Вернутся к фанфику

Глава 15

20 января 2026, 00:00

***

Карпов мрачно мешал чай в стакане глядя перед собой. Солдат сидел у себя на одеяле, возле батареи, не двигаясь и глядя в одну точку. Карпов быстро взглянул на него и снова отвел глаза. Ситуация становилась все щекотливее. Солдат явно начинал выходить из-под контроля, и хоть эту вспышку своеволия вроде бы кое-как удалось погасить, — дальнейшее виделось Карпову во всё более мрачных тонах. Американцы очканули помогать на территории бывшего Союза, сбросив на него самого задачу выбираться за его пределы. Нужны были фальш-доки, но Карпов не знал, кому из своих бывших коллег теперь можно верить. Подстава с Виктором в Воронеже, больно ударила полковника морально под дых. Он давно уже был прожжённым циником, но все же какие-то чувства у него еще оставались. И в душе было нехорошо от этого, гаденько было, мерзко. Это значило, что под ударом находятся все, с кем он хоть когда-то был хоть в каких-то более-менее приятельских отношениях. Лукин вычислит всех! И либо зачистит всех, либо заставит работать против Карпова. А еще более мерзко было от осознания того, как, наверное, самодовольно ухмылялся Лукин, слушая доклад о происшествии под Воронежем. И хоть они с Солдатом ускользнули в тот раз, наверняка Лукин считает, что это всего лишь временная отсрочка. И считает он так небезосновательно… Карпов снова глянул на Солдата. «Может и впрямь грохнуть его пока не поздно?» «Пока совсем не вышел из-под контроля и не грохнул самого Карпова? По крайней мере, хоть в этом Лукин точно проиграет. Не получит своего «Ферзя». Обломается по полной! Тогда у Карпова будет повод надменно глянуть генералу в глаза и состроить победоносную ухмылку. Перед своим собственным смертным приговором…» Карпов невольно передернул плечами, от прошедшего по спине холодка. «Нет. Солдата лучше держать при себе пока есть возможность. Он единственный «щит» от Лукина. Да и Пирс был прав: «Ферзь» — это его билет в Штаты, в новую жизнь. Это «щит» от бывших коллег и «банковская карта», с которой он сможете потом снять крупную сумму денег. Если все-таки удастся выбраться из этой гребаной страны! Он и впрямь должен пылинки с него сдувать…» Карпов вновь покосился на Солдата, сидящего у стены с безучастным выражением лица. «Круги под глазами, впалые щеки от длительного принудительного голодания, бледная кожа, отрешенный взгляд, растрепанная шевелюра… Ну, прямо бедная несчастная овечка!» Карпов хмыкнул, вспоминая, как собирался вырубить его пистолетом, а Солдат покорно подставил голову, и это его остановило. Солдат проявлял покорность, а значит, он еще не совсем отбился от рук. Значит, еще есть немного времени…. «А вот, что будет потом…» Карпов отхлебнул чая. «Ну, в целом… «транквилизатор для отключения сознания с ингибитором контроля мозговой активности и частичной, временной блокировкой памяти» и впрямь адская смесь, и Солдата в чем-то можно понять, что он так от него шарахается. Хорошо хоть Карпову досталась не вся доза, и он избежал долгосрочных последствий для мозга! Да только выбора у Карпова особого нет! Только благодаря препарату можно еще хоть как-то продлевать амнезию и внушенные установки Солдата. Без этого Солдат уже давно вышел бы из-под контроля. А вот когда препарат закончится… Останется только код «ПБИ», — «Программы Беспрекословного Исполнения». А его надолго не хватает. Да, Солдат выполнит любой отданный приказ. Но из транса он выйдет очень быстро, а значит, сможет опять думать, а значит, и вспоминать, а значит, — у Карпова начнутся проблемы… Полковник застонал, держась за голову и, быстро допив остывший чай, встал и куда-то ушел. Вернувшись обратно со шприцем, он медленно подошел и встал напротив Солдата. Тот поднял лицо, скользнул глазами по шприцу и взгляд его резко стал пустым и обреченным. Зрачки расширились, а губы поджались, а потом вновь расслабились. Карпов присел рядом с ним, внимательно глядя в лицо. — Руку! — потребовал он грозно. Солдат почти не мешкая, подтянул рукав и не глядя, подставил сгиб локтя. Карпов аккуратно ввел иглу в вену, все также внимательно следя за выражением лица Солдата, ввел препарат, и, выдернув иглу, хлопнул по локтю. Солдат непонимающе моргнул, посмотрел на руку, потом поднял глаза на полковника и снова удивленно хлопнул ресницами. — Глюкоза! — хмыкнул Карпов, глядя на своего подопечного. В глядящих на него серо-голубых глазах возникло выражение непередаваемой смеси облегчения, благодарности и почти щенячьего счастья! Он смотрел на Карпова, словно верный пес, которому хозяин только что пообещал сочную косточку, помахав ею перед носом, готовый за это ради хозяина на все. Карпов едва удержался, от того, чтобы не погладить его по растрёпанной шевелюре, словно восторженного щенка. Хмыкнув, он поднялся с колен и шагнул к столу. — Я… много думал, пока вы… «спали»… — произнес вдруг Солдат. — Анализировал сложившуюся ситуацию… Сердце Карпова ухнуло куда-то в область желудка. Он замер на месте и побледнел, пялясь в стену и сжимая в руке шприц. — Раз наши союзники — теперь наши враги… Значит, наши враги, — теперь наши союзники…- робко выговорил Солдат. — Можно работать в этом направлении… Карпов дослушал все это в состоянии легкого предынфаркта и резко обернулся. Глаза Солдата быстро просканировали его лицо, и он тут же опустил их, приняв бледность и слегка одуревшее выражение лица командира за гнев на его новое своеволие. — Виноватен…— еле слышно прошептал Солдат и, незаметно придвинулся чуть ближе к батарее. Карпов некоторое время смотрел на него вытаращенными глазами, потом нервно вытер выступивший на виске пот и буркнул: — Не умничай мне тут!

***

— В общем, такая вот хуйня, Брон… — с сожалением произнес парень в косухе и задумчиво затянулся сигаретой. Другой, в бандане с черепом, сидящий рядом опираясь о руль мотоцикла, невесело усмехнулся. — Они весь район под себя подгребли! К нам в мастерскую уже приходили права качать. Сказали, — либо отстегиваем им пятьдесят процентов с выручки, либо автосервис «случайно» сгорит! Шурик с ними базарил, ну ты ж его знаешь? Он за мастерскую порвать готов! Они с батей его, там всё, считай за свои кровные обустроили. Ну, он там что-то дерзкое и ляпнул им… Так они ему руку насквозь финкой продырявили! И сказали: в следующий раз будет уже селезёнка или печень… — Пиздец какой-то! — возмущенно взмахнул рукой Брон, и, охнув скривился хватаясь за плечо. — Они же из Солнцева? Какого хуя они сюда-то приперлись? — Расширяют ареол обитания! — хмыкнул пузатый парень с пивом. — Как львы в саванне! — Скорее как шакалы! — пробурчал Брон. — Если они тебя запомнили… — произнес тот, что рядом с мотоциклом. — То дело плохо… Он с характерным звуком провел большим пальцем по своей шее, глядя на Брона. — Может, обойдется? Ты долго с ними тогда базарил? — произнес тот, что с пивом. — Не долго, но запомнить они меня вполне могли… — задумчиво проворчал Брон. — Хорошо хоть не попали в тебя тогда. Повезло! — Ага, «повезло»! — фыркнул Рамлов, погладив себя по плечу. — Всем бы так «везло» как мне… — В общем, затаиться тебе надо по-хорошему, Брон, — докурив, бросил окурок щелчком тот, что в косухе. — Не высовываться месяца два-три, может больше. На работе отпуск взять или уволиться… — А на что я жить буду? — фыркнул Рамлов. — Ну, ты скопил же там что-то? — «Козе на лифчик я скопил»! — раздраженно рявкнул Брон. — Ну тогда уезжать надо, — встал тот, что с пивом. — Подальше от городов в глубинку какую-нибудь. «В деревню, к тетке в глушь, в Саратов!» — Сплюнь, блять, Толстый! — рявкнул Брон, все больше выходя из себя. — К какой тетке? Какой нахер Саратов? Сто лет он мне снился! — Это из Грибоедова же, — рассмеялся Толстый. — «Горе от ума»! — Иди нахер со своим Грибоедовым! — огрызнулся Рамлов. — Мне вообще сейчас не смешно! — Нахер ты палить в них начал? — вскинулся обиженно толстяк. — А че мне надо было реверанс им отвесить и платочком взмахнуть? — огрызнулся Рамлов. — Они у меня поляну отжали! Твари! — Ладно, не искри, Брон! — придвинулся к нему тот, что в косухе. — Может, обойдется все как-нибудь. Но ты на всякий случай по сторонам гляди, и подумай на счет отпуска. Хотя бы пока пыль не уляжется. — Или операцию пластическую сделай! — вставил толстяк. — Я тебя ща уебну! — замахнулся на него Брон. — Да чего ты на меня-то красишься? — отшатнулся от него Толстый. — Я что ль в тебя палил? Я пытаюсь обстановку разрядить немного, а то все как на поминках сидим! — Блять, Толстый, реально завали ебало! Типун тебе на язык! — влез тот, что сидел на мотике. — Брон, эти ребята серьезные. И если они тебя запомнили, то когда встретят, — грохнут. Без вариантов. Они такого не спускают. — А может, — Брон оглядел присутствующих, — Собрать парней? И всей толпой… — И че мы им сделаем? — фыркнул тот, что в косухе. — Хочешь чтоб нас всех положили? Извини, Брон, но это твой косяк. Да и не сладим мы с братками-то! Ну, че мы их стенка на стенку вызовем? Стрелку забьем? Они нас всех положат! А кого не положат — искалечат! Это ж не гопники какие-то! Это реальная мафия! — Да и ты не Елена Троянская, чтоб за тебя всем районом умирать! — хмыкнул Толстый.

***

Брон мрачно но быстро шел к своему подъезду, на всякий случай, оглядываясь по сторонам, когда из дверей его дома внезапно вышел сосед и с привычным уже, отрешенным видом куда-то пошел. — Блять… — выдохнул Рамлов, резко останавливаясь, увидев его. А потом вспомнил, что сам собирался переговорить с ним начистоту. Теперь это нужно было сделать еще и потому, что соседу реально грозила опасность рядом с ним. Поэтому, Брон снова оглянулся, стиснул зубы и решительно пошел ему навстречу. — Привет! — слегка улыбнувшись, расслаблено произнес Рамлов, поравнявшись с ним. — Слушай, я тут… Сосед не сбавляя хода, прошел мимо него, не мигающим взглядом глядя вперед. Брон лишь ошарашенно оглянулся ему вослед, и озадаченно проводил глазами.

***

Неприметный полный мужчина с лысой макушкой в серой курточке и с дипломатом в руке, вышел из посольства и сел в представительскую волгу с тонированными стеклами. Добравшись до дома, он вежливо попрощался с водителем, забрал дипломат и пошел к дверям. Войдя в охраняемый подъезд, он дежурно поздоровался с вахтером, привычно показал пропуск и, пройдя через отпертую вахтером через электро-замок, дверь пошел к лифту. Поднявшись на десятый этаж «сталинской высотки» и, поздоровавшись с прогуливающимся по длинному коридору, застеленному красной ковровой дорожкой, охранником в штатском, мужчина вошел к себе в квартиру. Запер за собой дверь. Положил дипломат на трюмо, вздохнул, и устало скинул обувь. Снял куртку, повесил ее на крючок и шагнул в комнату. Включив свет, мужчина вздрогнул всем телом от неожиданности. За его столом, положив одну руку на столешницу, сидел неизвестный мужчина в черном, пристально глядя на него. — К… к. как вы вошли?! — перепугано выдавил, резко осипшим от нервного напряжения голосом, мужчина. Незнакомец не ответил, все также пристально глядя на него немигающим взглядом серо-стальных глаз. — Кккк… кто вы? — мужик судорожно просунул одну руку за книжный шкаф, где к стене был скотчем приклеен заряженный пистолет. Незнакомец сидящий за столом, медленно вынул из-под столешницы руку и показав мужику его пистолет, положил его на стол. Мужик, безуспешно ощупав ладонью пустоту за шкафом судорожно сглотнул. — Что вам нннадо? Здесь охрана… я закричу! Незнакомец в черном приложил палец к маске, скрывавшей половину его лица, изобразив жестом «тихо». А потом небрежно положил рядом на стол еще один пистолет в два раза больше, чем уже лежащий там штатный «ТТ», плюс еще и с навинченным на него длинными глушителем. Лысый мужик судорожно сглотнул ком в горле и нервно ослабил узел галстука. — Мы знаем, что ты работаешь на американцев, — не громко, но как-то грозно произнес незнакомец с длинными, в беспорядке растрепанными волосами. Лысый мужик снова судорожно сглотнул и погладил область над сердцем, чувствуя, как его словно сдавила чья-то рука. Незнакомец за столом вынул из кармана какой-то маленький предмет и положил его на край стола. Предмет походил на маленький кассетный диктофон. — Нам нужно связаться с их консулом. Тут инструкция и все данные. Организуй нам встречу, и можешь жить дальше. В спокойствии. Тебя никто не тронет. Ты не раскрыт. Никто тебя не выдал. Мы — свои. Косматый незнакомец очень медленно, словно хищный зверь перед прыжком встал. — После прослушивания запись самоуничтожится. Мы будем ждать ответа через пару дней. — Ккк…то… «Мммы?» — кое-как выдавил из себя мужик. Но тут в дверь за его спиной постучали. Мужик резко оглянулся. — Товарищ Гроцкий! Вы забыли забрать свою почту! — раздался приятный женский голос. — Я вам ее занесла! Мужик резко обернулся обратно, но за столом уже никого не было. Лишь лежал его собственный пистолет, и чуть колыхалась штора у приоткрытого окна. Гроцкий резко подбежал к окну и выглянул наружу. Внизу словно муравьи копошились бредущие куда-то люди, и ехали, словно игрушечные, автомобили. Он, извернувшись, глянул вверх, — выше него было еще пара этажей и покатая крыша с острым шпилем. Все окна были закрыты и никаких следов не было видно. Гроцкий закрыл окно и непонимающе уставился перед собой. На секунду подумал, что спятил, от переработки. Но потом перевел взгляд на стол, на котором все еще лежал его пистолет, диктофон и несколько деактивированных «жучков прослушки».

***

Весь вечер Брон потратил на обдумывание сложившейся ситуации. По всему выходило, что парни правы. Да он и сам это понимал! Ему надо либо затаиться на время, либо сваливать к чертям! Вот только легче было сказать, чем сделать. Сидеть без работы — он долго не просидит. С учетом того, что его «поляну отжали», и «пассивный доход» теперь тоже отрезан… Тратить то, что он скопил? Брона душила лютая жаба. Не для этого он их копил… Попробовать свалить в Америку, как он и хотел? Брон задумчиво помешал в сковородке гречку с тушёнкой и, сняв ее с огня, поставил на стол на подставку. Медленно раздавил в пепельнице докуренную сигарету и уставился перед собой. «Денег хватит только на билет и на пару дней перекантоваться в отеле каком-нибудь подешевле… А потом что? Куда идти? Чем заниматься? Он планировал уехать года через два, с нормальной суммой в кармане… А сейчас? Мчать непонятно куда в аварийном режиме? Быть одному в чужой стране даже без знания языка…» — Сосед знает язык! — снова вспомнил Рамлов. — Сам же говорил на нем и говорил круто! Брон, правда, ни хера не понял, но звучало охуенно. «Все таки уговорить его свалить от его гребаного отчима и уехать вместе?! Может, у него там тоже какие-нибудь деньжата припрятаны?! Ну, мало ли, наследство какое! Ну, или вкрайняк «одолжить» у папаши, до лучших времен…» Брон невольно почесал в паху, вспоминая тот случай на крыше и свои позорные фантазии дома… «В Америке похер всем будет на их отношения! Там вроде как к этому лояльно относятся… Ну, более-менее… Морды, по крайней мере не бьют… В тюрьму не сажают… Там вроде даже, всякие бары специальные для «таких» есть… Ну, он в фильме одном видел… И никто не стыдиться туда ходить, ну из «таких»… Вот правда неизвестно еще как сам сосед ко всему этому отнесется… Ну, поехать, может Брон его еще как-то уговорит, он вроде и не против был в прошлый раз… А все остальное?.. Хотя, нахер, он раньше времени кипишь поднимает! Может Брону и самому не надо будет ничего такого! Может это все временное помешательство, гормоны от стресса, от потери крови и скоро все само пройдет? Тогда, может и сосед ему на хер там не сдался там?.. Только обузой будет?.. И потом, со здоровьем соседа тоже надо будет что-то решать, а это тоже деньги и немалые…» Но все же, вариант «ехать одному» нравился Брону гораздо меньше, варианта «ехать вдвоем»… «Все-таки жалко его! Что он тут увидит в разваливающейся стране набитой ворами и бандюганами, сидя безвылазно со странным отчимом в четырех стенах? Загнется совсем бедолага… Сгинет. А в Америке вон, может звездой какой станет! А что, мало ли звезд в Голливуде из нищебродских семей? Или вон, манекенщиком… Правда, Брон не был уверен, что «мужики-манекенщики» бывают… Но одежду же для мужиков шьют всякие там Армани и Версаче? Должны и манекенщики быть, которые их демонстрировать будут… Как раз работа для его здоровья, не пыльная, - ходи себе туда-обратно по длинному настилу…» Оставалось только узнать на этот счет мнение самого соседа. Доев ужин, Брон выглянул в окно, осмотрел окрестности. Попытался высмотреть соседа, но никого не углядев, взял сигарету и пошел на улицу. Потому что сидеть одному в четырех стенах с невеселыми мыслями было как-то совсем муторно. Почти уже спустившись вниз, он чуть задержался на последнем лестничном пролете, доставая зажигалку, когда двери хлопнули, и в подъезд вошел Зим. — О! — хмыкнул Брон. — А я как раз о тебе думал! Хотел тут с тобой поговорить… Сосед с отрешенным выражением лица пошел по ступеням к нему. — Время есть? Я… — начал было Брон, делая шаг навстречу. Но сосед, не замедляя шага, словно не заметив, практически снес его со своего пути, бесцеремонно спихнув плечом с дороги, и не взглянув даже, в его сторону быстро пошел дальше. Брона развернуло на ступенях, сигарета выпала из открытого рта и он застыл на месте, пораженно глядя в спину, удаляющемуся Зиму. Пару минут он ошарашенно хлопал глазами, потом медленно стиснул зубы и сжал в руке зажигалку. — Ссука… — прошипел он еле слышно себе под нос, давясь от вспыхнувшей в груди непонятной обиды и ярости.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!