Вернутся к фанфику

Часть 19. Реджи

8 июня 2024, 13:00
Регулус Блэк скользил по коридорам Хогвартса, словно призрак, облаченный в изумрудно-зеленый. Его шаги не издавали ни звука, а лицо, обрамленное темными прядями, было маской холодного безразличия. Всегда безупречный, всегда сдержанный, он был воплощением идеала чистокровного волшебника. Но за этой маской скрывалась буря противоречий, ураган сомнений и страхов. С самого детства Регулус жил по чужим правилам. Поступить на Слизерин? Он поступил, повинуясь воле родителей. Принять идеологию Волан-де-Морта? Он принял, следуя за толпой сокурсников. Стать Пожирателем Смерти? Он стал, подчиняясь приказу Темного Лорда. Каждый шаг был продиктован извне, каждое решение принято не им самим. Ночами, в тишине своей спальни, Регулус сжимал кулаки до побеления костяшек. Он вспоминал Сириуса, своего старшего брата, который всегда шел против течения. Сириус, который сбежал из дома, который выбрал друзей вместо семьи, который открыто бросил вызов всему, во что верили Блэки. Регулус завидовал этой свободе, этой смелости, этой непокорности. В детстве Реджи был таким же, как Сириус — эмоциональным, импульсивным, жаждущим приключений. Но суровые реалии чистокровного мира заставили его измениться. Он научился прятать свои чувства за маской холодности, подавлять свои желания ради долга, следовать традициям вместо того, чтобы слушать свое сердце. Поступив на Слизерин, Регулус оказался в окружении таких же, как он, — детей из древних родов, воспитанных в строгости и подчинении. Он быстро усвоил правила игры, научился скрывать свою уязвимость, демонстрировать презрение к тем, кто был ниже по статусу. Но внутри него все еще тлел огонек бунта, искра сомнения, которая грозила разгореться в пламя. Каждый вечер, возвращаясь в свою комнату, Регулус чувствовал, как маска начинает трескаться. Он снимал ее, словно тяжелую мантию, и опускался на кровать, измученный притворством. В эти моменты он позволял себе быть слабым, сомневающимся, испуганным. Он задавал себе вопросы, на которые не было ответов: «Зачем я живу так, как не хочу? Ради чего я жертвую собой? Куда ведет этот путь?» Иногда, в тишине ночи, Регулус слышал шепот своего сердца. Оно говорило о свободе, о правде, о любви. Оно звало его прочь из этого мира теней, из этой паутины лжи и предательства. Но Регулус боялся. Он боялся осуждения, боялся разочаровать семью, боялся потерять все, что у него было. Однажды, проходя мимо зеркала Еиналеж, Регулус увидел в нем не свое отражение, а призрак своего будущего. Он увидел себя старым, одиноким, полным сожалений. Он увидел себя, окруженного богатством и властью, но лишенного любви и счастья. Это видение потрясло его до глубины души. В тот момент Регулус понял, что больше не может жить так, как раньше. Он понял, что должен сделать выбор — между долгом и сердцем, между традициями и правдой, между прошлым и будущим. И этот выбор будет самым трудным в его жизни. Эмма. Вихрь золотых волос, вспышка зеленых глаз, ураган эмоций. Она была словно яркая комета, проносящаяся сквозь серые будни Хогвартса. Эмма не признавала авторитетов, не подчинялась правилам, не боялась быть собой. В ней было то, чего так не хватало Регулусу — свобода, смелость, жажда жизни. Когда на втором курсе Сириус представил своего младшего брата Эмме, Регулус почувствовал, как мир вокруг него перевернулся. Его сердце забилось с такой силой, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ладони вспотели, а в горле пересохло. Он не мог отвести взгляда от этой девушки, от ее озорной улыбки, от ее искрящихся глаз. Эмма была полной противоположностью Регулусу. Она говорила то, что думала, делала то, что хотела, и не боялась последствий. Она была как глоток свежего воздуха в душном мире чистокровных традиций. Рядом с ней Регулус чувствовал себя живым, настоящим, свободным от масок и притворства. Они проводили вместе все свободное время, гуляя по окрестностям Хогвартса, обсуждая книги и музыку, делясь своими мечтами и страхами. Эмма была единственной, кому Регулус мог рассказать о своих сомнениях, о своих внутренних конфликтах, о своем желании вырваться из-под гнета семьи. Она слушала его внимательно, не осуждая, не давая советов. Она просто была рядом, даря ему свою поддержку и понимание. В её присутствии Регулус чувствовал себя сильным, способным на все. Он понимал, что влюбился, и это чувство было одновременно прекрасным и пугающим. Четыре года. Четыре года неразделенной любви, тайных взглядов и горьких вздохов. Четыре года надежд, разочарований и самообмана. Регулус злился на себя за свою слабость, на Эмму за ее невнимательность, на свою семью за то, что они сделали его таким, каким он был — трусом, неспособным бороться за свое счастье. Когда Барти Крауч, самодовольный и высокомерный слизеринец, объявил о своих отношениях с Эммой, внутри Регулуса что-то надломилось. Маленькая искорка надежды, которую он так долго лелеял, погасла, оставив после себя лишь пепел отчаяния. Его глаза потускнели, а улыбка стала еще более натянутой и фальшивой. Регулус много раз представлял себе, как он признается Эмме в своих чувствах. Он репетировал слова, продумывал каждое движение, мечтал о ее ответной улыбке. Но каждый раз, когда он собирался с духом, что-то останавливало его. Страх. Страх быть отвергнутым, страх подвергнуть Эмму опасности, страх разрушить их дружбу. Но самым большим страхом Регулуса был страх перед самим собой. Он знал, что рано или поздно ему придется сделать выбор между любовью и долгом, между Эммой и семьей. И он не был уверен, что сможет выбрать правильно. Он не был уверен, что сможет защитить Эмму от тьмы, которая окутывала его самого. «Не сегодня-завтра мне прикажут кого-то убить, — думал Регулус, глядя на свое отражение в зеркале. — И я убью, потому что у меня нет выбора. Потому что я Пожиратель Смерти. Потому что я Блэк».

***

Снежинки кружились в воздухе, оседая на плечах учеников, собравшихся на платформе. Регулус стоял рядом с Эваном Розье, который что-то оживленно рассказывал о матче по квиддичу. Но Регулус его не слушал. Его взгляд был прикован к другой паре, стоящей неподалеку. Эмма и Барти. Они целовались, не обращая внимания на окружающих. Эмма обвила руками шею Барти, а он прижимал ее к себе, словно боясь потерять. Регулус почувствовал, как внутри него поднимается волна горечи и разочарования. Он отвернулся, чтобы не видеть эту картину, и случайно встретился взглядом со своим старшим братом. Сириус тоже смотрел на Эмму и Барти. Его глаза были полны боли и гнева. Регулус не был дураком. Он давно понял, что Сириус испытывает к Эмме нечто большее, чем просто дружескую симпатию. Он видел, как Сириус сбегал с важных приемов, чтобы увидеться с ней, как он часами выбирал подарки для нее, как он нервничал перед каждой встречей с ней. Еще на четвертом курсе, когда они приехали домой на Рождество, Сириус не переставал говорить об Эмме. «Мы с Эммой катались на коньках», «Мы с Эммой ходили в кино», «Мы с Эммой…» — эти фразы звучали из его уст постоянно. Регулус тогда не придал этому особого значения, но теперь он понимал, что Сириус был влюблен. Глубоко и безнадежно влюблен. И вот теперь, глядя на своего брата, Регулус видел в его глазах свое собственное отражение. Они оба были жертвами одной и той же любви, оба страдали от неразделенных чувств. И в этот момент Регулус почувствовал странную близость со своим братом, с которым у него всегда были сложные отношения. Они были двумя одинокими душами, затерянными в мире чистокровных традиций и предрассудков. Поезд прибыл на платформу, выпуская клубы пара и толпу возбужденных студентов. Мародеры, как всегда, первыми заняли свое излюбленное купе. Лили и Джеймс, держась за руки, устроились напротив, оживленно обсуждая планы на каникулы. — У меня идея! — воскликнул Сириус, как только поезд тронулся. Все взгляды обратились к нему. — Может, отпразднуем Рождество вместе? Родители Джеймса не против, — предложил он, бросив на друга многозначительный взгляд. — Я не смогу, — тихо сказал Римус, поднимая глаза. — Семейные дела. — Эмма? Лили? — Сириус перевел взгляд на девушек. Волшебницы обменялись быстрыми взглядами. — Я за! — с энтузиазмом воскликнула Эмма. — Я тоже, — улыбнулась Лили, сжимая руку Джеймса. — Вот и договорились! — Сириус довольно хлопнул в ладоши. Джеймс и Сириус обменялись понимающими улыбками. Джеймс прекрасно знал, что Сириус не просто так предложил провести Рождество вместе. Он задумал что-то насчет Эммы, и Джеймс был готов помочь своему другу осуществить его план. Спустя несколько часов поезд прибыл на платформу 9¾. Мародеры, выйдя из купе, продолжали делиться идеями о предстоящем Рождестве, смеялись и напевали глупые песенки. Они не прощались, зная, что скоро увидятся вновь. Эмма, попрощавшись с Барти, который старался быть особенно милым, стала высматривать Регулуса. И вот он появился, выходя из поезда, снежинки тут же осели на его темных кудрях. — Ты решил со мной не прощаться? — спросила она с легкой улыбкой, подойдя к нему. Регулус усмехнулся, но в его голосе слышалась грусть. — Как же я мог? Я искал тебя, но ты нашла меня первой. — Хорошо провести Рождество, Реджи, — Эмма улыбнулась уголком губ и обняла его. Регулус прижался подбородком к ее макушке, на мгновение закрыв глаза. Он хотел бы остаться в этом объятии навсегда, забыть о всех своих проблемах и страхах. Но время неумолимо бежало вперед, и через минуту им пришлось отстраниться. — Хорошего Рождества, Эмми, — тихо сказал Регулус, глядя в ее глаза. Он хотел сказать ей так много, но слова застряли в горле. Он знал, что это прощание может быть последним, что скоро он вернется в мир тьмы и лжи, где нет места для любви и счастья. Но в этот момент он позволил себе помечтать, что когда-нибудь, возможно, все изменится.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!