Вернутся к фанфику
Часть 10. Хогвартс экспресс
29 мая 2024, 22:49Лето, подобно яркой вспышке, таяло на глазах, оставляя после себя лишь угасающие угольки воспоминаний. В августе солнце, словно уставший путник, начало клониться к горизонту раньше обычного, а вечера окутывались прохладной дымкой, которая несла с собой предвестие осени. Эмма, погруженная в свои мысли, с грустью наблюдала за сменой времен года, ощущая, как время ускользает, как песок сквозь пальцы.
Часы, проведенные за написанием писем Лили, Римусу, Питеру, Джеймсу и Сириусу, стали для нее отдушиной. Каждый раз, когда она бралась за перо, её сердце наполнялось надеждой и тревогой. Но особенно трепетно она ждала ответа от Регулуса, чье молчание ранило её сердце острыми шипами. Десять писем, отправленных в надежде на хоть какую-то весточку, остались без ответа, как молчаливый крик в пустоту.
Мысль о том, чтобы навестить Блэков, не раз посещала её, но страх перед холодным приёмом Вальбурги заставлял её колебаться. Внутри неё боролись два чувства: отчаянное желание увидеть Регулуса и боязнь столкнуться с осуждением его семьи. Она понимала, что её визит может вызвать бурю, но желание встретиться с ним было сильнее страха.
Вечер опустился на город, окутав его мягкой темнотой, и у Эммы вновь возникло это чувство одиночества, словно с ней оставались только тени. Уединившись в своей комнате, она пыталась найти утешение в рисовании, но даже яркие цвета на холсте не могли отвлечь её от гнетущих мыслей. Внезапно тишину нарушил шорох крыльев — её сова влетела в окно, бросив на стол два письма, и тут же исчезла в ночи, как будто тоже чувствовала эту давящую тишину.
Девушка с замиранием сердца схватила конверты, узнав знакомые почерки Лили и Римуса. Волнение сменилось разочарованием — снова нет вестей от Регулуса. Вздохнув, она откинулась на спинку дивана, пытаясь унять дрожь в руках. Ощущая себя потерянной, Эмма крепко сжала письма, словно они могли дать ей ответы на её вопросы.
Не в силах больше терпеть мучительное ожидание, Эмма решительно поднялась с кресла и спустилась вниз. Накинув на плечи теплую кофту, она вышла из дома, погрузившись в темноту ночи. Фонари, словно светлячки, освещали её путь, пока она спешила к дому Блэков. Сердце бешено колотилось в груди, когда она остановилась перед знакомым зданием, и чувство волнения перемешивалось с решимостью.
Оглядевшись по сторонам, Эмма подобрала несколько мелких камушков и, прицелившись, начала бросать их в окно на втором этаже — там, где, по словам Сириуса, находилась комната Регулуса. Каждое движение сопровождалось смесью надежды и страха, как будто она бросала вызов самому времени. Эмма молилась, чтобы Регулус услышал её безмолвный зов и выглянул в окно.
Окно распахнулось с неожиданным треском, и очередной камушек угодил прямо в лоб парня, вызвав у него невольный возглас. Регулус выглянул, его лицо было удивлено и насторожено, словно он только что проснулся от глубокого сна.
— Эмма? Что ты здесь делаешь? — прошипел Регулус, потирая ушибленное место, а в его голосе звучала тревога.
— Тащи свой зад на улицу, — решительно заявила Эмма, уперев руки в боки. В её глазах горел огонь решимости, а губы сжались в тонкую линию, отражая её нетерпение.
Регулус на мгновение задумался, поджав губы. Ему безумно хотелось вырваться из этой золотой клетки, которая стала для него настоящей тюрьмой. Все лето он провел, словно марионетка, на бесконечных приёмах, балах и собраниях, где каждый его шаг был расписан по минутам. Его сердце сжималось от тоски, и он ощущал себя заложником своей судьбы.
Он аккуратно перекинул ноги через подоконник и посмотрел вниз, оценивая расстояние до земли. Сердце бешено колотилось в груди, а в голове проносились мысли о последствиях своего поступка.
— Я ничего не сломаю? — спросил он, глядя на Эмму с сомнением. В его голосе слышались нотки неуверенности и страха. Он был готов рискнуть, но всё ещё боялся, что его решимость не оправдает ожиданий.
Эмма уставилась на него, как на сумасшедшего. Её брови взлетели вверх, а на лице появилось выражение недоумения.
— Ты издеваешься? — вырвалось у неё. — Просто прыгай!
Слова Эммы подстегнули Регулуса, как искра, разжигающая огонь. Он не знал, что ждет его снаружи, но понимал одно — это был его шанс.
Регулус, подгоняемый её решительностью и собственным отчаянием, глубоко вздохнул, будто собираясь с духом перед важным шагом, и, собрав всю свою волю в кулак, прыгнул вниз. В воздухе царила тишина, прерываемая лишь лёгким шорохом травы и треском веток.
Однако его приземление оказалось не таким удачным, как он надеялся. Споткнувшись о предательский корень, он свалился прямо в густой куст высокой травы. Приглушённый вскрик боли вырвался из его груди, когда он инстинктивно схватился за ушибленную лодыжку. Чувство унижения и дискомфорта захлестнуло его, и он не сразу смог собраться с мыслями.
Эмма, наблюдая за этой сценой из тени старого дуба, не смогла сдержать ироничной усмешки. В её сердце смешивались тревога и облегчение: он все-таки решился вырваться из своей золотой клетки, пусть даже с небольшими казусами. Но её улыбка быстро сменилась на беспокойство, когда она увидела, как Регулус, морщась от боли, поднялся на ноги, отряхивая с себя налипшие травинки и мелкие веточки. Он прихрамывал, и в глазах читалась явная озабоченность.
— Если родители узнают, что я сбежал из дома… — начал он, но Эмма резко перебила его, не скрывая своего раздражения.
— Регулус, я за всё лето написала тебе около двадцати писем! — её голос дрожал от обиды, в нем звучали нотки боли, как будто она делилась своим сердцем. — А ты даже на одно не ответил!
Они отошли немного дальше от дома Блэков, укрываясь в полумраке, чтобы их разговор не был подслушан. Регулус провёл рукой по своим тёмным волосам, ощутив, как на его плечи легло бремя вины и стыда. Он тяжело вздохнул, и его внутренние демоны, давно загнанные в тень, начали вырываться наружу. Он прочитал все двадцать писем Эммы, некоторые из них по несколько раз, и каждое слово отзывалось в его сердце тоской и нежностью. Но он так и не решился ответить, и этот молчаливый конфликт терзал его изнутри.
В его душе боролись любовь к Эммелин и страх за её безопасность. Блэк-младший знал, что совсем скоро примет метку Пожирателя Смерти, и не хотел подвергать любимую девушку смертельной опасности. Эта мысль была для него невыносимой, как будто он шагал по краю пропасти, и каждый его выбор мог обернуться катастрофой.
— Прости, я… был занят, — выдавил он из себя, избегая её взгляда, словно он сам был виновен в своих невольных действиях. — Да и ты с Сириусом…
Эмма молча слушала его оправдания, пытаясь понять, что происходит с Регулусом. Каждый его ответ звучал как мимоходом сказанное слово, полное уклончивости. Она видела, что он скрывает что-то важное, но не могла подобрать нужных слов, чтобы заставить его открыться. Страх и нежелание утратить то, что между ними зарождалось, накрывали её, как туман над утренним полем.
— Что с тобой происходит? — наконец спросила она, заглядывая ему прямо в глаза. Её голос звучал как призыв, наполненный теплотой и заботой, словно она пыталась достучаться до его души.
— Ничего, — коротко ответил Регулус, отворачиваясь. Его ответ звучал как последнее слово, и в нём ощущалось безмолвное отчаяние. Он понимал, что его молчание ранит её, но не мог нарушить эту преграду, стоящую между ними.
Эмма ещё несколько мгновений смотрела на него, пытаясь разгадать его мысли. В её сердце росло чувство пустоты, и она не могла избавиться от ощущения, что что-то важное уходит из её жизни. Затем, не сказав больше ни слова, она развернулась и направилась в сторону своего дома. Каждый шаг отдавался в её сердце болью и разочарованием, как будто она уходила от самого себя.
Она надеялась, что Регулус остановит её, бросится за ней, объяснит всё, но он просто стоял и смотрел ей вслед, сжимая кулаки до побелевших костяшек. В его глазах читалась такая же боль и отчаяние, как и в её собственных. Он чувствовал, как между ними разрастается пропасть, и ничто не может её заполнить. В тот момент, когда Эмма скрылась из виду, Регулус понял, что он потерял не только её доверие, но и часть самого себя.
***
Последний день лета наполнил воздух вокзала Кингс-Кросс смесью волнения и предвкушения. Друзья и семьи обнимались, а в воздухе витала атмосфера новых начинаний. Толпы учеников, одетых в мантии разных факультетов, заполнили платформу 9¾. Первый курс, с широко раскрытыми глазами и сжимающими в руках письма из Хогвартса, с изумлением рассматривали паровоз, окутанный клубами пара, будто выходя на сцену из сказки, которую они знали только по рассказам.
Мародеры выделялись из общей массы, как яркие звезды на ночном небе. Джеймс Поттер с непослушными тёмными волосами и озорным блеском в глазах, оживлённо жестикулировал, рассказывая друзьям очередную историю. Каждый его жест был полон жизни, а смех, вырывающийся из его груди, напоминал звук колокольчиков. Сириус Блэк, высокий и статный, с аристократическими чертами лица, лениво облокотился на багажную тележку, бросая насмешливые взгляды на проходящих мимо девушек, их восхищённые взгляды не оставались без его внимания. Римус Люпин, самый спокойный и рассудительный из компании, держался немного в стороне, наблюдая за друзьями с легкой улыбкой, его тёплый взгляд пронизывал их весёлое настроение.
Попрощавшись с родителями, которые давали последние наставления и обнимали своих чад, Мародеры зашли в поезд и заняли привычное купе. Аромат свежезаваренного чая и вкусного печенья, которое они принесли с собой, наполнял пространство, создавая атмосферу домашнего уюта.
— Мм, Лили, у тебя новые духи? — Джеймс, усаживаясь рядом с Лили Эванс, закинул руку на спинку сиденья за её спиной, наклоняясь к ней поближе, чтобы унюхать её аромат. Его глаза заблестели, как если бы он наткнулся на сокровище.
Лили, чувствуя, как её щеки начинают гореть, слегка отстранилась от него, но в её глазах проскользнуло удивление и смущение.
— Да, — ответила она, встречаясь с ним взглядом. Её сердце забилось чаще, но она старалась сохранить невозмутимость.
— Очень приятный аромат, — пробормотал Джеймс, не отводя от неё глаз, его голос был полон восхищения.
— Итак, последний год в Хогвартсе, — Римус, усевшись у окна, достал из сумки печенье и протянул его друзьям. — Время готовиться к экзаменам.
— Последний год, чтобы навести шуму в Хогвартсе, — поправил его Сириус, и Джеймс одобрительно кивнул, в его глазах зажглось озорное выражение.
— Предлагаю в первый же день пойти в Хогсмид и напиться, — заявила Эмма, присоединившаяся к компании. Её глаза блестели от предвкушения, и в её голосе звучала нота бунта.
— Да! — хором воскликнули Сириус, Джеймс и Питер, их радостные голоса перекрыли шум поезда.
Лили и Римус, переглянувшись, закатили глаза. Они знали, что этот год будет полон приключений, но надеялись, что их друзья не перейдут границы дозволенного.
Поезд мчался сквозь холмы и долины, унося Мародеров всё дальше от дома и ближе к Хогвартсу. За окном мелькали живописные пейзажи: зеленые луга, густые леса и зеркальные озера, каждая картина становилась частью их общей истории. В купе царила оживленная атмосфера. Друзья делились летними впечатлениями, строили планы на новый учебный год и, конечно же, шутили и смеялись, как будто время никогда не могло их разлучить.
Джеймс, не упуская возможности пофлиртовать с Лили, то и дело бросал на неё многозначительные взгляды и делал комплименты. Его слова звучали как мелодия, сладкая и одновременно тревожная.
— Знаешь, Лилс, — начал он, наклоняясь к ней поближе, его голос стал тише, почти интимным, — я тут подумал… Может, мы с тобой… ну, знаешь… сходим куда-нибудь вместе?
Лили подняла на него свои зеленые глаза, в которых читалась смесь удивления и смущения, её сердце заколебалось.
— Джеймс, мы уже обсуждали это, — мягко ответила она, стараясь скрыть смущение. — Я ценю твою компанию, но…
— Но что? — перебил её Джеймс, не теряя надежды, его голос полон настойчивости.
— Но я не готова к отношениям, — твердо сказала Лили, её уверенность пробивалась сквозь растерянность. — Особенно с тобой.
Джеймс тяжело вздохнул и откинулся на спинку сиденья. Он знал, что Лили нелегко завоевать, но не собирался сдаваться, его решимость была непоколебима.
Тем временем Сириус и Эмма, увлеченные разговором, не обращали внимания на остальных. Они обсуждали последние новости из мира волшебников, делились сплетнями о других учениках и строили планы на предстоящие шалости. Их смех был как искры, рассыпающиеся в воздухе, наполняя его энергией и радостью.
Римус, наблюдая за друзьями, не мог сдержать улыбки. Он радовался, что они все вместе снова вернулись в Хогвартс. Этот год обещал быть незабываемым, и он был готов запечатлеть каждое мгновение.
В купе Мародеров на какое-то время воцарилась тишина. Каждый погрузился в свои мысли, нарушаемые лишь ритмичным стуком колес. Эмма, скрестив ноги на сиденье, листала магловский журнал о моде, время от времени хмуря брови, рассматривая причудливые наряды. Сириус, устроив голову на её плече, лениво наблюдал за мелькающими за окном пейзажами, его глаза были полуприкрыты, а на губах играла легкая улыбка.
Внезапно дверь их купе распахнулась, и в проеме появилась фигура девушки. Это была семикурсница со Слизерина, Джессика, известная своей красотой и кокетливым нравом. Её длинные светлые волосы спадали на плечи мягкими локонами, а глаза цвета морской волны блестели от предвкушения, как будто она знала, что её появление внесет хаос в эту идиллию.
— Сириус, привет, — промурлыкала она, растягивая слова и медленно помахивая рукой, её голос был словно мед, сладкий и манящий.
Сириус мгновенно выпрямился, стряхивая с себя остатки сонливости. Его фирменная улыбка озарила лицо, когда он окинул Джессику оценивающим взглядом с ног до головы. Он был как хищник, чувствующий, что к нему приближается жертва.
— Привет, малыш, — ответил он, не скрывая своего восхищения, и в его голосе звучала уверенность, которая обычно привлекала девушек.
Эмма, наблюдая за этой сценой, почувствовала, как в её груди поднимается волна ревности. Она стиснула зубы, пытаясь скрыть своё раздражение, но её сердце глухо колотилось, а мысль о том, что Сириус может увлечься другой, не давала покоя.
— Эм, не хочешь завтра куда-то сходить? — спросила Джессика, кокетливо накручивая локон волос на палец, её голос был полон лукавства.
— Конечно, — ответил Сириус, не раздумывая ни секунды. — С тобой хоть на край света, — его слова прозвучали как обещание, и в них было что-то обманчиво легкомысленное.
Слизеринка, довольная произведённым эффектом, одарила его ослепительной улыбкой и продолжила свой путь по вагону, оставляя за собой шлейф сладкого аромата духов, который витал в воздухе, как напоминание о её присутствии.
Сириус, довольный усмешкой, провёл рукой по волосам и откинулся на спинку сиденья. Его глаза блестели от предвкушения предстоящего свидания, но в этом блеске не было настоящей заинтересованности, лишь игра.
Мародеры, наблюдая за этой сценой, обменялись многозначительными взглядами. Джеймс усмехнулся, Римус покачал головой, а Питер тихо хихикнул, понимая, что это очередная интрига Сириуса.
— Хорошенькая, — наконец нарушил молчание Сириус, мечтательно глядя в потолок, как будто он только что выиграл главный приз на ярмарке.
Эмма, не выдержав, фыркнула и отвернулась к окну. В её сердце разгорался костер ревности, который она тщетно пыталась потушить, но воспоминание о Джессике не давало ей покоя.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!