Вернутся к фанфику

Часть 87

21 июня 2025, 23:02
На плечо Бекки легла рука. Она увидела это боковым зрением. Но прикосновение было незримым для чужих глаз. Девушка обернулась. Папа. Гарри мягко улыбался, еле заметно кивая. Позади него, так же водрузив свои руки на плечи мужчине, стояли Альбус Дамблдор и Северус Снейп. Их выражение лица было спокойным. На вытянутой вперед руке с зажатой палочкой, появилась еще одна ладонь. - Привет, меня зовут Фред. – Улыбчивый рыжий парень представился. – Если тебя не затруднит, передай моей семье, чтобы не горевали обо мне больше. Так грустно за ними наблюдать. Я всегда весел и полон сил. Позади парня появлялись образы других людей. Бекки видела некоторых только на фото. Но она узнавала их. Тонкс. Люпин. Колин Криви. Парочка студентов, которых девушка знала лично, они обучались вместе с ней на параллельных курсах. Были и другие, которых Бекки не видела никогда. На другое плечо девушки тоже опустилась ладонь. Бекки перевела взгляд. - Мы еще здесь. – Ноей ухмыльнулась, она держала за руку свою девушку. - Ты никогда не будешь одна. – Ирин подмигнула. - Я тоже далеко не ушел. – Бэйб по-дружески приобнимал Ноей за шею. Сенг, стоящий рядом со слизеринцем только лишь улыбался и кивал. В глазах Бекки собрались слезы. Они все здесь чтобы помочь ей. Вот в чем заключалась сила собранных вместе даров смерти. И только соединенные воедино в руках истинного владельца, могут дать неимоверную силу. Ту мощь, которую Бекки пропустит через себя, выплескивая всю магию многих ушедших людей. И когтевранка ощущала трепетную силу внутри, в самом центре грудной клетки. Обычно говорили, что там живет душа. Бекки чувствовала мощь, что они отдают девушке, для того чтобы победить. Воскрешающий камень призывает души умерших. Мантия-невидимка материализует их силу, и если живого человека она может спрятать, то душу усопшего отпустить в реальный мир. А бузинная палочка служит действием для выхода всей этой энергии. Только так можно победить Смерть. И она, давая братьям Певерелл эти дары когда-то, возможно надеялась, что они поймут это. Игра, в которую закладывался многогранный глубокий смысл. Внезапно все встало на свои места. Пророчество не разделено на трех людей. Это все она. Властитель. Искатель. Проводник. Именно Бекки была ключом ко всему, что здесь происходит. Как властитель все было прозрачно. Девушка перевернула время и оборвала пространство, изменяя и создавая новый мир. Как искатель, когтевранка гналась за песками времени, это была не мантия-невидимка, о коей она думала, перекладывая эту часть пророчества на Фрин. И значит если она их не найдет, то навек останется в слезах. Как проводник она шла к своей цели. Победа над орденом раз и навсегда. И ее взор не туманился, ее сердце было направлено верно. И свет, который должна открыть Бекки, способен дать ответы на все. И соединение всего. «Огромной властью обладает, Кто самой смертью управляет». Вот оно. А именно она владелец всех даров смерти. Но если бы все дары оказались в руках главы Пхра Ин, то пророчество тоже было бы верным. Только с другим концом. С несчастным и трагичным для всех верных правде. Но Бекки не даст этому случиться. - В Хогвартсе тот, кто больше других заслуживает помощи, всегда получает ее. – За спиной когтевранки раздался голос. Он был ей не знаком, но по ощущению было понятно, что говорит мужчина уже далеко не средних лет. Девушка обернулась. Дамблдор лукаво улыбнулся. Бекки уже слышала эти слова, от своего отца, когда он пересказывал ей события Второй Магической Войны. И как теперь действовать когтевранке? Она ведь может убить их всех. Всех врагов, кто стоит на их пути. Противный скрипучий голосок отдавался в голове девушки, туманя рассудок и здравый смысл. Шепот, похожий на лязганье ногтем обо что-то металлическое наговаривал уничтожить всех приспешников Пхра Ин. Кто это говорил? - Это ведь и есть здравый смысл, неужели, девочка, ты не хочешь отомстить? Поквитаться той же картой, что и забрала Ноей, Ирин, Сенга и Бэйба? Тем более ты уже делала это. Ведь ничего сложного. Всего два слова, и противники сотрутся, опадая мертвыми телами на этой поляне. Посмотри на этого самодовольного, крикливого гриффиндорца. Как он смеет стоять там и щерить свой оскал, после всего, что натворил? Это его руками были отняты жизни двух твоих подруг. Почти их память, и не дай этому человеку больше никогда совершить таких гнусных злодеяний. Ты уже на верном пути, закончив жизнь Билли. Ему не стоило давать второй шанс. Он бы убил вас, даже не моргнув глазом, как сделал это с Сенгом. И не только. Он убил и своего любимого! Твоего близкого друга, которому ты всецело доверяла. Как он мог!? А теперь очередь Хенга. Всего лишь произнеси заклинание, и оно поразит всех твоих врагов. Смерть пришла в думы Бекки. Она разговаривала с девушкой. Так вот как все это работало. Владение дарами затмевало разум. И сейчас все артефакты у Бекки в руках, а бузинная палочка решительно направлена в сторону толпы противников. - Но постой же! Там много ни в чем не повинных людей. Они просто околдованы заклятьем подчинения. Стоит его снять, и все пойдет хорошо. Зачем сразу всех убивать? – Бекки отвечала глубоко у себя в мыслях. - А ты думаешь, когда часть из них выйдет из оцепенения, битва не продолжится? Откуда тебе знать, сколько там подчиненных ордену волшебников? А вдруг ты ошибаешься и потеряешь драгоценные секунды, чтобы снять чары всего лишь с десятка людей? Откуда ты можешь знать, вдруг эти люди стоят в кордонах, оцепляя Хогвартс, а сюда послали сознательных приверженцев Пхра Ин? Папа однажды сказал Бекки слова Дамблдора: «Конечно, это происходит в твоей голове. Но почему это не должно быть правдой?». Смерть была хитра. Словно через души всех тех, кто поднялся сейчас, она пробралась в сознание девушки. А может это все просто для отвода глаз? Все, кто стоит за спиной Бекки, просто напускная пыль, чтобы Смерть могла поговорить с когтевранкой? Помочь ей решить эту непростую задачу. Сделать тяжелый выбор, склонив чашу весов в любом случае. Но куда? Белое или черное? Погрузить свою душу во мрак навечно, уничтожив врагов? Или оставить участь для решения их судьбы на их собственный удел, сберегая свою душу светлой? Авада Кедавра – убивающее заклятье, которым девушка может поразить всех стоящих перед ней врагов, не оставляя им и единого шанса. Фините Инкантатем – заклинание снятия всех чар, которое даст им шанс на искупление, возможность сделать выбор самим, а настоящим врагам сдаться, сохранив жизнь. - Зачем тебе продолжение этой битвы, когда ты можешь закончить все здесь и сейчас? Что бы сказал твой отец, увидь он такую колеблющуюся дочь перед лицом смертоносной угрозы? Мракоборцы делают выбор незамедлительно, от этого зависят жизни многих людей. Они убивают своих недругов, и слывут героями, потому что защитили правду. Папа. Бекки чуть не свернула шею, когда опомнившись, вышла из раздумий, поворачивая голову к нему. - Ты говорил, что убивал Фрин в других временных линиях, до того, как понял, что она и есть целитель моего сердца? – Бекки задала вопрос другому Гарри. - Дамблдор когда-то говорил мне об этом, что желая что-то сделать в корыстных целях, одержимые чем-то, мы не сможем получить желаемого. А вот в тебе таилось то, что и помогло помочь спасти ее. Чистая любовь. – Гарри сделал паузу. – Я говорил эти слова Фрин, когда мы беседовали наедине. Не утрать это ощущение, как было когда-то со мной. Потому что папа любит тебя, мама любит тебя, друзья любят тебя, Фрин любит тебя. И охраняй это чувство, потому что его нужно оберегать, постоянно заботиться, как о ростке на солнце. - Не слушай его. Это всего лишь тень, поднятая без согласия из мира мертвых. А ты и твои друзья ведь не собираетесь становиться такими? По крайней мере, в ближайшее время? Ты думала, что жизнь можно подарить через смерть. И ты права как никогда. Ты спасешь всех дорогих тебе людей, только нужно решиться на это. Противный голосок шептал в голове. Слова Гарри спутывались с брюзжащим клокотанием из горла расправы, сплетаясь в мерзкое чудовище дум, преобразуясь в картинки, которые могла бы совершить Бекки. Молнии обходили девушку стороной, словно она стояла внутри защитного купола. Любовь - единственное чувство, преодолевающее все законы мыслимых и немыслимых вселенных. Ведь у ненависти нет такой власти. Настает момент, когда люди перестают ненавидеть. Невозможно прожить всю жизнь в ощущении злости на кого-то. Это чувство топчет сердце, а душа прогорает дотла. Люди прощают, со временем, но все же. Но любовь другая. Мы любим людей, которые умерли. В этом нет никакой пользы, нет подоплеки. Мы просто ощущаем это к своим близким, которые покинули бренный мир. И эта сила намного сильнее ненависти. Она простирается с нами до самого конца, сохраняет тепло, заставляет улыбаться, делать добрые поступки, несет спокойствие и создает прекрасный мир вокруг. - Зачем тебе этот мир, мертвой? Лязгающий голос зазвенел в голове Бекки. - Смерть. Не добро и не зло. Всего лишь завеса перед другой стороной, которая подарит вечное успокоение. Там нет своих и чужих. Там нет плохих и хороших. Все происходило, заключенное в считанные секунды. Бекки казалось, разговор в ее голове затянулся, но на самом деле это были лишь несколько мгновений. Но почему нет своих и чужих? Стойте. Тогда с какой стати за спиной когтевранки не стоят погибшие здесь пожиратели смерти. Эти люди ведь тоже умирали на земле Хогвартса. Они не пришли, потому что посчитали ее чужой, не достойной того, чтобы помогать девушке. - Хм, Смерть, ты лжешь мне. Ты пытаешься запутать меня, чтобы я совершила деяние, обогащающее только тебя. Ты хитра, безусловно. Вот что ты оказывается шептала владельцам бузинной палочки и воскрешающего камня. Одним ты говорила об убийствах, а вторым вменяла мысли о самоубийстве. И в любом случае ты забирала свое после. А владельца мантии-невидимки ты просто не могла найти. Это действительно кусок твоего плаща? Так значит, ты сейчас возвышаешься передо мной, убеждая скрежетанием острого лезвия, пойти дорогой, выгодной тебе. Бекки замолчала, делая паузу в мысленном диалоге, поднимая голову чуть вверх. Девушка смотрела в воздух, пытаясь разглядеть тени впалых глаз, острых скул, кривой улыбки, бледно-серой кожи, костлявой руки, сжимающей орудие бьющее всегда смертельно. Зацепить внутри этого мрачного смога образ, который можно увидеть лишь раз в своей жизни. - Но я могу сделать все по-своему. Бекки знала, за ее спиной не иллюзия, навеянная фантазиями о победе. Это души людей, которые отдали свои жизни, чтобы победить. Давно это было или сейчас, это неважно. Они все помогут ей. И когтевранка как проводник закроет все предсказание окончательно. Откроет свет, а не тьму. - Фините Инкантатем… Мягкий, еле слышный шепот теплым дыханием сорвался с губ девушки. И она почувствовала, как дрожит палочка, преобразуя силу всех, кто был рядом. Красная дымка, почти прозрачная стремительно разрасталась, мгновенно стирая все заклятия, которые полетели в Бекки сейчас. Снопы искр таяли внутри облака, не давая подобраться ни одному заклинанию, даже задеть девушку. Оно двигалось со скоростью ветра, быстро преодолевая расстояния, окутывая территорию не только перед когтевранкой, но и позади нее. Тучи испарились, молнии перестали бить в землю. Это была теперь просто ночь, с открытой яркой луной на небосводе. Бекки задышала чуть ли не втройне интенсивнее. Словно кислорода стало мало из-за этой силы, которая окутывает абсолютно все вокруг. Она пропускала ее через себя, концентрируя. Эта наполненность… Но Бекки надеялась, она больше не почувствует ее никогда. Что больше никогда не нужно будет использовать эту мощь, пусть и во благо, но таких событий когтевранка никому бы не пожелала, в какой бы реальности она ни оказалась. Новый гул начал усиливаться на поляне. Заново засверкали искры. Но теперь это было не против них. Околдованные волшебники просыпались от чар. Смерть была права, битва еще продолжится. Но на их стороне будет преимущество теперь. Рука Бекки уже каменела, настолько сильно нужно было удерживать контроль, что напрягалось даже тело. Каким-то внутренним ощущением девушка чувствовала, что еще чуть-чуть. - Отлично, дочка. – Гарри обратился к когтевранке. – Ты смогла. Бекки еще зажимала палочку с силой, уже морщась от напряжения. - Отпускай. – Папа произнес заветные слова. И Бекки с напористым выдохом, чуть ли не вскрикнув опустила бузинную палочку вниз, сгибаясь и опираясь сомкнутыми ладонями о колени. - Вулнера санентур. – Мужчина с черными, как смоль волосами, обратился к девушке, взмахивая ладонью в сторону. – Это должно помочь сейчас, а затем незамедлительно в госпиталь. - Спасибо, профессор Снейп. – Бекки вскинула голову наверх, смотря на бывшего декана Слизерина, благодарно кивая. - И минус двадцать очков Гриффиндору. – Профессор зельеварения насмешливо поднял указательный палец вверх. - Ну, Северус… – Дамблдор развел руки в стороны, с упрекающим выражением лица. Гарри лишь закачал головой, ухмыляясь. Несколько голосов хором возмутились. Фред начал больше всех выступать, рьяно поддерживаемый Ирин, а сбоку Сенг и Колин нахмурили брови. Ноей захохотала, конечно же, принимая сторону профессора Снейпа. Бэйб шуточно нападал на гриффиндорцев. Тонкс и Люпин приобняли друг друга, молча смотря на эту веселую вакханалию. Вот и все. Отголоски заклинаний затухали. Многие люди ордена были уже связаны, кто-то пробовал скрыться бегством, но за ними началась погоня. Преданных министерству людей оказалось намного больше, чем Бекки могла ожидать. На границе трансгрессии наверняка то же самое. Если даже не лучше. Четыре души обернулись к когтевранке. Они молчали, лишь кивнув и слегка улыбаясь. Бекки тоже не решалась говорить. Лишь благодарно склонив голову перед своими храбрыми друзьями, с навернувшимися каплями слез в глазах. Какие слова можно было подобрать? Какие слова могут стать прощальными? Ты никогда не сможешь узнать, ведь хочешь, чтобы ни одно слово мира не стало таковым. Но Бекки знала теперь, что не стоит горевать. Они нашли новую семью, за мрачной завесой, где новый мир был окутан светом. В последний раз, со смешинкой взглянув на этот бренный мир, ребята развернулись, уходя вдаль, растворяясь в яркости ночи, обретая покой. - Не жалей умерших, Бекки, жалей живых. Особенно тех, кто живет без любви. – Дамблдор увидел поблескивающие глаза когтевранки, и обвел ладонью связанных поодаль людей на поле. Девушка закивала. - Давай, малышка, тебе больше нечего тут делать с нами. – Гарри неощутимо погладил дочь по макушке головы. - Ты знал… Ты знал все это о дарах смерти. – Голос Бекки немного прыгал. - Возможно, я знал, и возможно я знал, что тебе понадобятся их свойства вместе. Но все это только предположения. – Мужчина тепло улыбнулся. - Спасибо. Всем вам. – Бекки обвела взглядом оставшихся здесь. И быстро опустила камень в карман, наконец-то разжимая хватку ладони. Она бы не хотела. Но пришлось. Нужно было их отпустить, навсегда. Уже чувствовала тягу обратно. Остаться как можно дольше с ними. Это была затягивающая смертоносная сила артефакта. Но нужно стоически преодолеть ее, не сметь уступать. Фрин! Словно по затылку огрели когтевранку, стоило ей перестать поддаваться ощущению дара смерти. Бекки со всех ног понеслась к любимой, скидывая мантию и попутно засовывая ее в рюкзак. Хайди хлопала девушку по щекам, не давая заснуть уже смертельно бледной слизеринке. Сэйнт снял с себя куртку и толстовку, холодея в футболке сейчас, но это не волновало парня. Он накрыл своей одеждой Фрин, чтобы хоть как-то сохранить для нее чуточку тепла. Лукнам пыталась колдовать над раной, но лекарь из нее был никудышный. Как и из всех них. Упав на колени перед возлюбленной, Бекки принялась развязывать повязку. Никто не препятствовал девушке. Все видели, что она сделала, в одиночку смогла создать огромное заклинание снятия всех чар на всю территорию Хогвартса. Возможно, даже профессорам пришлось бы применить свои коллективные силы, чтобы создать такое облако. А тут, одна шестикурсница из Когтеврана. - Вулнера санентур… Вулнера санентур… Вулнера санентур… Вулнера санентур… Вулнера санентур… – Голос Бекки был тихим, шел нараспев, словно древние песнопения. Эта мантра вытягивала пролившуюся кровь Фрин из земли, словно именно для ее раны время повернулось вспять. Этого, конечно, недостаточно, но сейчас это категорически необходимо. Слизеринка потеряла много крови. Нужно восстановить ее, а потом переместить ее в госпиталь. Но цвет лица девушки уже становился живым. На поле вырвалась Минерва Макгонагалл и парочка мракоборцев. Но не чтобы напасть, а чтобы защитить. Для своих лет директриса была прытка, ее гневное выражение на лице означало устремленность и боевой дух. Слизнорт, пыхтя, подкатился к ним. - Ох, мисс Поттер, в больничное крыло, срочно! – Декан начал наколдовывать носилки. – Вы все тоже туда, вас осмотрят после помощи Фрин. Слизнорт был суетлив, но четок в действиях. Когда носилки поднялись в воздух, Бекки на всем пути бежала рядом с любимой, не отставая ни на шаг. Все закончилось.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!