Часть 1

Когда Саске чихнул в первый раз, Орочимару на это не обратил внимания. Второй чих заставил его напрячься. На третьем саннин уже не выдержал: — Саске, как ты себя чувствуешь? Ты не заболел? — спросил он. — Нет, вроде, — ответил тот. В его голосе даже не было обычного пренебрежения, казалось, он сам был растерян таким поведением своего носа. Орочимару на всякий случай попробовал его лоб. Не горячий и не холодный, но рептилоидное тело могло его обманывать. На четвёртый раз он прервал тренировку и вызвал Кабуто. — Проверь Саске, — велел он. — Слушаюсь. Кабуто отвёл Саске в комнату, которую ему выделили под лабораторию. Он послушал его стетоскопом и аккуратно постучал сзади по лёгким, а после проверил и медицинским дзюцу, но ничего не обнаружил. Саске был полностью здоров. Взяв кровь, чтобы позже провести более подробный анализ, Кабуто отпустил Саске и пошёл отчитываться Орочимару. — Ничего, но я ещё проведу некоторые тесты, — доложил он. — Хорошо, — кивнул саннин. Насколько он знал, чихать можно из-за пыли, смены температуры, когда заходишь в помещение, и из-за пересушенного воздуха. На всякий случай Орочимару велел провести влажную уборку, продул вентиляцию и перенастроил систему климат-контроля, подняв температуру на несколько градусов и повысив влажность воздуха на пару процентов. Конечно, тем самым он мог выдать местоположение резиденции, но что ни сделаешь для сохранности будущего сосуда. *** Орочимару читал отчёт Кабуто и хмурился. Анализ крови ничего не показал. У Саске не было ни лёгочных заболеваний, ни аллергии — ничего. Он продолжал периодически чихать, иногда чаще, иногда реже. Орочимару продолжал мысленно перебирать причины чиханья. Чихать могут беременные из-за ринита, но Саске как минимум не подходит по полу. Кроме этого оставался ещё один вариант, ненаучный, но правдоподобный — мысли о сексе. Саннин догадывался, о чём думают люди, видя его язык, и теперь стал чаще его показывать, наблюдая за реакцией ученика. Но не слишком часто, чтобы тот ничего не заподозрил. Он действовал и открыто — каждый раз после чиха спрашивал, о чём Саске думает. Ответы были самыми разными: — Об Итачи. Орочимару решительно отогнал мысли об инцесте. — О мести. Ничего удивительного. — Есть хочу. Зато честно. — вот у кого-то аллергия на пух на рыбу на духи а у меня на идиотов апчхи* Видя, что Саске уже начал злиться, а значит, что-то подозревает и эксперимент на грани срыва, Орочимару прекратил спрашивать. Всё равно ничего, кроме колкостей, не получит. И Саске ни разу не чихнул при виде его языка. Саннин чуть не усомнился в своей сексуальности, но решил, что всё дело в Учихе. Он предпринял последнюю попытку узнать тайну организма Саске — поручил Кабуто провести лекцию о контрацептивах. А сам спрятался и подслушивал, как на это отреагирует его подопечный. Кабуто хоть и был недоволен, но всё-таки выполнил приказ Орочимару. Саске на удивление спокойно выслушал его, без смешков, не хвастаясь, что он и сам всё знает. Но сюрприз ожидал в конце: — А практиковаться будем? — спросил он. — Если господин Орочимару отпустит тебя в публичный дом. Не рассчитывай, что он отдаст тебе хоть одного пленника, — они нужны для экспериментов, — нашёлся Кабуто. — Ха, да мне и не нужны услуги проституток, я любую девушку затащу в постель, — надулся парень. Кабуто не стал спорить. Отчасти потому, что Саске был прав. К досаде Орочимару, тот ни разу не чихнул за весь разговор. Оставалась всего одна причина чиханья, ещё более ненаучная, которую он никак не может принять, — кто-то вспоминает. Этому нет никакого логического объяснения. А значит, и выяснить, почему Саске чихает, невозможно. Впрочем, видя, что тот здоров и не собирается умирать, в чём убеждал и диагноз Кабуто, саннин смирился с этим. Но температуру в резиденции от греха подальше не снижал. И лишь скрипнул зубами, когда любимый ученик явился в новом кимоно. Полностью быть распахнутым ему не позволял только лиловый витой пояс. И Саске привык. Поэтому очень удивился, когда в Конохе его нос словно забывал чихать. Всё изменилось, но главное, что блондинистое чудо всегда было рядом. Вот и сейчас Наруто буквально спал на нём, закинув ногу и положив голову на грудь. Саске раньше не раз видел его в такой позе, обнимающим одеяло, когда приходил будить на миссию. А теперь и сам был вместо этого одеяла. В том, что он чихал из-за Наруто, который слишком часто вспоминал сбежавшего друга, он не сомневался.