Вернутся к фанфику

В поисках денег

15 мая 2024, 02:55
      Время тянулось медленно, как будто пытаясь ускользнуть от Адольфа, который был заброшен в водоворот дел клана. Ему казалось, что в каждой клеточке его тела затаилась усталость, но он знал, что времени на отдых просто нет. Дела требовали решения, и одним из главных вопросов было местонахождение денег клана.       С шагами, несущими тяжесть усталости, он направился к банку. Поднимаясь по улицам Конохи, он не мог отметить красоту этого мира, который казался ему таким чужим и в то же время удивительным.       Не было холода любимой им Швеции, звуков прибоя Балтийского моря. Лишь деревья, поглощенные зеленью, колышущиеся под мягким прикосновением ветра, создавали атмосферу умиротворения. Он вдыхал запахи цветов и трав, ощущая, как они наполняют его легкие свежестью и жизнью.       Проходя мимо прудов и ручьев, Адольф останавливался, чтобы насладиться их красотой и спокойствием. Вода блестела под лучами утреннего солнца, создавая мерцающие отражения на поверхности. Звуки животного мира наполняли воздух, приглашая его на уединение с природой.       Архитектура города также не оставила его равнодушным. Строения, украшенные изысканной резьбой и орнаментами далёкого Китая, говорили о богатой истории этого места. Адольф вглядывался в каждую деталь, видя в них отражение прошлого и настоящего Конохи.       Но среди всей этой красоты и великолепия его мысли вернулись к заботам. Поиски денег клана. И, несмотря на усталость и суматоху, он шел вперед. Маленький мальчик вынужденный усердно работать.       По дороге к банку, Адольф заметил жалостливые взгляды и слышал шепот жителей. Эти жители, смотря на него, словно видели в нем только бедствие, лишившее его всего.       Они, встречая его взглядами, мгновенно отводили глаза, словно испытывая стыд или жалость к нему. Их шепот был словно тихим шорохом, проникающим в его сознание, напоминая о его прошлой утрате и страданиях. "Бедный ребенок", "Всех убили", "Он один остался", - слова, вырывавшиеся из уст жителей, падали на него как камни, напоминая о его утрате и одиночестве. Взгляды, полные сострадания и печали, пронзали его душу, словно костры, жгущие в ней боль и горечь.       Эти мгновения были для него невыносимыми. Он чувствовал, как гнев вспыхивает в его сердце, заставляя его кипеть от обиды и ярости. Он не мог понять, почему эти люди смотрят на него так, словно он был объектом трагедии или праздного любопытства.       Эти мгновения стали испытанием для его самообладания и гордости.        Адольф остановился и крикнул на них: - А ну ка убрали этот взгляд со своих рож, ублюдки! - его голос разнесся по улице, прерывая тишину, и мгновенно он почувствовал, что оплошал. Эти слова не соответствовали его статусу и достоинству.       Он осознал, что теперь он потомок могучего клана, и не должен обращать внимание на этих людей, пусть даже они и обращаются к нему с жалостью. Эта реакция только роняло его достоинство и умаляла честь.       Вернув себе самообладание, он гордо поднял голову и продолжил свой путь к банку. Его шаги были твердыми и уверенными, а гордость его клана вновь стала его опорой и силой.       Адольф стоял в центре банковского отделения, его фигура напрягалась, глаза сверкали гневом. Его взгляд был как меч, пронзающий сотрудника банка, словно он хотел заглянуть в самые глубины его души.       Сотрудник, пузатый мужчина в очках, стоял перед ним, обильно потея и нервничая. Его лицо было бледным, а руки дрожали от страха и беспомощности. Он пытался найти слова, чтобы успокоить Адольфа, но каждая его попытка тонула в море гнева и обвинений. - Ты мне зубы не заговоривай Иуда! Вы евреи даже в этом мире покоя не даёте, где мои деньги?! - кричал детским голосом Адольф на сотрудника банка. Его голос пронзал тишину в банковском отделении, вызывая взгляды удивления и недоумения от других посетителей.       Весь этот эпизод напоминал бурю, разразившуюся в тихой гавани. Посетители банка, ошеломленные происходящим, стояли на месте, наблюдая за происходящим, словно узревали сцену из театрального спектакля. Напряжение в воздухе было ощутимо, словно каждый мог почувствовать электрический заряд, наполняющий помещение.       Весь его самоконтроль был разрушен. Эта чёртова деревня, казалось, хотела оставить его нищим. - Прошу вас успокоиться, господин. Все средства вашего клана хранятся на родовом счету, который будет доступен вам, когда вы достигнете совершеннолетия. - казалось эта свинья сейчас упадёт в обморок. - Что за абсурд?! Это мои деньги, мне должно быть разрешено ими владеть и распоряжаться! - Я понимаю ваше недовольство, г-господин Учиха, н-но существует закон, который регулирует доступ к средствам на родовом счету. Пожалуйста, поймите! - скулил клерк. - Понять?! Это просто безумие! Мне нужны эти деньги сейчас, а не через несколько лет! - Я-я сожалею, но я не могу изменить правила. Пожалуйста, обратитесь к старшим членам вашего клана или к администрации банка, если у вас есть дополнительные вопросы. - Jävla skit! Эти чертовы...       Адольф, переполненный гневом стал ругаться. - Helvete! Fan också!       Он с силой нанёс удар кулаком по стене, чувствуя, как боль пронзает его руку, но это приносит лишь мгновенное облегчение от накопившейся ярости.       Адольф ощущал, как пламя гнева разгорается в его груди, и он не мог остановить себя. Он чувствовал, что его права нарушены, и он был готов бороться за них до конца. Но в то же время, осознавал, что его поведение выходит за рамки приемлемого, и это только усиливало его раздражение и беспокойство. - Д-демон! - сотрудник банка выдает изумленный вопль и падает наземь, в страхе, опасаясь дальнейших действий Адольфа - Демон?! Как ты смеешь! - Адольф не смотря на детское тело был готов порвать эту свинью на части.       Внутренне осознавая своё наследие и статус нобеля, он не допустит, чтобы его честь была запятнана оскорблениями от жалкого сотрудника. В Швеции даже намёк на оскорбление дворянина мог привести к серьёзным последствиям: лишению языка или другим суровым наказаниям.       Он ощутил, как гнев кипит внутри него, но прежде чем он успевает выразить свое недовольство, его внимание привлекает что-то странное в отражении банковской стойки. - Что это?       Он замер, замечая свои собственные красные глаза, отражающиеся в стекле.       Они светятся, словно угасающий костер в ночи. Зрачки, обычно тёмные и узкие, теперь наполнены таинственным светом, который кажется переливающимся изнутри.       Кроме того, он замечает странные запятые, образующиеся в его глазу. Эти узоры кажутся живыми, словно они имеют своё собственное сознание.       Адольф внезапно осознает, что теперь его глаза — это нечто намного большее. - Неужели? — восклицает он, зачарованный тем, что видит. Ладони прикрывают новые глаза, его шаринган.       Нервный смех заполняет неловкую обстановке банка.       Смешение радости, удивления и некоей необузданной эйфории захватывает его, словно вихрь, и улыбка становится почти безумной, искривляя лицо до предела.       Адольф, смотря сквозь свои новые глаза, испускает холодный и пронзительный взгляд на сотрудника. Его глаза словно проникают сквозь душу человека перед ним. Улыбка, выглядит зловеще и угрожающе. - Хорошо, плевать. Мне нужна вся информация о счете. — произносит Адольф, его голос прозвучал спокойно, но с неоспоримой уверенностью. - К-конечно, господин Учиха. — бормочет перепуганный сотрудник, отступая к другой части банка, пытаясь ускользнуть от взгляда новоявленного обладателя Шарингана.       Адольф, закрыв лицо руками и прикрывая глаза, издает злобный хохот, словно играя в свою мрачную симфонию

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!