Книга юбилеев

День #####       Девушка очутилась в полной темноте Вокруг не было света. Лишь чëрное бескрайнее пространство, из которого она могла ощущать лишь пол. Тем не менее, каким-то образом, еë тело было освещено, а не окутано мраком. Дева могла видеть себя, и видеть свою неожиданную наготу.       Как вдруг из тьмы показались чьи-то красные глаза. Существо заговорило с ней. — Леди Тея. Зовите меня Тетраксис. Ваш опекун счëл необходимым привлечь меня для вашего воспитания. — …Какое ещë воспитание? — Он говорит, что вы слишком «бесшабашны». Вы проведëте здесь следующее столетие, пока не станете достойным продолжателем рода и достойной женой вашему будущему мужу. Нам с вами предстоит много работы. — Ч-что?! Это какая-то шутка?! Дядя совсем из ума выжил? Пошëл нахуй и ты и старик! Я ухожу от сюда! — дева попыталась скастовать заклинание телепортации, но у неë это не вышло. — Ай ай ай… как не хорошо. — Тетраксис блокировал магию, заодно связав пленницу по рукам и ногам. — За такие грязные слова следует наказание. 10 месяцев спустя — Ты опять сопротивляешься? Неужели мне нужно затянуть путы ещë туже? — Н-нет… всë н-нормально… — Сломленная Тея продолжала пытаться вчитываться в нуднейший учебник по этикету, который еë заставляют перечитывать уже в 46 раз подряд. Задача осложнялась тем, что еë перманентно долбил дилдо, при помощи магии Тетраксиса. 20 лет спустя — Повторяй за мной: Vas te faire foûtre, fils de pûte!        — V-vas re fraire, fils de… — Неправильно! — девушке прилетел ещë один хлыст по заднице.       Тея выплакала уже все слëзы, что теперь просто с пустым взглядом не протестует, не умоляет прекратить, а лишь начинает заново говорить фразу. — Vas… te faire f-foutre…       Но внезапно, во тьме, окружавшей Тетраксиса и Тею, открылся портал. Девушка уже воспряла, надеясь, что это за ней вернулся отец, и что сто лет уже прошло. Однако из него вышел незнакомый пленнице высокий молодой демон, высокомерно посмотревший на происходящее. — Эй! Ты не можешь здесь находиться! — тетраксис хотел испепелить магией вторженца.       Но тот успел победить чудище. Сунув руку во тьму, он смог каким-то образом схватить не осязаемое и взять Тетраксиса за голову, которой у него, как сам мучитель думал, не было.       С ужасающим воплем череп существа лопнул под хваткой незнакомца и от него осталась только магическая пыль малинового цвета.       Ещë секунда и неизвестный вместе с Теей оказался не во тьме, а посреди пустыря, в восточном районе Пентаграмм-сити.       Такова вот особенность жизни средней аристократии. Если у нижней аристократии, то есть дворян да баронов, в основном, все интриги ограничиваются чем-то из разряда «как бы мне побыстрее срубить этот перелесок, уж сильно он мозолит мне глаза» или «как бы мне отдать дитë в университет попрестижнее», а у высшей адской аристократии, то есть у каких-нибудь королей, принцев и губернаторов, кроме скуки никаких забот то и нет, то у средней аристократии, а именно тех самых графьëв да маркизов, постоянно происходят суровые интриги похлеще Игры Престолов. И именно в кругах средней аристократии и происходит вся эта омерзительная жесть с убийствами, пытками, невероятной подлостью и жестокостью. Некоторые готовы своих собственных детей своими руками придушить, если это потребуется для улучшения положения на политической арене. — К-кто ты?.. — Тея с надеждой и уже любовью взглянула на своего милостивого спасителя, начавшего освобождать еë от оставшихся оков. — Как ты с-смог спасти меня?.. — Моë имя Рейл. Это всë, что тебе надо знать. А тебя как саму звать? — Тея... Тея Незра Сота... — и пернатая обхватила филина за шею, нежно поцеловав его, отдавшись ему вся.

***

День 20: продолжение — Кхм-кхм… — послышалось позади темнопёрой. Голос, который она так давно не слышала. И который до ужаса боялась услышать вновь. — Рейл?! — воскликнула испуганная девушка. — Что ты тут делаешь?! — До меня дошли сведения… — Рейл разминал шею. — Будто бы ты задумала устроить тут какой-то бунт, Тея. — А-ахах… Р-рейл… ты что?.. к-какой бунт?.. — Незра нервничала, начав пятиться назад от филина. — Мы тут просто… — Как у нас говорят, ты за меня дурака то не держи. — Рейл расслабленно улыбнулся. — Знаешь же сама, что бывает с теми, кто смеет мне лгать. — Рейл… прошу… оставь меня… оставь меня в покое… Я в жизни больше не вернусь на запад круга Гордости… У меня нет там ничего! Моя новая жизнь здесь! В этом ангаре! — В ангаре, говоришь? — Рейл посмотрел в темноту старого строения. Незра заткнулась и побледнела, надеясь, лишь бы он не нашëл вход в убежище. — Р-рейл… тебе… — пернатая начала аккуратно подходить к бастарду. — тебе в самом деле лучше… — не успела она договорить, как филин схватил еë за шею и бросил как тряпичную куклу в ангар. Та ударилась об стену грудью и головой, и упала на пол. — Меня заебали твои наставления и нравоучения, Тея. Уже очень давно как заебали! — П-прости, прости… — еле выдавила из себя начальница, поднимаясь на ноги. — Рейл… не бей… — Незра опëрлась руками о стену, слегка нагнувшись, подставив подошедшему филину свои бëдра. — Я прошу прощения… — побитая томно смотрела через плечо на своего бывшего, взглядом говоря ему снять с неë еë шортики, в которых она и вышла проветриться. — Ты думаешь, опять раздвинув передо мною ноги, ты загладишь то оскорбление, что нанесла мне тогда? Когда, не смотря на всë то, что я для тебя сделал, шлюха, ты вздумала тягаться со мною! — алые глаза парня сверкали в темноте. — Вздумала оставить меня ни с чем и… — Нет… — остановила этот поток унижений Незра, — это лишь плата за то, чтобы ты ушëл… — честно призналась она. — Я клянусь, что больше никогда не брошу тебе вызов. Молю, поверь мне…       Филин думал некоторое время над еë словами. Любовался слезами, что скопилась в уголках еë глаз. В конце концов, он сорвал с неë шорты вместе со стрингами и присунул ей едва вставшим членом. Грубо схватил за волосоперья, заплетëнные в конский вост, и оттянул назад. — А-а-а-ах. ах… ах… ах. ах… — стонала Незра. Мокрые шлепки разносились по всему ангару.       Филин злобно щурился, получая от этого довольно мало удовольствия, в отличии от Незры. Он уже успел подзабыть ощущения от киски чернопëрой и еë форму. А ведь когда-то секс с ней был настоящим кайфом. Не таким, конечно, как с Аркадией, но тоже ничего. — Какая же ты всë-таки грязная шлюха, Тея. — Ах… разве тебе не нравится мучить шлюх? ~ — сладко щебетала чернопëрая. — Да… Но не когда им, блять, нравится! — Ты всë такой же строгий… строгий, прямо как мой отец… — ныла Незра. — Не говори об отцах… пожалуйста… — …Хорошо, Рейл… м-м-ах!       На звук секса к ангару подошла неизвестная суккубша, что просто проходила мимо. На неë никто не обращал внимания, потому она, пожав плечами, просто ушла, оставив птиц наедине. — Я так скучаю по тебе!!! Рейл!!! Продолжай трахать меня! Пожалуйста!       Он резко ускорился. Хватка на её волосоперьях стала жёстче, почти до боли. Каждый толчок выбивал из неё короткий, сдавленный звук. Незра упиралась ладонями в холодный бетон, бёдра дрожали, но она не пыталась отстраниться — наоборот, сама подавалась назад, встречая его. — Смотри-ка… — прошипел Рейл, наклоняясь к её уху. — Даже сейчас, когда я тебя наказываю, ты течёшь, как последняя шлюха. Тебе же нравится, да? Нравится, когда тебя ебут, как вещь? — Д-да… — выдохнула она. — Нравится… когда ты… ах!.. когда ты злой… — Заткнись.       Он вытащил почти до конца и резко вогнал снова, заставляя её вскрикнуть. Потом ещё раз. И ещё. Ритм стал рваным, жёстким, почти злым. Незра уже не стонала красиво — только прерывисто дышала и тихо скулила, когда он особенно сильно оттягивал её перья. — Рейл… я… сейчас… — Кончай. — приказал он. — Кончай на моём члене, раз уж тебе так нравится быть использованной.       Она подчинилась почти сразу. Спина выгнулась, крылья слабо дёрнулись, и она кончила с тихим, сорванным всхлипом, сжимаясь вокруг него. Рейл ещё несколько секунд продолжал вбиваться в неё, используя её дрожащее тело, а потом резко вытащил, бросил деву на спину одним движением и кончил ей на живот и между ног. Тёплая совиная сперма стекала по коже, смешиваясь с её собственными выделениями.       Незра лежала на полу, тяжело дыша, глядя в потолок мутными глазами. Ноги всё ещё слегка подрагивали. Она не пыталась прикрыться или вытереться — просто лежала, принимая то, что он ей оставил. — Ну что? Писюха блять. — спросил гордый филин у лежащей на полу, истекавшей спермой, Незры, щастëгивая при этом ширинку джинс. — Получила? — Да… с-спасибо… — Я пока оставлю тебя, Тея. Но учти. Мои глаза повсюду. Узнаю, что ты будешь что-то копать под меня — я найду тебя. И выебу так, что ты просто нахуй лишишься рассудка! Ты поняла меня?. — Да Рейл… я буду хорошей девочкой… — Вот так.