1.

– Попов, к директору! – нисколько не извиняясь за свое внезапное появление в дверях кабинета биологии, Павел Алексеевич, классный руководитель одиннадцатого "А" класса, по совместительству учитель русского языка, прервал распинания Лидии Михайловны у доски и подозвал прошеного ученика к себе жестом, когда тот замешкался. – и Лобанов, с вещами на выход, за мной оба. Живо. Извините, Лидия Михайловна, – без капли искреннего сожаления бросил дежурную фразу русист. Двое ненавистных друг другу одиннадцатиклассников, бросив полные ярости взгляды друг другу в глаза из противоположных концов класса, стали неспешно собирать вещи, и только после того, как биологичка прикрикнула, чтобы те не задерживали классного руководителя и не мешали вести урок, парни закопошились. Пока одноклассники в сопровождении русиста шли к лестнице, Арсений даже думать боялся о том, что его ждёт в кабинете директора на втором этаже. Вдруг его отстранят от занятий или, хуже того, выкинут из школы? Что же он тогда будет делать? Неужто придется возвращаться домой, в его прошлую жизнь? О нет, этого бы Попову хотелось меньше всего. Они с отцом и так бились за место в этой школе. Не то, чтобы куча народу хотела в обычную МБОУ школу, просто кому нужен швед, только приехавший из Европы, да еще и в середине октября? Терзания парня длились недолго, и вот он преодолел расстояние с четвёртого этажа до второго неожиданно быстро в сопровождении классного руководителя и своего нового врага в лице одноклассника. И это только первая неделя его обучения здесь. Что будет через месяц – представить страшно. – Заходите, – приоткрыл дверь Павел Алексеевич, пропуская учеников вперёд и подгоняя жестом свободной кисти руки. Затем сам зашёл в помещение за учениками. Директор Баранов, достаточно молодой, среднего роста толстоватый мужчина, предпочитающий рубашки только в фиолетовых и голубых тонах и не приветствуя чисто белые, в узких синих брюках, в которых, кажется, родился, сидел за длинным столом в форме буквы "Т" посреди кабинета, сложив руки перед собой в замок, показывая всё своё превосходство и власть. Директор уже ждал их, поэтому перешёл сразу к делу: – Я думаю, вы знаете почему я вызвал вас сюда, – ещё больше округлился Баранов. – Будто так сложно догадаться, – фыркнул и скрестил руки на груди Семён. – Лобанов, не был бы я сегодня так занят, провел бы с тобой личную беседу по поводу твоего поведения. А пока, давайте просто поговорим о вашей недавней ссоре. – Извините, Николай Михайлович... – Александрович, – поправил Арсения директор, чуть улыбаясь уголком губ. – Александрович, о какой ссоре речь? – строит из себя дурачка одиннадцатиклассник. – Именно о той, мальчик мой, в которой ты разбил Лобанову нос, а он – тебе губу, и, по твоим словам, забрал деньги, данные тебе на карманные расходы. – Да мы же уже помирились, правда, Семён? – лучезарно, как можно искреннее улыбнулся Попов, переводя взор на Лобанова. Арсений сделает всё, для того, чтобы избежать проблем. Подраться с одноклассником в первую неделю учёбы – это надо уметь. – Правда ли? – встрял в разговор стоявший все это время за спиной Добровольский, недовольно хмурившийся. – Правда, – пробубнил нечленораздельно Лобанов, и сделал вид, что очень увлечен потолком в трещинах. – Ну, что же, если впредь драк не будет, то пожмите друг другу руки и бегом на уроки. Не хочу тебе, Арсений, первую учебную неделю портить, даже несмотря на то, что мне её ты уже подпортил. А с тобой, Семён, отдельно поговорим позже. – Да чё я-то сразу? – истерическим голосом возразил школьник. – Спасибо вам, Николай Александрович, всего доброго, – произнёс Павел Алексеевич и потащил за собой на выход двух своих драчливых учеников.

***

Лобанов угрюмой походкой двигался в столовку, так как уже прозвенел звонок на перемену, а Арсений поправлял причёску у зеркала на втором этаже, прямо напротив кабинета директора. Друзей у Попова не было. В этой школе. Он приехал сюда по семейным обстоятельствам. Но в Швеции у юноши были друзья, целая компания. Жаль, что пришлось переехать оттуда без них. Но самой смене обстановки он был, честно говоря, несказанно рад. Во время того, как Арсений поправлял волосы, придавая им целесообразный вид, его кто-то задел плечом. В отражении зеркала одиннадцатиклассник увидел светлые кудри пшеничного цвета, синий костюм, и, насколько это позволял огромный рост, сжатую походку. Парень обернулся на задевшую его фигуру, спешно удаляющуюся в столовую, но та лишь стремительнее завернула за угол и уже вовсю спускалась по лестнице, даже не обернувшись. "Столовая, – мелькнуло в голове у Попова, – наверняка он пошёл в столовую". И, сам не зная, чего он добивается, парень поспешил за неизвестным вниз, на первый этаж.

***

Арсений увидел, что объект слежки скрылся за дверью столовой и тот, недолго думая, сам начал красться к этой же самой двери, будто и правда играл в шпионов. Такое сравнение заставляло его самого усмехнуться от глупости затеи. Ну, а что? Как еще развлекать себя, когда перемены по двадцать минут, а делать, честно говоря, нечего? Арсений юркнул в столовую, по-смешному выглядывая из-за колонны, и правда, будто шпион. за столами сидели восьмые, седьмые и один шестой класс. Ещё Лобанов что-то здесь делал, хотя была не его перемена питаться, но тот ходил, будто хозяин между столами шестиклашек. Видно, воровал хлеб у детей. Впрочем, не до него. За самым дальним столиком у окна сидели учителя. Тут были много кто: учительница математики, химик, англичанка, физрук, не скрывающий своей весёлости за столом, тырил и жевал хлеб химика, а тот кидал ненавистные взгляды в сторону вора хлеба, этого самого физрука. Попова умилили взаимодействия учителей друг с другом, но тут его в чувство привели мысли о своей цели. Он искал синий пиджак и светлую голову. Где же ты, чёрт подери? Обводя взглядом зал, парень наткнулся на отводящего глаза мужчину в синем пиджаке, взъерошенными светлыми кудрями и опущенным в тарелку взглядом. Было забавно наблюдать за тем, как тот пытался не смотреть на зашедшего в столовую Арсения, но всё же смотрел. И одиннадцатиклассник это заметил. Да, он нашёл свою цель. А вообще, какая у него была цель? На что он вообще надеялся? Что он хотел этим показать? Резкое осознание бесполезности своих действий ударило в голову и юноша съежился сначала от мыслей, а потом и от нагло разглядывающего его светловолосого. Какого чёрта? Одиннадцатиклассник, вероятно, сильно засмотрелся в одну точку или задумался, отойдя в сторонку, потому что к нему подошёл кто-то слева и спросил почти над самым ухом: – Всё в порядке? – ох, этот пиджак и кудряшки ни с чем не перепутать. Зелёные, почти болотного цвета глаза смотрели прямо в душу, выпытывающе, но, после такого долгого зрительного контакта, длинный будто осёкся и отвел взгляд. Видно, что ему было неловко. – Всё хорошо, – вздрогнул от неожиданности Арсений и выпалил дежурную фразу на автомате. – Это я не тебя задел в коридоре сегодня? – стыдливо опустил взгляд зелёноглазый. Боже, когда он так смущён, Арсений готов был простить ему всё на свете. Ну что за милашка. Хотя, его рост всё еще был внушительным, и только поэтому, наверное, Попов прикусил язык, не сказав этого вслух. И всё же, высоченный парень не выглядел, будто может и муху обидеть, поэтому Попов подрасслабился. – Ничего страшного, это был я, наверное, но правда, всё в порядке. Все мы бываем иногда рассеянными. – Ох, прости что сразу не извинился. Сначала не заметил, а когда заметил, то было поздно извиняться, и я подумал что будет неловко, и... – Я же сказал, всё хорошо, – уверенно и успокаивающе произнёс Арсений. – Да, прости ещё раз, – длинный, смутившись, поспешил уйти из столовой, но ученик нагнал его, и шёл уже плечом к плечу с кудрявым. – Слушай, не хочешь как-нибудь позависать вместе? Ты прикольный, – начал было Попов своим привычно задорным тоном, вышагивая вслед за объектом былой слежки из столовой чуть ли не вприпрыжку и двигаясь к лестнице, как вдруг холодные мурашки забегали по коже от следующих слов собеседника: – Мне ещё никто не говорил, что я прикольный, – усмехнулся кудрявый, обнажая ряд верхних ровных зубов, – но прости, нужно работать. Я здесь не так давно, так что нужно многое успеть. Встретимся на информатике, кстати. У Арсения отвисла челюсть. Этот молодой парень с милыми кудряшками – его учитель по информатике!?