Часть 59

Эмма Свон не стала бы отрицать, что ей интересно, кто этот человек, предполагаемый отец Генри. Она чувствовала это, но никакой особой уверенности в этом не испытывала. Ее взгляд упал на подвеску Джонса, похожую на ту, что были у Ингрид. — Это украшение, откуда оно у вас? — неуверенно спросила Свон; ей было важно знать. — Мы обменялись подвесками в знак нашей помолвки, в знак нашего общения… Но ты…не носишь их, — огорченно ответил Джонс, покачав головой. — Мы были помолвлены… — надтреснутым голосом проговорила Свон. Не может быть! Неужели всю свою жизнь она жила в иллюзии, неужели… — Я сняла ее, чтобы Румпельштильцхен и Реджина не видели. — Темный! — прорычал пират, и тут же в его голосе почувствовалось ужасное беспокойство. — Он что-то сделал тебе? Он уже убил одного человека, которого я любил, и если узнает, что мы связаны… Он может причинить тебе вред или убить. Сердце треснуло от боли, промелькнувшей в глазах собеседника. Эмма не знала всего, что именно случилось между пиратом и колдуном, но это страшило ее. А еще больше она боялась, что, возможно, в будущем ей придется выбирать между ними. Но обоих Эмма фактически не знала: что Джонса, что Голда. Но у нее есть возможность понять обоих. И это очень важно… Они были помолвлены, значит — любили друг друга? Между ними что-то было? И зачем она притворяется? Знает же, что было. У Эммы остались какие-то смутные воспоминания и чувства к этому человеку. Она пыталась понять, отчего сердце трепещет при одном взгляде на Джонса. Этот пират был чертовски красив. Как раз в ее вкусе, ей всегда нравились голубоглазые брюнеты. Или это потому, что ее просто тянуло к кому-то, похожему на Киллиана Джонса? — Нет, ничего. Он же м…— Эмма замолчала, понимая, что едва не сказала лишнего. Ведь ее отец и этот человек — враги. Почему она все время возвращается к одному и тому же? — Скажи мне… — Я слушаю, Эмма. Что ты хотела спросить? — Киллиан не смог удержаться и не подойти к ней. Десять лет были мукой для него. Но у него была надежда, что скоро они встретятся наяву. Хоть и эта встреча была для него драгоценным подарком. — Скажи, как наш сын? Что с ним… я даже не успел его увидеть. Как его зовут? — Генри, его зовут Генри. Он славный парень, — прошептала Эмма, опустив голову. Ей было невыносимо больно от того, что она оставила сына, пусть и не по своей воле, но… — Проклятье разлучило нас на целых десять лет… я должна была быть с ним, но, сколько бы не искала, не, могла найти. Кто бы мог подумать, что его усыновила Реджина. Но он был счастлив. Но он такой же настырный и упрямый, как и его отец. — Свон, любимая, ты ни в чем не виновата, ты не могла контролировать Темное заклятие, — проговорил Джонс, прижимая ее к себе и желая спрятать ее от всех проблем. — Нельзя отчаиваться, главное, что вы нашли друг друга. А я найду вас, я обязательно найду, мы обязательно будет вместе, ты и я и Генри. Эмма последнее время много думала, насчёт этого Тёмного заклятия, пытаясь понять, кто же его наложил... Ведь это точно не Пэн, какая ему выгодна в проклятье? Должен быть, кто-то ещё! Но сколько бы Свон не пыталась понять, ничего не выходило, слишком много данных... Но рано или поздно она выяснит, кто за этим стоит!