Глава 2.Здравствуй, юн..кхм Госпожа!

      Галина Петровна очнулась в вроде бы обычном саду, в котором были груши, яблоки, и вдалеке слышалось чьей-то пение… Но этот сад бл*дь белый!       — Эк меня головой то приложило… Уже сады белые мерещатся, — сказала Галина. Решив встать, оперевшись на одно из странных белесых деревьев, женщина упала. Ее рука прошла сквозь дерево!       — Да что тут происходит? Это чья-то глупая шутка?       Вопрос Галины Петровны повис в воздухе. Она уже натурально начала паниковать, чувствуя безысходность ситуации. Говорят из любой ситуации есть выход. Откуда взять выход здесь было очень большим вопросом. Но кто то окликнул Галину, но нельзя было разобрать откуда шел звук. — Здравствуй, потомок.       Тут уже у женщины натурально стали глаза по пять рублей, и схватившись за сердце она стала оборачиваться во все стороны пытаясь найти источник звука.       Госпожа Смерть (а это была именно она) присела на серо-белую травку рядом с женщиной и рассмеялась. Но смех у Смерти специфический, как будто ложкой по сковороде привозили.       — Не пужайся так, не трону. Но дело у меня к тебе есть. Силы Петровым данные не использовала, а это чревато за гранью. Можешь ты все Загранье разрушить неиспользованным даром.       Тут уже Галина засмеялась. Хотя смех этот скорее был на нервной почве. — Какие силы? Обычные мы, куда нам простым смертным.       Хель нахмурилась.       — Когда-то, Петр Первый спас другого моего потомка. За это силой колдовской его наделила, и Любимцем Смерти его величать стала. И именно от него-то и пошел ваш род.       — Так не было сил у меня никогда. Спутали, верно меня Госпожа.       — Умение пользоваться силой предки должны были на твое 18-летие передать, но не дожили они до этого времени, не так ли?       — Но откуда вы знаете, госпожа?        — У меня свои секреты, Галина, — сказала Госпожа и прищурилась… Если это можно назвать прищуром. Галина решила что спорить с ней — себе дороже, и слушала что она скажет дальше.        — Итак, чтобы попасть в Загранье, ты должна помочь моему прямому потомку.       — И кто это, этот потомок? — спросила женщина, ожидая услышать любое имя, хоть Микки Мауса, хоть колобка.        — Гарри Поттер.