Может, не всё так уж плохо

      Стук был настолько громким, что смог развеять даже его крепкий сон. Кто настолько уверенно ломится в дверь посреди ночи? Вот так всегда, ложишься пораньше, чтобы выспаться, но в итоге всё идёт насмарку…       Стук вновь повторился и, желая узнать, кто решил зайти ночью за солью, Адамай поднялся с кровати и пошёл в направлении входной двери. Сонно протерев глаза, он посмотрел в глазок. И, остолбенев, открыл дверь.       — Что ты делаешь у меня на пороге? Уже поздно, разве ты не должен быть дома?       Адамай осмотрел Юкио. Вид у него был неважный: потрёпанный, в мокрой от снега одежде, с грязной повязкой на гипсе руки и растерянностью в глазах. Не смотря на то, что минуту назад он с силой стучал в дверь, казалось, что подросток вот-вот упадёт от усталости.       — Я не хочу идти домой…       Понадобилось время, чтобы поставить чайник и повесить на сушку мокрые вещи. Юкио переоделся в сухую одежду, любезно предоставленную хозяином квартиры для него. Оба сидели на кухне в ожидании, когда закипит чайник. И молча ожидали, пока кто-нибудь начнёт разговор первым.       «Я не хочу домой» — что бы это могло значить? Что-то случилось, это было понятно, но стоило ли копаться и пытаться выудить что-то у без того усталого парня? Думать на сонную голову не очень хотелось, поэтому Адамай прервал давящую тишину первым:       — Что у тебя случилось?       — Ничего, — коротко, почти сразу ответил Юкио. Он продолжал вертеть в руках мандарин и смотреть сквозь стол.       — То есть, ты захотел просто проведать меня в час ночи, правильно? — Адамай ухмыльнулся. Ободок с кошачьими ушками придавал ему ещё большей комичности. — И так торопился, что успел где-то изваляться в снегу и насквозь промокнуть.       — Нет! — слишком громко выкрикнул Юкио, с силой сжав мандарин, так, что у него потрескалась корочка. Увидев свою ошибку, он отпустил фрукт и обречённо выдохнул.       Его плечи опустились, сам Юки сгорбился, будто вес на его плечах стал в десять раз тяжелее. — Нет… я просто не хочу возвращаться в общежитие. Разве у этого должна быть какая-то причина?       — Даже у летающей угольной смолы есть причина летать здесь, — Адамай схватил одну прилетевшую мимо смолу, — видимо, залетела вместе с Юкио, — и выпустил её в окно. Выключил чайник и принялся готовить чай на двоих. — И что-то мне подсказывает, что эта причина называется: «Мой тупой и безответственный братец Рин».       На время Юкио замолчал, обдумывая, стоит ли рассказывать всё Адамаю. Он ведь и сам это только что узнал. Их приёмный отец, Фуджимото Широ, был клоном Азазеля и экспериментом отдела 13! Всё это время от них скрывали настолько шокирующую правду! Если Юкио сложно принять это за действительность, то что будет, если рассказать другим?       — Обещаешь сохранить всё в тайне?       — Ты знаешь наш уговор: всё, что ты говоришь в моей квартире, остаётся в моей квартире, — спокойно ответил Адамай, — выкладывай, что у тебя. Юкио глубоко вздохнул и выдохнул, собираясь с мыслями. «Была ни была»       — Ты ведь слышал про расследование об иллюминатах? — дождавшись утвердительного «угу», он продолжил. — Лайтнинг передал мне ценные сведения об отделе 13. И о том, что рыцари Истинного креста занимались созданием клонов из генов высших владык Геенны. Среди этих клонов был отец, Фуджимото Широ.       От повисшей тишины стало как-то не по себе. Чем больше Адамай молчал, тем страшнее становилось. Юкио не собирался этого рассказывать, так почему он пришёл именно к Адамаю? Почему его ноги принесли сюда, а не к какому-нибудь другому дому? Возможно, подсознательно он хотел поделиться с кем-то. Но не с братом. Брат точно бы этого не понял.       Перед Юкио поставили чашку с ромашковым чаем и тарелку с шоколадными пирожными. Юкио не очень любил сладкое, но домашние десерты, которые делал Адамай, всегда получались восхитительными.       Юкио посмотрел на собеседника и наткнулся на задумчивый взгляд в пустоту. Обдумывает.       — Создание клонов из генов высших владык Геенны, говоришь, — спокойно, слишком буднично произнёс Адамай. Похоже, он ещё не до конца проснулся. — Тебя испугало, что человек, растивший вас с братом — клон Азазеля?       Вопрос застал врасплох, при этом очень удивил Юкио.       — Тебя вообще не смутило, что Орден занимается подобным?! Они, они буквально ставили эксперименты на живых людях! И при этом…       — Ты ведь понимаешь, что иллюминаты занимаются тем же самым? Они ставят эксперименты на людях и ты видел, во что те превращаются.       — Что ты хочешь этим сказать?       — Юкио, возможно, сейчас я скажу не очень приятную тебе вещь, но… Я давно заметил, что ты делишь людей на «добрых и злых». На тех кто может причинить зло, а кто добр к тебе, и эти границы в твоём подсознании очень чёткие. Но ты не понимаешь одного, что мир — многогранен. У всего добра есть сторона зла, и наоборот.       — Что ты мне тут сказки рассказываешь, как маленькому ребёнку?! — Юкио резко встал из-за стола и навис над собеседником, однако у того не дрогнул ни один мускул.       — Хочешь сказать, что создание клонов — это хорошо? Опыты над людьми — это хорошо?!       — Нет, — спокойно перебил его Уолшен. — Такие бесчеловечные опыты над людьми — это плохо. Но с другой стороны, тебе ли не знать, как лекарю-экзорцисту, что эксперименты над людьми проводятся каждый день и вполне себе легально. Думаешь, сыворотку от миазм создали с первой попытки? Или, может быть, на создание обычных лекарств ушёл один день? Нет. Для этого понадобились десятки, сотни, тысячи ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ жертв, прежде чем люди создали это лекарство.       — К чему всё это?       Адамай отпил чаю из кружки.       — К тому. Если причина твоих сомнений в ордене только из-за Широ, только из-за того, что он «созданный клон», ты разве перестал уважать его как человека? Как своего наставника? Как своего отца в конце концов?       Юкио медленно оседал обратно на стул. Вся его пылкость и злость медленно угасали, оставляя испуг, сомнение, и отчаяние.       — Я — чистокровный демон, — продолжал Уолшен. — Я — создание самой Геенны, которое обитает в Ассии. Но я всю жизнь учусь и работаю экзорцистом и никогда не убивал людей без причины. Разве так важно, откуда твой отец пришёл, если в итоге он стал твоим отцом? Человеком, который не бросил вас под ближайшую лавку, а вырастил и дал возможность показать миру, на что ты годишься. Разве сейчас, когда Широ умер, важно, что он — лишь клон, созданный из ДНК Азазелья?       Юкио окончательно осел, поглощённый смятением. Он был так поражён этой новостью, что совсем забылся.       — Но как же Орден? Святая организация занималась подобными исследованиями.       — Я уверен, что они могут до сих пор этим заниматься наперегонки с Люцифером, — ответил Ади, взяв одного пирожное и отправив его в рот. — Кто знает, что на уме у глав Ватикана, а уж тем более у Фелеса.       — Ты так спокойно об этом говоришь…       — Слушай, хоть я и прожил относительно короткую для демона жизнь, я кое-что всё же видел. Мне этого достаточно, чтобы судить о делах Ордена. К тому же, зная Фелеса, это было очевидно — ему ведь тоже нужна оболочка.       Адамай протянул руку и потрепал парня по волосам.       — Эй, хватит киснуть. Я понимаю, что это шок для тебя, но давай мыслить шире: теперь у нас есть компрометирующая информация, которую можно использовать в будущем. Так?       — Так, — повержено выдохнул Юкио.       — Отлично. Обмозгуй это за пару дней, может решишь чего, — Адамай улыбнулся и встал с места. Пошёл в направлении комнаты, но на секунду остановился. — Домой не пойдёшь?       — Нет.       — Я так и подумал, — хмыкнул мужчина. — Допивай чай, поставишь кружки в раковину. Я пока постелю.       И ушёл в комнату, предчувствуя ноющие конечности с утра после сна на жёстком полу.