Когда кто-то рядом.

Ночное небо усеяно звездами, галактиками и спутниками, а их слабое мерцание добавляло ощущение чуда в темноту космических просторов. Ночь прошла быстро. На удивление, Ульяна выспалась. Она быстро накинула слегка помятую рубашку, а потом надела чёрные колготки, поверх застегнула юбку. Прихорашивая перед небольшим зеркалом, которое стояло на столе девушки, Ульяна вспоминала отрывки из прошлого дня. Её лицо приобретало розоватый оттенок, а приглушённая улыбка проявилась на губах Васильевой. Взор устремился на большой стол. На столешнице было много предметов, которые хаотично лежали на поверхности. Любопытство Ульяны было неисчермаемо, но она не рискнула залезть в шкафчик и направить свой взор на личные вещи подруги. Девочка продолжила поправлять свои волосы, но периферическим зрением заметила электронные часы, которые показывали 6:29. Девочка ещё раз удивилась. Её зрачки внезапно заметили скомканный лист. Она аккуратно взяла его, разглядывая оболочку. Ульяна развернула листок. Это оказался ординарный, тетрадный листок в клетку, на котором красовалась позорная тройка по алгебре. Васильева не стала приглядываться к ошибкам и не состыковкам в уравнениях. Её привлекала обратная сторона, которая была пуста. На ней не было совершенно ничего, кроме нежно-голубой разметки и тонкой красной линии, обозначающая поля. Взяв чёрную ручку, Ульяна принялась писать лёгкий стишок. Склад ума позволял произвести мысли на бумагу без помарок. Её мозг был развит не по годам, поэтому это не заняло больше двадцати минут. Лёгкая рука прилегла к листу, а чёрная ручка оставляла следы. Почерк Ульяны вызывал двоякие чувства. С одной стороны он был изящный, но когда дело доходило до прочтения написанного «Вы не одни, когда кто-то рядом, Чувства становятся полным парадом. Как больны, как дороги мне эти чувства, Без вины они не могут дойти до безрассудства. Взгляд полный печали пожирает нутро, Явлюсь ли я на сносное утро́? Не думала, что ответ заставит себя долго ждать, Ведь ты окрыляешь меня, заставляешь летать Под сладким ароматом разнузданных тел. Красноватый румянец на лице прозрел, Чтобы не желать покинуть мир навсегда, Следовало бы тебе не касаться низа моего живота. Шёпот подвластный рвёт твои уши, Однако проявляешь ты равнодушье, И я снова лезу к другой, но послушай, Не могу я найти уместный случай, Чтобы за спиной оставить "счастье", Но оно возвратиться, как ненастье И всё обернётся монетой критичной. У нас не будет больше встречи личной. Жизнь преднамеренна, нет мне прощения. Не видать девчонке, как я увлечения Вновь. Лицемерна, да ущербна Наша игра, но ты на это закрыла глаза, несомненно И то, что воспоминания со мной бережёшь, Катерина. Была бы голубой - была бы Мальвина. Браваду свою оставь при себе, Я погибаю в этой борьбе. Заключению место присвоено тут, Все невзгоды рано или поздно пройдут. Классический саспенс здесь обрывается, Извольте простить, но мне это не нравится.» Девочка была самокритична. Она относилась к любому своему творчеству жёстко. Ульяна испытывала некое отвращение к стихотворению. Перечитывая раз за разом, Васильева никак не могла принять чувства, которые были перенесены на бумагу. Ощущение неполноценного идеала было неприемлемо для девочки. Она требовала от себя лучшего, высшего и безошибочного результата. Ульяна ощущала оторжение от эмоций, которые ей подносила Катя. Мерцание звёзд на сетке небосвода уже давно перестало быть заметным. Взамен пришёл румяный и грандиозный рассвет. Солнце медленно поднималось с колен, даруя земле холодные поцелуи и ледяное дыхание. За окном падал снег и порой кружился в прекрасном вальсе с ветром. Белоснежная пелена стелилась на просторах города, закрадываясь в самые тёмные и неприступные уголки. На календаре проявлялась дата. Лицо Уляны помутнело, когда она увидила число. Этот день был несколько особенный для девочки. Ощущения, словно ты ожидаешь заветного праздника, Нового года, но вспоминаешь про несделанные дела, которые ты себе обещал ещё в начале осени. В голове Васильевой появился образ привлекательной девушки, которая приветливо улыбнулась. —"Ах! Как я могла забыть о Девочке А?"—шепотом произнесла Васильева. Сегодняшняя прогулка несла другой характер, чем другие с Девочкой А( далее будет использоваться ДА). Во-первых, прогулка начиналась намного раньше, чем другие, а во-вторых, сама ДА играла большое значение в жизни Уляны. Время не стоит на месте, она утекает так же быстро, как песчинки в песочных часах. Васильева стояла на месте встречи. Вокруг был заснеженный пейзаж, который придавал Ульяне немного уверенности. Машины редко проявлялись на вид. Прохожие не отличились индивидуальностью, и они были тоже редки. Васильева любовалась зимой, пока не послышались шаги, которые обозначали присутствие кого-либо ещё. Девочка откликнулась, и её глаза увидели знакомое лицо. Улыбка заиграла на губах Ульяны. ДА тоже радушно встретила Васильеву: –"Привет! Рада снова тебя видеть. Как ты?"—немного запыхавшись, изъявила она. Холодный воздух сковывал лёгкие, затрудняя дыхание. Сегодняшняя погода отличилась лютым морозом. Ульяна подумала об тёплом укрытие, в котором девочка могла переждать все невзгоды и все неудачи. Эти мысли навеяли иллюзию безопасности, что способствовало более развеянного поведения Ульяны. Девочки двинулись идти в неизвестном для них направление. Тогда Васильева могла корректно ответить на поставленный перед ней вопрос: –"Привет. Плохо, как обычно,—сказала девочка и ради приличия задала встречный вопрос.—Как у тебя дела?" –"Да сама как обычно я..."—и тут начался подробный пересказ недели и всех её аспектов. Томный путь ждал девочек, но никто не отчаивался. Ульяна не была настолько терпиливой, чтобы слушать монолог продолжительное количество времени, поэтому вынуждена была перебить: –"Это всё очень классно, но не могла бы ты сократить свой рассказ?"—требовательно сказала Ульяна. –"Да, конечно. Совершенно без проблем,—с пониманием отнеслась ДА и продолжила говорить, но в более кратком объёме. Они увлечёно болтали о жизни, о своих проблемах, даже сплетни не обошли их стороной. Холодный воздух обдувал уже красные от мороза щёки девочек. ДА отнеслась более ответственно к своему наряду, поэтому на её плечах "стекал" оранжевый шарф. Волосы девочки лежали на шарфу и в окраске волос преобладал медный оттенок. Шапка, как не странно, тоже была оранжевая. Чёрная куртка прятала ноги от холода. Головной убор Васильевой был белым и пушистым. Чего-нибудь, что закрывает шею не было. Чёрная куртка была до колен. Прошло некоторое количество времени. Ульяна уже окончательно замёрзла и решила высказать своё недовольство на счёт погоды: –"Знаешь, погода сегодня отвратительная! Мои руки уже скоро онемеют и отвалятся…"—недоволно буркнула девочка. –"Ну-ну, у тебя же, вроде бы, были варежки. Ты выложила их из куртки? Я могу дать свои, раз на то пошло,—ДА получила отрицательный ответ.— До ближащего торгового центра идти долговато, но у меня есть решения. Можешь остановиться?" Ульяна прервала ходьбу и вопросительно взглянула на ДА. Тёплые руки в варежках тронули ледяные конечности, сомкнув их ладонь к ладони. Большой палец нежно потёр пальцы Васильевой. Немного наклонившись, ДА выдохнула горячее дыхание, согревая руки девочки напротив. Ульяна стояла парализованная, пытаясь набраться сил, чтобы отдёрнуть собственные руки. На её лице можно было прочитать предвзятось по отношению к действию подруги. Она не могла понять, почему её сердце начало биться чаще. Ульяна не хотела признавать того, что ей хоть немного симпатизировал человек в полметра от неё. Васильевой захотелось выразить какую-нибудь язвительную грубость, но всё же не нашла устойчивые аргументы, чтобы это сказать. Эта процедура длилась ничтожное количество времени, однако, для Ульяны процесс шёл мучительно долго. Алые губы отдалились от пальцев, и блестящие глаза манили Ульяну своей красотой. Взгляд ДА выражал надежду на благообещающее будущее без грядущих проблем, без незваных ссор и без неисполненных надежд. В тот момент Васильева поняла, что её чувства и страсть были направлены на не того человека. ДА была её давней подругой, которая не раз поддерживала Ульяну в сложных жизненных ситуациях. Она всегда слушала до конца девочку. Также, она никогда не отказывала в желаниях. Это только малая часть, что Ульяна осознала, после этого назначного действия. Мир Васильевой перевернулся на сто восемьдесят градусов. Её губы дрогнули, после стали искренней улыбкой. Руки нежно прильнули к плечам рядом стоящей. ДА не являлась поклонницей объятий, однако, стерпела и отстранилась только, когда Ульяна готова была воЖыгт т-вот отпустить. В глазах ДА промелькнула Катя, она олицетворяла собой пережиток прошлого, который предоставил девочке необычайный опыт. "Всему приходит конец, поэтому я должна сделать это первой" пронеслось в мыслях Васильевой. Некая печаль одолела мимолётную радость. Улыбка перескала сверкать искренностью, взамен она стала натянутой. ДА не заметила недовольство Васильевой, поэтому всё оставшуюся прогулку они рассказывали забавные и нет истории, изредка сплетничая. В голове Ульяны летали заготовленные фразы про расставания. Из-за этого девочке стало неловко, ведь получается, что она уже давно не чувствовала ничего к своей девушке. ДА оказала поддержку, когда Ульяна рассказала ей об этом. Это вечер настал. Ульяна набралась смелости и написала последнее сообщение своей "возлюбленной". «Привет. Я долго думала над этим решением, но я перестала испытывать к тебе те сильные чувства. Мне очень жаль тебе об этом говорить. Прости, прощай.» Палец девочки легко скользнул по экрану телефона и удалил написанное. Ей нужно разобраться в своих чувствах, нежели действитвовать радикально. Ульяна прокручивала у себя в голове момент ласки с ДА. Вся ночь была заполонена тревожностью, которая избавляла от трепета в груди об мыслях о ранее упомянутом инциденте. Прошло несколько дней. Сон Васильевой не становился лучше. Она посещала школу, только ради того, чтобы отвлечься от мыслей. К концу школьного дня Ульяна шла на остановка, но за ней увязался кто-то. Она не стала оборачиваться, а просто ускорила шаг. Человек сзади подбежал и приостановил её за плечо. –"Эй-эй, ты забыла у меня свой учебник. Меня не будет на этой неделе больше в школе."—прозвучал звонкий голос ДА. –"И с чего это вдруг?"—возразила в ответ Ульяна. –"Я уезжаю с театром на выступление."—парировала девочка. –"Ясно. Слушай, я тобой очень дорожу, как подругой." –"Как подругой? Я тобой чуть больше.—ослепительная улыбка заиграла на губах ДА.—Думаю, что ты не глупая, ещё давно должна была догадаться." Шок одалел Ульяну, она остановилась в тёмном закутке, через который лежал путь на остановку. –"Ты что?—брови девочки подрыгнули, а лицо сразу облучилось румянцем.—я, к сожалению, не могу подобрать слов, чтобы описать, что это взаимно, ДА" ДА притянула ближе к себе Васильеву. Её рука пробежалась по щеке. Ладонь наклонила голову Ульяны ближе, чтобы та находилась в нескольких сантиметров от её лица. Заснеженная пыль лежала спокойно и безмятежно в тенях. Тишина была настолько густой, что даже звук падающей иглы можно было услышать, не напрягаясь. Легкий ветерок иногда проносился по переулку, сдувая мелкие снежинки с крыш и падая на голову девочкам. Одна снежинка упала на щеку Васильевой, но тут же растаяла. ДА притянула ещё сильнее голову подруги. Вторая рука повисла на её талии, окончательно заключая её в крепкие объятия, который олицетворяли себя, как признак, часть солидарности и принятия. Ульяна вцепилась в ДА, крепко её обнимая. Это длилось, пока девочки не разоглись с улыбками по домам. Васильева после стала воспринимать их, как партнёров. Что касалось на счёт ДА. Она воспринимала Ульяну своей близкой подругой и только