***

Ты играешь с огнем, сладко постанывая в его руках. Эта ночь должна быть нашей, но вместо этого ты надеваешь маску глупенькой невинной девочки. Покажи ему свой телефон, детка, он сразу разомкнет ваши объятия под сладкую попсу. Ведь вся обнаженка была прислана не на его номер. Ты целуешь его совсем легонько. Чмок – переводишь взгляд на наш столик, пока я отвлечена громкими криками остальных. Ты просто хочешь заманить меня в свой капкан, детка, но поверь, это не стоит того. Утешать себя будешь только тогда, когда он выставит тебя за дверь. И пока ты за его надежными руками доступ у тебя ко мне закрыт. Ты знаешь это, ластишься под его алчущим взглядом, пытаясь вызвать во мне обиду и ревность. Но мы обе знаем, что ты не моя. Как и я не твоя. И это тебя раздражает больше всего. Когда-нибудь твоя шея откинется в сторону, а тело примкнет к холодным кирпичам, отдаваясь горячим пальцам, скользящим по ребрам вниз – дразня, очерчивающих линию кожаной юбки, но так и не доходящих до её подола. В сумраке твои страстные вздохи потеряются на танцполе. Вся ночь будет в твоём распоряжении, пока тело будет подставляться чужим горячим рукам, не давая возможности избежать столкновения пьянящих губ. Ты будешь ластиться как домашняя кошка, чтобы следующим днём и дальше так по кругу гулять по чужим постелям, оставляя за собой шлейф сожалений и память о твоих пошлых стонах. Твой голод ненасытен, твои глаза всегда ищут меня, как будто только я могу удовлетворить тебя без пресного вкуса скуки. И ты так отчаянно желаешь меня в этом круговороте похоти. Ты ищешь меня везде и всюду. Всегда. Корчишь рожицы, соблазнительно оголяешь молочную кожу, носишь одежду с неприличными вырезами, а губы у тебя слипаются от жирной красной помады. Голубые блядские глаза подчеркнуты броским макияжем, а к концу вечера весь твои грим сыплется на пол. Но это неважно, нет. Важно, что с очередным моим бокалом, ты извиваешься на постели очередного любовника. Когда-нибудь мои руки коснутся твоей талии, ласково поглаживая её в танце, чтобы потом ненасытно сжать высокую округлую грудь, скрываясь в толпе разгоряченных потных тел. Необходимая близость будет ознаменованием моего проигрыша, когда ты будешь сгорать от удовольствия, принесенного очередным завоеванием. Мы будем играть в кошки-мышки, то и дело якобы случайно касаясь друг друга, распаляя желание, отражающееся в наших глазах. Воплощение страсти столкнется с реалиями действительности. Победа может достаться не тебе. Мои губы на твоих. Танец языков. Сладкий вкус твоей помады, размазанной по моей щеке, не покидает меня до конца вечера. Ты манишь меня в сторону уборных, танцуя так, будто в последний раз. Проталкиваясь вперед, ведешь с собой во мглу, дабы испытать в очередной раз на прочность. Возможно, последний бокал был лишним, но я умудряюсь не запутаться во всех твоих застежках, снять с тебя короткую курточку и подхватить тебя на руки. Возможно, ты когда-то хотела всего этого по-другому, но уже не можешь иначе. Твоя жизнь имеет определенный ритм и не хочет отпускать тебя. Да и ты, откровенно говоря, не сопротивляешься этому. Ты устраиваешься на нечистой раковине, присасываешься к моей шее, пока я, резко разведя твои коленки, описываю круги пальцами вокруг твоих намокших трусиков. Ты преступна и так желанна, неутешительно лишь то, как смотрю на тебя я. Ты словно хочешь съесть меня без остатка, тянешься ко мне как к очередному клиенту или мальчику на один раз. Одна из сотен – я лишь ухмыляюсь, разрешая тебе вести, потому что ты давно этого хотела. Может раньше ты и не думала о перспективе долгосрочных отношений и твой образ жизни не оставляет тебе другого выбора. А я не готова задумываться о том, вызывает у меня отвращение твоя доступность или нет. Ты готова унижаться, стонать как сука, пока они порют тебя. Называть их твоими господами, мысленно насаживаясь на мои пальцы. Ты жаждешь их внутри, а я в голове пытаюсь досчитать до десяти, чтобы развеять свой гнев. На тебя, на себя, на этот чертов трах в туалете этой помойки. Мы обе оказались в этой дыре в поисках чего-то. Только вот ты застряла, а я намерена освободиться от этих оков, просто выебав тебя, глядя в своё отражение в зеркале. Я опускаюсь вниз, сдергивая твои стринги, и пробую тебя на вкус. Фееричная, помпезная, кокетливая, незабываемая. Раскованная, манящая, соблазнительная. Роковая женщина, нет, обычная блядь. Ты так хочешь меня, что сжимаешь волосы, царапая голову свежим маникюром. У тебя вдоволь денег, а ты шароебишься по этим помойкам в поисках утешения. Ты уверена, что я могу это тебе дать? Мне плевать, я хочу лишь удовлетворить своё собственное эго. Твое нескромное платье лишь очередная тряпка. Я задираю его выше пупка и присасываюсь к клитору, зная, что это именно то, чего ты хочешь. Один раз – один раз, и ты будешь снова искать меня здесь, но уже не найдешь. Тебе хочется быть единственной. Реальной и действительной причиной, чтобы я остепенилась, остыла и прощала тебе всё на свете. Ты отчаянно желаешь стать не игрушкой на одну ночь, не разменной монетой в моих игрищах, не ценной безделушкой, пылящейся на полке. Чтобы тебе прощались все предательства, чтобы все осколки собирались в целое, чтобы постель ночью никогда не остывала. Я довожу тебя до оргазма в спешке. Ты кончаешь с тихим стоном, закусывая губу. Я тут же переворачиваю тебя на живот, обратно толкаю к раковине, прижимая и раздвигая подрагивающие ноги в туфлях на шпильках шире. Я имею тебя, резко входя двумя пальцами, большим давя на клитор. Молодая и желанная, не так ли? Дочка богатенького папочки, отдающаяся мне в общественном месте, крича во всё горло от удовольствия. Мои движения рванные, не лишенные эгоистичного желания обладать и присваивать. Я совершаю почти насилие над тобой, а ты не можешь не получать от этого нездорового наслаждения. Я успокаиваюсь лишь для того, чтобы взять тебя за подбородок и повернуть лицом к подсвеченному зеркалу. В желтом приглушенном свету ты не отрываешь своих глаз от меня, облизываешь губы с очередным стоном. Посасываешь мои пальцы и двигаешься бедрами назад, круговыми движениями насаживаешься сильнее, чтобы пальцы вошли глубже. Я ускоряюсь, уже не заботясь о тебе, оттягивая твои волосы назад. Трахаю тебя – получаю удовольствие от твоего помятого распутного вида. Ты не скрываешь своей похоти – раскрываешься, стонешь ещё громче, улыбаешься в тряске. Смотришь, будто молвишь: «Я здесь, и ты со мной». Я здесь с тобой ровно до твоего последующего оргазма. Выхожу и тут же мою руку от тебя. Ты валишься на каблуках, ждешь поддержки от меня, и не ожидаешь того, что я не заинтересована в продолжении. Ты всегда была в плюсе. Всё это должно было стать твоим персональным праздником. Каково, когда тебя наглым образом переиграли? Поимели как шлюху. А разве ты не она? Разве родители не вскормили серебряной ложкой блядь? Нет, конечно, нет, ты не можешь быть. Не имеешь права. Репутация превыше всего, а такие клоаки не запоминают лиц и имён. Мы знаем друг о друге многое, но этого недостаточно. Ты не имеешь рычагов давления, а я получила то, что хотела. Жестокая, бессердечная, алчная – такие эпитеты ты присваиваешь мне? Ведь ты права, я не ищу чего-либо в таких местах. Я просто отпускаю себя, расслабляюсь, чтобы вернуться обратно в приличное общество обновленной. Я не зависима, в отличие от тебя, от ночных приключений. Не ищу ласки и заботы. Не забываюсь в объятиях и не сбегаю по утрам от потенциальных ухажеров. Это не любовь, детка. Это секс. И он хорош. Но этого недостаточно, чтобы днём я обратила на тебя внимание. Когда ты сменишь вульгарные наряды на скромные вырезы, деловую одежду и станешь одной из многих. Дневные похождения, редкие столкновения. Всё, что ты получишь – это скользящий взгляд. Всё, что ощутишь – негодование. Как сейчас, когда я покидаю тебя, ухожу из клуба и уезжаю восвояси, слизывая с губ остатки твоей помады. Ты хочешь, чтобы я была с тобой. Чтобы ты была любима и обожаема мною. Но хуже для тебя то, что всё, что я могу тебе дать – это нелюбовь. И за это ты ненавидишь меня всем сердцем.