Вернутся к фанфику

Часть 1

20 мая 2024, 14:45
Ллойд не успел выпрыгнуть к своим на корабль и теперь вынужден выбираться из кристальной тюрьмы, наполненной ужасом. Вероятно, с тяжёлыми последствиями для своей психики. Раскрытие формы Óни пришло само, вынуждая от боли обревшего новые силы парня выбраться из плена, по пути уничтожая всё и вся. Физическая боль легко выведет его на тёмную тропу, одновременно давая силы и возможностей преодолеть болевой порог. И, ориентируясь обострёнными чувствами всех органов, найти выход.

Три звёздочки

Ллойда подняли в воздух, швыряя на очередной кристалл, разрывая на куски броню, уже не скрывающую тело, покрытое кровотечениями и травмами, опасными для жизни. Кристальный Король, лишая воздуха, надавил на хрупкую шею, наблюдая как паренёк барахтается, цепляясь за когтистую ладонь, корябая грубую твердую чешую, пытаясь вдохнуть драгоценный воздух. Оверлорд всегда был щедр на пытки. Сейчас он думает, как ещё надругаться над изувеченным телом. Избить до состояния мясной груды с торчащими костями или... быть может... Улыбка застыла на уродливой морде, он хрипло издал смешок. Изнасиловать? Насадить на свой гигантский орган, заставив приносить удовольствие, пока тело почти не потеряет жизнеспособность? Как же много планов можно осуществить в этом материальном теле, но, к сожалению, нельзя на одном зелёном ниндзя испробовать всё… — Как же ты ничтожен… — прошептал злой владыка, склонившись к извивающемуся под ним парню. — На этот раз, тебе никто не поможет уйти от моей мести. — он оголил плечо жертвы и заинтригованно посмотрел на откуда-то появившиеся тёмные полосы на чужом теле. Укусить? Кто же остановит его? — Ты один. Здесь, со мной. Ллойд, почувствовав, как в него впиваются большие зубы, разрывая нежную и чувствительную кожу шеи и предплечья, завопил и вцепился в ответ, сумев через нечеловеческое усилие наконец снять с себя разрушителя своего мира. Почувствовав удар в живот, тот лишь усмехнулся — новая жертва будет ещё желанней при оказании сопротивления. Как глупо, мог бы просто смириться с судьбой. Сильно ударив по покрасневшему, перекосившемуся от настолько мощного шлепка, лицу, Кристальный король сорвал с узкой талии пояс кимоно, и, разодрав само одеяние и выбросив ошмётки в сторону, провел когтем по изгибам юного тела. — Сопротивляться бесполезно. — так же хрипло сказал он с ухмылкой, приводя в странное оцепенение лежащего под ним. Осознание к Ллойду пришло быстро, хлопнув по мозгам ледяным страхом, он замер на секунду, продлившуюся целую вечность, и её хватило для окончательного оголения тел и насильника, и жертвы. Теперь, из одежды на нем лишь боксёры, к которым тянутся когтистые лапы… Страх новыми красками заиграл в душе, давая волю той части, которая всегда отмалчивалась в стороне, давая себе волю лишь в стрессовых, вызывающих злость и ужас, ситуациях. Чем это было? Защитным механизмом, срабатывающии, как рычаг, при нажатии которого древняя сила Зла, наследство от отца, будет пытаться помочь. Зелёные глаза медленно поменяли цвет на глубокий фиолетовый, давая понять, какая часть сейчас встала во главе, спасая Монтгомери от надругательства над его телом, над потрепанной психикой. Белые рога продрали кожу головы, принося мучения, которые остались незамеченными на всего того ужаса, который теперь будет преследовать зелёного ниндзя в кошмарах, где спасения не было. Издав звериный рык, похожий на вопль даже не животного, а демона, которого сжигают на огне, Ллойд с силой, сравнимой с Оверлордовой, спихнул с себя уже удобно устроившегося и разводящего свои ноги, помещая между ними задницу ниндзя, врага. Звериная похоть во взоре Оверлорда невероятно пугала. Недолго думая, испуганный блондин запустил в него заряд искрящейся фиолетовой энергии, и, пока насильник падал на холодный пол кристального зала, припустил со всех ног, игнорируя боль в теле и голове, что терзала его, впиваясь острыми клыками. Он обернулся напоследок и, увидев, что с земли на ноги враг еще не встал, сформировал в руках сферы, создал гигантский клинок в воздухе, вонзившийся Оверлорду прямо в пах, прибив того на время к полу. Не обращая внимание на чужой вопль, Ллойд с разбегу проломил стену. Та полетела в сторону, освобождённый разорвал оковы глубокамня, до сих пор сдерживающие его силу, и вызвал импульс, прошедший по всему летящему острову и далеко за его пределами. Разъяренный Оверлорд не позволил бы ему уйти просто так, и, издав рык, громким эхом прошедшийся по стенам летучей базы, он вытащил из себя клинок и громко зарычал, призывая своих воинов к бою. Подлетевшего Вангелиса Ллойд схватил за крылья и ударил об землю, оставляя там глубокие трещины. Содрав маску с его бледного испуганного лица, он прошёлся по нему когтями, мощным ударом почти убивая, но на полноценную смерть, к счастью для злодея, времени не хватило. Проигнорировав боль от двух ударов, нанесенных сбоку Мистером И, он отскочил назад, и этим движением сбил Пайтора, выбивая в прыжке у него из рук оружие, с точностью проходясь когтями по длинной белой шее. Ещё один удар, и партия взрывов, разрушающих вокруг всё, вынуждает всех приспешников и самого Кристального Короля отойти, дабы сберечь свои шкуры. В их главаря прилетает ещё один выстрел, точно очерчивающий его фигуру, и один рог отламывается от драконьей головы, принося мучения. Окровавленный, с яркими пятнами своей и чужой крови, зелёный ниндзя покрывается естественной бронёй, не дающей телу замёрзнуть или повредиться. Глаза горят фиолетовым пламенем, всю площадь туловища покрыла чешуя. Тёмно-золотистый О̀ни рычит, разнося вокруг всё. Уже просто отбиваясь от атак, сыпавшихся от врагов, он выбирается к выходу, одновременно думая, как спрыгнуть с корабля. Его мысли не идут внутренним монологом, это образы, смутно появляющиеся в рогатой голове, он будто просто анализирует всё, что происходит, не давая себе думать по-человечески. Его тёмная сторона озабочена выживанием, поэтому не позволяет думать так, как это обычно делает Монтгомери. Хочешь выжить — думай как О̀ни. Уши прижаты к голове, но все звуки, все шорохи сейчас слышны, глаза видят все малейшие движения, гулко стучит по сознанию боль, но её быстро запихивают на дальний план, она вернётся только когда это будет безопасно. Ничем из своего ручного арсенала оружия не оставляя неиспользованным, он дерется как настоящий демон. Руки рвут на части кристальных воинов, зубы прошлись по хвосту Асфиры, оставляя там глубокий отпечаток, на рога чуть только что не попал Механик, но, к сожалению, успел отскочить. Харуми не полезла в бой, предпочитая наблюдать со стороны, кто-то все равно должен это делать. Её новый повелитель не учёл, как сильно похож сын Гармадона на своего родителя, оставившим форму О̀ни, как наследие, и пытается атаковать умело отвечающего на удары оппонента в битве, что явно закончится не их победой. Тело Ллойда теперь идеально сложено для приченения боли, но тот не идёт в прямую атаку, видимо, для него сейчас намного важнее выход. Значит, его нужно перекрыть. Но это вряд ли поможет, его сила сейчас неиссякаема, так как её запас кроется в страхе парня, а страх никогда не закончится. Мессия добра и света впечатлил всех, впечатав Оверлорда в стену, а затем, подгребая всеми руками, в пол. Разбитая морда тёмного дракона что-то прошипела себе под нос, тело искалеченно, да так, что его теперь мама родная не узнает. Хотя, у него её никогда не было. Вырвавшись на свободную от стен часть летучего участка, золотой О̀ни обвёл всё взглядом. Открытая часть острова, плывущего сейчас над густым лесом, джунглями, можно сказать. Быстро развернувшись, Ллойд завалил кристаллами, подбивая их по бокам, выход, запечатывая там недругов. Голова тяжело повернулась, через приоткрытый рот, наполненный острыми зубами, происходило дыхание, быстрые вдохи и выдохи сотрясали воздух. Подумать только. Он остался жив… его тело чисто, он все ещё невиннен… в какой-то степени. Оверлорд не смог справиться… с ним. Враг проиграл ему, и сила, сила-проклятие дала ему надежду на спасение. Ллойд судорожно улыбнулся, шагая все дальше и дальше. В какой-то момент край острова останется позади. Ему не вынести того, что произошло… вся его сила, что стала наконец свободной, вырвалась, а если он станет опасен? Приплюснутый нос часто-часто, как у котёнка, унюхавшего что-то интересное, задвигался, обонятельный диапазон был в разы больше, чем у человека, и обилие запахов било по мозгу. Приобняв себя нижними руками, он стоял на самом конце земли, намереваясь спрыгнуть… Когда Оверлорд разломал преграду на пути к столь желанному ниндзя, его и след простыл. Сильный ветер унёс запах Монтгомери, оставляя злодяг наедине со своими ранами, поломанными конечности, прокушенными хвостами и оторванными рогами. Ллойд, будто ядовитое растение, расцвёл яркими красками, вынуждая каждого из них вспомнить, кто тут сын Гармадона. — Мой повелитель, а ч-ш-то вы такого хотели с-с-с ним ссделать, ч-ш-то он так бурно… отреагировал? — осторожно поинтересовалась Асфира, чувствуя, как хвост болит, не прекращая ни на мгновенье. — Он ч-чуть мне хвосст не оторвал… — Это не твоё дело, змея. — озлобленно прорычал Кристальный. — Отродье Гармадонова, мой рог… Ничего, я ещё закончу начатое, и ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ! — последние слова были крикнуты в воздух, предназначены для О̀ни, давно уже ушедшего от тех мест, где смог бы услышать яростные слова. Как он сбежал с летящего в воздухе острова? У него, что, есть способность ходить по воздуху? — Милорд, посмотрите… — Харуми указала на пятна крови по всей площадке. — Он ранен. Можно выследить его по запаху, вы же умеете? — Мое обоняние, спустя столько лет сна, уничтожено почти в крах. Это бесполезно. — глухо произнёс Оверлорд. — А у змей нет обоняния. У людей слишком плохое. Как вы могли его упустить? — обернулся он и с угрозой посмотрел на приспешников. — Как я мог его упустить?! Он глупый ребёнок, а я — могущественный владыка! А я ведь ещё овладею и сольюсь с тобой в брачном ритуале. Внук Первого Мастера Кружитцу… Злоба от осознания, что свои физиологические потребности придётся отложить, нахлынула, и владыка тьмы злостно зашагал назад в свои покои. — Что он сказал? — переспросил тихим шёпотом Пайтор. — Хм, овладею и сольюсь в брачном ритуале… секс, что-ли? — ответил задумчиво Механик. — Он пытался изнасиловать Ллойда… — пробормотала в ужасе Харуми. Тихий гул голосов сегодня в их общей мрачной комнате, где все перебинтовывали свои ранения,.не стихал даже после того, как луна вошла на небосвод, освещая все своим бледным свечением. Да, Ллойд не умел ходить по воздуху. Зато крылья за спиной у него были. Спрыгнув с обрыва, он сначала просто падал вниз, не пытаясь как-то противиться судьбе суицидника, но у самой земли, крон тёмных деревьев, его тело вновь изменило форму. Исчезла нижняя пара рук, и вместо них на спине из лопаток прорвались крылья, гигантские, кожистые, с затейлевым узором. Как и почему знать ему не суждено, это неизученно никем, пока что, но это… у Ллойда одно слово. Круто. Чувство полёта… окрыляет? Даёт свободу, которой юноша очень давно не чувствовал. Пикируя над тёмным лесом, он стал снижаться. Как бы не хотелось лететь и лететь дальше, рассекая небеса на своих шикарных золотистых крыльях, нужно искать воду и зализывать раны, найти что-нибудь, чем можно насытиться, и что-то, чем можно перебинтовать порезы. И не сдохнуть. Он минут пять кружился над землёй, не зная, как приземлиться, и, наконец, просто убрал крылья, превращаюсь вновь в четверорукого. Зацепившись всеми руками за ветки дерева, на которое Ллойд пал, юноша подтянулся, садясь на ветку, прислушавшись к окружающему его сумеречнему лесу. Ни намёка на врага. Он спрыгнул с ветки, приземлился на все конечности. Земля больно ударила по ним, и голова отозвалась гулом на прикосновение почвы. Боль вернулась, значит, нужно переждать её где-нибудь. Но где? Юный О̀ни растерянно оглянулся, и начал путь… Путь куда-то. Сверху было видно только бескрайнюю гладь леса, джунглей, в которых могут быть хищники, хотя, сейчас самый страшный хищник здесь он. Принюхавшись, О̀ни пошёл искать воду, по пути также пытаясь зацепиться глазами за какие-нибудь плодовые деревья. Непроходимые джунгли. Обычный человек тут легко откиснет, но, для демона задачи выживания решаются намного легче. Воду он нашёл относительно быстро, по пути собрал кокосов, и, наконец-то, сделал привал. Ллойд облокотился об камень, лежащий около самой кромки вод, на которых не было даже лунной дорожки — тень растений, возвышавшихся над быстрой рекой не давала ни солнцу днем, ни луне ночью, освящать темные воды, но зеленоглазый всегда хорошо видел в темноте, а в этом виде, он был готов в ней жить. Разбить кокос не так уж и сложно — он создал в руке клинок, полностью фиолетовый, вспоминая, как примерно это делал его папа, и по диаметру разрезал желанный плод, скорлупу которого после будет использовать как стакан. Он никогда не превращался в О̀ни до сегодняшнего дня, но этот первый опыт будет, скорее всего, ключом к победе. Он смог навредить Оверлорду, используя свои тёмные силы. — Мне нужен учитель… — прошептал Ллойд. Но где мне его взять? На его памяти, лишь один О̀ни, которого он знает, сейчас в Ниндзяго. И этот О̀ни — его отец. А у них очень сложные отношения. Конечно, можно надеть маску безразличия, и тогда всё будет нормально, ради спасения Ниндзяго притворяться, что ему все равно. Очень безэмоционально думал он обо всем этом, чувства были притуплены, как и боль. Не закончив с размышлениями, парень принялся обрабатывать раны: порезы на боку, алыми линиями протянувшиеся по телу, костяшки кулаков, избитыхе в кровь, синяк на шее он промыл, и много подтёков, кровотечений. Регенерация у демонов сильна, но следует быть осторожней в следующих битвах. А если отец не будет против его обучения? А может, обучение и не нужно? Нет, оно нужно, без учителя это может быть опасно! А может, это шанс на восстановление столь желанных отношений с отцом? Тело заискрилось фиолетовым, и Ллойд стал вновь человеком. Как рассказать об этом ребятам? О Первый Мастер Кружитцу, они же там с ума сошли от беспокойства! Затянув сделанные из листьев пальм бинты, парень решил, что сейчас посидит у воды, закончит это «лечение», и после пойдёт сквозь лес, по пути пытаясь немного научиться использовать свои разрушительные умения. Ниндзя просто ждал, пока боль в теле немного утихнет, потому что не сможет вместе с ней идти по джунглям, он не машина без чувств, чтобы уметь так. В О̀ни пока превращаться не станет, это все равно больно, а ему лишняя боль не нужна. Только в очень экстренных ситуациях он будет этим пользоваться. И костёр разжигать блондин не стал, все равно ночи тёплые, а к нему животные не сунутся — боятся. Даже когда он был ребёнком, он видел, что к нему ни кошки, ни собаки не идут ластиться, даже если у него была еда для них. Животные его боялись, хотя, на драконов это не распространяется, и даже наоборот, они к нему очень ласково относятся. В отличие от людей, всегда чувствовавших его тьму, ауру, которую он испускал, поэтому подружиться с ниндзя по-настоящему было невероятно сложно — на неосознанном уровне, его боялись. Ллойд всегда ненавидел это. А если его научат этим пользоваться, превращаться не будет больно, и, вдруг, этим правда можно навсегда изгнать Оверлорда из этого мира, уничтожить его раз и навсегда, без шанса на возрождение! И вдруг он сможет убрать вокруг себя эту ауру О̀ни? Прикрыв глаза, он начал обдумывать сегодняшний день и то, что в нем было. Подумать только, его чуть не изнасиловали, он превратился в Они, сбежал сам из плена, и теперь, вынужден будет пробиваться сквозь этот лес... Если его преследуют, то нужно просто идти дальше, хотя, он им так рожи набил, что они пока что будут просто приходить в себя. Превозмогая боль, парень встал, приняв окончательное на данный момент решение. Луна вовсю светила, но через густые заросли едва пробиралась. Ему предстоит превратиться ещё раз, чтобы просто отсюда уйти, а пока, он залез на дерево с раскидистой кроной, надёжным толстым стволом, и лёг на ветке. Эту ночь его не будут искать(скорее всего, а если найдут, то нахуй пойдут, кхм), так что, он может позволить себе сон. Ллойд провалился в царство Морфея, искренне надеясь, что кошмары сегодня не будут сниться.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!