Часть 1

      Видеть Роберта невыносимо. Больно почти физически. Через пару минут начинается очередной дер классикер, а Марко может думать лишь о том, как бы поскорее отсюда уйти. Не важно как и куда, только бы не чувствовать на себе внимательный взгляд голубых глаз. Признаваться не хочется, но он помнит, кажется, каждое вкрапление более тёмного цвета в них. Он чувствует его, не оборачиваясь. Потому что оборачиваться нет никакого желания. Да и вряд ли Ройсу хватит на это сил. Роберт ведь снова начнёт ему улыбаться своей этой белоснежной улыбкой. Для него ведь ничего и не было вовсе. Поляк всё ещё пытается вновь наладить с рыжеволосым контакт, упорно не понимая, почему они вдруг так отдалились. Левандовски как всегда попытается выловить капитана Боруссии в подтрибунке, выцепить в толпе знакомую макушку, затянуть куда-нибудь, где им никто не помешает спокойно поговорить. Но Марко в очередной раз умело от него ускользнёт, как делал это всегда. Он ведь всё для себя уже давно решил. Не бросил Роберта, нет. Просто закончил их отношения, не видя смысла всё это продолжать. Он не наигрался, не устал, не разлюбил. Просто в какой-то момент понял, что отношения их обречены, что будущего то у них и нет. Ведь любит он совсем другую А Марко так не может. Он никогда не умел отпускать людей, запавших в душу. Он пытался. Пытался, но тщетно. Сердцу ведь не объяснишь то, к чему в результате логического мышления и сопоставления фактов пришёл мозг. Ройс пытался убедить себя, пытался уговорить, пытался буквально насильно заставить себя это принять. Но не мог. Обманывался каждый день, говоря себе, что забыл. Он ведь и не скучает вовсе. И счастлив без него. У Марко прекрасная жена и маленькая дочка, которых он любит всей душой. Он даже стал капитаном команды чуть ли не всей своей жизни. И в принципе, он был полностью доволен своей жизнью. И всё равно почему-то вспоминал мужчину с тёмными волосами, в которые когда-то запускал пальцы, перебирая пряди. И это «когда-то» с каждым днём отдалялось всё дальше, растворяясь в ворохе листов отрывного календаря. Ведь любит он совсем другую А Марко не любит. Не любит ни его улыбки, ни взгляды мимолётные, ни вечно попадающиеся в ленте новостей фотографии. Раньше ведь обожал настолько, что сейчас терпеть не может. Не может и оторваться от очередного поста в инстаграме, с изображения которого смотрит счастливый Роберт, искря радостью в глазах. А ведь когда-то счастливым его делал Ройс, криво улыбающийся в ответ. Марко и сам, пожалуй, был счастлив тогда. Но закончил это сам, оставив всё в прошлом. Ведь любит он совсем другую Оставив, но не забыв. Немец соврал бы, если бы сказал, что порой не хочет это прошлое вернуть. Что не хочет вернуть объятья, переполненные чувством удовлетворения и гордости, после забитых мячей друг друга. Что не хочет вернуть замёрзшие руки в чужих, более тёплых руках, пытающихся согреть его после особенно морозной тренировки. Что не хочет вернуть их глупые зажимания по углам стадиона. Что не хочет вернуть мятные поцелуи, потому что Роберт упорно отказывался целовать Марко до того, как почистит зубы. Что не хочет вернуть в с ё. Всё, от чего решительно отказался по собственной воле. Ведь любит он совсем другую И речь даже не об Анне. Женщина знала о их странных отношениях с самого начала. Роберт не мог и не хочет её обманывать или что-то скрывать. Он заявил об этом прямо и открыто. Поляк не боялся ни осуждающих комментариев про его ориентацию с её стороны, ни долгой и бесполезной беседы о неправильности связи с мужчиной. Он боялся лишь потерять её. И это, оказалось, было взаимным. Анна приняла его. Приняла их. Она только в начале смотрела на Марко как-то обиженно что-ли, а потом приняла. И Марко, на самом деле, был ей благодарен. Правда, потом, после всех этих событий, смотреть она стала на него с каким-то сожалением, пониманием и немой поддержкой. Могло даже показаться, что она его давняя подруга, прекрасно наслышанная обо всех проблемах Ройса. И не важно, что лично они почти не общались и связывала их только влюблённость в одного мужчину. А теперь уже не связывало ничего. Ведь любит он совсем другую Марко был готов простить Роберту всё, что угодно. И его педантичность, и непонятные польские слова, которые тот шептал ему каждое утро, и подолгу игнорируемые сообщения, незамеченные из-за очередной тренировки дома. Но вот с влюблённостью Левандовского в свою карьеру Ройс смириться не смог. Роберту нужно было движение, прогресс, новые вызовы и новые победы, за которыми он уверенно шёл. Роберту нужно не просто что-то хорошее, а лучшее. Меньшее его не устраивало. А Марко нужен был дом, стабильность и семья. Ему нужен был Дортмунд. Нужно было осознание, что его всегда кто-то ждёт и ему есть к кому вернуться. Решающим событием в их отношениях стал не переход Леви в Баварию. Марко решил поставить точку в их истории только от осознания их разницы. Говорят, по отношению к привязанности людей различают только на два типа: похожих на кошек и на собак. Роберт, подобно собаке, был предан людям, конкретному человеку, независимо ни от каких обстоятельств. А Марко же, более напоминавший кота, сохранял верность родному месту, всегда стараясь возвращаться домой. Но как можно иметь постоянный дом, куда возвращаться, если ты вечно живёшь на три города? Дортмунд, Мюнхен, Варшава и так по кругу. Бесконечный цикл долгих поездок, лишь бы оказаться рядом. И Марко ни за что не признается себе, что готов отправиться куда угодно, даже если на дорогу придётся потратить несколько суток кряду, лишь бы оказаться рядом с Робертом. Любит то тот совсем другую.