Конец

Тенса Зангетсу с отчаянием смотрел на окружающий его мир. Их небо было чистым и безмятежным. Он с радостью осознал, что ему удалось изгнать ледяной дождь из души Ичиго. Здания стояли крепко. Его владыка был непреклонен. Зангетсу сделал всё возможное, дабы предотвратить неизбежное развитие событий. Он истратил все силы на то, чтобы отказать Ичиго в его просьбе, на то, чтобы удержать свой последний, отчаянный секрет. Но все было тщетно. Ичиго уже давно перешагнул тот рубеж, когда его меч мог превзойти его самого. И вот, с разбитым сердцем, занпакто открыл хозяину свою последнюю технику. Мугецу. Временное превращение в Гецугу, которое приведет к концу их обоих. Когда Ичиго достигнет своей цели, он потеряет свои силы шинигами. Это был конец их партнерства. Тенса Зангетсу закрыл глаза. По своей сути он был эгоистичным существом. Он пожертвовал бы бесчисленными безымянными душами, чтобы помешать Ичиго использовать эту технику. Всё, что угодно, только бы защитить мальчика, лишь бы остаться здесь, в этом перевернутом мире, и чтобы дождь больше никогда не падал на его здания. Увы, не получилось. Ичиго не был похож на свой меч. Эти безымянные, не поддающиеся подсчету души значили для него гораздо больше, нежели его собственное благополучие. Ичиго использовует эту технику, использует каждую унцию своей силы, дабы сокрушить противника, растереть ничтожную букашку в пыль, пока сама память о нем не начала бы исчезать. Даже если это будет стоить ему всего. Поднялся холодный ветер, вцепившись в него ледяными когтями. Началось. Тенса Зангетсу поднял лицо и невидящим взглядом уставился вверх. Он больше не замечал внутреннего мира, захваченный противостоянием, которое происходило за пределами внутреннего мира. Каждый удар и контрудар приближал развязку. Зангетсу отчаянно бросал свою силу в противника. Может быть, они смогут победить его, не прибегая к этому. Занпакто практически вибрировал от переполнявшей его силы. Отчаяние исходило от него волнами. Поединок продолжался; они могли сравниться с ним, но на этом уровне им никогда не превзойти своего врага. Осознание успокоило меч. Отчаяние исчезло, сменившись неохотным признанием. Они используют Мугецу, и всё кончится. С того момента, как клинок Соде но Широюки пронзил их насквозь, он знал, что этот день настанет. Он знал, что однажды Ичиго встретит врага, которого не сможет одолеть, и Зангетсу будет вынужден выдать секрет Последней Гецуги Теншоу. Немозможно обладать подобной силой и никогда не использовать её. Бремя этого сделало его мрачным и молчаливым. Знать, что твои дни сочтены, тяжело даже занпакто. А уж знать наверняка, каким будет твой конец, и понимать, что в этом виновата твоя собственная природа, — и подавно. Сейчас, в последние мгновения, ни Тенса Зангетсу, ни Ичиго не могли найти в себе силы сожалеть о чем-либо. Для Куросаки было достаточно знать, что у него есть сила, способная защитить тех, кто ему дорог. Занпакто больше не мог противиться ему. Ичиго шел на это добровольно, с высоко поднятой головой, и потому его меч счел дело достойным такой жертвы. Зангетсу смирился со своим концом. Последний удар был нанесен силой их общей решимости. Враг пал, и шинигами вскоре последовал за ним. Когда Ичиго опустился на колени, а меч выскользнул из его пальцев, шинигами и занпакто разделили чувство триумфа. Чувство триумфа, омраченное лишь расставанием, которому оно неизбежно предшествовало. Прощай, Ичиго. Ледяной ветер усилился в десятки раз, безжалостно разрывая занпакто. Зангетсу начал рассеиваться, его фигура растворялась и развеивалась на воющем ветру. Спустя мгновение он исчез, и внутренний мир остался безмолвным и пустым.