Вернутся к фанфику
Глава 27
25 июля 2026, 21:1990 год от З.Э. Королевская Гавань
Ночная Королевская Гавань задыхалась в собственном зловонии, укрывшись под тяжелым саваном безветренного тумана. Над городом, подобно огромному окаменевшему чудовищу, возвышался холм Рейнис, увенчанный массивным куполом Драконьего Логова. В этот поздний час величественное сооружение казалось вымершим, однако Корлис Веларион знал, что это впечатление обманчиво. За толстыми каменными стенами, в переплетении глубоких подземных ярусов, спали хозяева неба, а их покой охраняли десятки стражников и угрюмых смотрителей, чья жизнь была подчинена строгому уставу.
Корлис бесшумно скользил вдоль внешней стены, сливаясь с глубокими тенями, которые отбрасывали массивные выступы. Каждое его движение было выверено до миллиметра. Он намеренно выбрал час перед рассветом - время, когда человеческое внимание ослабевает сильнее всего, когда даже самые преданные долгу часовые поддаются дремоте, а факелы начинают тускнеть, испуская больше едкого дыма, чем света.
Остановившись в глубокой нише у бокового входа, предназначенного для прислуги и доставки провизии, Корлис перевел дыхание. Его мысли невольно вернулись к событиям недавнего вечера, к той самой их совместной комнате в Высоком Приливе, где он оставил Визерру. В памяти отчетливо помнился ее взгляд - смесь недоверия, испуга и внезапно вспыхнувшей, почти отчаянной надежды.
Когда он впервые произнес этот вопрос, предлагая ей стать всадницей дракона, Визерра лишь беззаботно рассмеялась. Ее смех, обычно звонкий и кокетливый, прозвучал тогда немного фальшиво, словно она пыталась защититься от слишком опасной шутки. Она решила, что ее муж просто пытается развлечь ее красивыми речами или шутит, используя излюбленную тему ее семьи. Но Корлис не улыбнулся в ответ. Он продолжал смотреть на нее спокойно и его фиолетовые глаза оставались неподвижными.
Постепенно смех Визерры угас. Она замерла, вглядываясь в его суровое, сосредоточенное лицо, и веселая маска, которую она так привычно носила перед придворными, окончательно сползла. Она поняла, что человек, способный провести излечивший ее ритуал, скорее всего, способен и на такое.
- Ты с ума сошел, Корлис, - тихо, почти шепотом ответила она тогда, потянув на плечи шелковый халат. - Я всегда мечтала об этом. Каждое утро, глядя, как Бейлон или Эймон поднимаются в облака, я чувствовала, как внутри меня все выгорает от зависти. Но даже если у тебя есть какая-то тайная возможность... если ты можешь дать мне это... ты хоть понимаешь, какими бедами это обернется для нас обоих? Я знаю своего отца. Джейхейрис Таргариен может казаться милосердным и мудрым королем, но в вопросах драконов он непреклонен. Ему не понравится, если живое воплощение герба королевской семьи окажется в руках кого-то, кто не подчиняется его воле безоговорочно и не является членом семьи. И неважно, что я его родная дочь. Драконы - это власть короны. Одно дело, когда я просто принцесса при дворе, и совсем другое - если у меня, вышедшей замуж вне семьи, появится собственное чудовище, способное сжигать города.
Корлис помнил, как на его губах сама собой появилась легкая, едва заметная улыбка. В ней не было пренебрежения, лишь холодная уверенность человека, который давно перерос страх перед авторитетом королевского трона.
- Я не спрашивал тебя о том, что понравится твоему отцу, Визерра, - мягко, но с чувством произнес он, делая шаг к ней и заставляя ее поднять голову. - Менталитет королей всегда одинаков - они хотят владеть всем, до чего могут дотянуться их руки. Меня интересует только одно: готова ли ты сама сделать этот шаг? Хочешь ли ты летать?
Принцесса тогда открыла рот, собираясь что-то возразить, возможно, привести еще десяток разумных доводов, продиктованных осторожностью, но слова застряли у нее в горле. В ее фиолетовых глазах отразилось замешательство, сменившееся немым, но абсолютно четким согласием. Корлис прочитал этот ответ быстрее, чем она успела бы осознать свой выбор.
- Отдохни, - сказал он, осторожно коснувшись ее пальцев на прощание. - Твой ответ я понял без слов. Меня не будет некоторое время, так что не поднимай тревогу. Вернусь, когда дело будет сделано.
Он вышел из ее покоев, оставив девушку в полном одиночестве среди роскошной комнаты и догорающих свечей. Сразу после этого, скрывшись в одном из глухих переулков замкового двора, Корлис применил свои скрытые силы. Мир вокруг него на мгновение сжался, пространство изогнулось с негромким хлопком, и он аппарировал прямо к подножию холма Рейнис, оставив позади неприступные стены Высокого Прилива.
И вот теперь он стоял здесь, у самого сердца драконьей силы Вестероса. Выждав, пока пара заспанных стражников в черных плащах скроется за поворотом, Корлис глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Его пальцы совершили короткое, едва заметное движение в воздухе, а губы беззвучно зашевелились, сплетая слова заклинания сокрытия. Магия мягко окутала его тело, искажая свет и заглушая звуки шагов. Для любого случайного прохожего он превратился в едва заметный мираж, мимолетное дрожание воздуха, на которое человеческий глаз, привыкший к полумраку, никогда не обратит внимания.
Уверенным шагом Корлис миновал массивные кованые ворота и углубился в полумрак главного коридора Драконьего Логова. Из глубины подземелий потянуло знакомым, ни с чем не сравнимым запахом: смесью серы, застарелого навоза и тлеющего пепла. Этот запах пугал обычных людей, но для Корлиса он был привычным.
Двигаясь по наклонному пандусу вниз, Веларион продолжал анализировать свой план, взвешивая каждый шаг. Риск был огромен, но и ставка высока. В его голове проносились мысли о тех драконьих яйцах, которые он с таким трудом отыскал среди оплавленных руин древней Валирии во время своего путешествия. Он не мог отдать ни одно из них Визерре, и на то были две веские, неоспоримые причины.
Во-первых, таинственный и мрачный ритуал крови, который он лично провел над всей валирийской кладкой. Та магия, замешанная на его собственном намерении и древних заговорах, намертво связала еще не вылупившихся существ с его кровью. Драконы, которые со временем расколют эти каменные скорлупки, будут подчиняться только его детям или их прямым потомкам. Для любого другого человека, пусть даже в его жилах течет чистейшая кровь Валирии, эти звери останутся смертельно опасными тварями.
Во-вторых, прагматичная политика. Появление у молодой принцессы крошечного, никому не известного дракончика моментально вызвало бы бурю вопросов при дворе. Король и его десница начали бы детальное расследование. Откуда взялось яйцо? Кто сумел пробудить его к жизни без ведома хранителей? Визерру засыпали бы допросами, а сам Корлис оказался бы под подозрением в укрывательстве валирийских артефактов и колдовстве. Это разрушило бы все его долгосрочные планы.
Значит, оставался единственный разумный путь - Визерра должна приручить уже взрослого, известного всем дракона, который по какой-то причине остался без всадника. Конечно, драконы Таргариенов, взращенные в неволе или на Драконьем Камне, во многом уступали его собственным скрытым драконам. Им не хватало той первозданной свирепости, колоссальной магической мощи и, главное, острого разума, которыми обладали его крылатые чудовища. Однако Корлис знал, как исправить этот недостаток. С помощью тщательно подобранных алхимических зелий, рецепты которых он вывез из Валирии, и нескольких ритуалов укрепления плоти, выбранный дракон со временем сможет значительно приблизиться к уровню его собственных зверей. Его чешуя станет крепче стали, а пламя - горячее.
Корлис мысленно перебирал в уме всех живущих ныне известных драконов.
Балерион. Черный Ужас. Ему было уже около двухсот лет, и он оставался самым огромным и страшным существом в известном мире. Сейчас он обитал здесь, в Логове, всеми забытый и медленно угасающий, лишенный всадника после смерти принцессы Эйреи. Корлис сразу отмел этот вариант. Балерион был слишком стар. Его крылья отяжелели, кости скрипели при каждом движении, а огромная туша большую часть времени пребывала в глубоком сне. Этот дракон подходил лишь для того, чтобы умереть в своей каменной колыбели, но никак не для юной и амбициозной принцессы.
Вхагар. Вторая по величине, грозная участница Завоевания, разменявшая сто сороковой год. Она обладала невероятной мощью, но у нее уже был всадник - принц Бейлон Таргариен, харизматичный и грозный воин. Из-за наличия всадника она также отпадала, как вариант.
Вермитор. Бронзовый Гнев. Пятьдесят шесть лет, истинный исполин среди самцов, вылупившийся в тридцать четвертом году от Завоевания Эйгона. Его яйцо когда-то положили в колыбель маленького Джейхейриса, и теперь этот дракон олицетворял нерушимую власть самого короля.
Среброкрылая. Верная и грациозная спутница Вермитора, на которой летает добрая королева Алисанна. Ей пятьдесят четыре года, она вылупилась в тридцать шестом году, и ее связь со своей всадницей оставалась нерушимой. Она также была недоступна.
Мелеис. Красная Королева. Около пятидесяти лет, невероятно быстрая и яростная драконица, чьи багровые крылья могли обогнать сам ветер. Но ее всадницей уже стала принцесса Рейнис, и их союз был крепок.
Караксес. Ищейка. Яростный, непредсказуемый красный змей, готовый в любой момент ринуться в бой. Его всадником являлся принц Эймон Таргариен, старший сын и законный наследник короля Джейхейриса. Этот дракон был живым мечом короны, всегда готовым к войне.
Каннибал. Огромный, старый и неописуемо свирепый дикий дракон, обитающий на Драконьем Камне. Его само присутствие внушало ужас, ведь он кормился плотью собственных сородичей, пожирая чужих детенышей и воруя яйца из кладок. Его дикий, безумный нрав делал его абсолютно непригодным для Визерры. Попытка навязать ему связь закончилась бы лишь тем, что принцессу разорвали бы на куски при первой же встрече.
Исключив всех этих существ, Корлис пришел к выводу, что реальных кандидатов осталось всего два.
Первым был Овцекрад - вполне взрослый, крупный и выносливый дракон грязно-бурого цвета. По возрасту он был примерно ровесником Вермитора и по своим размерам почти не уступал королевскому дракону. Он обитал на склонах Драконьего Камня и отличался относительным безразличием к людям, если те не пытались отобрать у него пищу.
Вторым вариантом являлась Пламенная Мечта. Ей исполнилось пятьдесят восемь лет, она вылупилась в тридцать втором году для принцессы Рейны Таргариен. Это была прекрасная, величественная драконица с чешуей цвета предрассветного неба и серебряными гребнями. Ее первая всадница умерла в семьдесят третьем году, и с тех пор, вот уже долгие семнадцать лет, Пламенная Мечта томилась в полумраке Драконьего Логова, не зная тепла человеческой руки и свободы дарованной небом.
Оба варианта казались перспективными, но у Пламенной Мечты было одно колоссальное преимущество, которое перевешивало все остальное. Она была самкой. Овцекрад же - самец. Для Корлиса, который заглядывал на десятилетия вперед, это имело решающее значение. Если бы Визерра приручила Овцекрада, то в будущем, когда у них родятся дети, Корлис никак не смог бы объяснить появление драконьих яиц в их замке. Самцы не несут кладок. А вот если ее верным спутником станет Пламенная Мечта, то любое появление новых яиц на Дрифтмарке можно будет легко и изящно списать на природу самой драконицы. Ни у кого в Королевской Гавани не возникнет подозрений, если старая питомица Рейны вдруг отложит яйца под присмотром новой хозяйки.
Именно поэтому Корлис сейчас находился здесь, в столице, направляясь в самые темные глубины Логова, вместо того чтобы направиться к туманным берегам Драконьего Камня за Овцекрадом.
Он плавно спускался все ниже, минуя широкие переходы, вырубленные прямо в скальной породе холма. Стены здесь были покрыты толстым слоем копоти, а редкие масляные лампы едва разгоняли мрак. Корлис двигался бесшумно, его сапоги из мягкой кожи не издавали ни звука. Однако, проходя мимо одного из крупных ответвлений, где располагались изолированные, укрепленные железом загоны, он внезапно наткнулся на массивную решетку.
За ней, прикованная тяжелыми, выкованными из лучшей стали цепями к массивному каменному полу, покоилась Мелеис. Красная Королева спала, положив огромную голову на скрещенные крылья, но стоит признать, что чуткость драконов превосходила любые человеческие представления. К тому же, оказавшись в глубоких внутренних ярусах, где вероятность встретить стражу сводилась к нулю, Корлис позволил себе немного расслабиться и ослабил чары невидимости.
Мелеис мгновенно вскинула голову. Ее медные и алые чешуйки с сухим тихим стуком потерлись друг о друга, а огромные янтарные глаза с вертикальными зрачками вспыхнули в темноте, подобно двум факелам. Она шумно втянула ноздрями воздух, и Корлис понял: она узнала его запах, который она запомнила во время их прошлой встречи.
Для любого другого человека, даже для опытного смотрителя, последующие звуки показались бы лишь серией опасных, вибрирующих щелчков, низкого рычания и свистящего выдоха, от которого по полу потянулся шлейф горячего пепла. Но Корлис, обладавший редким даром - парселтангом - все отлично понимал.
«Опять этот двуногий... - пророкотала Мелеис, слегка дернув массивной головой, отчего звенья цепей глухо зазвенели. - «Я помню этот запах. Он приходил вместе с моей всадницей. Пахнет морем, штормом и чем-то очень старым... странный человечишка. Зачем он бродит здесь во тьме? И почему от него не пахнет страхом, как от этих ничтожеств, которые приносят еду?»
Драконица сделала короткий шаг вперед, насколько позволяла длина привязи, и раздраженно фыркнула, выпустив из ноздрей две тонкие струйки серого дыма.
«Проклятая пещера... - продолжила она свои мысленные причитания, переводя взгляд с Корлиса на каменные своды. - «Опять сидеть здесь, прикованной к этим холодным камням. И ради чего? Чтобы ждать, пока моя двуногая соизволит вспомнить о небе и придет потянуть за цепи? Глупые двуногие. Им не понять, какую боль приносит заточение.»
Корлис, ничуть не испугавшись ее грозного вида, сделал шаг вперед и подошел к самой решетке загона. На его лице играла легкая, ироничная усмешка. Он слегка наклонил голову и заговорил, издавая тихие, шипящие и свистящие звуки, которые для стороннего наблюдателя показались бы змеиным шепотом, но для Красной Королевы прозвучали яснее любого человеческого наречия.
- Знаешь, Мелеис, а ты довольно милая в своей ворчливости, когда думаешь, что тебя никто из людей не понимает, - тихо произнес он на парселтанге.
Массивная голова драконицы резко дернулась назад. Ее янтарные глаза расширились до предела, а вертикальные зрачки сузились. Она буквально застыла на месте, уставившись на Корлиса с выражением потрясения. Ее крылья за спиной судорожно полураскрылись и тут же захлопали, поднимая пыль со дна загона.
«Что?! - ее голос был пропитан волной искреннего изумления. - Ты... ты говоришь? Ты понимаешь мои слова? Боги пепла и костей, этот двуногий издает звуки истинной речи! Как это возможно? Я прожила столько лет среди этих бледных, двуногих червей, и они умеют лишь кричать свои нелепые команды на искаженном языке, дергать за цепи и приносить мясо. Ни один из них никогда не отвечал мне на языке гнезда!»
- Я один такой в этих землях, - спокойно ответил Корлис. - Ну, возможно, мои будущие детеныши тоже унаследуют эту способность. Так что тебе повезло, Красная Королева. Твои жалобы наконец-то услышаны.
Мелеис медленно, с явным опасением и жгучим любопытством, потянулась к нему своей огромной чешуйчатой мордой. Она остановилась на расстоянии вытянутой руки от железных прутьев, продолжая шумно обнюхивать его лицо и одежду.
«Один такой... - эхом отозвалась она, ее ярость сменилась настороженным интересом. - «Странное существо.»
- Не знаю помнишь ли ты, - с легким смешком перебил ее Корлис, - я действительно умею правильно чесать драконью шею и знаю толк в наслаждении.
Не дожидаясь ее ответа, он уверенно протянул руку сквозь широкие прутья решетки. Его ладонь легла на горячую, шероховатую кожу прямо у основания ее мощной челюсти, там, где крупные пластины переходили в более мелкие, чувствительные чешуйки. Корлис начал размеренно, с силой тереть это место, совершая круговые движения пальцами.
Мелеис немедленно зажмурила свои огромные глаза. Из ее груди вырвался глубокий, вибрирующий звук, похожий на грохот падающих в горах камней, смешанный с довольным урчанием гигантского кота. Ее длинная шея непроизвольно вытянулась, подставляясь под его пальцы, а массивный хвост с силой мотнулся из стороны в сторону, с сухим стуком ударив по каменной стене.
«О... да... именно там... - блаженно запричитала она, полностью отдаваясь ощущениям. - Чуть выше... к самому гребню... О боги, как же это невероятно хорошо. Твои ладони... они определенно теплее и сильнее, чем у сестры моей всадницы... Ещё... сильнее...»
Однако этот момент слабости длился недолго. Внезапно Мелеис словно опомнилась. Она резко отдернула голову назад, вырываясь из-под его руки, и шумно фыркнула, возвращая своей морде гордое и независимое выражение. Глаза ее вновь сузились, а в голосе проскользнули царственные нотки.
«Хватит! - прорычала она, хотя ее ноздри все еще продолжали дрожать от удовольствия. - Я - Мелеис, Красная Королева! Чесать мою шею имеют право только моя всадница и ее маленькая сестра , от которой пахнет солнцем. Ты не мой всадник, двуногий. Ты всего лишь... гость. Слишком наглый гость.»
Корлис искренне, раскатисто рассмеялся, ничуть не обиженный ее внезапной переменой настроения. Он медленно отступил от решетки, вытирая ладонь об подол своего темного плаща, на котором остался слабый след серой драконьей копоти.
- Что ж, как скажешь, Ваше Величество, - с полупоклоном произнес он на парселтанге. - Рад был повидать тебя Мелеис. Обещаю, что в следующий раз почешу тебя только после твоего согласия.
Он повернулся и продолжил свой путь, уходя вглубь коридора. Позади него, доносясь из загона, все еще слышалось приглушенное, раздраженное ворчание Мелеис.
«Странный... совершенно сумасшедший двуногий... - ворчала она, ложась обратно на каменный пол. - Он совсем не боится меня. Меня это раздражает... Да, определенно раздражает. Но чешет он... ладно, надо признать, он делает это неплохо».
Корлис спускался все ниже, туда, где воздух становился суше и горячее, а запах серы сгущался до такой степени, что у обычного человека перехватило бы дыхание. Это были самые глубокие, изолированные ярусы Драконьего Логова, предназначенные для тех драконов, которые временно не имели хозяев и чье присутствие требовало особой изоляции. Наконец, пройдя через несколько полуразрушенных внутренних арок, он остановился перед колоссальными коваными воротами, за которыми находился загон Пламенной Мечты.
Корлис подошел ближе и заглянул сквозь массивные стальные прутья. То, что он увидел, заставило его сердце слегка сжаться от чувства сострадания.
В глубине огромной, вырубленной в скале загоне, прикованная к тяжелым болтам, покоилась Пламенная Мечта. Вид у нее был печальный и величественный одновременно. Эта драконица, несмотря на свои пятьдесят восемь лет, была заметно меньше, чем Вермитор или даже Среброкрылая, хотя по возрасту превосходила их обоих. Корлис прекрасно понимал причину этого отставания в росте. Семнадцать лет. Семнадцать долгих, непрерывных лет заточения в этих душных, замкнутых стенах без регулярных полетов, без возможности расправить крылья навстречу морскому шторму, без охоты на свободных просторах. Драконье Логово, построенное людьми для безопасности, стало для нее медленно убивающей тюрьмой, сдерживающей ее истинный потенциал. Ее когда-то ослепительно-голубая чешуя казалась тусклой под слоем пыли, а серебряные гребни на спине выглядели поникшими.
Но стоило Корлису приблизиться, как древние инстинкты великого хищника взяли верх. Пламенная Мечта мгновенно учуяла чужака. Ее массивная голова с острыми, изящными рогами резко взметнулась вверх. Из глубины ее горла вырвалось опасное рычание, от которого задрожали мелкие камни под ногами Морского Змея. Она уставилась на него своими бледными, льдисто-голубыми глазами, в которых читалась обида и ярость запертого дракона.
«Кто посмел? - ее голос ворвался в сознание Корлиса, но в отличие от ворчливой и живой манеры Мелеис, речь Пламенной Мечты звучала высокомерно, надменно и вместе с тем невероятно горько. - Кто посмел нарушить мой покой, смертный червь? Я не переношу даже тех бледных двуногих тварей, что приносят мне полугнилое мясо, а ты... ты пришел с пустыми руками. Зачем ты здесь, ничтожество? Чтобы поглазеть на мое падение?»
Драконица угрожающе приоткрыла пасть. Корлис увидел, как в глубине ее горла, между рядами острых, как кинжалы, зубов, начинает разгораться яркое, зловещее сине-белое пламя. Воздух вокруг решетки мгновенно раскалился.
Корлис не отступил ни на шаг. Он стоял прямо, расправив плечи, и его лицо оставалось абсолютно спокойным. Он вновь заговорил на парселтанге, извлекая из горла сложные, шипящие звуки, наполненные внутренней уверенностью и миролюбием.
- Успокой свой гнев, Пламенная Мечта, - произнес он, и его голос прозвучал мягко. - Я пришел к тебе с миром. И я пришел не для того, чтобы забавляться твоим заточением. Я принес тебе то, чего ты, как мне кажется, жаждешь сильнее всего на свете.
Пламенная Мечта резко захлопнула пасть. Зарождающееся синее пламя погасло, оставив лишь тонкую струйку едкого дыма, вырвавшуюся сквозь ее зубы. Она замерла, наклонив голову набок, и уставилась на него с искренним интересом, в взгляде сквозило крайнее удивление.
«Ты... ты говоришь со мной? - ее голос зазвучал чуть тише, но не утратил своей царственной гордости. - Ты понимаешь мою речь, человек?»
- Я понимаю тебя, как и любого из твоих сородичей, - ответил Корлис, делая еще полшага к решетке. - Твой язык не секрет для меня.
Драконица медленно потянулась вперед, приближая свою изящную, покрытую голубой чешуей морду к железным прутьям. Она сделала глубокий, протяжный вдох, раздувая широкие ноздри и впитывая его запах. Ее льдистые глаза сузились.
«Странно... - прошептала она и в ее голосе проскользнули нотки глубокого раздумья. - Я никогда прежде не встречала таких людей. Те, кто приходят сюда, пахнут лишь страхом, потом и старой кожей. Но от тебя... от тебя исходит аромат истинного пламени. От тебя пахнет драконом, смертный».
- Скорее всего, это запах Мелеис, - усмехнулся Корлис, качнув головой. - Я только что прошел мимо ее загона и имел с ней небольшую беседу.
«Нет, - отрезала Пламенная Мечта, и в ее голосе послышалось явное пренебрежение. - Я прекрасно знаю, как пахнет эта вспыльчивая багровая девчонка Мелеис. Ее запах поверхностный, он лишь на твоей одежде. Но из глубины твоей сущности исходит другой след. Так пахнут только те всадники, у которых есть свой собственный, настоящий дракон. Сильный дракон. Где он?»
Корлис невольно удивился ее проницательности. Его брови слегка приподнялись. Он не ожидал, что драконица, проведшая столько лет в изоляции, сохранила настолько острые инстинкты, способные уловить столь тонкие нюансы.
- Ты права, - признал он, слегка наклонив голову. - У меня есть собственный дракон. Мои драконы живут далеко отсюда. Но мне любопытно: как ты смогла определить его силу, основываясь лишь на моем запахе?
«У всех нас есть свой уникальный след, - ответила Пламенная Мечта, и ее голос прозвучал с оттенком снисходительной мудрости. - По нему можно понять все: возраст, ярость, чистоту крови и силу пламени. Твой дракон... я не знаю его, запах чужд для меня, он не из тех, кто вылупился в этих жалких стенах. Но его сила велика. Она горячая, плотная. Она похожа на запах этого несносного, вечно рычащего Вермитора... а возможно, твой дракон даже сильнее его».
- Мои драконы будут посильнее Вермитора, - спокойно, без лишнего хвастовства, но с абсолютной уверенностью констатировал Корлис.
Пламенная Мечта сделала еще один короткий вдох, словно перепроверяя свои ощущения, а затем в ее глазах мелькнуло нечто, похожее на уважение.
«На тебе лежит след троих... - медленно произнесла она. - Три разных драконьих аромата впитались в твою кожу. Но один из них... самый первый, самый сильный… он выделяется ярче всего.»
- Ты гораздо мудрее, чем я предполагал, когда шел сюда, - заметил Корлис, и в его глазах вспыхнул искреннее одобрения. - И это делает тебя еще более ценной для меня, чем я думал вначале.
«О чем ты говоришь, человек? - драконица недовольно дернула серебряным гребнем на затылке. - Ты упомянул, что пришел с предложением. Хватит загадок. Говори, что тебе нужно в моей тюрьме».
- Я ведь уже сказал тебе, - Корлис подошел вплотную к решетке, глядя прямо в ее бледные глаза. - Я способен дать тебе то, чего ты желаешь больше всего. Я пришел, чтобы вернуть тебе свободу.
Пламенная Мечта замерла. На мгновение в ее загоне воцарилась абсолютная тишина. Она всматривалась в его лицо, пытаясь отыскать там следы обмана или насмешки, но лицо мужчины оставалось нечитаемым.
«Свободу? - ее голос дрогнул, в нем пронеслась буря застарелой боли, надежды и яростного неверия. - Свободу от этих стен? От этих цепей? Ты лжешь, человек. Люди никогда ничего не дают просто так. Что ты попросишь взамен моей свободы?»
- А почему ты так уверена, что я обязательно потребую что-то взамен? - с легкой иронией спросил Корлис.
«Потому что это в вашей природе, - горько и резко ответила она, обнажив верхний ряд зубов. - Вы, маленькие, хрупкие существа, всегда пытаетесь подчинить себе то, что больше и сильнее вас. Моя первая всадница, Рейна... она любила меня, да. Но даже она держала меня на поводке своей воли. Так что не рассказывай мне сказки о бескорыстности. Говори свою цену».
- Хорошо, - согласился Корлис, посчитав, что честность в данном случае - лучший инструмент. - Я готов освободить тебя из этого загона, который стал твоей клеткой после смерти Рейны. Я готов дать тебе новый дом на Дрифтмарке, где тебя никто никогда не посмеет приковать. Ты будешь летать столько, сколько захочешь, охотиться над открытым морем и отдыхать под открытым небом. Взамен я прошу тебя об одной вещи. Ты должна принять мою жену, Визерру Таргариен. Она дочь брата твоей первой хозяйки, в ее жилах течет та же кровь. Позволь ей стать твоей новой всадницей. Свяжи свою судьбу с ней.
Пламенная Мечта резко отпрянула назад, ее крылья с шумом ударили по стенам загона, а из горла вырвалось громкое, яростное шипение.
«Никогда! - в ярости воскликнула. - Я - Пламенная Мечта! Я сама, и только я, вправе решать, кто достоин подняться на мою спину! Ты хочешь купить мою верность для своей женщины? Хочешь, чтобы я стала драконом для очередной бледной девушки, которая будет дергать меня за поводья?»
- Послушай меня внимательно, - голос Корлиса зазвучал тише, но в нем появилось столько ледяной, непреклонной силы, что драконица невольно замолчала, прислушиваясь. - Визерра достойна тебя. Она не станет держать тебя на поводке. Она так же, как и ты, задыхалась в стенах этого города, под присмотром своего отца. Вы похожи больше, чем ты думаешь. К тому же, взамен этого союза я обещаю тебе свою личную защиту. Ни один человек в Вестеросе, будь то сам король или все его воины, не сможет заковать тебя в эти цепи, пока я жив. На моем острове тебя будут кормить лучшим отборным мясом, а главное... с помощью древней магии я сделаю тебя сильнее. Твое тело вернет утерянные за годы неволи размеры, твоя чешуя окрепнет, а пламя станет горячее, чем в дни твоей юности.
Слово «магия», произнесенное Корлисом со специфической, глубокой интонацией, заставило Пламенную Мечту замереть. Ее льдистые глаза вновь сфокусировались на нем, но теперь в них читалось нечто иное - пробуждающийся интерес, дремавший на самом дне ее памяти.
«Магия... - медленно повторила она. - Истинная магия крови и камня... Балерион... старый Черный Ужас... когда-то давно, когда мы остальные еще были молоды, он рассказывал нам истории. Он говорил, что на нашей далекой родине, там, за великим морем, люди умели творить невероятные вещи с помощью магии. Они делали нас огромными, как горы, и бессмертными, как сами скалы. Но здесь... здесь эта магия угасла. Двуногие забыли ее. Ты утверждаешь, что владеешь ею?»
- Я владею ею, - твердо заверил ее Корлис. - И я докажу это на деле. Твоя новая жизнь на Дрифтмарке превзойдет все, что ты могла себе представить. Но взамен мне нужны от тебя всего две вещи. Первая - ты позволяешь Визерре стать твоей всадницей и относишься к ней с уважением. Вторая - ты никогда, ни при каких обстоятельствах, не убиваешь людей и не трогаешь скот на территории Дрифтмарка. О еде тебе беспокоиться не придется, тебя будут кормить вдоволь. Что скажешь, Пламенная Мечта?
Пламенная Мечта опустила голову, погружаясь в глубокое раздумье. Ее ноздри мерно выпускали тонкие струйки дыма, а тяжелый хвост медленно шуршал по полу. Годы темноты против свободы, магии и бескрайнего неба, пусть даже с новой всадницей на спине. Выбор для гордого существа был очевиден, но ее царственная гордость требовала последних уточнений.
«Где находится твой дом, о котором ты так сладко говоришь? - спросила она наконец. - Где этот остров?»
- Если ты позволишь, я покажу тебе его прямо сейчас, - ответил Корлис, делая шаг к решетке и протягивая руку ладонью вверх. - Не пугайся и не пытайся сопротивляться тому, что произойдет. Это не причинит тебе вреда.
Драконица поколебалась секунду, а затем медленно, с явным внутренним усилием, приблизила свою огромную морду и позволила его ладони лечь на горячую чешую чуть выше ее ноздрей.
Корлис закрыл глаза. Он глубоко вздохнул, собирая воедино свои ментальные силы, и применил легилименцию. Проникновение в разум древнего, могучего дракона оказалось задачей колоссальной сложности. Разум Пламенной Мечты представлял собой бушующий океан первобытных эмоций, обрывков старых воспоминаний о полетах, запаха крови и бесконечной, удушающей тоски. Это было похоже на попытку удержать руками несущийся на полной скорости корабль. Корлис почувствовал, как на его лбу выступили крупные капли пота, а в висках застучала кровь. Он понимал: если бы драконица в этот момент проявила хоть каплю ментальной агрессии или попыталась выставить щиты, ее воля просто выжгла бы его собственный разум. Но она сдержала свое обещание и осталась открытой.
Пламенная Мечта вздрогнула всем телом, когда чужая, человеческая воля мягко, но уверенно скользнула в ее сознание. Сначала она хотела сорваться на рык, почувствовав это вторжение, но затем в ее мыслях зазвучал спокойный, глубокий голос Корлиса.
- Смотри... - произнес он внутри ее головы, разворачивая перед ней яркие, живые образы. - Я показываю тебе путь.
В сознании драконицы вспыхнула невероятно четкая картина. Сначала она увидела знакомые очертания Драконьего Камня - черные вулканические скалы, омываемые солеными волнами. Путь к этому острову она помнила прекрасно, ведь бывала там множество раз в прошлом. Затем мысленный взор Корлиса развернул ее внимание чуть правее, направляя через узкий пролив к соседнему острову.
- Вот Дрифтмарк, - продолжал звучать голос Корлиса. - Посмотри на него моими глазами.
Пламенная Мечта увидела раскинувшийся среди синего моря зеленый остров. Перед ее мысленным взором пронеслись оживленные улицы Спайстауна, величественные контуры замка Высокий Прилив и, главное, колоссальное, просторное Драконье Логово, которое Корлис возводил на своих землях. Это было место, созданное для отдыха, а не в качестве тюрьмы.
И в самом конце этого ментального путешествия Корлис показал ей Визерру. Образ принцессы вспыхнул в разуме дракона яркой вспышкой: ее серебристо-золотые волосы, развевающиеся на ветру, ее гордая осанка и тот самый затаенный огонь в фиолетовых глазах, который так жаждал вырваться на свободу.
- Она ждет тебя, - тихо сказал Корлис. - Она станет твоими крыльями на земле, а ты - ее силой в небе.
С этим словом Корлис резко разорвал ментальную связь и отдернул руку от ее морды. Он пошатнулся, тяжело дыша и держась рукой за железный прут решетки, чтобы не упасть от нахлынувшей слабости. Перед его глазами на мгновение поплыли темные круги, но он быстро взял себя в руки.
Пламенная Мечта медленно открыла глаза. Ее дыхание стало частым и глубоким. Образы, которые показал ей этот человек, оставили в ее разуме неизгладимый след. Мечта о просторном острове и небе без оков вытеснила последние остатки сомнений.
«Я... я увидела твой дом, человек, - произнесла она, и ее голос вибрировал от нетерпения. - И я запомнила эту женщину. В ее облике действительно есть что-то от моей Рейны… Хорошо. Я прилечу на твой остров. А теперь - выполни свое обещание. Освободи меня от этих проклятых цепей!»
Корлис выпрямился, глубоко вдохнул и выставил вперед правую руку, направив раскрытую ладонь на массивные стальные цепи, сковывавшие лапы и шею драконицы. Его глаза сузились, а лицо сосредоточилось. Он применил свою магическую силу, направляя концентрированный импульс телекинеза прямо на металл.
Воздух между его ладонью и цепями пошел пронзительными, искажающими свет волнами. В следующую секунду раздался жуткий, скрежещущий гул. Невидимая, колоссальная физическая сила обрушилась на стальные звенья. Толстый металл, выкованный лучшими кузнецами столицы, начал деформироваться, скручиваться и поскрипывать, словно его мяли невидимые гигантские пальцы. Это выглядело так, будто сама драконица под воздействием невероятного внутреннего импульса рвала свои путы.
С оглушительным, похожим на пушечный выстрел треском первое звено лопнуло, разлетевшись на осколки. За ним последовало второе, третье. Тяжелые концы порванных цепей с грохотом упали на каменный пол, поднимая искры и пыль.
Пламенная Мечта, почувствовав долгожданную легкость, резко вскинула голову и расправила свои колоссальные, бледно-голубые крылья. На этот раз она не почувствовала уже ставшей привычной преграды в виде натяжения стальных канатов.
«Наконец-то! - ее победный возглас едва не оглушил Корлиса. Ее голос был пропитан первобытной эйфорией существа, обретшего свободу. - Свобода! Прочь, презренное железо! Скоро я встречу твою женщину, освободитель... Посмотрим, так ли она хороша в небе, как в твоих мыслях. Надеюсь, Визерра окажется достойной всадницей для меня!»
Драконица больше не теряла ни секунды. Ей было наплевать на осторожность и скрытность. Набрав в легкие побольше горячего воздуха, она развернулась и всей своей массой ринулась прочь из загона, направляясь по главному коридору вверх, к выходу из подземелий. Ее мощные когти с ужасным скрежетом оставляли глубокие борозды на каменных плитах пола, а крылья, то складываясь, то раскрываясь, задевали стены, обрушивая куски камней и старой кладки.
В подземельях Драконьего Логова мгновенно поднялся невероятный переполох. Хранители драконов и стражники, находившиеся на верхних ярусах, проснулись от жуткого грохота и вибрации, сотрясавших весь холм Рейнис. Зазвучали тревожные рога, послышались панические выкрики людей, топот сотен ног и звон оружия. Смотрители в своих кожаных доспехах толпами выбегали в коридоры, пытаясь понять, что происходит. Когда из темноты нижнего пандуса на них на полной скорости вылетела колоссальная, разъяренная голубая драконица, людей охватил неподдельный ужас. Некоторые пытались выкрикивать команды на валирийском, размахивать длинными шестами с острыми наконечниками и бросать тяжелые ловчие сети, но Пламенная Мечта даже не взглянула на них. Одним коротким взмахом крыла она смела троих стражников со своего пути, отправив их в полет до ближайшей стены, и продолжила свой стремительный подъем.
Корлис, вновь окутав себя чарами невидимости, не спеша следовал на безопасном расстоянии позади нее, наблюдая за этим великолепным хаосом.
Вскоре Пламенная Мечта достигла финального рубежа - главного выхода из Логова. Перед ней высились колоссальные, обитые толстыми листами железа дубовые ворота, запертые на несколько массивных засовных балок. Хранители драконов, собравшись на безопасных галереях наверху, с замиранием сердца смотрели на это, надеясь, что неприступная преграда задержит разъяренного дракона.
Но у Пламенной Мечты были свои планы. Она остановилась в нескольких шагах от ворот, широко расставила мощные лапы и низко опустила голову. Ее грудная клетка раздулась до невероятных размеров. В следующую секунду ее пасть раскрылась, и из нее вырвался колоссальный, ревущий поток сине-белого пламени.
Этот огонь был настолько горячим, что воздух вокруг мгновенно превратился в раскаленный ад. Драконье пламя сплошной стеной ударило в железную обшивку ворот. Спустя всего несколько мгновений металл начал стремительно менять цвет: от темно-серого к грязно-красному, а затем к ярко-оранжевому и почти белому. Дубовая основа ворот за обшивкой моментально превратилась в пепел, испуская тучи черного дыма.
Смотрители драконов, видя, что дракон абсолютно неуправляем, а жар от ее огня начинает плавить даже каменные выступы, опустили свои шесты и в панике бросились бежать во внутренние переходы, спасая собственные жизни. Ни у кого больше не возникало глупой мысли встать на пути у этой первобытной мощи.
Пламенная Мечта прекратила выдыхать пламя. Ослабевшие, раскаленные докрасна ворота едва держались на оплавленных петлях. Драконица сделала короткий шаг назад, а затем со всей силы протаранила остатки преграды своей массивной грудью. С оглушительным скрежетом и грохотом железные листы лопнули, балки разлетелись в щепки, и огромные створки ворот вылетели наружу, рухнув на каменную площадь перед Логовом.
Драконица триумфально шагнула на свободу. Она замерла на пороге своего бывшего заточения, жадно и глубоко вдыхая ночной воздух. Этот воздух Королевской Гавани был далек от совершенства - он был насквозь пропитан дымом сотен кузниц, запахом нечистот из Блошиного Конца и гнилой рыбы с причалов. Но для Пламенной Мечты, которая последние семнадцать лет видела лишь серый камень своей клетки и дышала застоявшимся серным угаром подземелий, этот грязный городской воздух казался слаще самого чистого, свежего морского бриза. Она расправила свои огромные, очистившиеся от пыли крылья, которые в бледном свете луны отливали благородным серебром.
«Ну что ж, женщина моего освободителя… - пронеслось ее последнее, исполненное гордости послание в разуме Корлиса, который уже бесшумно выбрался наружу через один из боковых проломов. - Посмотрим, действительно ли ты достойна стать моей всадницей. Я лечу на встречу с тобой».
Драконица сделала один мощный, сокрушительный прыжок. Земля под холмом Рейнис вздрогнула в последний раз. Пламенная Мечта взмахнула своими исполинскими крыльями, подняв мощный вихрь, который разметал обломки ворот по всей территории, и взмыла в ночное небо над столицей.
Поднявшись на высоту птичьего полета, где ветер дул свободно и сильно, Пламенная Мечта закинула голову назад и издала оглушительный, победный, яростный рев. Этот звук, наполненный торжеством обретенной свободы, раскатистым эхом пронесся над крышами Королевской Гавани, заставляя стекла в окнах Красного Замка жалобно звенеть, а тысячи горожан - в ужасе просыпаться в своих постелях, понимая, что в небесах Вестероса только что родилась новая, неукротимая сила.
***
P.S. На бусти главы выходят быстрее. Уже доступны три дополнительные главы.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!