю, – Флинн сощурился и снова прервал мастурбацию, – как пиранья. – Может быть.. как "Мав'мав"? Матиас довольно вытянул губы в мимолетной улыбке, пока не потерял её из-за моряка, который метнул взгляд на его член. – Флинн. Нет. Но Флинн ничего не сказал, а только повернул голову в сторону тела Шоу и наигранно раскрыл рот, показывая передние зубы. Но реакция главы ШРУ не стала ждать, и он повалил смеющегося Фэйрвинда на спину. – Ты серьёзно? – мелодично протянул моряк в смехе, – больно уж мне надо лишать себя такой сочной сардельки. И уткнувшись в шею, Флинн не увидел, как у старого шпиона загорелись уши от его слов. – И коты сначала нюхают, – говоря о своих наблюдениях с улыбкой, моряк повторял их действия, – потом облизывают.. На шеи Шоу внезапно стало мокро. – И когда они признают еду, то скромно ею лакомятся. Губы Фэйрвинда осторожно сомкнулись на краю челюсти взрослого мужчины. Медленно, но с большим удовольствием, он стал расцеловывать Матиаса до ближайшего уха, чтобы потом мягко прикусить его мочку. От таких аккуратных поцелуев, колкость усов Флинна была чем-то схожа с колкостью пушистых негодяев, отчего Шоу сжимал его в своих объятиях крепче. Он действительно был как олицетворение своевольного кота, который запрыгивал на стол и без стыда и совести брал чужую еду. Он пил, как зависимый от кошачьей мяты. Он сохранял чистоту тела, хотя бы раз в день. Он знал и пользовался тем, что неотразим, шикарен и красив. При взгляде на него, на языке так и вертится это ласкательное слово.. – Котик, – с выдохом произнёс Матиас, углубляясь носом в его распущенные волосы. – М-м, – довольно мыкнул моряк, ласкаясь лицом об его плечи, – Мне для тебя помурчать? Хоть я и не знаю, как это делается.. Он стал предпринимать жалкие попытки, пародируя урчание из гортани, но из-за странных шипящих звуков, его обратно вогнало в смех. – Флинн, – протестующе, но с улыбкой окликнул его Шоу. Он понимает, что из-за смеха у них сбавляется возбуждение, и это.. С одной стороны, для старого шпиона это не холодно и не жарко, но а вот с другой.. – Прекрати, – углубляясь лицом к шее моряка, он столкнулся с признанием. Ему действительно хочется это закончить. В хорошем смысле, с приятным чувством. И поэтому, одна из его рук снова начала блуждать по голому телу Фэйрвинда, вырисовывая пальцами неизвестные силуэты, а другая - нежно сжимала его мягкие ягодицы. – Хорошо, если я найду способ, как мурчать, то сразу же сообщу тебе об этом, – улыбаясь во все зубы, Флинн все продолжал ласкаться и сжимать его член в своей тёплой руке. Ах, одна мысль о том, что можно схватиться за член начальника ШРУ и не лишиться при этом жизни - приводит Флинна в восторг. Не в прямом смысле, что у него встает на риск, и.. – Мх-х, Матиас, – простонал Фэйрвинд, внезапно ощущая как влажный язык хаотично танцует на одном месте под его челюстью. Пыточно-щекотливый, он заставлял экс-пирата вздрагивать и закрываться в плечах, пока Шоу не нашёл его прижатый член возле своего бока, и не поместил обратно в руку. Мягкая и эластичная крайняя плоть, закрывающая мокрую головку, была хорошим инструментом для открытия шеи Фэйрвинда. И начальник ШРУ охотно этим пользовался, упиваясь мычаниями, вздохами и съеживаниями молодого парня. От длительности и продолжительности этой маленькой шалости, Матиас только сильнее разгорался, когда видел и слышал, как чувствовал себя Флинн. – Ах-м, – притесняя свою правую руку к затылку Шоу, Фэйрвинд млел с каждой секундой. Ему было так хорошо от ладоней, которые ласкали его. – Приливы... Да-а.. От сладости запаха, смешанного с потом и алкоголем, старый шпион ещё хаотичнее двигал языком, облизывая и причмокивая загорелую кожу моряка. Он даже пару раз вбился в сомкнутую руку на своём члене, и на секунды две потерял контроль над верхней губой, что стала напряжённо дёргаться, обнажая сверкающие зубы. И это так сильно завело Флинна, что он, в порыве желания, сжал медные волосы на затылке Шоу и повел его голову к себе, для самого влажного и страстного поцелуя. В нем не было никаких изученных техник и изысканий. Это был просто поцелуй двух мужчин, что искали больше губ, а не жесткие щетинки своих усов. Их пылающая влюблённость горела и ни на секунду не стихала, пока не затруднились дыхательные пути, вместе с неудобным положением. Флинну хотелось снова залезть на Шоу и смачно подрочить ему. Или отсосать... В общем, вскружить голову всем своим телом и делом. Этот мужчина заслуживает только самого лучшего! И как только он найдёт свободное окошко, то сразу же поменяется с ним "командованием", хотя.. судя по ощущениям, это будет в следующий раз. Звонко разомкнув губы с Флинном, Матиас не сразу же смог от них оторваться. Он ещё раз провернул парочку коротких и влажных поцелуев, прежде чем завалиться набок всем телом и поджать моряка одной правой. В таком положении было трудновато держать томящийся член Шоу, но для Фэйрвинда была и похуже проблема (приятного характера). Мастурбация от старого шпиона никак не прекращалась и тянула экс-пирата за ниточки наслаждения с каждым резвым и плавным толчком кулака. Его член попискивал, хлюпал в полном обхвате ладони Матиаса и сладко вдалбливался в кольцо из пальцев, захватывая Флинна в омут удовольствия. В такой, что аж ноги сводит. – А-ах, м.. – укладывая толстый член Шоу на свою тазовую кость, Флинн чувствует, как его ещё сильнее прижимают к себе и более интенсивнее надрачивают. – Матиас-с... – фокусируя взгляд на мужчине, моряк не видел его лица. Волосы закрыли обзор сильнее, чем он ожидал. Но зато он слышит, как дыхание старого шпиона раздаётся поблизости его левого уха. Не будь они в иной ситуации, то Фэйрвинд счёл бы, что Шоу плохо. Но так как ему, видимо, хорошо от этого зрелища, то моряк хотел добить главу ШРУ, будучи связанным по рукам. В его мыслях витали множество развратных поз, и ни одна из них не давала ему покоя. Как и, собственно, член Шоу, который уже раскис на его тазобедренном участке тела. Поэтому... после всех развратных воображений, где он мог стонать часто и звонко, и от которых его милый член стал только охотнее протираться в ладонь Шоу, Флинн изогнул свои лежащие ноги и стал качать бёдрами, доводя себя до лихорадочного преисполнения неровных звучаний, которые он издавал, слепо утыкаясь в лицо мужчины. Ему хотелось говорить Матиасу комплименты, в свободной форме слова, без мыслей и прочих формальностей. Чтобы начальнику ШРУ было приятно за свои действия. Но из-за бушующих волн удовольствия, он сейчас не может связать и несколько предложений. Зато, на удивление, это мог сделать Шоу. – Никогда ещё не видел такого милого мальчика, как ты, – было слышно, с каким трудом ему удавалось говорить без рыков. – Всего бы тебя расцеловал, Флинн... От этого признания, которое выдал глава ШРУ, моряк пуще заалел в лице и даже прикусил указательный палец в смущении. Сейчас он не мог скрыть свой восторг, прикрывшись "знанием" этих фактов. Ему от этих слов было так приятно, что от следующей партии комплиментов он ТОЧНО кончит. – Ты весь такой теплый, – губами Шоу искал открытые участки кожи лица Фэйрвинда, чтобы расцеловать его ещё раз, – и комфортный.. Усы старого шпиона дергались и путались в соблазнительном коричнево-золотистом цвете волос, и не препятствовали его настойчивым поцелуям, но зато заметно собирали нити к увлажненным рубцовым губам, которые дарили признательность к молодому парню. – Обожаю тебя, – на самом тяжёлом выдохе, он немного погладил моряка по талии, и, в конечном итоге, сжал его мягкую плоть бедра шрамированной ладонью. Последнее слово было окончательным сокрушением для Флинна. Комната заполнилась самым большим и сладким стоном, а после него последовали малые, полно тонких и частых мычаний с хаотичными согласиями. Фэйрвинд то прижимался к Шоу, то отстранялся. Одна его рука пыталась заглушить стоны, но из-за её банального присутствия он только сильнее становился похотливым. Он с лёгкостью облизал свой указательный палец, и переключился на лицо Матиаса, который, ох, точно видел что он творил со своим языком. И как только Шоу сходил с ума от увиденного, Фэйрвинд с превеликим удовольствием вылизывал его содрогающиеся губы и извергался ему в руку. Разгоряченная сперма, цвета морского жемчуга, не идеально ложилась на тело моряка, пачкая, в основном, его волосяной лобок и низ живота. Большую часть спермы приняла ладонь Шоу, которая ещё не останавливалась, но заметно снижала темп, чтобы Флинн не получал дискомфорт от накаленных нервов. В окружении старого шпиона звуки смешались и пели свою прекрасную музыку. От хлюпающего от спермы кулака, что доил моряка, от настырного и влажного языка, который вычесывал подкрученные щетинки усов. От шелеста прикосновения кожи к коже, от лихорадочного безобразия, что творилось на постели. Даже дыхание, которое уже сбилось в тысячный раз. Все это доводило Шоу до пика, а в особенности из-за Флинна. Этот купающийся в удовольствии парень, закусывал нижнюю губу и просил его члена. – М-ах, Матиа-ас, – экс-пират изнывался и скрещивал ноги, выпячивая на поверхность свои яички, что были тесно сжаты в блестящей от спермы мошонке. – Пожалуйста, я хочу!... Капризно растягивая слова, Флинн слепо пытался одной рукой остановить фрикционный кулак, а другой взять лежащий член. И когда растомившийся член Шоу почувствовал ладонь, то он тут же начал дёргаться и пульсировать. Он был на грани, и на такой, что одно лишь движение от головки до основания ствола - способствует семяизвержению. Ну, ладно, несколько. – Флинн, я... – отрицательно вертя головой, Матиас заторможено думал, как бы мягко сказать, что ему уже не до того желания, которое моряк просит. Но парень не желал сейчас скачек, а желал именно снова ощутить этот сочный член во рту. – Приятель, мне же.. надо списать должок, – слегка притворяясь, что это обязанность, а не его дикое похотливое желание, Фэйрвинд отогнал от себя мокрый кулак, перевернулся и заскользил вниз, чтобы быть ближе лицом к штанам Шоу. И как только перед его глазами показался этот толстенький пенис, он тут же словил его в рот, углубляя головку в ребристое нёбо. Старый шпион мгновенно содрогнулся и выпустил резкий выдох, который заласкал уши моряка. Может Шоу и не показывал открыто, как ему было хорошо, но его шумное дыхание выдавало его со всеми потрохами. И оно могло быть причиной множество проблем, если их игривые настроения могли происходить за пределами их личной комнаты. И немного отойдя от неожиданности, Матиас словил себя на неопределённом желании погладить Флинна по волосам. Он слегка приподнялся на локте грязной руки и зарылся ладонью в длинные локоны моряка, чтобы потихоньку их приглаживать. – Мой мальчик.. – шёпотом произнес Шоу, как только Фэйрвинд начал свои ненасытные покачивания на встречу широкого члена. Он настолько изголодался, что пальцами рук тянул вниз пояс штанов главы ШРУ, обнажая его напряжённые яйца. Они в любой момент могли дрогнуть, вытянуться вверх, чтобы пустить застоявшуюся сперму прямо в рот молодому парню. И, похоже, Флинн ждал этого момента, получше мучая головку толстого пениса в своей полости рта. Он громко причмокивал, вынимал пульсирующий член из рта и прижимал его головку к своим губам, чтобы медленно и томительно вылизывать набухшую уздечку. Таким образом, он ещё несколько раз довел Шоу до потрясений тела. – Ох, ну.. Не сдерживай себя, папочка, – чувствуя забаву от тихого мужчины, который не мог в силу своей привычки произносить стоны, Флинн смущённо улыбался и получал удовольствие от мягкого поглаживания своих волос. Вряд ли кто-то осмелился бы назвать Шоу таким сексуальным прозвищем, но Фэйрвинд был именно из этих людей. Что может быть лучше, чем наблюдать за взрослым мужчиной, которого только что назвали "папиком"? Следить за его взглядом, полно замешательства. Как густые брови сводятся к переносице, как нижняя губа немного опускается вниз, обнажая ряд зубов, что скрыты под взъерошенными усами. Будто был эдакий немой вопрос: "повтори-ка, как ты меня сейчас назвал?" Флинн уже подумал, что это не понравилось Матиасу, но тяжёлое дыхание и пульсирующий член возле его губ - быстро намекнули ему продолжать дело. Набухший и сочный, с гладкой крайней плотью, пенис медленно краснел во рту моряка. Он источал запах от предэякулята, и дергался, как только Флинн трогал его тяжёлые яйца в мошонке. Слегка и даже чересчур аккуратно, он давил на них кончиками своих пальцев, даря приятные ощущения главе ШРУ. И через несколько мгновений, Шоу сильно напрягает мышцы живота, и часто, прерывисто дышит. Его тело переживает несколько крупных сокращений, пока он спускает в моряка горячую струю застоявшейся спермы. Он не прекращает гладить его по голове, даже когда его разум чертовски затуманивается от накрывающих волн удовольствий. Ноги сводит мелкой судорогой, из-за чего Флинну пришлось одной рукой придержать его бедро, для физического успокоения. Рот, губы и усы экс-пирата были теперь полны в молочно-коктейльной сперме, которая быстро распределялась по всему половому члену. Фэйрвинд ещё не останавливался двигать головой и шевелить языком, пока волосы не были зажаты в кулак. От того, что Шоу наконец-то кончил, Флинн никак не мог нарадоваться. Чувствовать на языке его потихоньку обмякший член было сравнимо, как съесть красную рыбу в алкогольном опьянении. У него даже ноги в воздухе плясали, до чего же ему было приятно довести любимого мужчину до такого состояния! Слышать его отчаянные вздохи, чувствовать как его тело отвечает на прикосновения.. Такое Флинн вряд ли забудет. Особенно... этот вкус спермы. Как не крути, но он практически у всех одинаков. Ну, может быть, Шоу больше горький, нежели острый и жгучий, как перец. И ещё эта солоноватость на языке... – Думаю, что моя на вкус будет намного хуже, – задумчиво протянул моряк, смотря куда-то в стену. Он вряд ли сможет проглотить это. – Я.. могу это проверить, – невозмутимо поддержал разговор старый шпион, когда почувствовал, что может относительно спокойно говорить после такого бурного семяизвержения. Он уже собирался поднять левую руку, чтобы лизнуть фаланги пальцев, на которых осталась сперма Флинна, но был спешно прерван. – Приятель! Просто... поверь мне на слово, – махнув ладонью и утвердительно посмотрев на мужчину, моряк запретил делать какую-либо проверку. – Это как... съесть похлебку из протухших моллюсков. И не спрашивай, откуда я это знаю. Матиас скромно улыбнулся от нелепой ситуации. Его ещё забавляло то, что Фэйрвинд завёл разговор про вкус спермы, будучи измазанным в сперме. Хотя это не только забавляло... Застыв на несколько секунд, Шоу смотрел на Флинна загадочным и шаловливым взглядом, который заставил моряка несколько поежиться на месте. И после нескольких ласкательных поглаживаний по распущенным волосам экс-пирата, глава ШРУ предложил неизбежное действие: – В душ? – Да, – коротко согласился бывший капитан пиратов, – но так неохота... От одной мысли, что придётся вставать, когда сейчас хочется банально полежать - убивало Флинна. Но ради личной гигиены он готов пойти на такую жертву. И взглянув на обмякший, тяжёлый пенис Шоу, он ловко и бережно берет его к себе в руки, чтобы потом нежно поцеловать его на прощанье, прямо в замученную и мокрую от спермы головку. – Ещё встретимся, здоровяк. Ну а тут уже Матиас не сдержался закатить глаза от этого уморительного зрелища.