о поездах, женах и прочих проблемах

Поезд уносит его в немного ржавый и выжженный дотла сентябрь, где, спустя энное количество рельсов и часов, которые он считает скуренными сигаретами, он без капли тепла в душе обнимет жену. Глаза его будут пустыми и с оттенком халатности какой-то, небрежности. А душа будет покрыта толстым слоем пепла - это все, что осталось от 'них'.