Часть 1

      Луна стояла около раковины и намыливала посуду. Из глаз шли маленькие соленые капли, падая ей прямо на руку. Она не знала, что ей делать и как дальше быть. Она не могла поверить, что с ней произошло, ведь эти длительные отношения были самыми лучшими. Но все разрушилось. Все стало на свои места, как и должно было.       Она предполагала, что это когда-нибудь случится. Видимо, момент настал, к сожалению.       Отбросив тарелку, прижала ладони к глазам. Больше не было сил. Её маска спала с лица, показывая, какая же она всё-таки ранимая внутри, а не жесткая и холодная. Вырвался тихий всхлип, слюна потекла по подбородку.       Луна была разбита. — За что ты так со мной... — в пол голоса прохрипела, вытирая глаза уже в какой раз настолько, что болели. Они были красные, как и всё её опухшее лицо.       Этот день был самым ужасным, который она навсегда хочет стереть из памяти. Она хотела забыть пятилетние отношения, которые прямо сейчас казались ей отвратительными, ненастоящими и поддельными. Настолько грязные и пропитанные ложью.       А разрушителем был только один парень, который и разбил Луну. Тот, кого она хотела видеть меньше всего на свете. Тот, кого она желала стереть с лицами Земли.       Луна спустилась на корточки, прижимаясь к гарнитуре кухни. Колени тряслись, она уставилась в одну точку. — Как ты мог так поступить?.. Как ты мог разрушить абсолютно всё?.. Почему ты мне сразу не признался?.. — бубнила себе под нос, словно была под гипнозом.       Не было точного времени, сколько она так просидела, когда дверь в квартиру открылись. Она не встала, а продолжала сидеть на этом же месте. Ждала, когда он сам сюда подойдёт и увидит сие прекрасную картину. — Дорогая, я дома, — радостно прикрикнул Маттео, пряча у себя за спиной букет её любимых цветов. Орхидеи.       Девушка ему ничего не ответила. Глаза были приоткрыты. Она так устала за сегодня. Как и морально, так и физически. Но ей нужно терпеть, чтобы разобраться во всём этом дерьме. Она больше не сможет выслушивать очередную ложь. Не может. — Э-э-эй, Луна, ты где? — запереживал молодой человек, когда ничего не услышал в ответ.       Он подошёл к кухонному столу и положил букет на него, бегая глазами по комнате. Он волновался, что что-то с его девочкой случилось. Обычно, когда он приходил домой и оповещал её об этом, то та тут же прибегала к нему обниматься и целоваться. Но сегодня этого не было. — Я здесь, — прошептал она, как бы Маттео её услышал.       Бальсано повернул голову в сторону голоса, но так никого и не увидел. Он нахмурился, когда Луна же в очередной раз тяжело вздохнула. Положила руки на пол, стараясь встать на ноги, которые вовсе не хотели держать. Она повернулась к нему, но тот смотрел совсем не туда. Опёрлась об островок, наклонив голову вперёд. Она не могла на него смотреть. Перед глазами стояли фотографии, которые ей пришлось рассматривать.       Не может этого быть... — Повернись, — тихо приказала ему.       Тот тут же это сделал, увидев перед собой свою уставшую и разбитую девушку. Он мигом подошёл к ней, хотел прикоснуться к ней, как она резко проговорила: — Не прикасайся ко мне, — и из глаза снова пошли слёзы. У неё была истерика. Ей было плохо. Она чувствовала, что каждое её движение забирала последние силы. Она больше не могла терпеть эту невыносимую боль. Она хотела вырвать из груди свое сердце и раздавить на пополам. — Что случилось, дорогая? — взволновано спросил.       Он ещё и смеет её называть «дорогой» после всего того, что он совершил. Луна подняла свой взор, впиваясь кровожадным взглядом. Выпрямила спину.       Скотина, которая разрушила ей жизнь, которую она не ненавидит, которая не заслуживает её. — Ты ещё и спрашиваешь? — усмехнулась она, понемногу приходя в себя. — Я не пони... — Не понимаешься, о чём я? — взревела она. Силы сызнова вернулись к ней. Она готова была рвать и метать. — Не понимаешь, о чем я, кобель?       Он замер на несколько секунду. Тело его парализовало.       «Она узнала...», — лишь только пронеслось у него в голове.       Маттео должен был ей всё сам рассказать, но постоянно откладывал, так как боялся потерять её навсегда, а сделал только хуже. Он не мог позволить этому совершиться. Он не выживет без неё. Она, и только она, направляет его на верные пути, всегда поддерживает и любит, как никогда и никого ранее.       Пара оплошностей и ложь, как он на пути потери её.       А она не готова ему это простить. Не готова идти на то, чтобы когда-то снова вернуть эту любовь и чувства между ними, которые всё равно не восстановить. Она не готова... просто не готова... — Как ты?.. — Узнала? — опять договорила за него, скрестив руки на груди. Она тем самым хотела ограничить себя от него. Он кивнул, поджав губы. — Твоя подружка мне скинула фотографии, на которых ты сначала её трахаешь, а после удовлетворено обнимаешь. Не понимаю, как она не додумалась снять видео с вашим сексом. Посмотрели бы все вместе, — злобно прошипела. — И ведь знаешь, Бальсано, она как-то меня нашла. Не поленилась. Но вот меня интересует кое-что: сколько ты трахал её, а после приходил, как ни в чём не бывало, ко мне, спал со мной в одной постели, жил со мной в одной квартире, трахал меня, целовал этими губами, трогал мерзкими руками, а?..       Она давила на него, поэтому Маттео больше не мог этого терпеть. Хотелось закрыться и спрятаться, чтобы больше ничего не слышать. Хотелось вернуться обратно в прошлое, сделать так, дабы этого не произошло. — Прекрати!       Он не мог больше это слышать. Ему было противно от самого себя. — Что, совесть замучила? А до этого что?       И все же где-то в глубине она не хотела слышать ответы на свои вопросы. Но и в то же время хотелось узнать. Узнать всё что угодно, при этом убивая себя.       Мазохистка хренова. — Почему ты молчишь? — он склонил голову внизу, так и продолжив молчать. — Трус.       Случайно вспомнила про фотографии, которые распечатала в подарок к своему верному парню. Спохватилась, подошла к своей сумке и достала их оттуда.       Луна вновь их рассматривала и узнала, где именно он ей изменял в один из дней. В их спальне. С самого начала она не обратила никого внимания, но теперь ей только от этого стала ещё хуже. Уже какой раз ей воткнули острый нож в сердце. — Прямо в нашей спальне, прямо на нашей кровати, — она задыхалась. Никогда ей не было так противно и горько. И как она не обратила на это внимания. Как она не заметила и не спалила их.       Гнев нарастал. Он так ничего и не сказал ей, продолжая тупить взгляд в пол. Трус, который не может ответить за свои действия, которому нет никакого оправдания и прощения. Лишь только месть. Настолько холодная и заслуженная. — Я думала, что я всё для тебя, как и ты для меня. Я думала, что ты любил меня. Я думала, ты правда был загружен на своей работе, а, как оказывается, трахал какую-то шлюху в нашей квартире! — закричала она, надрывая голоса. Он не заслуживал ни одной её слезинки, ни одной боли, которая разрывает её. — Чем ты хотел этим добиться? Чем? Ты хотел мне причинить боль? Уничтожить меня? Разбить мне сердце? — она зажмурила глаза, пытаясь сдержать очередную порцию слёз. Она никогда не могла и подумать, что их отношениях именно так закончатся. На измене. На, черт возьми, предательстве. — Поздравляю, у тебя всё это получилось, Бальсано.       Кинула ему эти фотографии в лицо. Они разлетелись, а после упали на плитку. Парень не шелохнулся.       Луна обессилено упала на колени и сжала голову ладонями, закричав, что есть мочи. Голос медленно садился, точно так же, как и все её силы. Крик резал слух Маттео, но тот понимал, что именно он виновник всего этого. Он причина всего того, что сейчас происходит. Хуже больше некуда.       Девушка помнила всё: как они встретились, как он ухаживал за ней, как он долго, упорно и настойчиво добивался её, как впервые пошли на свидание, как впервые поцеловались... Первый секс, первое признание в любви, знакомство с родителями, предложение о том, что они будут жить вместе в собственной квартире. Самые приятные воспоминания, которые никогда не покинут их. Эти года прошли так быстро.       Всё, что они так долго создавали, разрушилось в один день. «— Ты же понимаешь, что все твои попытки просто никчёмны. Я никогда в жизни не буду встречаться с таким как ты, — надменно сказала прекрасная девушка, гордо вскинув подбородок, продолжая держать свой путь. — Мне всё же стоит попробовать, моя леди, — приклонился перед ней, но из-за своей неуклюжести упал на асфальт, тем самым рассмешив её. — И, кстати, вы обратились ко мне на «ты». — Придурок, — проворчала она. — Я всё слышу, — довольно протянул тот.»       В тот момент она не была готова с кем-то знакомиться, потому постоянно отвергала любого парня, даже как бы он прекрасен, умён и богат не был, следовательно, огорчая молодых людей. Но этот паренёк почему-то сразу привлёк её внимание к себе. Ей нравился он, пусть и каждый раз получал отказ. «— У тебя тут мороженое, — томно прохрипел Маттео, убирая большим пальцем кусочек, после чего облизнул его.       Она сглотнула и покраснела от такого интимного жеста. — Прости. — Запомни: никогда не извиняйся из-за таких мелочей. Тем более передо мной.»       И Луна запомнила эти слова. Но они никак не могли подействовать сейчас, так как измена — не мелочь. Извиняться не было смысла.       Маттео всегда был нежен с ней, что был готов носить её на руках. А ей это постоянно льстило. «— Что ты делаешь, — удивлённо закричала Луна, когда Маттео брызнул в неё из водяного пистолета. — Не будь такой скучной, — воскликнул парень, снова обрушив на неё своё оружие. — Не будь такой скучной, — повторила его голос, кривляясь. Она завизжали, когда ещё раз почувствовала на себе ледяную воду. — Хватит, это не смешно, Маттео, — недовольно топнула ногой по песку. — Зануда. — Сам такой!»       Они были всем друг для друга. Другом, второй половинкой, семьёй. Были счастливы вместе. Вспомнить только, как одна улыбка или смех человека приносила счастья своему партнёру. «— Мне нравится твоё нижнее белье. Ты в нём сегодня такая секуальная, — довольно проговорил Маттео, когда девушка вышла из ванной комнаты. — Только сегодня? — она прошлась соблазнительной походкой. Присела на корточки, медленно проводя руками по своему телу.       Он сглотнул. Не мог налюбоваться таким соблазнительным телом. — Всегда, — мигом исправил себя. — Мне не терпится поскорее снять с тебя все эти тряпки, — заёрзал на месте, на что девушка еле сдерживала ухмылку.»       Воспоминания одним за другим крутились у неё в голове. Как же им тогда было хорошо, как же они наслаждались каждым проведённым моментом вместе. Теперь такого больше не будет. — Прости меня, Луна, прости. Я так виноват. Мне нет оправданий, — затараторил он, присаживаясь к ней и пытаясь обнять. Он не хотел видеть то, как же она мучается из-за него.       Как же было жалко и душно такое слышать. — Ты не заслуживаешь ни одной слезинки, которая я проронила сегодня из-за тебя. Ты не заслуживаешь ни моей боли, ни моей любви. — Я знаю, я... — Маттео не решался продолжить, так как волновался, что только хуже сделает. — Я могу что-нибудь для тебя сделать?       Она распахнула очи. В её головушке зарождался небольшой план, настолько прекрасный и коварный. — Можешь.       Ещё как можешь, Маттео Бальсано. *** — Сильнее, — восторженно прохрипела Луна, схватив его за волосы, прижимая лицо к ложбинке своей груди.       Маттео медленно и аккуратно взял её сосок к себе в рот, покусывая и посасывая. Она тихо застонала, продолжая двигаться на нём. — Глубже, — ей было так хорошо и приятно. Впервые за весь день.       Руки Маттео лежали на её ягодицах, сильнее сжимая и оставляя красные следы. Страстный, безумный и последний секс в их отношениях.       Это именно то, что Маттео может сделать напоследок. Насладиться их связью и ей самой, девушкой, которая безжалостно скакала на нем и кричала от удовольствия. Его задница находилась на голом матрасе, пока Луна сверху двигалась. Постельное белье, который предварительно стянула Валенте, валялась где-то в углу.       Сегодня она им доминирует, а тот повинуется и выполняет всё её пожелания, приказы.       Луна грубо впилась ему в губы. Она была ненасытна. Она желала ему мести за всё, что с ней совершил, при этом получая усладу.       Маттео тихо простонал девушке в шею и прикусил ее на том самом месте, оставляя небольшой засос, а после лизнул. Та же приоткрыла рот, но не произнесла ни слова. Он то ускорял свой темп, то наоборот дразнил бедную девушку. — Вот так, мой хороший. Двигайся быстрее, — командовала им. Ей это очень нравилось.       Яйца Маттео бились об её ягодицы. По спальне разносились шлепки их тел.       Луна просунула свою руку между ними и прикоснулась указательным к своему клитору, усердно водя по нему. Была на грани кульминации. Осталось совсем чуть-чуть. — Ты знаешь, что должен будешь сделать? — проговорила ему на ухо, а после притронулась губами к его мочке и потянула вниз. — Что, моя леди?.. — он тяжело дышал, насаживая худое тело на свой член.       Он всё помнил.       От этих двух слов сердце Луны сжалось ещё сильнее. Как же сильно он действует на неё. Однако это никак не должно помешать. Нужно отключить чувства и забыться, словно они просто знакомые, которые решили заняться дружеским, но диким и страстным, точно, как у тех, кто давно живет вместе, сексом — Отпустить меня.       Он остановился на какой-то миг, на что Луна недовольно простонала. Он не должен останавливаться именно тогда, когда оба на грани. — Продолжай, — её голос навсегда останется в его памяти, как и её волшебные стоны. — Почему ты так говоришь?       Не понимал её до конца, а ведь всё было настолько просто. — Потому что... Ах, — набрала воздуха в свои лёгкие, чтобы дальше продолжить: — Потому что я не смогу тебя простить. Никогда, — она вновь схватила его за волосы, потянув назад. — Как же хорошо, — блаженно прошептала она, закатив глаза от удовольствия. — В чём-чём, а в сексе ты всегда был хорош, — вернулась к его устам. Провела большим по его контуру. Такие манящие, пухлые зацелованные губы.       Маттео нахмурился, но не останавливался. Он и сам был на грани разрядки. — Не хмурься, морщинки будут, — провела пальчиком по складке между бровей.       Один мощный толчок из-за злости, как Луна завопила, когда почувствовала, что молодой человек начал ускорять свой темп, сильнее вбиваться в нее. — Я сейчас кончу, — едва проговорила, подчас сжимая стенки своего влагалища.       Её тело началось слегка трястись, она слегка начала приходить в себя после мощного оргазма, во время которого Маттео поглаживал её спину и шептал, что никогда не сможет отпустить, что всегда будет любить, что никогда не найдёт кого-то лучше, чем её.       Гнусная ложь, которую Луне никак не хотелось слышать. — Спасибо тебе за всё, Маттео. Спасибо за пять лучших лет в моей жизни, которые я провела с тобой в отношениях. Как бы сильно этого не хотелось, но ты навсегда останешься в моём сердце, как первая любовь, парень и любовник, — она прощалась с ним, так как не была намерена здесь больше оставаться, добивая не только его, но и себя. — Пожалуйста.. Прости меня. Я сделаю всё ради тебя. Только не уходи...       Он не мог её отпустить. Он сильно её любил. — Я не в силах это сделать, — она сдерживалась, чтобы не зареветь. Как же много слез она пролила. Только не сейчас. — Ты мог сразу со мной расстаться, когда чуял, что твоя любовь ко мне исчезает... — Она никогда и никуда не исчезала, — перебил ее, на что Луна тяжело вздохнула. — Я знаю, Луна, мне нет оправданий, но я готов сделать ради всё, что ты пожелаешь.       Никак не отреагировала на его последнее предложение, сделав вид, что он такого не говорил. — Не перебивай меня, — она продолжала сидеть на нём, голая, потная и удовлетворённая, но вся разбитая и уничтоженная внутри. — Да, ты бы сделал мне больно нашим расставанием, но ты сделал только хуже своей изменой, предательством. Я буду ненавидеть и себя, и тебя, если позволю дальше этим отношениям, которые не вернуть, продолжиться. Я не смогу ни простить тебя, не тем более забыть то, как ты трахал какую-то шлюху... — Не говори так о ней, — вена на его шее начала набухать от злости, а скулы напряглись. Задела за живое.       Луна лишь усмехнулась. — Влюбился? — а он промолчала.       Она была права. Влюбился в девушку, с которой он ей изменял на протяжении четырёх месяцев, как мальчишка. — Зачем ты мне врёшь, Маттео? — Я не вру...       «Твоё враньё ранит меня ещё больше, чем твои поступки», — проговорила она про себе, ибо не видела смысла говорить ему в лицо. А толку. — Нам лучше просто стоит разойтись, — она опечаленно вздохнула. Это был её окончательное решение. Никто не по силам её переубедить. — У нас нет будущего. Ты врал мне в лицо, ты мне изменял мне за спиной, а твои чувства ко мне постепенно угасали.       Луна встала с него и начала поднимать вещи с полу. Маттео уставился на девушку, не веря, что потерял её. — Вещи заберу завтра. — Пожалуйста, — он не терял надежды на то, что всё ещё измениться, но они были настолько малы и невозможны. — До завтра, Маттео, — она словно пропустила его словами мимо ушей.       Одевшись, она взяла свою сумку с кухни и выбежала из квартиры, когда на плитке продолжали валяться чудесные снимки с голым телом Бальсано, входящего в стройное тельце юной девушки, кричавшей от блаженства.       Маттео упёрся затылком в изголовье кровати. По его щекам текли слёзы, дав волю слабине. Потерял её, свою настоящую и искреннюю любовь. Навсегда.