Комната 1 - Близкий контакт: 1 стадия - Прикосновение

— Проклятье!       Выругавшись в мыслях, Сакура искренне не понимал, как эти двое, чёрт возьми, так с лёгкостью обнимаются, при этом не краснея. Да, расстроился из-за того, что не может быть таким как они. Да, не имеет смелости открыто выражать чувства. Но хотя бы нуждается в помощи.       К нему на посиделку присоединяются Годжо и Уме, закончив свои дела с большим успехом. Сакура чуть не подскочил от неожиданности, увидев двух высоких парней, появившихся с двух сторон. — Какой же ты слабый. — Годжо закинул ногу на бедро и слегка наклонил голову, опираясь на кулак на спинке дивана. Он злонамеренно провоцирует парня, ожидая предстоящую эмоциональную реакцию. Знал же, что у неопытного в любви и романтике не имеет контроля гнева. — Не можешь даже сам справиться с такой мелочью.       Сакуру по-крупному переполняла ярость, но на этот раз, на сегодня он полон решимости принять вызов.

За день до начала первой стадии

      Время отдыха подходило к концу.       Сакура не мог и предположить, какие испытания ему предстоят. Он понимал, что должен преодолеть этот путь вместе с Умэ, чтобы вернуться к своему привычному миру.       Сейчас он испытывает страх. Что имел в виду Туруму-но-качи про двух комнат? Он не знал. В его голове крутились разные мысли, и он не мог найти ответа на этот вопрос. Сакура мечтал о том, чтобы испытание поскорее закончилось и он мог бы погрузиться в свободу, где его не будут заставлять делать то, что ему не по душе.       Прежде чем подготовиться морально навстречу испытания, Сакура решительно собрался с мыслями, отбросив все свои страхи, которые мешали ему быть собранным. Он сжал руку в кулак и решительно открыл дверь, переступив через порог комнаты. Его взгляд устремился перед собой в центральную комнату, где уже сидели парни на белом диване. Тех кресел не было.       Сакура обратил внимание на двух людей. Один из них приветливо махал ему, а другой вообще не проявлял никакой реакции. В этот момент Сакура осознал, что всех ждёт совместное сидение на диване, которое не сулит ничего хорошего. Однако тут раздался звон колокола, возвещающий о появлении Турума. — Что-ж, друзья мои, как спалось? Надеюсь, вы встали, справились с нуждами, готовились к будущему, чтобы что? — На экране появился тот самый организатор игры, якобы являющий виновником события. В этот раз он изменил манеру речи, что остальных удивило. Только вот Сакура смутился, подумывая, что попал в мир похоти, но только с мужчинами.       Умемии позабавило начало разговора, что охотно отвечает на столько незначительный вопрос: — Добренько, Турума. Всё было так, как ты описывал. Но чтобы что? Чтобы исполнить твои задания? — Ну-ну! — С экрана издался смешок помощника, испытывающего явное предвкушение. — Чтобы потом вы оставили отзыв. Конечно, после того, как пройдёте все комнаты.       Сказать о том, как на лицах трёх жертв озарило удивление, ничего не сказать. Длительное молчание выбило из Годжо, который едва от смеха сдержался как мог. — А помощник с юмором. Отзыв за предоставленную услугу для тебя в приоритете? Давай посмотрим. — Утерев пальцами слёз с уголков глаз, Годжо переполняло чувство приключения. Умемия был удивлён и фактом с отзывом, и согласием рослого парня. — Какой ещё отзыв? Ты ничем не попутал? — Грубо отозвался Сакура, обходя двух парней, чтобы постоять напротив экрана. — Всё верно, Сатору. По сути, это проект игры «Two Room», где участникам предстоит выполнять то, что покажет на моём экране. Там будут разные этапы и задачи, и каждый из них имеет подвох. Подумайте. Теперь о важном. Проект я подготовил тщательно: от помещения до правил. Естественно, такому проекту нужен отзыв. Критика приветствуется. — Сказал помощник, игнорируя возмущения Сакуры, как будто он был клоуном на фоне серьёзного обсуждения. — Что сейчас важнее, я вам повторю в последний раз. Правило первое: участник, чей процент ниже нормы, получает наказания вне зависимости от причин. Правило второе: участник имеет право по желанию наказать проигравшего, если ему дано право организатором. Правило третье: участник будет наказан за неуважение к организатору, а также, если тот посчитает нужным нарушить правила, получит тяжкое наказание, отведенное в «нулевой» комнате лично организатором. Думаю, — после длительного монолога, Турум обращается к Сакуре с таким внимательным взглядом, в коем загорелся огонек, — тебе стоит следить не только за словами, мальчик.       Сакура не был готов к такому развитию событий, особенно от робота, который ловко перешёл от монолога к разговору конкретно с ним. Вот только он не мог понять, что за «нулевая» комната, которая прозвучала как отдельная комната. Может быть, она не относится ни к одной из двух комнат в проекте «Two Room», и эта единственная, где могут сотворить с участником что угодно? Да это же буквально комната ада! — Покричал в мыслях Сакура, чуть не выдернув свои волосы на башке. — Ну и мысли у тебя пошли, Отессуми. — Годжо поржал как не в себя, после того как проследил за реакцией парня. — Что ж, если будут какие-то вопросы, можете смело задавать только после окончания прохождения первой комнаты. И так, давайте уже начнём. Смотрим на экран:

1 стадия — прикосновение

Первый этап — рукопожатие:

— Первой задачей было поддержать; — Второй задачей это обнимать.       Сакура обратил внимание на экран и увидел три пустых индикатора, заполненных нулями. Он вздохнул и нерешительно посмотрел в сторону дивана, где сидели парни. Они оживлённо что-то обсуждали, потом начали пожимать друг другу руки и совершать какие-то действия пальцами. Да, такое взаимодействие с другими людьми, особенно с Сатору, может свести его с ума, но он должен преодолеть.       Умемия в курсе этой ситуации и пытается помочь. А Годжо намеренно игнорирует Сакуру. Да, он определённо испытывал к нему неприязнь, но ведь никто не запрещал ему слегка поиздеваться над ним.       Разумеется, между Годжо и Сакурой возникла некоторая искра, но они всё же скрепя зубами пожали друг другу руки. На экране процент сначала увеличивался, а затем остановился. Годжо нервно постукивал ногами, ожидая, когда же индикатор заполнится. И тут до него дошло, что в этих комнатах есть какой-то подвох.       Годжо взял Умемию за руку, не давая тому опомниться. Он хотел подтвердить свою теорию, которая крутилась у него в голове. Годжо решительно протянул руку к Умемии, который не знал, как реагировать. Он взял его за руку и переплёл их пальцы. Умемия понял его намерения и ответил взаимностью. Организатор проследил за процессом и усмехнулся. На экране у двоих участников показатель достиг точку, превышающей девяносто процентов. Настала очередь нервничать Сакуре.       Сакура заметил проблему с процентами и растерялся. Как им удаётся так легко справляться? Почему его тревожат прикосновения, если они не приносят боли? Он хотел понять, в чём их секрет: в контроле эмоций? У них каждый день романтика и цветы? Они состоят в клубе любви? А он есть? Где?       Умемия ясно и лаконично объясняет, а Годжо смеется, видя, как он неумело играет.       Естественно, Сакура краснел из-за нахального парня, который сидел в комфорте, наслаждаясь отдыхом. Одновременно слушал объяснения Умемии. Он успевал ещё отвечать грубо обидчику. Его неуклюжесть усиливала беспокойство, когда он пытался проявить инициативу. Сакура, переплетая пальцы, чувствовал, как его лицо стало красным. В то же время у всех участников показатель достигает конечной точки. По очевидным причинам, Сакура заметно нервничал, и Годжо это забавляло. Нашелся повод веселиться до прохождения проекта.

Второй этап — касание:

— Первая задача называлась как круговорот да наоборот «Рукопожатие было не очень простым контактом,» — произнес в мыслях Сакура, его сердце учащалось неравномерно. — «Теперь будет касание…»       Умемия прочитал название этапа и понял, его глаза блестели любопытством. Он протянул руку и мягко коснулся макушки Сакуры. Сакура, в свою очередь, начал задумываться насчёт Сатору. И когда его посетила идея, улыбка на лице слегка возвысилась. Он протянул палец к носу Годжо, намереваясь его ущипнуть, но в последний момент лишь легонько коснулся кончика. Годжо ответил той же улыбкой, проведя пальцами по шее Умэ, ощущая тепло его кожи.       Когда половина процентов у всех накопилась, участникам пришло время подумать, что же еще нужно, чтобы было полно. Они обменялись взглядами, пытаясь расшифровать невысказанные мысли друг друга. Казалось, они достигли какого-то уровня понимания, но чего-то все еще не хватало. — Может быть, наоборот? Мы делали по очереди по часовому поясу. — И тут Годжо произнес, его голос стал тише, задумчивее.       Умемия и Сакура обменялись взглядами. «Наоборот?» — задумался Сакура.       Умемия протянул руку и коснулся Годжо, но на этот раз его пальцы задержались на его шее, ощущая теплоту кожи. Годжо кивнул, его взгляд был прикован к его глазам. Сакура, наблюдая за ними, начинает понимать суть названия. «По часовой стрелке и наоборот. Так…»       Годжо в свою очередь перевел взгляд к парнишке и протянул двумя пальцами, хватая за его нос. Тот озабоченно смотрел ему в глаза, а потом своей ладонью приложил к макушке Умемии. И когда показатель участников заполнился до конца, раздался звук аплодисментов, давая повод Годжо воспользоваться своим шансом. Он ущипнул ему нос, смеясь. Сакура от неожиданности заорал, напугав своего друга. Умемия уставился сначала на Сакуру, который едва сдерживал злость, и при этом удерживая покрасневший нос, потом обратил на Годжо, который пожимал плечами: — Сам же хотел мой сломать.       Сакура, ошарашенный, почувствовал, как его намерение обернулось против него. Он разозлился. Его лицо покраснело, а глаза вспыхнули яростью. Он уже хотел не сдерживаться и вмазать Годжо кулаком, чтобы показать ему, как он бесит его, когда…       Раздался громкий, пронзительный звуковой сигнал. Красный экран, который до этого служил фоном для их, казалось бы, мирного времяпрепровождения, вспыхнул ярким светом. На нем появилось уведомление, написанное крупными, угрожающими буквами с восклицательными знаками: «данная драка не допускается в комнате!!!».       Сакура замер. Его кулак, уже готовый к удару, повис в воздухе. Он посмотрел на экран, потом на Годжо, и понял, что ситуация вышла из-под контроля. Правила комнаты, какие бы они ни были, были непреклонны. Он был вынужден смириться. С тяжелым вздохом он отпустил руку Годжо.       Годжо, тем временем, даже не моргнул. На его лице появилась легкая, едва заметная усмешка. Он знал, что его действия были не просто игрой, а демонстрацией силы и контроля, но в то же время — способом избежать настоящей драки, которая могла бы привести к более серьезным последствиям. Он наслаждался моментом, когда Сакура был вынужден отступить.       Вскоре, после того, как красный экран погас, а звуковой сигнал затих, они вернулись на свои места на диване. Атмосфера была немного напряженной, но в то же время в ней чувствовалось новое понимание. Сакура все еще был немного взвинчен, но его гнев утих, сменившись легким разочарованием. Годжо же, как всегда, излучал спокойствие и уверенность. А Умемия сидел между спичкой и бомбой, чувствуя себя неуютно. Он нервно усмехнулся, надеясь, что однажды они поладят.       Они сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Затем на экране появилось новое уведомление. Это был следующий этап их игры, их испытания. Годжо, Умемия и Сакура, каждый по-своему, были готовы к тому, что их ждало дальше.

3 этап — контакт:

— Единственной задачей оказались индивидуальные задания на время       Но, как и всё остальное, они не были одинаковыми для всех. Турум, этот загадочный наблюдатель с нечитаемым выражением лица, явно руководствовался собственной, неведомой логикой. Судя по тому, как он распределял задания, Турум приписывал больше испытаний тем, кому, по его мнению, было тяжелее справиться.       Участник Умемия получил два задания: «объятие» и «лоб в лоб». Годжо, с его вечной ухмылкой, также был удостоен двух заданий: «объятие» и «положение рук на талии». А вот последнему участнику, Сакуре, досталось целых три: «объятие», «положение рук на шею» и «щека к щеке».       Сакура почувствовал, как внутри него закипает волна несправедливости. Три задания против двух у остальных? Это было очевидно предвзято. Но что он мог сделать? Смириться. Это было единственное, что ему оставалось.       Однако, помимо обиды на Турума, у Сакуры была ещё одна, куда более насущная проблема. Ему отчаянно хотелось выполнять задания только с Умэ. Умемия был единственным человеком, с кем он чувствовал себя хоть сколько-нибудь комфортно в этой абсурдной ситуации. Но, как назло, судьба, или скорее Турум, решила иначе.       Внезапно на экране появилось новое уведомление, подсвеченное красным. «Исключение», гласило оно. «Участнику не разрешается прикасаться того, с кем знаком». Сердце Сакуры упало. Это означало одно: ему опять придётся позориться перед этим придурком Годжо. Сатору, который, казалось, наслаждался каждым моментом унижения Сакуры. Эта ситуация, как ни парадоксально, обернулась в пользу Годжо. Он, вероятно, уже предвкушал, как будет наблюдать за неловкими попытками Сакуры выполнить задания с кем-то, кого он не знает, или, что ещё хуже, с кем-то, кто ему неприятен.       Умемия с тревогой смотрел на Сакуру. Он видел, как его плечи опустились, как в его глазах отразилось отчаяние. Он переживал за него. Он знал, как тяжело ему даются эти испытания, и как сильно он хотел избежать лишнего стресса.       Сакура глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он знал, что ему придётся пройти через это. Он должен был. Но мысль о том, что ему придётся снова столкнуться с неловкостью и, возможно, с насмешками, заставляла его чувствовать себя ещё более уязвимым. И всё это из-за Турума, который, казалось, получал удовольствие от его страданий.       Сакура негодовал. Его голос, обычно ровный и спокойный, сейчас срывался на резкие выкрики в сторону своего помощника, но тот никак не отреагировал. Однако Сакура не видел его. Его взгляд был прикован к другой сцене, разворачивающейся в нескольких метрах от них.       Умемия, с распахнутыми руками, подходил к Годжо. Этот жест был красноречивее любых слов. Годжо принял его без малейших колебаний. И вот, на глазах у Сакуры, они обнялись. Две светлые пряди волос у Сакуры, обычно торчащие вверх, как антенны, теперь дрожали, словно улавливая невидимые волны романтики. Сакура почувствовал странное сжатие внутри, предчувствие чего-то опасного, когда находился рядом с ними.       Умэ обнимал Годжо, прикладывая лоб ко лбу, а тот обхватил его за талию, как было указано в задании. Они были так близко, что казалось, вот-вот завершат свой процесс. А у Сакуры, тем временем, все оставалось на нулевом проценте. Он был в плохом положении, а времени не оставалось. И вот, когда они заканчивали свой процесс, Умэ первым достиг цели. У Годжо же оставалось менее двадцати процентов до окончания. — Проклятье! — Выругавшись в мыслях, Сакура искренне не понимал, как эти двое, чёрт возьми, так с лёгкостью обнимаются, при этом не краснея. Да, расстроился из-за того, что не может быть таким как они. Да, не имеет смелости открыто выражать чувства. Но хотя бы нуждается в помощи.       К нему на посиделку присоединяются Годжо и Уме, закончив свои дела с большим успехом. Сакура чуть не подскочил от неожиданности, увидев двух высоких парней, появившихся с двух сторон. — Какой же ты слабый. — Годжо закинул ногу на бедро и слегка наклонил голову, опираясь на кулак на спинке дивана. Он злонамеренно провоцирует парня, ожидая предстоящую эмоциональную реакцию. Знал же, что у неопытного в любви и романтике не имеет контроля гнева. — Не можешь даже сам справиться с такой мелочью.       Сакуру по-крупному переполняла ярость, но на этот раз, на сегодня он полон решимости принять вызов. Он схватил Годжо за руку и потащил его за собой. Но Годжо был таким тяжелым, что Сакура чуть не упал, проскользнув с его рук. В этот момент Умэ успел удивиться, но вмешиваться в их разборки он не хотел. Годжо все же смог встать, схватив за руку Сакуру, который почти висел на полу, образуя острый угол менее девяноста градусов. И Годжо притянул его руку к себе, обхватывая другой рукой за его талию.       Сакура сначала ругался с краснеющим лицом, и с таким смирился. Годжо пришлось наклониться, чтобы дать доступ к его шею. Сакура резко обхватил руками шею, при этом пряча свое лицо в груди Годжо. Сакура лишь хотел, чтобы этот момент сразу прошел, но помощник на зло тянул время на пополнение процентов.       У Сакуры знатно все прогорело: уши, шея, руки, лицо. Он терялся в этих ощущениях, а Годжо забавлялся, пытаясь не засмеяться. А Умэ улыбался, наблюдая за этой картинкой. И чувствовал радость, что Сакура преодолевает трудности. Такую картину он видел в далеком прошлом.       И когда у двоих дошло до пика, они прекратили процесс, и потом тело Сакура стало расслабленным в руках Годжо. Сатору заметил, как Сакура теряет сознание от сильной эмоции. Да, это было для всех неожиданностью. На экране таймер остановился появлением робота Турума.       Турум извинился перед Сакурой, трепеща волнительным голосом. Годжо, с привычной невозмутимостью, но с легкой тенью беспокойства в глазах, отнес парня на диван и спросил у помощника, почему он усложнил задания Сакуре. Турум сказал, что ему недоставало понимания какого-то феномена, который мог бы прояснить его нынешнее состояние. Умемия склонился над Сакурой, мягким голосом пытаясь разбудить.       В комнате наступила тишина. Лишь тихое дыхание Сакуры и робкий голос Турума нарушали её. Годжо не сразу уловил суть причины, но предположил, что Турум пытается обнаружить в Сакуре нечто, о чём сам не имеет представления       На этом моменте Турум завершает заключительный этап первой стадии и допускает троих к следующей стадии.