Часть 1

За окном сквозь плотный белый туман едва заметно пробивались бледные солнечные лучи — что в Киригакуре, видимо, считалось за погожий летний денёк. В одном из номеров небольшой гостиницы на окраине деревни Карин подпёрла щёку кулаком, тоскливо глядя наружу. — Что-то мне всё это кажется одной большой разводкой… — пробормотала она. — Как ты можешь, Карин?! Я тебя хоть раз обманывал?! — Суйгецу возмутился до глубины души, но благоразумно предостерёг: — Только не начинай перечислять. Карин даже не снизошла до оскорблений, ограничилась многозначительным закатыванием глаз. — Нет, Карин, ну правда, — собрав всю доступную ему проникновенность, начал Суйгецу. — Я из лучших побуждений! Я ж от всего сердца! Почти душу перед тобой распахнул! Он заглянул ей в лицо своим самым невинным взглядом. Карин тяжко вздохнула. — Вообще, не понимаю, что тебя не устраивает, — перешёл в наступление Суйгецу. — По-моему, отличный отпуск у нас с тобой получается! Я тебе показал все главные красоты Страны Воды! — А я ведь должна была подумать заранее, — щёлкнула пальцами Карин. — Не на ровном же месте взялось название «Деревня, скрытая в Тумане»! …Суйгецу очень убедительно проводил экскурсии: принимал важный вид, размахивал руками и в меру своего поэтического дара описывал приметные горы, проливы, острова и водопады. Судя по шуму ветра и воды, даже не врал, но Карин, как ни вглядывалась, не смогла рассмотреть в тумане хотя бы нечёткого контура ни одой из означенных достопримечательностей. — Про важные исторические традиции рассказывал! — продолжал перечислять Суйгецу. — Это, в смысле, врагов убивать кроваво, а друзей — ещё кровавее, ты эти важные традиции имеешь в виду? — уточнила Карин. …свои культурологические выкладки Суйгецу перемежал кучей путаных и мутных исторических справок, захлёбываясь от восторга при упоминании поколений великих мечников, которые кромсали друг друга всякими хитрыми мечами и увлекательными способами. Не так подкованная в истории Карин слушала это, как крайне подробный рецепт фруктового салата. — Национальной кухней накормил! — настаивал Суйгецу. — Рыба, — принялась перечислять Карин. — Рыба под рыбным соусом. Рыба с рыбой. Рыба в рыбе. — И мороженка! — возмущённо уточнил Суйгецу. — Рыба на рыбе. Рыба из-под рыбы. Рыба через рыбу… — проигнорировала его Карин. — Ты себя в такие моменты каннибалом не чувствуешь? — Придумай что-нибудь новое, эти шутки перестали быть смешными ещё несколько лет назад, — пробубнил оскорблённый в своих самых чистых и искренних чувствах к мороженому Суйгецу. Карин снова тяжко вздохнула, отняла руку от лица и недовольно признала: — Ладно, я понимаю, что ты старался. Наверное, это просто не моё. — Конечно, не твоё. Ты бы здесь даже детских игр не пережила, — успокоил её Суйгецу, — дотянула бы лет до восьми, — что-то прикинул и уточнил: — а то и пяти. — Давай посчитаем, что я оценила твой порыв, закончим на этом и вернёмся к Орочимару? — попросила Карин. — Нет уж! — упёрся Суйгецу. — Мы в кои-то веки его и тебя уговорили в отпуск выбраться! Я хочу, чтобы тебе эта поездка понравилась — и я своего добьюсь! — Я пыталась быть доброй и понимающей, но терпение-то заканчивается! — предупредила Карин. — У тебя всё равно неубедительно получалось, — успокоил её Суйгецу. — Но ты сейчас передумаешь! Мне осталось показать тебе одну последнюю достопримечательность — и её ты точно оценишь! — Да ну?! — рявкнула Карин, нервно поправляя очки. — Удиви меня! — Тогда погнали! — предложил Суйгецу. — Тут недалеко! *** — Вот! — торжественно возвестил Суйгецу. — Надеюсь, это стоило того, — проворчала Карин, пытаясь краем рубашки протереть очки от мелких капель вездесущего тумана. — И ради чего ты меня сюда притащил? — Наша фамильная гробница! — сделал широкий жест Суйгецу. И прежде чем Карин успела как-то это прокомментировать, приобнял её за плечи и вдохновенно взмахнул рукой: — Ты только подумай, Карин: здесь похоронено множество славных и достойных представителей клана Хозуки! А когда-нибудь… — он важно покивал, — тут и меня похоронят! — Сделаю всё, чтобы присутствовать при этом счастливом событии! — с чувством отозвалась Карин. — Нет, чтобы его приблизить! Спасибо, теперь одно воспоминание об этом месте будет согревать мне сердце! — Я знал, что ты оценишь! — сверкнул улыбкой Суйгецу. — А говорила, я тупой и в романтике ничего не понимаю! — Ладно, — через силу признала Карин. — Может, ты и не безнадёжен. И на родине твоей, наверное, есть, на что посмотреть. Не такой уж невразумительный вышел отпуск. — Вот и отлично! — просиял Суйгецу, схватил её за руку и потащил: — А теперь пойдём! — Куда? — не поняла Карин, послушно шагая вслед за ним. — Так с семьёй тебя познакомлю! — радостно пояснил Суйгецу. — Брату представлю, дедушке… Ой, ты бы знала, какой у меня крутой дед был!.. На ходу пытаясь представить себе масштабы катастрофы «крутого деда» по меркам клана Хозуки, Карин плавно переходила в стадию смирения.